Любовь человека к оборотню

Холодный ветер пронизывал до костей, заставляя Чонгука кутаться в старый, выцветший шарф. Он сидел на качелях во дворе их дома, наблюдая за тем, как луна медленно поднимается над горизонтом. Сегодня был особенный день - день, когда Юнги возвращался. Чонгук помнил их последнюю встречу, как будто это было вчера. Юнги стоял у порога их дома, его глаза были холодными и отстраненными, как всегда. "Я ухожу", - сказал он тогда, не объясняя причин. Чонгук пытался остановить его, но Юнги лишь оттолкнул его и исчез в ночи, оставив Чонгука с разбитым сердцем и тремя собаками, одна из которых - сам Юнги, оборотень, возвращающийся лишь раз в месяц в человеческом обличии. Чонгук сжал кулаки, его ногти впились в кожу. Боль от воспоминаний была такой же острой, как и тогда, много лет назад. Он до сих пор не мог понять, почему Юнги ушел, почему предал его. Ведь они были не просто друзьями, они были чем-то большим, чем-то, что невозможно описать словами. Вдруг Чонгук услышал шорох за спиной. Он обернулся и увидел Юнги. Он стоял в лунном свете, его лицо было бледным и изможденным, но глаза все так же холодны и отстраненны. "Привет", - тихо сказал Юнги. Чонгук молчал, не зная, что сказать. Он смотрел на Юнги, пытаясь понять, что творится в его душе. Но глаза Юнги были непроницаемы, они не выдавали никаких эмоций. "Я вернулся", - снова сказал Юнги, его голос был таким же холодным и безжизненным, как и всегда. Чонгук кивнул, не в силах произнести ни слова. Он знал, что Юнги не изменился, что он все так же холоден и эгоистичен. Но он также знал, что любит его, любит несмотря ни на что. Юнги подошел к Чонгуку и обнял его. Его объятия были такими же холодными и отстраненными, как и он сам. Но Чонгук прижался к нему, пытаясь согреться в его объятиях. "Я скучал", - прошептал Чонгук. Юнги ничего не ответил. Он лишь крепче сжал Чонгука в своих объятиях. Чонгук знал, что Юнги никогда не полюбит его так, как он любит его. Но он был готов мириться с этим, лишь бы Юнги был рядом. Ведь он был его единственным лучом света в этой темной и жестокой жизни.