ты не замужем, а?

они встретились совсем ещё детьми в горной провинции на юге страны. на цветочной поляне, под палящим солнцем и вблизь шумной реки, юный 14-летний хёнджин встретил ангела. белокурый поцелованный луной, обнятый солнцем мальчик собирал ромашки, постоянно вставляя в волосы новый цветок, что падал раз за разом. – вот. — вплёл в волосы незнакомца новую ромашку хёнджин, попутно застывая на месте с приоткрытым ртом. это определённо началось в их первую встречу. хёнджин прежде не видел таких волшебных людей. а от этого мальчика напротив, к тому же, пахло клубникой, которую хван так обожал. – ты не замужем, а? — почти недыша спросил хёнджин, всё так же держа руку с цветком у волос незнакомца. – мне 12. — часто хлопая большими глазами ответил белокурый клубничный мальчик. феликс потом обязательно признается, что ещё в эту самую первую встречу думал, что умрёт. так сильно у него билось сердце в воспоминаниях о черноволосом принце, пахнущем выпечкой, страсть к которой у ли появилась ещё так давно. он даже спросил у бабушки вечером, не умрёт ли он, если его сердце будет так быстро биться, на что та, посмеявшись, добро ответила: «нет, милый. ты потом обязательно поймёшь». и он понял. – меня зовут ли феликс, спасибо. за цветок. уверен, он очень красивый, — ярко улыбнулся феликс. – ты красивее! — выкрикнул хёнджин на всю поляну, отчего у ли красным вспыхнули щёки, а хёнджин, совсем засмущавшись, тихо добавил — я хван хёнджин. они проводили вместе почти каждый день на протяжении четырёх лет. феликс пёк хёнджину сладкие булочки с клубникой, плёл венки из цветов, заваривал из этих же цветов чай, позволял обнимать себя сутками напролёт во время гона и всегда ярко-ярко улыбался. хёнджин же каждый раз учился заново дышать при виде младшего. он переносил его через ручей на руках, хотя в этом не было необходимости, сам же жутко краснел и смущался, а феликс лишь лучезарно ему улыбался, благодарно целуя в щёку. конечно, после этого хёнджин был краснее самой спелой клубники. он помогал младшему с химией, последние полгода отдавал свои футболки во время течки омеги (это было слишком естественным жестом, так было правильно), собирал тому ягоды и цветы для новых рецептов и тихо наслаждался тем временем, что у них было. пока хёнджин не закончил школу. ему нравилась та «деревня», в которой они с семьёй прожили все его 18 лет. однако, чтобы хорошо зарабатывать, снимать квартиру и покупать младшему его любимые шоколадки, нужно было работать. к тому же, они с феликсом всегда мечтали поступить. потому, когда хёнджин пришёл с радостной новостью о том, что его приняли в сеульский университет искусств, младший почти превратил парня в желе своими объятиями. хоть новость и была радостной, она означала, что им придётся расстаться на несколько месяцев, ограничиваясь лишь мобильной связью. но разве это проблема? – хёни! — радостно кричит омега, нессясь к хвану через толпу людей в аэропорту, попадая прямо в крепкие объятия. – привет, маленький, — альфа крепко сжимает талию любимого, чуть отстраняясь и кладя руку на звёздную щёку, поглаживая тёплой ладонью, — а ты говорил, что новых веснушек не появилось. нельзя так безжалостно обманывать меня, маленький клубничный мальчик, феликс ли! младший заливисто смеётся и счастливо светится на весь мир. прошло два года. он закончил школу и поступил в тот же сеульский университет искусств, только на факультет танцев. поскольку хёнджин совмещал учёбу с работой и попутно продавал некоторые из своих картин, жил он не в общежитии, а в студии, которую снимал недалеко от центра города. вместе с хёджином феликс и поселится на время своей учёбы. а по искренним планам старшего, было бы неплохо жить вместе всю жизнь. ну это так, для полного счастья. – я поскорее хочу испечь твои любимые булочки в твоей девственно нетронутой духовке! — уже подпрыгивая от предвкушения похлопал в ладошки омега. – боже, тогда нам стоит торопиться — на манер шутки начал тянуть альфа младшего на выход. и под счастливые улыбки они поехали к хён. к ним домой. предстояло разобрать вещи младшего, заглянуть в университет, познакомиться с новыми друзьями хвана и ещё много-много всего, с чем они успешно управились. лето было в самом разгаре, а потому хёнджин с феликсом поспешили к цветочному полю недалеко от чеджудо. омега, по своему обыкновению, принялся плести красивые венки, а хёнджин решил, что лучшей возможности у него не будет. – вот. — мягко и настольгически улыбаясь, произнёс альфа, заправляя за ухо младшего цветок, — ты не замужем, а? феликс честно был готов расплакаться, но лишь широко улыбнулся и ответил: – мне больше не 12., теперь мне 18. – а я больше не влюблён в тебя, — искреннее беспокойство заплескалось в глазах омеги, подобно бунтующим рыбам в море, — теперь я просто невозможно сильно люблю тебя, ли феликс. – и я люблю тебя, хван хёнджин. всегда любил, — альфа наклонился к губам младшего, мягко смяв их в их самом первом поцелуе. они с самого начала были слишком очевидными в своих чувствах. это было так естественно, так правильно. они тихо взрастили внутри свою любовь, позволил теперь ей укрепляться повсюду вокруг них. – я выучил новую хореографию! у меня наконец-то получилось то движение, представляешь! — радостно влетает в квартиру омега, заставая своего парня за очередным холстом. – молодец, клубничка, покажешь мне? — вытирая кисть, поворачивается альфа, получая быстрый приветственный чмок в уголок губ. сказать, что альфа ожидал вишнёвый сок, а получил вино, пожалуй, будет не самым худшим сравнением. ожидая что-то нежное, чувственное или же наоборот быстрое и резкое под thinking out loud или me espresso, альфа получил третье: сексуального, плавного и непривычного разгорячённого феликса под under the Influence. омега плавно крутил бёдрами, ненароком облизывал пухлые губы, плавно двигал руками и очень грациозно сделал переворот назад, который так усердно отрабатывал. под конец танца взгляд альфы был уже слегка помутнённым, а разум подкидывал слишком много картинок с его маленьким любимым омегой. – эй, клубничка, — позвал хван, притягивая омегу за руку и сажая к себе на колени, сразу же целуя в желанные губы. альфа так упоительно касается его губами, наконец-то позволяя себе не сдерживаться, и напирает, терзая губы бантиком, которые после этого раскраснеются ещё больше. ли сам так давно этого ждал, притягивая хёнджина на себя, чтобы тот навалился на него и придавил к кровати, сделал так, как нравится ему. – самый сладкий омега на свете, — горячо шептал альфа ему на ухо, — не могу насытиться тобой. феликс покрылся мурашками от его голоса и запрокинул голову, чтобы хвану было удобнее оставлять влажные поцелуи на его коже. надавил на затылок альфы руками и сократил расстояние между их лицами, чтобы нетерпеливо впиться в любимые пухлые губы. хёнджин ответил с жадностью, будто желал не поцеловать его, а съесть, и омега плавился под его лаской. они оба были полувозбуждены, и оставалось совсем немного для того, чтобы разум окончательно затуманился. альфа решил ускорить этот процесс, и стянул с омеги его футболку. затуманенными дьявольской дымкой глазами альфа смотрит на чуть округлую грудь, касаясь её кончиками пальцев, чтобы после губами подцепить розоватый сосок, втягивая его в рот. продолжает свои действия, немного кусая чувствительную бусинку и сразу же её зализывая. потрудившись языком ещё немного и на втором соске, он отрывается, смотря на две набухшие красноватые жемчужинки. у омеги поплывший взгляд, дрожащие ресницы и тяжёлое дыхание, которое отображается по его поднимающемуся и опускающемуся животу. – ты такой красивый, — хрипит ему хёнджин на смущённое ушко, оставляя и на нём короткий поцелуй. старший стянул с феликса шорты вместе с нижним бельём и устроился между его разведённых ног. омега дёрнулся, а его глаза широко распахнулись. хёнджин тем временем оставил поцелуй на впалом животе омеги, и постепенно стал спускаться ниже. согнул ноги своего омеги в коленях и прижал их к его же груди. младший, слишком смущённый, попытался вырваться, но альфа держал слишком крепко. феликс судорожно выдохнул, когда язык альфы коснулся его колечка мышц, и чуть не запищал от неожиданности, он зажал рот рукой, чтобы не было слышно его жалкого хныканья, когда хёнджин начал его вылизывать, но тот лишь убрал его руку ото рта, произнеся: – не закрывайся, маленький, я хочу тебя слышать. из-за этого феликс обильно потёк, и хван, воспользовавшись этим, засунул в него два пальца, приступая к растяжке. в уголках глаз омеги выступили слёзы от удовольствия, и выглядел тот слишком разбито. его губки покраснели от того, что он слишком часто их кусал, и хёнджин, не отказывая себе ни в чём, жадно их поцеловал, на что младший с наслаждением промычал. феликс смог успокоиться, когда альфа закончил с растяжкой и вытащил из него пальцы, но ненадолго. потому что буквально в следующую секунду хван вошёл в него своим членом, и сдерживаться стало абсолютно невозможно. он был сосредоточен только на глубоких и сильных толчках альфы внутри себя. хёнджину нравилось, как его парень на него реагирует, и он принялся глубже в него вбиваться, закинув стройные ножки себе на плечи. феликс жалобно скулил, расцарапывая его спину своими маленькими ногтями, и выстанывал имя своего альфы. – я так люблю тебя, — сбивчиво проговорил феликс в губы хёнджина и накрыл их очередным поцелуем. – я тоже очень сильно люблю тебя, маленький, — хван улыбнулся в поцелуй, и, совершив ещё несколько толчков, излился внутрь омеги. младший последовал за ним через несколько секунд, кончив на свой милый животик. они целуются и любят друг друга всю ночь, пока феликс не засыпает в объятиях хёнджина. и однажды, спустя ещё три года, они приедут на лето в любимую «деревню» в горной провинции на юге страны. прогуляются до родного цветочного поля. хёнджин тихо заправит за ухо своего омеги цветок ромашки, спросит, не замужем ли тот, а феликс, ярко улыбаясь, ответит, что ему 21! и нет, он не замужем. поэтому хван торжественно опустится на одно колено, достанет кольцо и спросит: – а хочешь быть замужем за мной? конечно, феликс ответит ему «да». – тебе всегда да. и, быть может, спустя ещё пару-тройку лет, на одном подозрительно привычном цветочном поле, в горной провинции на юге страны, один альфа спросит: – ты не замужем, а? вплетая в волосы омеги цветок. и ответом ему, наверное, будет служить: – замужем. за самым прекрасным альфой на свете. да, это определённо началось в их первую встречу.