Если бы не тот коньяк...

Уже около месяца Пятифан находиться в дурке. Он до конца это не осознал, но уже слегка привык к размеренному и неторопливому образу жизни. С Петровым они ещё больше сладили, но таких ситуаций как тем вечером Рома пытался больше не допускать, он объяснял это тем, что его гордость видите ли не позволяла. С Полиной и Катей они так-же сдружились, но не так сильно как с беловолосым парнем. Так же черноглазый стал любимчиком "старой книги анекдотов", так он прозвал библиотекаршу. Ещё главврач разрешил увидеться с мамой, это, мягко говоря, была наполненная нежностью сцена. Они обнимались, Рома чуть не зарыдал, но сдержался. С мамой пришёл и Бяша, чувства буквально лились из Пятифана рекой. Ещё около часа они общались пока парень крепко укутался в рубашку светловолосой женщины, вдыхая приятный и родной запах дома, спокойствия и любви. В нос попадали ворсинки серой и мягкой шерсти любимого кота. Мама и Игорь рассказывали истории произошедшие за время проведённое в дурке. Во первых маму повысили и она теперь планирует откладывать на квартиру. Во вторых - никудышный отец Пятифана скоро выходит, этого он явно не ожидал. Отец часто избивал Викторию, так зовут маму Ромы, из-за этого парень окончательно разочаровался в этом, как он раньше думал, настоящем мужчине. Из-за него детство парня было пропитано побоями, слезами, кровью... Рома не мог допустить чтоб подобное произошло вновь, мама только начала нормально жить, радоваться жизни, ещё, как она рассказала, у неё появился поклонник. С одной стороны Пятифан должен быть грустным, но он счаслив, отчасти. Ведь его самая любимая женщина наконец-то станет ещё счастливее. У Бяши так-же всё начало налаживаться, он устроился на хорошо оплачиваемую работу, начал копить на квартиру, но с такими ценами на это уйдёт вечность. Да и с наркотиками тоже завязал, ему это сделать легче, он подсел не так давно, да и не принимал их так часто, как это делал Пятифан. Пришло время рассказывать и Роме. Начал он рассказ с бытовых вещей таких как процедуры, отвратительный вкус таблеток, дебильные подъёмы в 8, неудобные кровати и ещё большое количество неудобств. А закончил описанием каждого его знакомого. Катя — змеюка что не фильтрует речь. Очень часто говорит язвительные речи Полина — миленькая, добрая, даже можно сказать муху не обидит. Вика — молчаливая, не обращает на него внимая чаще всего. Даня — вроде норм, но мутный чел. Не нравиться он Роме. Ну уже нужно говорить не нравился. Его выписали, Антон очень грустил, но Пятифану получилось развеселить его. Лиза — гиперактивный ребёнок. Часто задаëт ему вопросы, без разницы какого характера. Ну и самый главный персонаж, Антон — беленький, хороший, на зайца похож. Так же Рома рассказал, что ломка стала чуть мене сильной из-за витаминов и пары процедур. А чтоб держать тело в форме, парень каждый день делал зарядку, приседал, отжимался. А как только мамуля отошла спросить главврача о выписке и о подобной нудятине, парни сразу же оживились. Пятифан начал буквально стонать от того, что давно не курил. Но понимал, что это ему на пользу, хоть и говорил обратное. Бяша предложил принести штуку, которой Рома пользовался когда бросал курить, но как можно понять все попытки не увенчались успехом. К сожелению это единственное что может спасти в данный момент, хотя они не особо надеятся. И вот, Пятифан сейчас сидит на больничной койке и смотрит инструкцию. Снег уже почти сошёл с промёршей земли, но люди на улицах всё так же ходят в куртках, правда не в таких тёплых как месяц назад. Лёгкий ветерок поддувал под тёплый плед из открытого окна, заставляя Рому слегка дрожать. Антон общался с девушкой которой познакомился. около трех недель назад наверное?... — Не мёрзните! Идите домой , холодно же. — Агась, пока Антош! крикнула девушка взяв мальчика за руку. — Пака! - последовав примеру мамы крикнул парнишка, маленькие ушки слегка подпрыгнули вместе с их обладателем. Маленькая ручка быстро помахала в воздухе, в после убралась в кармашек Компания из мамы и ребёнка ушла, а беловолосый так и остался сидеть на окне печально глядя им в след, ну казалось именно так. После пары минут он спустился и подошёл к Пятифану, заинтересованно смотря на бумажку. — Ну? Чего надо? -немного раздражённо пробубнел черноволосый. — Ничего, ты так и не разобрался? — Ну... отчасти... В целом всё понятно, но хз... Не особо доверяю этой хуйняшке. -парень крутил в руках бутылочку в попытках найти подвох. В прошлый раз он использовал таблетки, так что в душе не знает как пользоваться "этим". — Ну попробуй хоть, вдруг сработает. Погоди дай я посмотрю. -беловолосый выхватил листок инструкции из рук Пятифана задумчиво читая содержимое. Пробубнев что-то под нос, видимо строчки инструкции, Антон начал вслух зачитывать способ применения. — Средство применяют тогда, когда возникает непреодолимая потребность закурить. Распыление делают при задержке дыхания, избегая попадания на губы и не сглатывая слюну в течение 30 секунд после впрыскивания. Взяв в руки не большой флакончик с надписью Никоретте парень поднес свой нос к отверстию откуда должна выходить жидкость. Пах он мятой, явно ядреной, которую Рома ненавидит. Но деваться некуда, так что через мгновение эта неизвестная бутылочка оказалась у губ. Нажав на кнопку во рту появился горький, ядроный и неприятный вкус мяты с отдалёнными нотками фруктов. — Фу блять! Ну и говно. -полукрича говорил Рома. Он уже хотел пойти в ванную и сплюнуть эту "хуйню", но рука посадила его обратно. — Сиди, ты же хочешь бросить курить? Хочешь. Значит терпи. — И чхево? Эта хуйня на вкус как сперма блять, со вкусом фруктов и маты, мешком мяты. — Сиди. -слегка поглаживая голову Пятифана, Антон одновременно немного придерживал его плечо, чтоб в случае чего он не рванул в ванну. Через буквально 30 секунд, которые Роме казались целой вечностью, Петров убрал руку и черноволосый ворвался в ванну с грохотом. Из туалета послышался звук води, а после голос. — Тош принеси воды. Зайдя ванну парень протянул бутылку, с некой жалостью смотря на Пятифана. Взяв воду он прополоскивал рот, пытаясь смыть неприятный вкус, но из-за ядрёной мяты получалось не очень. — Hy? — Хуй гну... Говно это, ебаное... — Ну тебе хотя бы не хочется курить... — Ага, и есть и пить тоже. Я конечно знаю, что отказ от курения это сложно, проходили, но блять чтоб настолько. — А ты что хотел? Нечего было начинать. — Хватит бубнеть себе поднос, скажи в лицо, бесишь. Антон подошёл к Пятифану почти в плотную с серьёзным выражением лица. Они смотрели друг другу в глаза менее полуминуты, беловолосый сложил руки на груди, а после сказал. — Дурак ты, это во первых. Во вторых, побочные эффекты для кого написаны? -он посмотрел на парня подозревающим взглядом. — Ты читал их хоть? — Руки не дошли, меня перебили. -Рома язвительно улыбнулся оголяя клыки. Петров развернулся закатил глаза, вышел из ванны и с шумом взял бумажную инструкцию. Он подождал пока Пятифан изволит принести свою жопу в комнату, а после зачитал текст. — Вот. Побочные эффекты: тошнота, боль в животе, головная боль, раздражение глотки... — Я понял. Пиздец какой то... -черноволосый прополоскал рот водой, кривясь от вкуса "ооочень" ядрёной мяты, а после пробубнел. — Захочешь бросить курить - сдохнешь, продолжишь - сдохнешь он плюхнулся на кровать и начал рассматривать бутылку у себя в руках, явно о чём то задумавшись. — Ну ничего не поделаешь, лучше бросить сейчас чем мучаться от рака лёгких. Ты каждую ночь задыхаешься, иногда так сильно, что я уже подумываю начинать делать массаж лёгких. Тут уже Пятифан оживился, он посмотрел на Антона из под лба, снова оскалив клыки, беловолосый сразу понял, что сейчас из этого рта выльется что-то что ему не понравиться. А парень тем временем сделал самодовольное лицо, будто собрался рассказывать научное открытие. — Какой массаж? Там где рот в рот? -после окончания своей фразы он сжал кулак и негромко постучал по нему ладошкой, условно показывая жест «секс» — Пятифан... -Петров закатил глаза в своей привычной манере закрывая лицо рукой, но Роме удалось разглядеть на его щеках лëгкий румянец. Подойдя к своему шкафчику беловолосый достал кружку с термосом, и продолжил копошиться внутри ящика. Пятифан сразу же узнал любимые движения. У белого часто случается бзик, когда он нервничает или испытывает гнев, то наливает чай. И вот сейчас именно такой момент. — Опять пойдëшь с "чашкой" чаи гонять? -этом столовым предметом Рома назвал тëтю Марину. Она всегда наливала Антону чай когда тот пожелал. Честно, иногда казалось, что она уж слишком любезничала с зайчиком. — Да пошëл, и без тебя! -полукринув Антон развернулся и уже хотел захлопнуть дверь, но что-то помешало. — Ещë чего Тошенька, ты никуда от меня не денешься. -Рома выхватил кружку из рук Петрова и побежал. А тому оставалось лишь шёпотом кричать угрозы, и бежать на носочках за воришкой. Свет в коридорах всë ещë горел, но лишь по две-три лампы. Жужжащий звук заполнял все помещения, пропитывая их тем самым ароматом больницы. Многих, чьë присутствие здесь только началось, эта зацикленная мелодия ламп раздражает. Но Роме уже наплевать, можно даже сказать ему нравиться. Монотонное жужжание успокаивает по ночам. Когда лежишь себе на койке, бессонница уже полностью накрыла своим куполом, мысли так и льются рекой. Душа и мозг устали от постоянной пытки оскорблениями себя, тревожными додумками по поводу прошлого и будущего, и тут ты отвлекаешься на тихий, еле уловимый звук. В голову сразу приходят картинки шмеля летящего до клевера, или пчелы которая спешит обратно в улей. Сразу всплывают тëплые воспоминания лета. Хоть звук и тихий, но обычно фантазий куча. Дверь в их палату тонкая, как один лист кортона, так что услышать можно даже храп сторожа с первого этажа. В столовой свет был полностью вырублен, кроме пары лампочек на кухне. Там, среди темноты, сидела женщина, полноватая, лет тридцати, она спокойно читала газету щëлкая семечки. — Добрый вечер тетя Марина. -Антон наигранно улыбнулся. — Ой, Антоша! Привет мой сладкий, опять за чаем пришëл? — Да. -по доброму смутившись, Петров улыбнулся. — Ну давай, я налью тебе. Она взяла из рук Петрова кружку и термос, быстро налила туда и туда горячей воды, а после отдала их их обладателю. — Ну а ты чего Рома? -женщина сменила тон. — Что я то? Просто пришëл, а то вдруг Антошку украдëт кто то. -он улыбнулся во все 32 зуба и покосил взгляд на Антона. Тот, в свою очередь в ответ посмотрел на него с лëгкой, как Роме показалось, нежностью и улыбкой. — Молодец, правильно. А то вдруг с ним что-то случиться, очень будет жаль такого милашку! -она потрепала белоснежную щёку. Выходя из столовой Пятифан спросил. — Она странная, не находишь? -он смотрел куда то вдаль, но не на Антона. — М? В каком месте? — Ну по факту она кажется педофикой. Или как там... — Пхахахахаха... -Антон посмеялся прикрывая рот рукой с термосом. — С чего это? Она просто меня любит больше чем тебя. — И что, ты намекаешь на то, что я завидую? Да боже, я не по милфам, так что завидовать тут нечему. — А я что? — Ну а ты не знаю, может тебе нравятся постарше. -Рома язвительно улыбнулся. — Да нет вроде, ничего не стоит когда около бабушек прохожу. -после этих слов Антон услышал смех, очень сильный. — Тише дурак. -сквозь свой собственный смех, он пытался успокоить уже упавшего на пол Рому чей рот, словно колонка, всë прибавлял звук. Спустя пару минут задыханий и не большого количества пролитой воды, они наконец то ушли с первого этажа. — Давай я понесу. -Пятифан вырвал термос из рук Антона, ну а тот даже не сопротивлялся. — Окей. — М, тëпленький. -черноволосый грел руки о тëплый металл, пока за ним наблюдали светлые глаза. — Тебе холодно что ли? — Есть такое... Антон остановился и взял Рому за одну из рук. — Реально холодные. -он уже хотел отпустить, но его остановили. — Давай так пойдëм, ты тëплый. — Ха-ха, а если кто-то выйдет? -немного сомневаясь в предложении друга, Петров поправил руку с кружкой. — И похуй, ну Тош... -умоляющим голосом говорил Рома. — Ладно. Они по итогу так и шли. Беловолосый шарахался от каждого звука, потому что уже поздно и им бы дали. А Пятифан кайфовал, его правую часть тела греет горячая вода в термосе, а левую живой обогреватель. Ложились спать они как обычно, поразговаривав на разные темы, и пожелав друг другу спокойной ночи. Приоткрыв глаза Рома увидел мирно засыпающего Антона. Его нос уткнулся в плюшевый нос собаки. Смотрелось это чертовски мило, а из-за Лунного лучика света, он выглядел как снежный мальчик. Если бы Пятифан умел рисовать - то точно нарисовал бы такой красивый вид, ну или сфоткал... Ебаные правила, почему нельзя принести телефон в палату? Почему?.... Утро встретило новой порцией ломки, но уже не такой сильной как неделю назад. Солнце светило прямо прямо в окно, благо на нëм висела штора, которая хоть немного защищала от прямых лучей света. Повернув голову чуть правее перед черноволосым предстала картина: Антон сидит на кровати, пододвинув ноги к лицу, и что-то рисует. Но выражение лица у него явно грустное. — Чего грустный такой? -сам не ожидая от себя такого вопроса, Пятифан — Ну... Вторая личность стал реже приходить, это если простыми словами. -Петров говорил смущëнно, но резко его внимание переключилось на картину. — И чего грустишь? Ты же попал сюда из-за него, а если он стал реже появляться, то тебя выпустят скоро. — Угу. -Антон не обращал внимания на поддержку Пятифана, ну так ему казалось. — Он хороший, я не знаю почему они так хотят чтоб его не было. — Ну... Наверное потому что это странно, иметь кого-то кроме себя у самого себя в башке. — Наверное. Но блин, даже если это странно, почему нельзя так? Он меня поддерживает, когда мне грустно, говорит что я хороший и он любит меня. — Ого, да у тебя в башке твой личный парень. Дак ты занят уже, эх. -иронично, или нет, сказал Рома поднимая тело с кровати. — Ха-ха, ну наверное.... — Возможно он появился из-за малого количества внимания к тебе. Поэтому он говорит тебе комплименты, поддерживает. -Пятифан рылся в сумке, ища душевые принадлежности. Он достал трусы и двинулся к двери ванну. — Возможно... Давай лучше собираться на завтрак... Не хочу сейчас говорить об этом. — Окей, я пойду в душ, если буду долго - то не мешай, я дрочу. -закрывая дверь говорил Рома. Капли стекали по светлой коже, Пятифан мылил голову виноградным шампунем Петрова, потому что его шампунь закончился. Вода лилась полутëплая, из-за этого парень дышал тяжело. Ну и как себя не потрогать? Руки легли сначала на грудь, потом на прес. Черноволосый вспомнил свою фразу, про долгое принятие душа, сказаную им Петрову. — "А ведь он думает об этом, наверно на время смотрит... Я ведь уже долго моюсь, может представляет подобные сцены... " -из-за этих мыслей у парня на лице появилась фирменная улыбка с клыками. Выйдя из под душа Рома вытерся синим полотенцем, естественно это полотенце было не его. Потому что собственное он попросить забыл, а телефона не было под рукой. Ещë раз ебучие правила. Вытирая влагу с тела парень засмотрелся на себя в зеркале. В отражении стоял он сам, его тело было слегка накаченным из-за походов в зал, нижняя часть прикрывалась тем самым "одолженным" полотенцем. Пятифан согнул руку, напрягая мышцу, она слегка выгнулась. — Ну, по крайней мере ты форму не теряешь. -сказал сам себе Рома. Глаза спустились на раковину, которая представляла из себя большую доску, отделанную как гранит, парень начал представлять разные сцены с участием одного очень интересного ему человека. Помнится Роме, как то он шëл от Полины с Катей, поздно было, зайдя в комнату Антона в ней не было. Ну парень подумал, что беловолосый зависает у своей компании. А Пятифан весь вспотел, ему приспичило побегать, типо если пробежишь пару этажей, то мужик. И вот он берëт трусы, хочет взять шампунь, а его нет. Ну думает в ванной, заходит, а там блять Антон. Моется. Ну как моется. Стоит и чистит зубы. Голый блять. Черноволосый закрывает двери перед этим говоря. — Блять. Ну и всë, они не вспоминали об этом. Да и было то это когда они не особо близко общались. И вот сейчас, стоя перед зеркалом, у Ромы в голове всплывает картина голого Петрова, который стоит перед ним в пол оборота с щëткай в зубах. Чтож, выглядит это пиздец как сексуально. А член... ну.... как черноволосый помнит он был около двенадцати сантиметров?... Наверное... В целом нормик, но у него больше. Взгляд упал на столешницу, чуть отойдя назад Рома провëл рукой по краю. — "Большая..." - далее в мыслях проскальзывали разные виды разврата с участием Петрова... Парень начал смотреть на себя в зеркале. Лëгкий бугорок в области паха слегка тëрся о раковину. Из волчьих уст вырвался лëгкий смешок. — Видимо я реально задержусь здесь... -снимая полотенце с бёдер говорил себе под нос Пятифан. Дверь ванны открылась и взору Петрова предстала картина черноволосого в одних трусах, сильно облегающих его член. Проходя мимо парня Пятифан плюхнулся на кровать. — Ну чего так долго то? -Антон сидел на кровати сложив ногу на ногу. После того что Рома делал в ванной, было не совсем привычно видеть не в развратных позах. — Дрочил. -а ведь белый не знает что он говорит на полном серьёзе. — Блять, Рома. — Что? Я тебе реально говорю. А, кстати, угадай на что я дрочил? — Мы в угадайку играем? -Антону уже было в падлу всë, ему хотелось поскорей пойти и набить живот едой. — Ну просто попробуй. -Роме хотелось увидеть то смущëнное выражение лица, которое он видел в прошлый вечер. Уж очень оно ему понравилось. — Ну боже... Не знаю... Ты вспомнил ту библиотекаршу? Или... — На тот случай. Когда ты мылся и я вошёл в ванну. Тогда я увидел тебя голым в первый раз, жаль что больше не видел. -на лицо Пятифана сначала залезла ухмылка почти до ушей, а потом он надул губу, как бы грустя. Вдруг Пятифан выдал. — Слушай, а давай как нибудь помоемся вместе? Имба же. -Рома надевал носки косясь на, краснеющего с каждым словом, Антона. На его белоснежной коже это выглядело, как кровь на снегу. — Блять Рома... Ты... -он закрыл лицо руками. Смех гиены донëсся до краснеющих ушей. — Я пошëл, сам дойдëшь. -Антон вскочил с кровати, всë так же прикрывая лицо, и пулей выбежал за дверь. В коридорах уже никого не было, все на завтраке. Нужно было поторопиться, но в голове всë ещë всплывал Пятифан. Блять, какой же он сука. Заставил Петрова быть помидором. Беловолосый сейчас идëт по бесконечному коридору всë так же прикрывая лицо. Его ебаный смех, сука. — "И блять самое главное что я нахуй покраснел не с того, про что он говорил... А с его блять члена... Сука..." -на этом моменте Петров уже окончательно вскипел. Он сел на лавку у окна и начал дышать. Глубоко и долго дышать... Глубоко и долго... В голову сразу всплыли картинки, будоражущих голову, воспоминаний. Антон решил принять свою участь и просто прикрыл глаза, облокотившись головой на спинку скамейки. Трусы, что почти полностью обтянули член по контуру. Он был немного прижат натянутой тканью к ноге. Но как Петров помнит, размер у Пятифана охуенный, сантиметров девятнадцать... Какого хуя? Его хуя... Даже блять у беловолосого меньше... Антон знал что Рома дрочил, потому что член всë ещë стоял, и блять, если верить этому пидору, то он дрочил на голого беловолосого. На него бляяять... А его полусырое тело с которого стекали капли воды... И волосы пахнущие виноградным шампунем, его виноградным шампунем... Петров согнулся пополам, потому что ну уж очень сильно разкраснелся, ну ещë потому что у него встал. — "Пиздец... Ну бляяять... Ты же не такой... Ты не как этот извращенец..." -он пытался переубедить себя в том, что его тянет к Роме. Нужно было идти, стояк было почти не заметно за большой футболкой, так что деваться некуда... Он мог бы конечно зайти в общий туалет и быстренько передëрнуть, но... Хуйня идея, даже по своей структуре... — Успокойся... всë нормально... -шёпотом говорил Антон идя по лестнице. — Да, успокойся Антош... -на ухо парню прошептал басистый голос. Повернув голову перед глазами Петрова предстал Рома, который был одет в чёрную футболку с круговой надписью у шеи, разобрать еë было сложно... — Ты ещë не ушëл? Не думал что догоню тебя. — Не шлось мне... -Антон отвëл голову в сторону. Они шли пару этажей молча, беловолосый иногда посматривал на расслаблено идущего Пятифана, а тот, в свою очередь, ни о чем не парился. — Тебе сейчас высказывать начнут... Почему ты не в белом? — Да я колу пролил на футболку... Вот, несу стирать... Антон просто посмотрел на запачканый ком из рубашки и замолчал. Роме это явно не понравилось. — Ну ты обиделся? Извини, я сегодня хорни слишком... -он положил руку с футболкой за голову, а вторую осторожно закинул на плечо Петрова. Выглядело это так, будто Антон что-то очень хрупкое, и готовое сломаться от малейшего прикосновения. — Не обидлся я... Нормально всë... — По голосу слышу что чуть-чуть но обиделся. -он показал пальцами жест чуть-чуть и сильнее прижал беловолосого. Они остановились и Пятифан уже полностью обнял Антона. Тот в свою очередь немного стоял под наклоном, чтоб Рома не заметил последствия своего хорни поведения. — Пошли, мы сейчас опоздаем и не поедим... — Ну лааадно... -будто через силу Пятифан отпустил тонкое тело и они быстрым шагом пошли в столовую. По пути Рома ещë раз прыснул в рот штуку от курения, и опять скривился, словно в него засыпали лимонной кислоты. По пути черноволосый просто шëл, ничего не говоря, ни как не пытаясь завести разговор. Выглядело это, мягко говоря странно, смотря на его возбуждëнное состояние утром. — "Ну, может устал?..." -Петров просто забил, хотя слегка волновался... Резкая переменчивость настроения не свойственна такому человеку как Рома... Его взгляд покосился на чëрную голову, — У тебя что-то случилось? -резко спросил тот. — М? Да нет вроде... А что, волнуешься? -Рома сразу начал улыбаться. — Понятно... -Антон закатил глаза и они просто пошли дальше. На длинных столах стояла не особо привлекательная каша. На вид явно холодная. — Пришли наконец. — Пришли, а вы переживали? -Пятифан улыбнулся. — Конечно. -Катя закатила глаза. Сидя за столом компания болтала о всяком, о спорте, о процедурах и тому подобном, как вдруг к ним подошла тëтя Марина. — Здравствуйте ребятки, Антош, могу я попросить тебя отнести это дяде Володе на пост. — А... Да конечно. — Спасибо большое мой хороший. Просто отдай ему контейнер и всë. -комплемент явно не понравился одному из сидящих за столом. — Да да хорошо. — Спасибо ещë раз солнышко, ну ладно, я пойду. Не буду отвлекать вас, приятного аппетита. -женщина быстро, словно еë тут и не было, убежала на кухню. Антон доедал свою порцию и краем глаза заметил, что Пятифан смотрит на контейнер с едой, стоящий между ними. Не предав этому значения он продолжил употреблять свою порцию. — Идите пока, я щас быстро, туда и обратно. -Петров держал в руках "посылку", и уже развернулся и уходил, как тут до его плеча докоснулась крепкая рука. Повернувшись он увидел лицо Ромы. — Ты чего с девочками не пошëл? — Ну... Не хочу проводить время среди боловни о женских делах. Ну и не хочу чтобы с тобой что-то случилось. — Да не переживай ты так, я не маленький, сам могу. — Мне похуй, маленький ты, или старый. Я всë равно пойду с тобой. -Пятифан скрестил руки на затылке и расслаблено шëл за беловолосым. — Ладно, с личной охраной вообще не страшно. -широко улыбаясь говорил Антон. Рома лишь усмехнулся. Советский телевизор говорил с помехами через одно слово. Белые, то ли кубики, то ли просто рандомные фигуры, танцевали в старинном экране. Одна только лампа на столе освещала маленькое помещение. — Здравствуйте дядя Володя. — А... Ох... Здравствуйте ребятки... -мужчина, лет сорока, проснулся поудобнее усевшись на своëм кресле. — Вот, нас попросили принести. -Антон поставил контейнер с едой на стол, рядом с газетой и клавиатурой от компьютера с камерами. Боковым зрением он уловил сконцентрированый на чëм то взгляд Ромы. — Ой, спасибо большое. Я заработался и забыл совсем... -он почесал затылок и улыбнулся. — Ага, конечно, заработался он... Из-за плеча Петрова послышался шëпот. Охранник этого не услышал, но беловолосому такое явно не понравилось. Попрощавшись с дядей Володей парни отошли за угол и Антон начал высказывать своë недовольство по поводу поведения Пятифана. — Ты чего такой токсичный сегодня? — Да блин...-он "явно не хотел" рассказывать причину. — К тебе все пристают, то то, то сë. А я просто хочу побыть с тобой, пообнимать... -Рома актëрски закинул руку на плечо Антона и чуть его сжал, делая так, чтоб тело белого слегка развернулось к нему. — Рома блин... -Петров немного улыбнулся — Ха-ха-ха, пошли, стесняшка. Весь день ребята перекидывались разного рода шутками, подкалывали друг друга. В обед все разошлись на процедуры, кому то к психотерапевту, кому то на уколы, кому то на приëм таблеток. Они договорились встретился в зале, и дождаться всех, так как время конца процедур у каждого разное. И вот в зале сидят: Рома, кто бы мог подумать, у него у первого закончилось всë, Вика, Катя. На часах показывает три часа дня. Атмосфера, мягко говоря, не ахти... Пятифан просто сидел и молчал, его мысли были заполнены другим. Девушки болтали о чëм то, но Рома не слушал. Спать хотелось конкретно, то ли от скуки, то ли от препаратов. Голова сама собой откинулась назад, давая расслабиться хоть на чуть-чуть. Вдруг в лоб кто-то ткнул пальцем, парень подумал, что это всеми любимый Антон, но это оказалось не так. Открыв глаза перед ним стояла Полина, улыбаясь. — Не спим.-она мило улыбнулась и пройдя до дивана села левее Кати. — Я не сплю... Просто в сон клонит... -глаза медленно и лениво моргнули. — Опять что-то на путали... -Морозова скрестила руки на груди и нахмурила брови. — Да не... Я заебался просто... -парень повторил положение девушки и так же скрестил руки, облокачиваясь на спинку кресла. — О, Антон! — Привет ещë раз, Лиза к себе пошла, ей плохо стало... -Петров, облокотившийся на кресло где сидел Пятифан, начал слегка поглаживать его волосы. Тот всë так же сидел с закрытыми глазами. — Пошлите ко мне в комнату, тут скучно... -протянула Екатерина. Она закатила глаза и начала рассматривать свои ногти. Впрочем, все были согласны. Идя по коридору Петров заметил что Рома выглядит очень задумчиво и хмуро, иногда Антон замечал на себе его взгляд, а как только они устанавливали зрительный контакт, то тёмные глаза сразу же переключались на что-то другое. А спустя пару таких переглядок беловолосый просто забил, ну смотрит и смотрит, ему даже, в какой то степени, было приятно. Но во время какого-то непринуждённого разговора Рома подошëл и тихо спросил, так чтоб другие не услышали. — Антош. -Пятифан слегка потянул того за рукав водолазки. — М? — Давай отойдëм. -он выглядел очень серьëзно. Петров даже слегка испугался, вдруг случилось что-то плохое. — Хорошо... Сейчас. -Антон окликнул девушек. — Мы с Ромой сейчас подойдëм, идите дальше. — Окей! -уходя сказала одна из них. Вроде это была Катя, она шла последняя и как только все ушли чуть дальше сказала. — Только давайте живее, пососались и пришли. -она ушла, не дожидалась ответа на свою колкость. — Дура. — А что, тебе не хотелось бы пососаться со мной? -с широченной любой сказал Рома. — Не здесь и ближе к делу. — Окей, тогда как-нибудь вечерком включим лампу, и под красивый закат жоско засосëмся... -он отвëл взгляд как бы представляя сюжет дальше. — Ага, можно ближе к делу, зачем ты меня отвëл в угол? — Итак, Антоша, ты должен мне помочь взять телефон из шкафчика в раздевалке внизу. — Ты спятил? -парень был явно не доволен предложением друга, но по глазам видно - заинтересован. — Как ты собрался это сделать? — Ну смотри. -Рома подошëл к стене сзади беловолосого и начал водить по ней пальцем. Как Антон понял, он рисовал что-то типо карты, или плана действий, одновременно всë приговаривая. — Мы спускаемся по лестнице на первый этаж, заходим к сторожу в каморку, он должен уснуть. Дальше берëм ключ с ключицы на стене, открываем шкафчик с моими вещами и всë. -после последнего слова Пятифан ткнул пальцем в стену, да так сильно, что аж кости в пальце хрустнули. — Ну.... Я не думаю что твой план сработает... -Петров подошëл к Роме, который потирал хрустнувший палец, и взял его руку в свою. — А если что-то пойдëт не так? -Антон не сильно согнул каждый палец, а после спросил. — Больно? -его глаза поднялись смотря Пятифану прямо в душу, но этот взгляд был заботливым и приятным. Петров выглядел очень даже мило, из-за этого на лице Ромы выступил румянец, который тот попытался скрыть наклоняя голову. — Немного... Когда сгибаешь... указательный.... -он отвернулся отводя взгляд. — Не смущайся так. Ладно, я помогу, но план, честно говоря, жидкий... — Окей, тогда вечером, часов в одиннадцать, пойдëм. -Пятифан сжал руку Антона, которой он держал пальцы Ромы. Выглядело так, будто они парочка. Солнце уже уступило место Луне, та, в свою очередь, мирно стояла на посту, светя словно фонарь. Из приоткрытого окна слышались голоса оживлённого города, где то звук гудка машины, где то просто звуки колёс. В соседнем жилом здании горели окна нескольких квартир, там явно не хотели спать. Петров сидел на подоконнике наслаждаясь этой атмосферой муравейника. Она расслабляла, заставляя оставить проблемы, переживания позади. Он просто сидел, смотрел, слушал. Он стал частью города. Прикрытые глаза представляли перед собой исторические здания, куда-то спешащую полицию, скорую которая мчиться спасать жизни людей. Вдруг подоконник заскрипел, приоткрыв глаза Антон увидел Рому. Он просто сел напротив беловолосого смотря в даль. Глаза снова закрылись, в сон клонило конкретно. Но нужно было исполнить план придуманный черноволосым. Делать было нечего, он обещал что поможет, значит должен помочь. — Если сильно устал - то не иди. — М? -Антон приоткрыл глаза, а после, переработав всю сказанную Пятифаном информацию, сказал. — Не, я же сказал что пойду, значит пойду... — Ну, ты просто так балдеешь от этих звуков. -он улыбнулся, смотря упавшим взглядом на Антона. После повернулся, продолжая смотреть на оживлённые улицы города. — Расслабляет... После тяжёлого дня так особенно.... -Петров повернул голову на настенные часы, стрелки встали на числе десять. — Час ещë... Может сейчас пойдëм? — Не, там ещë не все уселись на местах своих. Ходит кто-нибудь, сто процентов. Беловолосый на это лишь вздохнул и облокотился головой на пласиковую раму окна. — Возьми плед хотя бы, холодно. Антон отрицательно помычал. Тогда Рома встал и взял свой пушистый плед. Петров иногда брал его и закутывался, сидя так же на окне. Мягкая ткань обволокла тонкое, белое тело. Стало чуть теплее, тут беловолосый почувствовал рядом с собой сильный источник тепла. Повернув голову, на плече Антона лежал Рома, приобняв его под руками. — Ты стал нежным в последнее время... — Ну, вот так вот, а ты не хочешь чтоб я таким был? — Мне всë равно, даже если ты будешь холодным я буду с тобой общаться... -он положил голову на голову собеседника слегка улыбаясь. — Ты упадëшь сейчас... — Не упаду, не ссы... -нос Ромы закутался в мягкий плед. Всë это напоминало сцену из романтического фильма, но такого греющего душу... Было так тепло, даже не от Ромы, или от пледа... Было тепло от того что он жив, что он может радоваться... может сидеть, может чувствовать, может любить всë то что имеет и любит... Наверное это называют счастьем? Или спокойствием души?... Не ясно, но честно разбираться не хочется, пусть это будет просто приятным чувством, которое хоть на мгновение, но сделало его счастливым. И не только его. Рома чувствовал тоже самое. Тоже так же наслаждался этим масленым удовольствием. Глаза открылись, взору черноволосого предстало приоткрытое окно, еле слышные звуки города. Повернув голову на часы, на них он увидел час ночи. В голову будто молнии ударили, он поднялся и посмотрел на своего сообщника по плану. Белые волосы слегка разтрепались, изо рта слышались сопящие звуки. Будить такого мирно отдыхающего милашку было бы преступлением. Так что Пятифан встал и начал собиться на опасную миссию. Ещë раз проговорив план про себя он уже собрался выйти, но проснулся его подельник. — Ты чего встал? Спи. -нежно говорил Рома проходя к выходу. — Стой, я пойду с тобой... -Антон спрыгнул с подоконника, он положил плед и искал очки. — Тош.... Не надо, ложись... -Пятифан сложил руки на груди и ждал, он пытался переубедить беловолосого, но сделать это не так просто... — Неа, я обещал, значит должен сделать... -он рылся в одеяле своей кровати, и найдя то, что искал, подошëл к Рома. Выглядел он сонно, но решительно. — Ладно, только кофту мою одень, там холодно... Выйдя из палаты они почувствовали холодный воздух, который прошëлся по ногам. Краем глаза Пятифан заметил Антона, который быстро поëжился и сложил руки в корманы. Его лицо выражало усталость, то что ему холодно, ну и конечно страх. Рома только сейчас вспомнил, что этот человек боиться темноты. Вспомни он раньше, то нашëл бы хоть фонарик... — Давай руку, чтоб не потерялся. — А, не надо... -он посмотрел на Пятифана так, будто он ему травы предложил... — Ага, я вижу как ты дрожишь... — Иди давай... Видит он, я вот них.. ничего не вижу... -он согнулся, немного походя на бабку.... В ответ прозвучал лишь басистый смех. Пройдя чуть дальше по коридору, Пятифан почувствовал как его футболку сзади слегка потянули, он даже смотреть кто это был не стал, сразу понятно кому стало страшно. Звук тапок, словно гром, разразился в тишине, они лëгкими шлепками передвигались по лестнице. Парни уже подбирались к месту своего назначения. Из-за стены внезапно вышла библиотекарша. — А... -Антон слегка вздрогнул. — А вы чего тут делаете? Поздно уже. -женщина нахмурилась. — Идëм. К охраннику в гости. -Рома сделал серьёзное лицо. — Куда в гости? Давайте спите идите. — Бабуль, иди к себе. Чаю попейте не знаю, книги поразбирайте... -старушка взяла парня за ухо и слегка потянула. — Ай! Пусти! — Я тебе сколько раз говорила не называть меня так?! -она слегка прикрикнула. — Ну пусти... -уже умоляя говорил Рома. Антон просто смотрел на разборки бабушки и внука, хоть и не родного. Выглядело это мило, будто он провинился в чëм то и бабушка отчитывает его. Лёгкая улыбка засияла на лице Петрова, библиотекарша уже отпустила ухо Ромы, тот потирал место не сильной боли и слегка корчился. — Ладно, идите... Но не натворите делов, а если и натворите, то вы меня не видели... -она быстрым шагом ушла за угол и растворилась в темноте. — Она забавная. -сказал Петров тихим голосом. — Ну... Наверное... Шутки у неë огонь, ничего не сказать. Пошли давай. Не яркий свет горел в каморке сторожа, оттуда же и даносился сильный храп. Вокруг было темно, стянутая ткань на копчике резко расправилась. Антон увидел свет и отпустил единственное средство передвижения. Зайдя в световую камеру парни услышали ещë более сильный храп. — Пиздец... Храпит как лось... -черноволосый подошëл к ключнице, но рука не дотягивалась. — блять... -Пятифан буквально навис над старым охранником. В голове у Ромы была буквально буря, он чувствовал себя шпионом, человеком в чëрном. Ощущения зашкаливали, он стоял в неудобной позе, вообще блять. А нужно было найти ещë правильный ключ... И бегая глазами Пятифан заметил один одинëшенький ключ, когда на всех было по три или четыре. Слегка повернув синюю бирку, парень увидел надпись «шкафч.» достаточно красивым подчерком. И вот случилось чудо, железный ключ с синим белком наконец начал двигаться, он наклонился под своим весом. Петров стоял в стороне, он наблюдал за всей этой картиной с ужасом и смехом. Мысли сменялись будто погода осенью. И вот уже кажется что всë, будет шум, но случилось чудо. Пятифан словил ключ на лету, он сам не знает какой клеткой тела он его поймал, но поймал. Чуть отойдя от места кражи, Рома выдал. — Господи... У меня очко сжалось в атом.... -он положил руку на сердце и начал глубоко дышать. Антон в это время просто смотрел с улыбкой и сонным взглядом. Он слегка покачивался и был словно не живым. — Пошли, сонная муха... -Рома взял одной рукой рукав беловолосого, а другую оставил на груди. Пройдя до двери, чуть дальше выхода, они зашли в помещение, заполненое шкафчиками. — Ты помнишь какой шкафчик твой? — Конечно Антош, как можно забыть где лежит самое дорогое. -Пятифан прошëл до зеркала, у которого буквально месяц назад сидел и отходил от очередной дозы. И повернув голову чуть правее увидел, сквозь щель в ящике, свою кофту. Быстро открыв шкафчик он начал рыться в нëм, но вещей было уж очень много. Так что Рома выложил все вещи на скамейку и начал шариться в них. — О, а вот и та дрянь из-за которой я здесь. -он достал не большой пакетик с белым содержимым. — Ого... Дай посмотреть. — Ещë чего, даже не смотри на неë. Отрава ебейшая. -он подошëл к мусорному ведру и выкинул пакетик. — А если кто-то придëт мусор убирать?... Не думаю что будет весело если они увидят наркоту в мусорке... — Ну... Увидят и увидят. Ну и где он? -Пятифан начал всë больше шариться в коме вещей. Наконец его рука остановилась что-то нащупав. Чуть погодя он достал телефон, с достаточно ярким чехлом. — Ура, наконец-то. -на его лице появилась искренняя улыбка. — Не буду блять теперь как принцесса в башне, без связи. — Смотри осторожнее, принцесса. Если кто-то из проверяющих заметит у тебя телефон, то отберëт и отдаст только родителям... Ну или сопровождающим... -Антон подошëл к Роме и начал разглядывать телефон. — Буду, не парься. Пошли, спать пиздец охота. - Они положили все вещи обратно, Пятифан даже по карманам полазил, вдруг найдëт сигаретку, или что-то ещë, но сигарет у него не было. — Блять... Опять на деда лезть.... -парень встал в тоже положение что и раньше, и опять, незнама на какой силе, повесил ключ на место. — Ура, наконец-то спать. -Петров закутал нижнюю часть лица в ворот кофты и положил руки в карманы. — Да уж... -Пятифан крутил телефон в руках, радостно улыбаясь, но уже не так сильно как при "первой встрече". — Ам... Он же разрядился наверное... — Всë норм, мне Бяша притащил зарядку, он думал что телефон можно с собой. Ну а я и согласился оставить, вдруг выдадут. -он говорил это гордо, словно сделал какое то открытие. На этот раз на пути им уже не встретилась гуляющая библиотекорша. — Спать ложись, а не в телефоне сиди. — Угу, щас... -Пятифан расслаблено лежал на кровати, с закинутой за голову рукой. Телефончик, по которому он так соскучился, заряжался на зарядке, благо разметка находилась прямо над его головой. — Слушай... А го по приколу Бяше позвоним? -на Ромином лице появилась широченная улыбка. — Ну ты дурак? Он спит, ему скорее всего на работу завтра, или в универ... -говорил Антон, ложись на подушку и укутываясь одеялом. — Ничего, ради любимого друга проснётся, ничего с ним не случиться. -впрочем, Рома уже начал трезвонить парню. Звуки гудка заполнили комнату, Пятифан, видимо, включил громкую связь. Но оказалось был включён не только звонок. — Вот гандон... -Игорь не отвечал уже около пары минут, но вдруг случилось чудо. — Ало... -из трубки послышался хриплый и сонный голос. — Ало братан! — Здорова... Ты чего так поздно то? — Я телефон из шкафчика спиздил! Вот и решил попиздеть с тобой. -он выглядел счастливым. — Время ты конечно нашëл.... -по голосу было понятно, что Игорь лëг поудобнее. — Ну дак, как только так сразу. А кстати смотри. -Пятифан повернул телефон к Антону. — Это Антоша, мой охуенный друг. -Петров увидел лицо того самого Бяши. Этим человеком был беззубый парень. — Понятно, променял меня на... Белого... -взгляд Игоря стал чуть чëтче, он не понимая смотрел на белые волосы, будто это просто ему кажется. — Не смотри так, я ревную. -Рома отвернул телефон, и теперь не беловолосый, не беззубый не видели друг друга. — Ром.... Можешь честно сказать... У меня белка уже? Или он реально беловолосый? Черноволосый начал смеяться во весь голос, но закашлялся. — Реально, не ссы. А кстати, помнишь эту хуйнюшку? -парень показал маленький болончик с надписью «Никоретте». — Дак вот, это поебень... Я только пшикнул, сразу же блевать пошëл. — Чего ты врëшь? Просто рот прополоскал и всë. -говорил Петров укладываясь поудобнее. — Антош... Ты лежи спокойно и не рыпайся, тебе ещë ночь со мной проводить. Поразговаривав ещë недолго они пожелали друг другу спокойной ночи и отключились. Беловолосый уже слегка посапывал, а Рома всë думал, что скоро выйдет и будет дальше учиться, работать... А ведь он даже не знает где живёт Петров... А если он его потеряет?... И они больше не встретятся?... Становилось жутко, так что парень просто решил подумать о другом. Но страшные мысли прилипли, как говорят «словно банный лист к жопе».