And one

      Вот как с недавних пор проходят самые обычные и ничем не примечательные будни Наруто:       Сначала он с трудом просыпается, что неизменно изо дня в день. Перед тем, как отправиться умываться, ему нужно бессмысленно полежать в кровати и подумать о смысле идти сегодня в школу. Проведённое им время в ванной варьируется от семи до десяти минут, причём пять из них Наруто сидит на унитазе и читает ленту Инстаграма. Так как прошлой ночью ему еле удалось заснуть, он пьёт лошадиную дозу кофеина и завтракает чем-то лёгким. Обычно это какие-нибудь бутерброды, но иногда его предпочтение отдаётся вафлям и йогуртам. Затем идут базовые сборы — надеть какую-нибудь чистую одежду, наполнить рюкзак, обязательно не забыть наушники и…       Погладить новоприобретённую кошку.       На следующий же день после их первой встречи Наруто вернулся, чтобы её забрать. Ируке-сану просто пришлось смириться, ведь его доводы были правдивы — кошка стояла бы за своих котят до последнего, будь они у неё. А даже если она с владельцами, её всё равно стоило взять на передержку до того момента, пока они не объявятся. Вот только не объявились! Поэтому Наруто принял решение оставить эту кошку у них дома, и Ирука-сан не стал спорить, ведь надеялся, что это поможет его эмоциональному состоянию. Забота о питомце нередко помогает выйти из затяжной депрессии.       — Пока-пока, Саске-чан.       Такая кличка для кошки была выбрана им совсем неспроста. Помимо того, что она сама до безумия похожа на Саске, каждый раз говорить это может помочь преодолеть образовавшийся между ними разрыв. Только недавно Наруто чувствовал в горле ком, когда хотел произнести имя Саске, а теперь его и след простыл. И хоть периодически он зовёт кошку просто кошкой, эта практика всё же даёт свои плоды.       — Ха-ха, и всё-таки, кто называет животных в честь людей? — только и смеялся Ирука-сан.       Затем Наруто разделялся с опекуном и ехал в школу на автобусе. Как обычно, все эти поездки не обходились без музыки, причём преимущественно новой. После встречи с Саске он открыл для себя другие интересные группы, такие как Deftones и Survive Said the Prophet. Их он переслушивал чуть ли не наравне с теми, что нравятся ему самому. Всегда это сопровождалось пробуждением воспоминаний, вгоняющих в тоску, и Наруто сложно было им противиться. А он и не хотел, ведь уже оставил попытки избавиться от вездесущих мыслей о Саске. Это приятная ностальгия, пускай и делает больно.       Дорога на автобусе пролетала за прослушиванием хорошей музыки практически незаметно. После этого Наруто добирался до школы пешком. Бывало, он встречал своих одноклассников, но они никогда не объединялись, чтобы идти вместе. Наруто в принципе отдалился от друзей, а те это спустя столько-то времени начали понимать и перестали к нему лезть. Он ценил их рвение и заботу, но конкретно от этого заебался уже по прошествии пары недель, ведь ощущал себя, как на приёме у психолога.       В конце концов, у них у всех своя жизнь, и она не строится ни вокруг Наруто, ни вокруг Саске. Сакура уделяет внимание и время старательной учёбе, причём очень даже успешной, а помимо этого — прогулкам с подругами и развитию отношений с Ино. Наруто казалось, она не оставляла своих попыток добиться её симпатии даже после отвергнутых чувств. Он это не понимал. Ино ведь любит парней, верно? Ничего никогда не изменится, а Сакура только прожжёт своё драгоценное время в погоне за очевидно неудачной любовью. Лучше бы в мальчика какого-то влюбилась.       Киба тоже живёт своей самой обычной жизнью, какой жил и до этого. Проводит досуг с друзьями, занимается своей собакой… Темари-сан, Шикамару, Канкуро, да практически все никоим образом не поменялись с тех пор. И только Наруто превратился в нечто ленивое, странное и неприветливое…       Хината наоборот стала посвящать ему больше и времени, и смелых слов, но Наруто не имел ни малейшего понятия, почему. Она кричала, что он будто бы всегда светится, что его улыбка ослепляет и дарит силы двигаться дальше, а теперь? Он не светится и почти не улыбается. Наверняка Хината уже столкнулась с разочарованием в образе Наруто, но всё равно пыталась что-то исправить, писала первой… Он это ценил, зная, насколько она стеснительна, но не видел в этом никакого смысла.       Как и в том, что Гаара тоже неустанно предпринимал попытки сделать ситуацию лучше. Наруто не особо хотелось с кем-либо общаться, и это было неизменно даже по отношению к близким друзьям по типу Гаары. Его эта ситуация, видимо, не устраивала, и Наруто понимал, почему. Они ведь только недавно смогли нормально поговорить и вроде как наладить движение вперёд, но их дорогу на пути к дружбе преградил очередной камень. Как будто они обречены прекращать общение всякий раз, когда Наруто хреново. Только в этот раз он хотя бы не обрывает все связи подчистую, да и не мог бы, раз они в одном классе. С одной стороны это неудобно, но было бы лучше, окажись Наруто совершенно один?.. Кто знает.       Спустя некоторое время он приходит в школу, переобувается, снимает верхнюю одежду, заходит в класс и готовится к уроку. Иногда пропускает в медпункте или где-нибудь ещё, но в то их место у выхода на крышу Наруто стал ходить намного реже, поэтому и прогуливать — тоже. Параллельно он не особо общается с одноклассниками — может, обменяется с кем-нибудь парой слов, поучаствует в групповом задании, и всё на том. Даже с Гаарой контактирует мало, особенно из-за того, что он очень часто болеет, а потому не ходит в школу. На обеденном перерыве Наруто в одиночестве ест свой бенто в классе или где-то в укромном месте. В основном его досуг составляет только телефон, а конкретно соцсети и мобильные игры. Иногда он читает мангу.       И всё. Вот такой интересный у Наруто учебный день. Говорить о том, чем он занимается после школы, ещё более уныло, потому что по приходе домой он падает на кровать и засыпает до вечера, а проснувшись, ест, играет на гитаре… и затем снова ложится спать.       Конкретно сейчас Наруто молча шёл с учёбы вместе с Гаарой. Тот тоже ничего не говорил, и единственные голоса, издававшиеся неподалёку, были лишь от идущих впереди учеников. Они что-то очень рьяно обсуждали, весело смеясь и подталкивая друг друга, что очень напомнило Наруто былые времена с Саске. Когда подул промозглый ветер, он шмыгнул и укутался в шарф ещё сильнее. Холодно! И как только он выдержал ту ночь, когда убежал? Заболел, конечно, но реабилитацию прошёл довольно быстро благодаря своевременной помощи Ируки-сана.       Интересно, где сейчас Саске? На юге? Севере? В центре? Зимы там, где он теперь живёт, суровые или мягкие? Достаточно ли тепло он одевается, чтобы не подхватить простуду? Он ведь заболевает за секунду по щелчку пальца! А шапку носит?       Хоть когда-нибудь думает о Наруто?       — Слушай, — вдруг сказал Гаара из-под красного шарфа, из-за чего его слова превратились в еле разборчивое бормотание. — Хочу сказать тебе кое-что.       — М? — только и ответил Наруто, не сбавив ходу.       — Погоди.       Он послушно остановился, но поворачиваться не спешил, а вместо этого обратил к Гааре одну только голову.       — Ты говоришь, что справился с отъездом Саске, да?       — Уже да.       — Тогда выслушай меня, пожалуйста, — Наруто хмыкнул. — Ты нравишься мне.       Помните, Наруто рассказывал о том, что все его дни в последнее время скучные и ничем не примечательные?.. Забудьте. Выбросьте это из головы и никогда, никогда не вспоминайте.       — Ха. Что за новый прикол признаваться в симпатии? Это же совсем не смешно.       — Я не шучу.       Руки Гаары заметно дрожали, а Наруто был раздражён. Не хватало ему чувств одного друга, так тут как тут второй, да ещё и тогда, когда он по правде ещё совсем не отошёл от первого, а говорил иное только для того, чтобы перестали заёбывать!       — Зачем?       — …Что?       — Зачем ты мне это говоришь?       — Я… я устал держать эти чувства в себе. Мне было страшно заводить этот разговор, ведь ты можешь уйти снова, но лучше уж мы определимся с нашими отношениями раз и навсегда.       — Ты хочешь, чтобы мы были лучшими друзьями, как раньше? И для этого… признаёшься?       — Нет, Наруто, я хочу знать, что ты чувствуешь ко мне и чувствуешь ли вообще.       — …Я ценю тебя, как хорошего друга. Ты мне нужен, иначе будет совсем одиноко.       — Вот как? Тогда тебе не нужен я. Тебе нужен просто кто-то, кто будет с тобой несмотря ни на что, и это не должен быть именно я. Правильно?       — Да с чего бы? Мне с тобой интересно, у нас общие вкусы в музыке…       — Но интересуешься ли ты мной? Не тем, что у нас общие вкусы в музыке, а мной.       — Э-эм… Да? Что за вопрос, если я интересуюсь музыкой, которую ты слушаешь, я ведь интересуюсь и тобой!       — Нет, это разные вещи. Мы что-то вроде знакомых по интересам, а не настоящие друзья. Ты ведь никогда по-настоящему не интересовался моим прошлым, моими мечтами… и всем прочим. То время, что мы общались, по сути не стоит ничего.       — Мне сейчас больно это слышать, Гаара.       — Мне тоже больно говорить это, но это правда. Я о тебе знаю очень много, ты обо мне — практически ничего, но я не хотел рассказывать о себе, пока ты не попросишь. А ты не попросил. И я не рассказал. Даже несмотря на то, что мы пережили вместе, мы всё равно не так близки. Хотя должны были стать, верно? Ведь пережитый стресс сближает обычно… но только не у нас.       — Так мне нужно просто интересоваться тобой больше?       — Я не должен заставлять тебя, это должно идти от тебя самого, изначально. А без этого… всё бессмысленно.       — Не ожидал, что ты так легко обесценишь нашу дружбу.       — Если для тебя это — дружба, тогда что было у вас с Саске?       — Ха? Да при чём здесь он?       — Он же тоже твой друг. Был им.       — Он и сейчас!..       — В любом случае. Ты интересовался им? Ведь спрашивал наверняка о его прошлом или чём-то подобном.       — Я не знаю… Может, раз или два? Почему ты думаешь, что это так важно?       — Потому что это и правда важно.       — Ну, нет… наверное, я не особо этим интересовался.       — Тогда почему, блять, он? — Гаара подался ближе к Наруто и заглянул прямиком в его глаза. Тот сразу ощутил на себе тяжёлое напряжение, непонимание и даже обиду — такой многозначительный взгляд был на него направлен.       — В смысле?..       — Почему ты так волновался за него? Почему он так много значил для тебя, что его исчезновение после двух месяцев общения ударило по тебе с такой силой? Почему именно он?       — Я… Я не знаю? Просто… у нас довольно схожие интересы, и мы… подходим друг другу?       — А мы? Мы не подходим друг другу?       — Я не знаю! Я не знаю, что ты хочешь от меня услышать, Гаара!       — У нас ведь тоже похожие интересы! Так и в чём заключается различие? Скажи мне!       — Я не знаю!       Гаара поджал губы и молча уставился на Наруто, который, казалось, готов был взорваться с секунды на секунду — сжатые до побеления костяшек кулаки буквально кричали об этом. Наверное, ему и самому хотелось покричать, но он не мог собрать роящиеся мысли в кучу и донести их в хоть сколько-то понятном виде. А Гааре и так было всё понятно.       — Я искренне думал, что всё стало налаживаться. Я думал, что это прекрасная возможность для нас с тобой, когда узнал об отъезде Учихи. Но я не думал, что он был для тебя чем-то настолько важным… Может, теперь ты знаешь, как я себя чувствовал, когда ты пропал.       — Давай не будем сравнивать две эти ситуации. Тебе что, совершенно не жаль из-за того, что Саске уехал?       — Я только рад, Наруто, потому что на дух его не переносил всё время.       — Тебе и меня не было жаль?       — Что? Конечно было, я видел, как тебе плохо, и понимал, что практически ничего не могу с этим сделать, и это было… неприятно.       — Почему ты так ненавидишь Саске?       — Наруто? Зачем спрашивать об этом сейчас? Мы вроде как выясняли наши отношения, а не мои с Учихой.       — …Прости, — Наруто устало вздохнул, помассировав лоб одной рукой. — Я просто… злюсь из-за того, что пропажа Саске ни на кого никак не повлияла. Только на меня.       — Звучит так, будто ты всё ещё не отпустил эту ситуацию…       — …На самом деле так и есть. Прости, что врал тебе по этому поводу.       Гаара выдержал на нём долгий, осмысляющий взгляд. Наруто же на него смотреть вовсе не хотел, а лишь позорно прятал глаза глубоко в стыд.       — …Мы должны выяснить, что нам делать дальше, верно? И, похоже, единственный хороший вариант — прекратить общение.       — Что? Почему?       — Потому что мне от него больно. Всё это время даже после прекращения нашего общения я вынашивал в себе эти чувства, и я был так рад, когда мы снова начали общаться… Саске был для меня преградой, но я думал, что у меня больше шансов… добиться твоего расположения, поэтому я не сильно переживал…       — Стоп, стоп! Ты знал о его чувствах?       — …Да. В какой-то момент он сам сказал мне.       — И что получается, вы ссорились?..       — Если это можно так назвать.       — Ох…       — Я могу продолжить?       — Да, извини…       — И когда он уехал, я правда был рад. Но всё покатилось к чёрту, и ты стал отдаляться прямо после того, как мы вроде бы помирились и обсудили давнюю ссору. Почему, скажи, я не должен его ненавидеть? Это всё ведь из-за него. Да и Учиха сам по себе неприятный человек — ты просто знаешь его недостаточно хорошо.       — Не вини его во всём, Гаара, я бы в любом случае не ответил тебе взаимностью.       — …Верно. Но мы бы дружили.       — И тебя бы это устроило?       — Да. Не будь в твоей жизни Саске.       — А появись в ней кто-то, кого я бы полюбил? Это другое?       — Наруто, — Гаара печально улыбнулся. — Я думаю, в ней уже есть этот человек. Но будь это кто-то другой, а не Саске, я бы, наверное, стерпел и порадовался.       На лице Наруто отразились непонимание и доля остаточного раздражения.       — Что ты…       — Даже сейчас ты хочешь обсуждать только его. Это бессмысленный разговор, — Гаара нахмурился, а его нос покраснел ещё больше, став чуть ли не того же оттенка, что и волосы. — Я сделаю то же самое. Я уйду. Но я уйду, как проигравший. А он ушёл, не зная, что выиграл, и мне это кажется самым главным его проигрышем, — он шмыгнул и стремительно развернулся. — Пока, Наруто.       — Гаара! — Наруто потянул руку в его сторону и тотчас ускорился, но Гаара оттолкнул его назад.       — Нет, правда, хватит. Ты помог мне, подарил хорошие воспоминания, но этого уже достаточно. Спасибо.       — Я не хочу, чтобы всё так закончилось…       — Что-то в твоём отношении ко мне правда изменилось спустя полгода? Я не думаю.       Наруто беспомощно опустил руку и сжал куртку другой. Он видел скоро удаляющуюся спину Гаары в тот момент, когда и так был невероятно одинок. В такое время ему как никогда необходима его поддержка и мало-мальское присутствие, но тот уходил. Гаара? Уходил? Почему-то это всё ещё казалось чем-то невероятным, и Наруто представлял, что он сейчас развернётся и с улыбкой назовёт всё произошедшее шуткой, но этого не случилось. Ни сразу после, ни когда тот уже скрылся за поворотом. А Наруто всё ещё глупо стоял посреди дороги, где не было ни единой души. Как складно всё получилось для их личного разговора.       И конечно он заметил, что простоял так уже больше пяти минут, только тогда, когда лицо совсем замёрзло. Он суетно протёр щёки ладонями, а затем сунул их в карманы и, сгорбившись, пошёл в нужную ему сторону. Понятно, что возвращаться не было смысла… Гааре были нужны его ответные чувства, которых у него не найдётся, сколько ни ищи. Как выжимать пересохший лимон. Именно так Наруто и чувствовал себя в последнее время, но наполниться соком не мог, поэтому приходилось мириться со своим состоянием и пытаться сделать из себя хоть что-то. Сухофрукт из лимона так себе, но это лучше, чем оказаться в мусорном баке с органическими отходами.       Сейчас даже музыку слушать не хотелось. Ничего слушать не хотелось. У Наруто в принципе в этот момент желаний не было, как и каких-то особенных мыслей — голова будто опустела. Похоже, на этом этапе жизни всем предстоит его бросить. Как бы эгоистично это ни звучало, но ему совсем не нравилась идея остаться одному, а рефлексия о его отношении к окружающим людям уже осточертела. Он всё это время только и делал, что рефлексировал! Ну да, Наруто и правда ко многим хреново относится, но ему и самому хреново…       Надоело!

***

      Гаара вошёл в дом, не чувствуя тела. Он делал шаги на автопилоте, не задумываясь о пройденном пути, совершённых поворотах, работе своих мышц. Он вообще ни о чём таком приземлённом не думал. Только о том, что прекратил общение с Наруто. Правда прекратил.       И это его пугало.       Гаара уже успел снова привыкнуть к присутствию в его жизни Наруто. Когда у ребёнка отбирают игрушку, с которой он какое-то время играл, и затем снова возвращают, он начинает наслаждаться игрой с нею ещё больше, ведь узнал, каково без неё. А он отобрал эту игрушку сам у себя. Гаара старался никогда больше не сравнивать людей с чем-то, чем можно управлять, но сейчас он был не в состоянии себя контролировать, а тем более свои мысли.       Может, он сделал несусветную глупость, а может, спас себя, ведь потратил целый год на бессмысленную любовь к человеку, который даже не ценил это по-настоящему. Ведь не ценил же? А сейчас уже поздно что-либо выяснять. Они и правда прекратили общение. По инициативе самого Гаары.       — Ты чё тут расселся? — Темари. Вот только её сейчас не хватало. Как бы он ни поменялся после встречи с Наруто или с течением времени, а склоки в их семье не утихнут. Они могут разве что сменить степень травматичности, но исчезнуть — никогда.       — Забыл спросить тебя, — Гаара устало опёрся на локоть, обхватив лоб ладонью.       — Капец ты хмурый. Случилось что?       — Нет.       — А, точно, ты же у нас всегда такой.       Она на несколько секунд замолчала, увлёкшись осмотром содержимого холодильника, но затем, немного поразмыслив об увиденном, повторила:       — Так что?       Звучало так, будто Темари и правда за него волнуется, но он-то помнил их светлое детство. Во всех деталях.       — Я сказал тебе, не случилось ничего! — Гаара ударил рукой по столу и даже привстал от переизбытка негативных эмоций, но вскоре сел обратно.       — Теперь я точно не отстану, — она нахмурилась и поставила тетрапак с молочным коктейлем на тумбу.       — Лучше бы отстала. Ты достаёшь всегда, но когда Канкуро издевался надо мной, ты стояла в сторонке.       — …Мы сейчас будем обсуждать прошлое?       — Меня это прошлое настигает в настоящем.       — Гаара, мы ведь уже извинялись друг перед другом, верно? Ты… тоже нам жизнь портил. Такое бывает у сестёр и братьев, — Темари нахмуренно пожала плечами.       — Я пытался отстоять себя, когда вы обращались ко мне всё с новыми нападками.       — Гаара. Пожалуйста, давай прекратим. Мы уже разговаривали на эту тему.       И Гаара замолчал. Действительно, разговаривали, и даже вроде как пришли к какому-то выводу, сделали хоть один шаг навстречу адекватным отношениям братьев и сестер, но на деле ничего не забывается. Гааре сложно признать, какие усилия ему придётся приложить на пути к прощению — это утомляет его даже на горизонте, да и мысли о собственных ошибках заставляют кровь в венах кипеть и заходиться волнами.       — Лучше скажи мне, когда Наруто придёт в следующий раз, — вдруг перевела тему Темари, наконец-то открыв свой молочный коктейль. — Хочу показать ему кое-что.       — …Он не придет больше.       — Что? — на её лице по очереди отразились непонимание, осознание и страх. — Он в коме?.. Умер?..       — Что? Нет, мы с ним прекратили общение.       — А, — она вмиг осеклась, заметно почувствовав стыд за свои глупые догадки. — Эм… Это плохо, но я чувствую облегчение.       — М-м.       — Так и что? Он снова тебя киданул? Если так подумать, в последние пару месяцев он выглядел паршиво, да и в тот день был не лучше…       — Нет. Не в этот раз.       — М-м? Ты? — Темари мгновенно всем телом подобралась. — Ты его киданул?       — Да. И не называй это «киданул»…       — Постой. Ты его киданул?       — …Да.       — Эм… Я просто… даже не представляю, при каких условиях это должно было случиться. И что он? Как это было?       — Я не должен всё рассказывать тебе.       Темари задумчиво притихла, а через пару секунд протянула к Гааре руку, которую он встретил с холодом.       — Прямо сейчас, — она сделала паузу, смягчив взгляд и выражение лица, — я правда волнуюсь, Гаара. Ты мне дорог. Мы были детьми, когда проживали все эти ссоры по глупым причинам, и ты знаешь, что сейчас ни я, ни Канкуро так о тебе не думаем. Во многом виноват наш отец, который по-настоящему нас ненавидел. И если бы не его давление и влияние, всего этого бы не было. Винить следует его. Нет, я не говорю, что нас винить нельзя, но ты должен понимать, откуда растут ноги, а также видеть наше отношение к тебе сейчас.       Всё это время Гаара смотрел в пол и не смел поднять глаз. Эти слова вызывали в нём диссоциацию, которая переносилась им с большим трудом, особенно учитывая протянутую к нему руку сестры, очень похожей на маму.       — Спасибо.       Темари изумлённо округлила глаза и, не раздумывая, улыбнулась ему — широко и мягко. Гаара впервые благодарил её, причём так сокрушённо и нежно, будто вкладывал в это слово сакральный смысл.       — Что там с Наруто?       — …Я признался ему.       — …А он отказал?       — Он не сказал этого прямо, но подразумевал. А в конце концов весь наш разговор свёлся к долбаному Учихе Саске, чёрт бы побрал всю его семейку…       — Воу, полегче… Понимаю твой гнев, но не предавайся ему. Послушай будущую дипломатку! — Гаара смерил её недоверчивым взглядом с долей скупого презрения. — Он что, ему нравится?       — Я не знаю. Может, Наруто сам не понимает этого, но невольно создаёт видимость… Стал бы человек так страдать по другому, при этом не любя его?       — Хз. Может, у них образовались отношения, которые сложно привязать к любви?       Гаара нахмурился.       — Не понимаю.       — Я имею в виду, это может быть платоническая привязанность. Необязательно мерить всё любовью.       — Я… не понимаю этого.       — Может, поймёшь потом, — Темари снова улыбнулась. — А может, ты прав, и Наруто правда любит Саске. Что для тебя было бы лучше?       — Мне-то что?       — Я же ви-ижу, что тебе это не так легко далось и ты всё ещё волнуешься об э-это-ом, — она надоедливо протягивала слоги всякий раз, когда думала, что ловит собеседника на сокрытии чувств. Так и было, конечно, но бесило не меньше.       — Это уже бессмысленно. Мы прекратили общение, и чувства Наруто к Саске — не моё дело.       — Хорошо. Ты прав. Но всё же, почему вы его прекратили?       — Потому что его и не было почти. Мы встречались всегда по инициативе самого Наруто, когда ему становилось одиноко… И в какой-то момент я начал радоваться даже этому, ведь думал, что я особенный и смогу вывести его из этого состояния. Но я сдался. Не думаю, что это должен быть я.       — Ты что-то недоговариваешь…       — Нет, я сказал всё как есть.       Темари прищурилась и окинула его оценивающим взглядом, как если бы у неё в глазах был искусственный интеллект, способный на анализ человека и его мимики.       — Давай договоримся, Гаара, что будем в этом разговоре честны, как никогда. Надо переступить через себя. Я понимаю, тебе передо мной неловко и, может, даже неприятно, но я тебя не осуждаю, слышишь? — она похлопала кончиками пальцев двух рук по груди в жесте обещания. — Я тебя слушаю. Нужно же когда-то начать?       — Я не могу… Как я могу быть честен?       — Если не со мной, то с кем?       Гаара раздражённо цокнул и сказал:       — Блять! Да, я хотел отомстить ему… за то, что он бросил меня тогда, ничего не объяснив. То есть, я… волновался за его состояние, вдруг ему станет хуже, если мы прекратим общение, но я подумал — вряд ли я так много значу для него. Так ведь и есть! Я не значу для него практически ничего. Но мне бы так хотелось на самом деле, чтобы он пострадал и по мне, чтобы хоть что-то чувствовал от моего ухода, а не просто продолжил жить дальше.       — …Я понимаю. Иногда необходимо побыть эгоистичным. Если спросишь меня, я не думаю, что Наруто поступил как-то плохо… Проблему здесь создаёт конкретно то, что он тебе нравится.       — Ты винишь меня в чувствах?       — Нет! Просто рассуждаю о ситуации… Как бы хорошо я ни относилась к Наруто, я в любом случае прежде всего за тебя, так что ты поступил правильно. Если тебе было плохо от этого общения.       — Было.       — Ну вот. Всё будет в порядке, Гаара, Наруто и не такое переживал. В конце концов, когда-то он ведь справлялся без тебя? И ты без него — тоже.       Гаара не испытал от этих слов облегчение, но надежда, что в разочаровании он сможет отпустить Наруто и прийти к возможности просто общаться с ним без лишнего пристрастия, подавляла его тоску.       На краю жизни мы все найдём нирвану.

***

      Всю дорогу до дома в голове Наруто не промелькнуло ни одной серьёзной, полной мысли, лишь только обрывки, которые он старательно прогонял. Как монахи добиваются чистоты разума? Может, ему тоже стоит податься в уединённое просветление, раз уж в обществе людей никак не клеится? Медитировать, сидя на вершине прорезающей небо горы, отречься от мирских проблем и забот… Самый, что ни на есть, побег, а он с недавних пор был для Наруто очень желанным. Но по-прежнему не сейчас. Сейчас ему не хотелось ничего.       Зайдя за порог квартиры, он неаккуратно сбросил с себя верхнюю одежду и оставил сумку на полу, а в следующую секунду первый делом направился в комнату. Кровать сейчас казалась той самой вершиной высокой горы, и Наруто, изнывая от морального истощения, расслабленно упал на неё, проваливаясь в нежность одеяла. Оно было прохладным, но всё равно грело так, как ничто другое в эту секунду не сможет согреть. Наруто блаженно прикрыл тяжёлые веки.       Внезапно со стороны двери раздалось мяуканье, и он машинально взглянул туда, оживившись, хотя и был уже практически без задних ног.       — Саске-ча-ан, — протянул он невнятно, распластав щёку по подушке так, что она наполовину заслонила левый глаз.       Кошка снова мяукнула и, принявшись мурчать, двинулась в его сторону. Вскоре рука Наруто легла на её спину, и он начал нежно поглаживать её наступательными движениями, а та приветливо откликалась звуками, свойственными довольным кошкам.       — Хоть ты со мной, да? — пробормотал Наруто, всё ещё не поднимая головы с подушки. Саске-чан повернула голову навстречу его мозолистой руке и мурлыкнула. — Такая ласковая… А поначалу-то шипела, хы-хы… Но ты как-то быстро сдалась! Может, я хорош собой? — Кошка снова отозвалась на его вопрос. Наруто счёл это положительным ответом. — Ну канеш. Кто, если не я…       В подсознании снова всплыл Саске, настоящий Саске, который, услышав эти слова, раздражённо цокает и закатывает глаза, а затем с насмешливой улыбкой говорит что-то в духе «Ты-то у нас король планеты»… Как Наруто скучал по этим его колкостям, на которые любой другой человек мог бы обидеться, но не тот, кто хорошо знает Саске. На самом деле в подобных его словах столько нежности и добродушия, но они целенаправленно скрыты им от невооружённых глаз. А глаза Наруто были вооружены! Вооружены даром видеть глубину Саске, его истинные намерения, переживания, чувства… А может и нет. Самое сильное чувство из существующих Наруто так и не смог в нём разглядеть, хотя, если сейчас вспомнить, он давал столько намёков.       Внезапно кошка шикнула и даже немного прикусила его палец, когда Наруто, по всей видимости, коснулся какого-то больного места или просто места, которого она не позволит касаться. Он виновато взглянул сначала на неё, а затем на свой проткнутый палец, на котором образовалась сочащаяся кровью ранка.       — Прости, Саске-чан, — Наруто спрятал лицо в мягкую подушку. — Я такой дура-ак… — кошка двинула ушами, пытаясь распознать приглушённую человеческую речь, и вдруг встала, залезла на его спину и, помяв рубашку, улеглась, как на лежанку. Чувствовать спиной тяжесть было приятно. — И как же я встану?       Вставать вовсе не хотелось. Хотелось снова умереть, и хоть Наруто понимал, что это желание абсурдно и преувеличено его затяжным состоянием, он не мог от него отделаться. Но умирать нельзя. Можно только уснуть, крепко и надолго, чтобы хотя бы создать ощущение забвения.       А проснувшись ото сна с Саске, проронить слезу и поразмыслить о будущем.       Наруто беспросветно одинок. Снова. И весь последующий декабрь тоже.