Eye to Eye

      «Я попал. Я попал по полной программе», — пронеслось в голове продюсера, когда взгляды парней встретились.       Глаза в глаза.       «Какой же у него взгляд», — подумал Тамтаван, чувствуя, как по телу бежит легкая дрожь.       В голове невольно вспыхнули кадры того времени, когда они были счастливы, растворяясь друг в друге без остатка, и от этого рот старшего слегка приоткрылся.       Взгляд репортёра немедленно опустился на губы, которые так молили о поцелуе, а после снова поднялся к глазам бывшего.       Его чертовски притягательного бывшего.       — Ты… — тихо начал Патапи, но вдруг замолчал и шумно сглотнул.       — Я… — так же тихо начал Тамтаван, но видя, как во взгляде напротив разгорается самое настоящее пламя, тоже замолк.       А затем они какое-то время вели безмолвный диалог.       Отвечая и спрашивая.       Спрашивая и отвечая.       И в этих то ли секундах, то ли минутах их общения, парни всё больше теряли связь с реальностью, так же, как и раньше, растворяясь друг в друге.       — Патапи! — вдруг раздалось где-то рядом.       Продюсер моргнул, заканчивая диалог, и лишь тогда репортёр, тряхнув головой, с легкой хрипотцой проговорил:       — Кхм, Пи. Будь осторожнее — у нас тут привыкли запихивать папки так, что взяв одну, можешь получить по голове ещё несколькими.       А после, медленно убрав руку с головы Тамтавана, зашагал к кабинету начальства.       Оставив продюсера стоять возле стеллажа.       С единственной мыслью, которая вспыхивала в мозгу, как объявление на табло во время матча по баскетболу.       «Что это сейчас было»?

Часом ранее, студия

      — Не верю! — припечатал продюсер, глядя на Патапи, который, развалившись в кресле, ехидно улыбался. — Я просто не могу поверить в то, что у тебя нет ни малейших идей о том, с какого сюжета лучше начать восстанавливать своё доброе имя!       — А придётся, Пи, — хмыкнув, отозвался младший, после чего, крутанувшись в кресле, добавил:       — Ладно. Пойду за кофейком, а ты пока подумай, чем же мне помочь, окей?       И, не дожидаясь ответа, встал из-за стола, направившись к выходу.       — Ты! Стой! Куда пошел? Патапи Синан! Какого… — тут старший вспомнил, что он культурный человек и старается не ругаться, а потому, закрыв рот, сделал глубокий вдох.       Этот парень был одним из немногих, кому удавалось завести махрового интроверта Тамтавана с пол оборота.       Хотя… что греха таить. Именно эта дерзость и стала ключевым фактором, который побудил продюсера согласиться с тем, что он хочет отношений с Патапи.       И поначалу это было очень ярко.       И жарко.       Поглощенные друг другом, они находили любой укромный уголок и старший, утопая во взгляде любимого, хватался пальцами за его галстук.       А через несколько секунд мир вокруг исчезал под натиском желанных пухлых губ, которые были такими сладкими.       Хотя розовое молоко они пили не так часто, как целовались!       В общем, это было волшебно.       А затем… всё прекратилось.       «Так-так-так. А вот это лишнее. Не на работе, Там. Только не на работе», — мысленно выругал себя старший и тут вспомнил, что он делал до того, как провалился в море воспоминаний.       — Патапи!!! — громко воскликнул продюсер, устремляясь за подопечным и подумал:       «Ну погоди у меня! Как только я до тебя доберусь ты, зараза, пожалеешь, что решил отлынивать от работы»!

Спустя пятнадцать минут

      Шкодливого младшего Тамтаван нигде не обнаружил, а когда заглянул в кабинет непосредственного начальника Патапи, чтобы довести до его сведения то, что репортёр позволяет себе где-то шляться в рабочее время, тот внезапно произнёс:       — Кхун`Там. Расслабься, пожалуйста. И запомни: после того, как Пат выпьёт кофе — с ним становится намного легче взаимодействовать. Пока что кофе — это единственный способ успокоить его и вдохновить на подвиги.       «Единственный? Ох, я бы поспорил с этим», — самодовольно подумал продюсер, вспомнив о том, какая широкая улыбка озаряла лицо младшего после их первой ночи, когда…       И тут, осознав, что мысли опять завели его куда-то не туда, быстро затряс головой.       — В чем дело, Нонг? — немедленно откликнулся мужчина и даже собрался встать из-за стола. — Тебе плохо?       — Нет-нет. То есть… наверное, надо съесть что-то сладкое и пройдёт, — солгал Тамтаван и сделав вай, поспешил попрощаться.       Звезды канала в офисе всё ещё не было и старший, скрежетнув зубами — этот засранец начинал его бесить — решил порыться в документации по прошлым эфирам, чтобы понять, какие из сюжетов были наиболее рейтинговыми.       Конечно, это можно было сделать и с компьютера, но так как продюсер уже оказался у стеллажа, где хранились бумажные копии материалов, он решил полистать бумаги, а не поклацать мышкой.       Пробежав глазами названия, Тамтаван потянулся к папке, которая показалась ему наиболее информативной и…       Увидел, как вместе с нею выскальзывает ещё одна!       — Ой-ой, — вырвалось у старшего и его вторая рука взметнулась вверх.       А затем продюсер ощутил, что за его спиной кто-то появился.       И в следующую секунду, увидев правую руку незнакомца с до боли знакомым кольцом на безымянном пальце, еле удержался от того, чтобы не выругаться, как следует!       — Держу, — тихо раздалось прямо у его уха, посылая по телу толпу мурашек.       Сердце старшего пропустило удар, а после он, и сам не понимая, что творит, медленно повернулся лицом к Патапи.

Студия, конец рабочего дня

      — Так! Ладно! — вздохнул Тамтаван, осознав, что на сегодня вредного — и такого притягательного в своей дерзости — младшего ему достаточно. — Завтра едем на участок Рама-2. Будешь брать интервью у строителей дороги. Начнём с простого и посмотрев на твою работу, я буду знать, в каком направлении эффективнее всего двигаться, окей?       — Угу, — просматривая что-то в телефоне, откликнулся репортёр.       — Что ты там завис? — фыркнул старший, но потом, осознав, что звучит, как ревнивый парень, добавил:       — Я тебе говорю о серьёзных вещах. И рабочий день не окончен, слы…       — Я рейтинг свой смотрел, — перебил Патапи и встав из-за стола, двинулся к старшему.       — Рейтинг? Это хорошо. И как ты оцениваешь состояние своей репутации? — пробормотал продюсер, быстро клацая мышкой.       — На троечку, — вдруг раздалось совсем рядом.       Тамтаван и сам не знал, что это.       Хорошие манеры, которые предписывают смотреть на собеседника, когда он говорит.       Или чертов рефлекс, который заставлял его в любой ситуации, даже когда бывший молчал, искать его взглядом!       И судя по довольному виду репортёра, он на это и рассчитывал.       — А некоторые вещи не меняются, — негромко заметил младший, неотрывно глядя в глаза Тамтавана.       «Чёртова магия, не иначе», — мелькнуло в голове продюсера, когда он медленно начал наклоняться в сторону Патапи.       А потом их губы встретились.       «Как же я по этому скучал», — вспыхнуло в мозгу Тамтавана, когда его захлестнуло давно забытое ощущение тепла.       А в голове репортёра, пока он наслаждался неповторимым вкусом десерта, который не смогли бы создать лучшие кондитеры этого мира, непрерывно звучало:       «Как же я скучал по тебе».