Приятные последствия от праздника

Досмотрев фильм, Се Лянь и Хуа Чен не сразу разомкнули объятия. Они лежали на диване наслаждаясь близостью друг друга. Се Лянь провёл пальцами по руке Хуа Чена, слегка поглаживая его кожу, а тот, в ответ, нежно поцеловал его в висок. — Мы так и пролежим тут весь день? — тихо спросил Хуа Чен, лениво улыбаясь. — Было бы неплохо, — пробормотал Се Лянь, но, вспомнив о предстоящем визите Ши Цинсюаня, нехотя приподнялся. — Но мне нужно приготовить что-нибудь к его приходу. Хуа Чен только усмехнулся и отпустил его, провожая взглядом. На кухне Се Лянь не стал заморачиваться со сложными блюдами. Он знал, что, когда Ши Цинсюань радуется или взволнован, он больше говорит, чем ест, и в итоге перекусывает уже после. Поэтому Се Лянь решил сделать что-то лёгкое, чтобы не перегружать стол. Пока он нарезал фрукты и готовил чай, он думал о том, как сильно изменилось всё за последнее время. Теперь у него был дом с Хуа Ченом, обустроенный и уютный, куда в любой момент могли прийти друзья. Эта мысль согрела его, и он улыбнулся сам себе и своим мыслям. Се Лянь аккуратно переложил последние кусочки еды на тарелку и едва успел вытереть руки, когда услышал знакомые шаги. Они были лёгкими, но уверенными, и Се Лянь даже не пришлось оборачиваться, чтобы понять, кто идёт. — Гэгэ, тебе помочь? — раздался низкий, чуть хрипловатый голос Хуа Чена. Се Лянь улыбнулся, ощущая, как в груди разливается тёплое чувство от одной только заботы, звучащей в его голосе. Он повернулся и увидел, как Хуа Чен стоит в дверном проёме, чуть наклонив голову и наблюдая за ним с мягкой улыбкой. — Почти всё готово, — ответил Се Лянь, кладя полотенце на стол. — Но если хочешь, можешь разложить тарелки. — С радостью, — кивнул Хуа Чен и сразу же закатал рукава. Они двигались по кухне слаженно, будто делали это уже тысячу раз. Хуа Чен расставлял тарелки и чашки, а Се Лянь проверял, всё ли стоит на своих местах. Между ними царила лёгкая, уютная атмосфера. — Ши Цинсюань точно приедет к вечеру? — поинтересовался Хуа Чен, беря приборы. — Да, у него были какие-то дела, но он обещал, что постарается не задерживаться, — ответил Се Лянь, поправляя салфетки. — Тогда у нас ещё есть время, — задумчиво протянул Хуа Чен, а затем хитро улыбнулся. — Может, после обеда придумаем, как его подшутить над его реакцией? Се Лянь рассмеялся, слегка толкнув его плечом. — Ты только и думаешь, как кого-то подразнить! — Нет, только тебя и Ши Цинсюаня, — невинно пожал плечами Хуа Чен, а затем тихо добавил, наклоняясь к Се Ляню: — Просто ты такой милый, когда смущаешься. Щёки Се Ляня тут же покраснели, и он быстро отвернулся, делая вид, что проверяет расстановку блюд. — Лучше помоги мне, а не отвлекайся, — пробормотал он, чувствуя, как сердце пропускает удар. Хуа Чен лишь тихо рассмеялся, но спорить не стал. Они продолжили накрывать на стол, ведя лёгкую беседу и наслаждаясь простым, но таким важным моментом — моментом домашнего уюта, который они теперь создавали вместе. Когда стол был накрыт, и всё было готово к приходу гостя, внезапно раздался звонок. Се Лянь взглянул на экран телефона и тут же догадался, кто звонит. — Это Ши Цинсюань, — сказал он, поднимая трубку. — Се лянь! — радостно и в то же время требовательно раздалось в динамике. — Я буду у вас через 15 минут! Готовьтесь, потому что вы точно не отвертитесь от всех моих вопросов! Се Лянь невольно рассмеялся, представляя, с каким азартом сейчас выглядит его друг. — Мы уже всё накрыли, так что приезжай, — мягко ответил он. — О, ещё бы! — Ши Цинсюань фыркнул. — Я уже представляю, как вы там сидите, мило переглядываясь. Но ничего, скоро ваш покой будет нарушен! — Мы тебя ждём, — улыбнулся Се Лянь. Как только он закончил разговор и убрал телефон, рядом раздался тихий смех. — Он точно не даст нам спокойно поужинать, да? — Хуа Чен, скрестив руки на груди, наблюдал за реакцией Се Ляня. — О да… — вздохнул Се Лянь, убирая телефон в карман. — Но, думаю, это будет весело. — Посмотрим, кто первый сдастся под его напором, — с усмешкой сказал Хуа Чен и, наклонившись ближе, добавил почти шёпотом: — Но я уверен, что это будешь ты, гэгэ. Се Лянь покраснел, но не успел ответить, потому что в дверь позвонили. — Быстро он, — усмехнулся Хуа Чен. Се Лянь глубоко вдохнул, понимая, что сейчас их ждёт настоящий допрос, и пошёл открывать дверь. Когда Се Лянь открыл дверь, он ожидал услышать радостные возгласы или шквал вопросов, но, к его удивлению, Ши Цинсюань вошёл на удивление тихо. — Привет, — сказал он, снимая обувь и проходя внутрь. Хуа Чен внимательно наблюдал за другом Се Ляня, словно ждал чего-то определённого. В его взгляде читалась лёгкая насмешка и терпеливое ожидание. Се Лянь прекрасно знал, чего ждал его парень. Точно так же, как и сам Се Лянь, он был уверен, что это затишье перед бурей — Ши Цинсюань просто набирает воздух в лёгкие, чтобы выдать целый поток вопросов. И он не ошибся. Как только все уселись за стол, Ши Цинсюань больше не мог сдерживаться. — Ну, рассказывайте! — воскликнул он, упираясь локтями в стол и сверля взглядом сначала Се Ляня, потом Хуа Чена. — Как произошёл переезд, когда он произошёл и почему об этом я узнаю только сейчас?! Се Лянь и Хуа Чен переглянулись, а затем слегка улыбнулись. — Потому что ты всегда так реагируешь, — усмехнулся Хуа Чен, откинувшись на спинку стула. — Решили, что лучше озвучить уже по факту. Ши Цинсюань закатил глаза. — Ну спасибо, а ничего, что я друг се Лянь и мне можно доверять такие вещи заранее? Се Лянь тихонько рассмеялся и, чтобы не затягивать напряжённую атмосферу, наконец начал объяснять: — Перед своим отъездом Хуа Чен предложил мне переехать к нему. Дал мне время подумать. Ши Цинсюань кивнул, а Се Лянь продолжил: — Мы с тобой, кстати, уже обсуждали это, когда ты приезжал ко мне ночевать. — Ох… — Ши Цинсюань на секунду задумался, вспоминая тот вечер. — Да, точно! Ты тогда говорил, что ещё не уверен… — Именно, — подтвердил Се Лянь. — Но перед его приездом я уже решил, что хочу жить вместе, и когда он вернулся, я просто озвучил это. — А потом мы сразу начали собирать вещи, — добавил Хуа Чен, подцепляя палочками кусочек еды. — Закончить удалось только вчера вечером. Ши Цинсюань медленно покачал головой, всё ещё переваривая услышанное. — Вот это да… Вы реально всё провернули за пару дней! — Ну, мы же не можем делать что-то медленно, — с лёгкой ухмылкой сказал Хуа Чен, бросая взгляд на Се Ляня. Се Лянь слегка толкнул его локтем под столом, но улыбка на губах выдавала, что он не против такого намёка. Ши Цинсюань, наконец, откинулся на спинку стула и вздохнул. — Ладно… Раз уж всё так сложилось, то я рад за вас! Хоть и обижен, что узнал последним. Се Лянь улыбнулся тёплой, благодарной улыбкой. — Ты узнал не последним, а одним из первых. — Это должно меня утешить? — приподнял брови Ши Цинсюань, но на его лице не было ни капли настоящего недовольства. — Думаю, да, — засмеялся Се Лянь. — Ладно, ладно… — Ши Цинсюань махнул рукой и взял палочками еду. — Давайте есть, пока я не забыл, зачем вообще сюда приехал. Все трое рассмеялись, а напряжение, царившее в воздухе, окончательно улетучилось. Закончив есть, Ши Цинсюань довольно откинулся на спинку стула и потянулся. — Фух, ну теперь я точно доволен, — протянул он, потирая живот. — Се Лянь, ты как всегда великолепен в готовке! — Спасибо, — с лёгкой улыбкой ответил Се Лянь, убирая со стола. Ши Цинсюань встал и, бросив хитрый взгляд на друзей, направился в коридор. — Я кстати пришёл не с пустыми руками, — сказал он, копаясь в рюкзаке. Хуа Чен, который уже прислонился к стене с чашкой чая в руках, приподнял бровь. — И что же ты принёс? — Сейчас увидишь, — ответил Ши Цинсюань, наконец выудив из рюкзака два маленьких свёртка. Он повернулся и, довольно улыбаясь, протянул их обоим. — В честь переезда! Се Лянь удивлённо моргнул, беря свой подарок. — Ты ведь знаешь, что не обязан был ничего приносить? — Ну конечно знаю! — фыркнул Ши Цинсюань. — Но мне хотелось! Это просто небольшой знак внимания. Хуа Чен со вздохом принял свёрток, но в уголках его губ мелькнула улыбка. — Ну раз так… Спасибо. — Давайте, открывайте уже! — нетерпеливо поторопил их Ши Цинсюань, пританцовывая на месте. Се Лянь развернул упаковку и в его руках оказался небольшой серебряный брелок в форме цветка с изящной гравировкой. Он провёл пальцем по узору и ощутил приятную прохладу металла. — Это лотос? — Угу, — кивнул Ши Цинсюань. — Символизирует чистоту, обновление и, конечно, красоту! Мне показалось, что он идеально подойдёт тебе. Се Лянь сжал брелок в ладони, чувствуя тёплую благодарность. — Он прекрасен. Спасибо, Цинсюань. Тем временем Хуа Чен уже развернул свой подарок. В его руках оказался массивный ключ на прочной кожаной верёвке. На нём были выгравированы какие-то символы. — О? И что это значит? — с интересом спросил он, рассматривая деталь. Ши Цинсюань ухмыльнулся. — Это символ удачи и защиты! Я подумал, что раз теперь у вас общий дом, тебе тоже пригодится что-то, что будет охранять ваш очаг. Хуа Чен на мгновение замер, а потом усмехнулся и, стиснув подарок в ладони, слегка кивнул. — Ты чертовски внимателен. Ши Цинсюань гордо выпятил грудь. — Знаю! Ну что, вам понравилось? Се Лянь и Хуа Чен переглянулись, а затем дружно кивнули. — Очень, — с улыбкой сказал Се Лянь. — Благодарю, — коротко добавил Хуа Чен. Ши Цинсюань довольно хлопнул в ладоши. — Ну и отлично! А теперь давайте отдыхать, мне кажется, день ещё далеко не закончен. Се Лянь, глядя на него, лишь улыбнулся, чувствуя, как внутри разливается приятное тепло от заботы друга.