Лучший друг

— Почему он так не взлюбил меня? — тихо спрашивает Томас у Минхо, сверлящего спину Галли. Лидер бегунов по-прежнему не сводил глаз со строителя, который только что сорвался на Томаса, никак не обосновав свою агрессию. — Мне правда жаль, что вы застряли в этом месте из-за меня, — Томас бросил взгляд на массивные стены Лабиринта, сглатывая вставший в горле ком вины и сожаления. — Тц, — Минхо закатил глаза и посмотрел на новичка, — уже неважно причастен ты к созданию Лабринта или нет. Главное, что ты решил всё исправить, — он ободряюще похлопал Томаса по плечу, — а Галли просто кусок кланка. Не обращай на него внимание, скоро успокоится. После чего Минхо побежал прямиком в ту сторону, куда пошёл Галли. * * * Минхо удалось быстро нагнать Галли и резко схватив того за плечо, остановить. — Что, черт возьми, сейчас было? — карие глаза бегуна сверлили стража строителей, требуя говорить откровенно. — Ничего. Отвали, — Галли грубо сбросил его руку с плеча и принялся пилить доски. Минхо одновременно удивила и разозлила необоснованная агрессия в сторону Томаса и него самого, но понимал, что ответным поведением он ничего не добьётся. Глубокого вдохнув и выдохнув, Минхо произнес: — Тебя жук-стукач укусил? — он издал еда заметный смешок. — Ты чего такой заведённый? Галли молча пилил доски, игнорируя заданные вопросы, ясно давая понять Минхо, что говорить с ним он не желает. Куратор бегунов постоял рядом ещё какое-то время, а после молча удалился, чувствуя, что прежняя злость на строителя возвращается. * * * Сегодняшний ужин Фрайпана представлял из себя картофельное пюре и отварную курицу. Минхо сел на свое привычное место, где по бокам от него всегда садились Ньют и Галли. И если первый сидел рядом, то второй — уселся на самом отшибе стола, молча и с хмурым выраженим лица, уплитая содержимое тарелки. Минхо хмыкнул и принялся за свой ужин, стараясь не смотреть в сторону стража строителей. — Вы поссорились? — мягко спросил Ньют, заметивший отсутствие Галли и то, какие взгляды бросал на него Минхо. — Если бы, — еле звучно отозвался Минхо, — в последнее время он стал вести себя странно. Срывается на окружающих, хамит и грубит, — до ушей бегуна дошел тихий смешок Ньюта, — да, я знаю, что Галли и до этого не был лапочкой и нагрубить кому-то для него — в порядке вещей, но в последний месяц его поведение переходит все границы, — Минхо уже не ел, а просто ковырялся вилкой в еде. Как бы ему не хотелось, но мысли о друге не давали покоя. Беспокойство брало верх. — Кхм, ты прав. В последнее время он стал агрессивнее. Другие строители стали жаловаться Алби и мне, что Галли, как с цепи сорвался, — Ньют отпил компот, а после продолжил, — нагрузки стало в два раза больше, а перерывов на отдых почти нет. Минхо оторвал взгляд от тарелки и перевел его на место, где сидел Галли, но того уже и след простыл. — Попробуй поговорить с ним ещё раз, — предложил ему Ньют, — возможно, что-то прояснится. Минхо молча кивнул, отодвинул тарелку с недоеденным ужином в сторону и встал изо стола. * * * Минхо нашёл его в Хомстеде, нервно расхаживающего из угла в угол. Бегун сел на кровать, наблюдая за хождениями друга из стороны в сторону, который явно не мог найти себе место. Минхо тяжело вздыхает, привлекая внимание к своей персоне. — Может поговорим? Галли на секунду остановился, повернув голову в его сторону. — О чём? — О твоём поведении! — неожиданно взрывается Минхо. Галли не понравился его резкий тон. — И что же с МОИМ поведением не так? Я, если ты не заметил, всегда был таким или пообщавшись с Томасом тебе память отбило? — у Галли не выходит скрыть пренебрежения при упоминание имени новичка, но он, в прочем, и не пытается это сделать. — Нет, ты не всегда себя так вёл. Что за новые изменения? — Минхо устало запускает руку в волосы, стараясь проявить терпение и понимание к другу. Галли молчал, продолжая нарезать круги по комнате. — Ты же знаешь, что можешь доверять мне. Мы ведь друзья, Галли, — мягко сказал бегун, подойдя к строителю. Да, Галли знал, что может доверять ему, ведь Минхо никогда бы не взболтнул никому лишнего. Минхо был его первым и, можно сказать, единственным другом во всем Глэйде. Они попали в это место с разницей в месяц, поэтому очень быстро сдружились. Минхо, как и Галли, был довольно вспыльчивой натурой, поэтому они понимали друг друга. Между ними выстроилась какая-то особенная связь, как казалось Галли. Порой им не нужно было взаимодействовать словесно, чтобы понять, что творится на душе у одного из них. Для этого хватало мимолётного взгляда или невзрачного движения, которому обычный житель Глейда не придал бы никакого значения. Галли очень ценил то, что Минхо доверял ему, не боялся раскрываться перед ним, показывая не только сильную сторону, благодаря которой он руководит группой бегунов. В один из вечером Минхо показал ему свою слабую сторону. Сторону, отчаявшегося человека, который изо дня в день, на протяжении долгих недель и месяцев бегает среди массивных стен Лабиринта, в поисках выхода, подвергая себя смертельной опасности. «Я устал», — с этой фразой Минхо уткнулся ему в плечо, проронив несколько слезинок на футболку Галли. Минхо надоело строить из себя сильного куратора бегунов, который не падает духом и верит в то, что сможет найти выход. В тот вечер Галли обнимал друга, наслаждаясь теплом его тела и прикосновениям. И если Галли увидел слабую сторону бегуна, то Минхо окончательно убедился в том, что страж строителей может быть чутким и понимающим, ласковым и заботливым, но проявляться это может не со всем так, как это привыкли видеть все остальные. Минхо подошёл к Галли, заставляя прекратить бессмысленные хождения по комнате. — Галли, я хочу знать правду, — серьёзно произнёс Минхо, — раньше ты так себя не вёл. Галли тяжело вздохнул, устремив взгляд в пол. — Меня просто злит, что ты везде носишься с Томасом, как курица с яйцами. Наверное, это выглядит эгоистично с моей стороны... — Именно так, Галли. Я не понимаю в чём проблема? — Минхо опустил руки на его мускулистые плечи. — Томас — новичок, который так и норовит поймать приключения на свой зад, поэтому я приглядываю за ним. — А обязательно ты должен постоянно следить за этим куском кланка? Не устал ещё? — возмущается Галли. Минхо тупо моргает пару раз, а потом вдруг начинает громко смеяться, чувствуя как глаза наливаются слезами, а щёки краснеют от напряжения. Галли хмурится и делает шаг назад. — Ты такой кусок кланка, Галли! — сквозь смех произносит Минхо. — Почему это? — Надо было мне сразу догадаться, что ты ревнуешь! Галли тут же вспыхнул, словно спичка и возмущено скрестил руки на груди. — Что?! Не говори глупости! — пытался оправдаться строитель. — Ревнуешь к Томасу! — Минхо заливается смехом пуще прежнего, смахивая указательным пальцем проступившую слезу. — Хватит нести этот бред,— осаждает его Галли. — Просто признайся в том, что ревнуешь, — отсмеявшись просит его Минхо. — Пф, ну и фантазия у тебя, приятель, — фыркает Галли. — Я ведь прав, Галли, — усмехается Минхо, сократив между ними расстояние. Рука снова оказалась на его плече. Строитель вздыхает. — Да, ты прав, но ревность бывает и дружеской, если ты не знал. Минхо чувствует, что снова начинает смеяться, поэтому всячески пытается успокоиться. Галли же чувствуюет себя ужасно неловко и глупо из-за всей сложившейся ситуации. Будь проклят этот Томас. — Что-то мне подсказывает, что твоя ревность нифига не дружеская, так ведь? — спрашивает Минхо, а Галли понимает, что друг прав. — Просто давай забу... Минхо, не дождавшись ответа, подошёл и быстро поцеловал его, оставив на губах Галли сладкий отпечаток. Страж строителей замер, осторожно прикоснувшись к губам, словно не веря в произошедшее. Минхо лишь усмехается на реакцию своего друга и снова целует его, но на этот раз уже в щеку, а потом в лоб, затем снова в щеку и в губы. — Я тоже тебя люблю. Галли растерянно хлопает ресницами несколько секунд, а потом притягивает Минхо ближе к себе, целуя уже сам. — Передай свои обязанности няньки Ньюту хотя бы на пару дней, — сбивчиво шепчет ему Галли в губы, — думаю, Ньют будет только рад.