Сказки-8

В «перерывах между боями», попалась мне старая работа под названием «Я принёс вам красный цветок». Автор Helen Sergeeva. (https://ficbook.net/readfic/8252450). Работа отличная и я бы даже сказал «огненная». В итоге у меня написалось вот такая история. Чуть более хэппиэндистая. *** — Ну, и какого Мерлина лысого меня вновь занесло на «эти галеры»? — спросил самого себя Гарри Джеймс Поттер. Так и не ставший, кстати, самым молодым Главой Аврората в истории Британского магического мира. Да и не собирался он, если быть до конца откровенным. — Для чего? Чтобы потом отчитываться перед каким-нибудь мудаком вроде того же Малфоя? Нет уж увольте. Не для того я, в своё время, побеждал Змеемордого, которому Люцик задницу лизал, чтобы потом этот же Люцик с меня что-то спрашивал. Случилось это сразу после того как Гарри принёс Визенгамоту «Красный цветок». То есть спалил их всех нафиг Адским пламенем, вместе с собой, конечно. Зачем? Ну, так надо было. А почему вместе с собой? Ну, так получилось. Так вот, он, почему-то, не отправился сразу после этого в «новое большое приключение», а снова оказался на призрачном вокзале Кингс-Кросс. В зале ожидания. И снова — голым. Правда, в этот раз Гарри сразу же захотел чтобы появилась какая-нибудь одежда. Всё-таки Гарри не был папуасом, чтобы голым по жизни разгуливать. Вот он её и потребовал. А после того как оделся, побродил по залу, заглядывая под скамейки. На автомате, наверное. Ведь понятно же было с самого начала, что ни оставшуюся части души Волдика, ни «добрейшей души дедушку» Дамбика он здесь больше не встретит. И если бы его спросили зачем он под скамейки заглядывал, то он ответил бы, что чтобы время занять. Ведь неизвестно было через сколько придёт поезд на котором он должен будет дальше двигаться. Вот поэтому-то, наверное, он и побродил по залу. — И всё же интересно, — думалось Гарри, — почему меня переместило именно сюда? Почему не сразу в какой-нибудь Рай или Ад? Или не туда где находятся души моих родителей? Ну, или в какого-то младенца, чтобы уснув в его теле собой я затем проснулся бы уже им. Не помнящим ничего из своей предыдущей жизни. Так он рассуждал усаживаясь в одно из кресел и застывая в ожидании. К тому же ему и не оставалось ничего кроме как ждать. Вот он и решил подождать и ещё раз «прокрутить» в голове то, что он сотворил напоследок. Хотя, если бы кто-то сказал что Гарри поступил как идиот, то он бы с ним согласился. А как не согласиться, если так оно и есть. Если всю жизнь он был никем иным как донкихотствующим болваном. Ну, в некоторых её моментах. Правда, если разбираться, то всё было не так просто. И началось всё не сегодня, и не вчера, а в тот самый день, когда Пожиратели разрушили Брокдейлский мост. Вообще-то, те кому положено знали про магический мир. И взаимодействовали с ним. Примерами тому были показ по маггловскому телевидению фото Сириуса Блэка, после его побега из Азкабана, или же работа Кингсли Шеклболта в качестве телохранителя у маггловского Премьера. Да и про Статут о секретности Королева конечно знала. В соответствии с которым маги не должны были рассказывать о себе магглам. И до тех пор, пока с проявлениями магии в маггловском мире справлялся отдел Артура Уизли, проблем не было. Поддерживался «Статус кво» и никого не волновало чем там занимаются маги в своей «песочнице». А вот взрыв Брокдейлского моста был явным нарушением Статута, причём со стороны магов. Поэтому-то Королева разозлилась и дала команду «Фас». Так что, напрасно они это сделали. Потому как, буквально на следующий же день состоялась встреча за закрытыми дверями Премьер-министра и Королевы. Которая закончилась подписанием секретного указа о создании отдела МИ-13. Который, как бы и был, но в то же время его как будто и не было, и который должен будет контролировать магов и не давать им возможности вырастить нового Тёмного лорда. Разумеется, сначала этот отдел существовал только на бумаге, так сказать. И чтобы он начал планомерно работать прошёл не один год. Ведь поначалу непонятно даже было где людей для работы в нём набирать. Сначала нужно было организовать их поиск. Потом проверку, потом обучение маггловским методам работы в подобных структурах и совмещения их с магией. Потом внедрение их людей в магический мир. И вычисление подходящих для вербовки людей уже в магическом мире. А всё это требовало времени. Поэтому-то, к Гарри сначала долго присматривались и вышли с ним на контакт только около года назад. И сделали ему предложение которое он посчитал возможным принять. Опять же не сразу, а только после нескольких разговоров о том нравится ли ему положении дел в магическом мире. А Гарри оно откровенно говоря не нравилось. — Нет, как так-то? — говорил он. — Тот же старший Малфой пересидев пару лет в Азкабане, на верхних уровнях, снова расхаживает по Диагон Аллее как будто бы она ему принадлежит. И это был всего лишь один из примеров того что Гарри не нравилось. А вообще, конечно, не нравилось ему очень и очень многое. В общем, Глава этого самого МИ-13, от лица Её Величества Королевы предложил Гарри помочь Правительству Великобритании начать более решительно участвовать в жизни магического сообщества. Ведь, в конце концов, британские маги были такими же гражданами своей страны как и все остальные. И им следовало напомнить об этом. Но, не допустив, при этом, конфронтации или, даже, новой гражданской войны. Что, в принципе, было невозможно пока у власти в магическом мире оставался Визенгамот, состоящий, преимущественно, из представителей Древнейших и Благороднейших магических родов. И нужно было решить как их нейтрализовать или склонить к сотрудничеству. Но вот на это-то, Гарри был больше чем уверен, маги из старых семей не пойдут. Не захотят они сотрудничать и делиться властью с маггловским правительством. А значит оставался только один способ. Их устранение. И постепенно у Гарри начал формироваться план. Который в окончательном виде сформировался после того как ребята из МИ-13 определили что на него накладывались Обливиэйты и восстановили ему память. Нет, сначала, конечно, после того как он узнал кто именно это делал, Гарри исчез на несколько дней. На службе он сказал что ему нужен небольшой отпуск, а дома — что у него срочное и очень секретное задание. А сам «забурился» на одну из конспиративных квартир и пил не переставая. Да и как тут было не запить, когда выяснилось что вся его жизнь была одним большим обманом. Причём обманывали его самые близкие ему люди. И это его чуть не сломало. Вот он и ушёл в запой. Особенно сильно на него воздействовало воспоминание о том как на него накладывает Обливиэйт Гермиона. После тех нескольких месяцев, на их шестом курсе, когда он осознал что любит её и был счастлив. Потому что чувство было взаимным. Ну, по крайней мере он так считал. Но, затем в их отношения вмешался Дамблдор и Гермиона применила к нему заклинание. Причём, насколько он понял, это был не совсем обычный Обливиэйт. Ведь он влиял не только на память, но и на чувства. Но, рано или поздно всё заканчивается, как и его желание пить. Оно тоже закончилось. Так что он «взял себя в руки» и принялся рассуждать. И пришёл к выводу что, в итоге, по другому и быть не могло. Особенно, когда кого-то о чём-нибудь просил Дамблдор. Слишком уж хорошо у дедушки это получалось. А Гермиона не была исключением чтобы отвертеться от дедушкиных просьб. И, не стать их исполнителем. — Как там она как-то сказала? — вспомнилось Гарри. — Мы должны делать то, что говорит Дамблдор. Потому что он лучше знает. А почему он знает лучше? Да потому что он Дамблдор. Поэтому-то, когда он осознал это, то и ненависть к ней улетучилась. Ведь нельзя же ненавидеть, например, молоток стукнувший тебя по пальцам. Ненавидеть нужно того у кого он оказался в руке. А Гермиона… Ну, что сделаешь если она такая какая есть. И что она всё время так поступала. Просто потому что так… рекомендовал Дамблдор. Впрочем, он и сам был не лучше. Тоже слишком доверял старику. Чёрт! Да даже в Аврорат Гарри пошёл по его ненавязчивой рекомендации. И именно поэтому он решил её не наказывать. Потому что она просто не поймёт за что. Ну, а раз не поймёт, то и наказывать бесполезно. — Кстати, — подумалось ему ещё, — если в своих рассуждениях пройти немного дальше, то нет никакой гарантии, что и её мировоззрение тоже Дамби не корректировал как и моё. Магически. И тогда она, получается, всего лишь такая же жертва как и я. Впрочем, теперь-то чего уже. Поздняк метаться. Процесс уже запущен. И даже если ошибся в своих рассуждениях, то и хрен с ним. А вот свою блядовитую жёнушку и её братца, «дружищу» Рона, Гарри решил не оставлять без ответки. Хотя бы потому, что из его с Джинни троих детей как минимум двое были не его. Младшие. А насчёт старшего она и сама была не уверена от кого он. И чтобы Гарри не обращал на это внимание и не возбухал особо, Джинни ему память подчищала. Этому папа её Артур хорошо научил. А чтобы «дружище» Рон не проболтался, она с него Обет молчания взяла. А как Гарри об этом узнал. Ой! Я вас умоляю. Аврор он или погулять вышел? Тем более, что и повод появился. В общем, когда Гарри всё это вспомнил и осознал всю глубину той задницы которую из себя представляла его жизнь, то противно ему стало. До такой степени, что жить расхотелось. Перестал он в ней видеть хоть какой-то смысл. Вот и решил он уйти. Но не просто так, а «громко хлопнув дверью». «С огоньком», так сказать. К тому же не видел он себя в той новой магической Британии, которая начнёт формироваться после того как он насильственным образом уничтожит старую. Вот он и придумал как всё это «провернуть». Для чего он «слил» Визенгамоту, через своего шефа, сведения о том что кто-то «поделился», так сказать, с маггловским правительством существующим положением вещей в магическом мире. И о том кто есть кто, и обо всех раскладах, политических партиях, фракциях и прочем. Разумеется, Визенгамот поручил расследование Главе Авротата, а тот, в свою очередь, своему заместителю. То есть ему, Гарри. Что его весьма позабавило. Ну, расследовать свою же собственную деятельность. Да ещё и периодически докладывать об «успехах» и «неудачах». А сам он всё это время готовился. Чтобы всё без сучка и задоринки прошло. Для чего он усиленно тренировал одно единственное заклинание. То, от которого не было никакого спасения никому. Называлось оно Адское пламя. И ещё он «шерстил» Лютный переулок в поисках одного хитрого зелья. Даже знание о котором и то были незаконными. Не говоря уж о владении, хранении или его использовании. И он, таки, его нашёл. Ещё Гарри понадеялся что на том заседании Визенгамота, когда он приведёт в действие свою задумку, будет присутствовать Глава Отдела тайн. Которым, по странному стечению обстоятельств, оказался якобы мёртвый Северус Снэйп. Именно он, а не какой-нибудь исполняющий обязанности. Тот самый Снэйп, которого он действительно ненавидел чуть менее чем покойного Альбуса. Потому как любил «покойничек» тоже в чужой голове пошариться. Ну, помимо того что сволочью был по жизни. В общем, с утра, в тот день когда всё должно было свершиться, вместе собрались две семьи. Чтобы выпить по бокалу лёгкого вина за успех того что Гарри задумал. И ещё трое из четверых выпили за то, чтобы из заместителя Гарри, наконец, стал постоянным главой Аврората. Как ему пообещали, в зависимости от результатов расследования. Которые он должен был представить Визенгамоту на сегодняшнем заседании. Вино, разумеется, было с добавками. И если Гермиону, всего лишь, нельзя будет разбудить никакой магией еще пару часов, то рыжие очнутся уже в одной из палат Мунго. По соседству с Локхартом и родителями Невилла. Конечно, по хорошему, надо было бы их грохнуть, вот только рука у Гарри не поднялась. И всё из-за боггарта миссис Уизли, того что жил в доме Сириуса, на площади Гриммо. Помнил прекрасно Гарри как он превратился в её мёртвых детей. И если бы среди детей миссис Уизли боггарт не показал ещё и его, Гарри Поттера, то и не сомневался бы он. А так, не смог. А затем, уже находясь на месте докладчика в он сказал: — Недавно я понял, что победа над Волдемортом не принесла магической Британии изменений, необходимых для того, чтобы победить Тьму. Мы по-прежнему, не видим впереди будущего, того, ради которого сражались. И не только не видим, но и усилий чтобы увидеть не прикладываем. Тем не менее, выход из ситуации имеется. Мы сможем выйти из кризиса и двигаться дальше. Но, только в том случае, если поступим как советовал, в своё время, Альбус Дамблдор. То есть, принесём искупительную жертву. Дальше Гарри раскусил капсулу с тем самым зельем ради которого он «шерстил» Лютный и широко улыбнувшись, выхватил палочку и произнёс: — Вот вы её сейчас и принесёте. Финд Фаер! И хохоча как сумасшедший, он принялся «поливать» зал и находящихся в нём «очистительным» огнём. Совершенно не опасаясь что в течении ближайших тридцати секунд кто-то сможет что-нибудь ему противопоставить. Потому что зелье, которое он принял, не только удесятеряло его магическую силу, но и делало его совершенно невосприимчивым к любым магическим воздействиям. Особое же удовольствие ему, в момент наблюдения за происходящим, доставила безуспешная попытка Снэйпа спастись. Он с радостью наблюдал как того поглощают огненные «зверушки». Да и остальных тоже. Ну, а затем действие зелья закончилось и Гарри, в итоге, оказался тут, в зале ожидания призрачного Кингс-Кросса. И ему было не очень понятно, чего ещё ждать-то? Почему он снова здесь, а не движется дальше. В своё «следующее большое приключение». Вот такие мысли блуждали в его разуме, когда вдруг раздался хлопок, как при аппарации, и прямо перед ним не упала на пол… Гермиона. Тоже, кстати, совершенно голая. И пока она ошалело оглядывалась по сторонам, Гарри заказал ей одежду, после чего у них состоялся разговор. — Где это мы? — спросила она. — Призрачный Кингс-Кросс, — пояснил Гарри. — То самое место где я после Авады от Волдика в девяносто восьмом оказался. И если я, пусть даже весьма примерно, но, понимаю что здесь делаю я, то вот что тут делаешь ты мне совсем неясно? — А что мне делать там, Гарри? — Гермиона указала пальцем в направлении пола. — Изображать из себя счастливую жену ненавистного мне мужа и мать детей, которых я никогда не хотела? Подвергаться периодическим ментальным корректировкам моего сознания от Снэйпа, которые ещё Дамблдор начал, в своё время? Помогать твоей жёнушке поддерживать видимость счастливого брака? Спасибо, хватит. Так что, как только ты устроил небольшой, локальный Армагеддец, то я сплавила наших, так называемых «вторых половинок» в Мунго и окончательно исчезла «со всех радаров». Она немного помолчала и продолжила: — Знаешь, Гарри, я ведь этому мудаку Дамблдору с пеной у рта доказывала что тебя не нужно обливиэйтить. Ну тогда, на шестом курсе. Потому что, зная тебя как облупленного, я даже не сомневалась в том, что если придётся, то ты сам, без всяких понуканий жизнь за друзей отдашь. Ибо, как там говорится? Вроде бы в Библии. Что нет круче подвига чем жизнь свою за друзей отдать. Так ведь нет же. Они, видите ли, с Северусом рисковать не могли. И, в итоге, сначала мне ментальную закладку Снэйп внедрил, а потом уже и я на тебя Обливиэйт наложила. — Хм-м, — Гарри по привычке взлохматил волосы на макушке. — Так вот получается для чего меня тут задержали. Ну, тогда поехали, что ли. Вон, кстати, и поезд подошёл. — Куда? — уточнила Гермиона. — В «следующее большое приключение», — ухмыльнулся в ответ Гарри. После чего они, как в детстве, взявшись за руки, направились к ближайшему вагону. А по дороге Гарри вдруг почувствовал что у него в кармане что появилось. — О, Гермиона, смотри, у нас тут даже билеты имеются, — сообщил он вытащив из кармана два картонных прямоугольничка. — Причём, судя по всему, в один конец. — Дай-ка я гляну, — попросила Гермиона. — Хм-м, интересно. Конечным пунктом твоего назначения является «Гарри Джеймс Поттер», а моего «Гермиона Джин Грэйнджер». — Это чего? — Гарри даже зябко плечами передёрнул, — снова в самих себя, что ли? Н-да, не хотелось бы. — Да ладно. Может в этот раз всё не так уж и плохо будет. Например, никаких бородатых, рыжих и сальноволосых мудаков. — Успокоила она его. — Да, — согласился он. — Впрочем, не приедем, не узнаем. Так что, поехали. Поехали. Поезд вечно ждать не будет.