Мечта

Хин смотрит на них взглядом поддельно-радостным. Он сжимает ручку деревянной кружки, пьёт вино, которое сам предоставил на их свадьбу, и не понимает, что он сделал не так. «Если ты её любишь, то отпусти. Она почти пришла к своей мечте. Ты ещё найдёшь свою». А если уже нашёл? А если его мечту сейчас так бесстыдно прижимает к себе какой-то там Грей? А если пришлось отпустить её? Почему никто даже не задумался над его чувствами? Меннерс кривит губами, когда видит их поцелуй, отворачивается и проводит по лицу руками, зарывается в волосы и сжимает их, а после отпускает и выдыхает в сторону. Он думает: «А ведь мы с ней обвенчались». Он вполне может сейчас встать с места, схватить за руку и сказать, что она его, но он сидит на бочке, чувствуя на плечах тяжесть обиды. — Молодой человек, — Меннерс этот мерзкий голос узнает везде. Эгль. Ненавистный Эгль, вбивший Ассоль в голову этот бред. Ужасный, злой волшебник, который заставил отказаться от своего счастья, — Вы хоть сделайте вид, что Вам весело. — Отстань, бродяга, — Хину плевать, что он грубит. Он тянется за ещё одной кружкой вина и пьёт, пьёт, пьёт, пьянеет и ненавидит свою жизнь ещё больше. — Это всё из-за тебя. — Из-за меня? Меннерс выдыхает через нос, пытаясь давить в себе гнев. Сжимает руки в кулаки. Нельзя. Свадьба. Ассоль смотрит. Нельзя. Нельзя. Нельзя. — Да. Из-за тебя. Ведь это именно ты вбил ей в голову этот бред. Ведь это ты нас всех заколдовал. Ведь это из-за тебя моя мечта… В руках другого, — как можно более спокойно сказал Меннерс. — Если так сложилось, то это не было Вашей мечтой. В этом никто не виноват. — Было! — довольно громко сказал Меннерс — настолько, что смог обратить на себя внимание других гостей, но недостаточно, чтобы услышала Ассоль. К счастью. — Было… Ещё тогда, когда мы впервые познакомились. Плевать я хотел, что её отец убил моего, мне не плевать было на мнение других. Но уже тогда я думал лишь о том, что хочу быть с ней. Уже тогда я думал о том, что хочу, чтобы она была моей. Пусть она бы звала меня «Греем» — плевать! Лишь бы… Была со мной. Ведь я люблю её. Хин почувствовал, как по его щеке скатилась одна слеза. Потом вторая. Он быстро вытер лицо рукавами и тяжело вздохнул, а после по-больному улыбнулся, заглядывая в глаза Эгля. — Но я послушал тебя и отказался от собственной мечты. Забавно, да? Ведь именно ты нам всем мозги промывал, что нужно мечтать. Но именно из-за тебя… Мечты больше нет. Хин громко поставил кружку на стол и встал, отправившись домой. Надо было утонуть. Или повеситься.