седьмое июня

спавн немного поразмыслил – с одной стороны, просто ждать и параллельно страдать по рингу намного хуже, любой адекватный человек просто бы отпустил и забыл, а смелый бы вообще пытался бы связаться с рингом самим.. но ведь он не из таких, правда? из-за своей слабой психики и чувством, схожим с одержимостью к фаеру, брокен подумал, что не сможет. он не сможет оставить те воспоминания, чувства, которые испытывал с рингом, все это ему слишком дорого, слишком ценно. он чувствовал сильную слабость, и боль в области живота из-за того, что не мог есть, его дико тошнило от одного лишь запаха еды. нехотя подойдя к холодильнику, он достал от туда залежавшийся кусок хлеба, ему было совершено все равно, что засунуть в себя - главное, чтобы боль в животе ушла, и так было плохо морально, так ещё и физической боли не хватало... достав небольшой, но острый нож, он тонко нарезал хлеб. запихнув тонкий кусочек батона в пыльный, почти сломавшийся старый тостер, он зашумел с легкой тряской, и уже через минутку тост громко выпрыгнул из прибора, и брокен едва успел его поймать, слабо обжег пальцы при этом. после недолгой трапезы, боль временно ушла, и только уж собрался юноша идти на улицу, он вспомнил, что не убрал нож после того, как резал хлеб. он схватил его и лениво покрутил в руках, разглядывая. раньше он часто слышал в интернете о селфхарме, и думал, что людям которые занимаются им - слабые, хоть и сочувствовал им. отойдя, он мягко приземлился на диван, все еще разглядывая серебристый нож. перекинув его в правую руку, спавн вытянул худую левую на стол и сгорбился, с легкой боязнью он поднёс отточеное лезвие к запястью, и медлененным движением провёл ножом по тонкой коже, оставив алую струйку крови, неторопливо съезжающую по руке. несмотря на то, что ощущалось только несильное жжение и покалывание, стало и вправду легче в сердце, это заставило уголки губ брокена едва заметно устремиться вверх. затем он все быстрее стал наносить себе новые раны, лезвие ритмично ударялось о запястье, что уже существенно дрожало, как и весь юноша, который не останавливался. по всей руке уже брызгало много бордовой крови, и только после того, как голова начинала кружиться, тот остановился, отбросив нож, он почувствовал хрупкость и уязвимость. держа руку перед собой, спавн принялся судорожно искать бинты в верхних ящиках, пока в глазах начинало темнеть. наконец, показались бинты и небольшая баночка пекрекиси, которую он сразу схватил дрожащей рукой, и протянув длинный кусок ткани, торопливо отрезал зубами и выплеснул на неё дезинфицирующую жидкость, после чего стал наматывать на свежие раны, издавая протяжный стон. через пару часов, спавн все таки осмелился выглянуть из за двери и осторожно выйти на улицу. лица прохожих.. все стало еще хуже. они были не то что размытыми, все люди стали не очень похожими на людей, больше походили на каких то сказочных существ из страшилок, ему стало не по себе. в этот день было ветренно и пасмурно, утром был маленький дождь, но спавн все равно не видел его, он мог узнать об этом только по мокрым следам неглубоких лужиц. прошло около 30 минут бессмысленных скитаний по соседним улицам, спавн сидел на старой детской площадке, качался на качелях. краска со всех аттракционов почти слезла и отваливалась, качели мерзко скрипели... эта была та самая площадка, на которой и познакомились ринг со спавном в детстве. все шло нормально, до тех пор, пока спавн не встал с качели, боковым зрением он заметил рыжую фигуру и обернулся на неё, но там ничего не было, позже это повторилось, и ещё раз... в голове зазвучал призрачный голос фаера, он душил, в горле брокена снова был ком, он стал робко смотреть по сторонам, куда бы он не смотрел - ему везде мерещится ринг... со страхом, что повис глубоко в его душе и печалью, он побежал в дом, и по мере того как он приближался к месту жительства, голос все становился громче, быстро проникнув в дом он захлопнул дверь и упал на кровать, пытаясь отдышаться, юноша уткнулся носом в подушку, и провалился в сон. ему приснился сон, почти не похожий на кошмар, порталов не было, лишь бесконечное поле, вдали тот заметил серый силуэт, и спавн сразу же помчался к нему. наконец добежав, серый парень обернулся, и послышался отдалённый голос. – спавн, твое состояние становится хуже, ты начал наносить себе вред. это неправильно и плохо, ты должен отпустить. ты должен оставить ринга в прошлом, он был действительно хорошим другом, но пора двигаться дальше. помни, я всегда рядом. от таких теплых слов, даже через сонную дымку спавну стало приятнее, и он почувствовал, как полупрозрачная ладонь коснулась его плеча, брокен прильнул к нонтекстур, уткнувшись носом в его грудь, и ощутив как руки поглаживаю его спину и прижимают к себе. когда он немного отстранился, их лица были всего в нескольких сантиметрах друг от друга, но сказочная дрема в миг оборвалась, когда спавн кивнул и очнулся ото сна.