Strange birds

– ИДИОТА КУСОК!!! – донёсся до него чей-то раздраженный голос, когда каким-то образом вместо падения его потянуло назад и он отделался ушибом заднего места. Енджун опешил от такого исхода событий. Никого вокруг. Тогда кто это сказал? Как будто бы проснувшись от страшного сна, он только сейчас осознал, что собирался сделать. Успокоиться он смог только после того, как закончил обед. «Неужто это какой-то знак?» – парень фаталистом не был, но такое событие его очень напугало. При таком раскладе во что угодно поверишь.       После этого экспрессивного крика и спасения этого придурка, Бомгю закрыл руками рот, не ожидав, что подопечный его услышит. «Так вот как это происходит, всего лишь по собственному сильному желанию? А что, если я не смогу это контролировать?» – парень расхаживал из стороны в сторону, пока Енджун сидел в ступоре. – «Нужно быть осторожным» – А ты не промах, ангелок, первый день, а уже нарушаешь правила. – Тебе по приколу исчезать и появляться? – раздражённо обратился Бомгю, снова видя демона. – И почему тебе дозволено обращаться к подопечному напрямую, а мне нет? – Ну-у, мне тоже нельзя, но я просто не попадаюсь. Жаль, что получилось неубедительно, с таким-то его характером мы бы подружились. – Ты не можешь решать жить человеку или нет. – Решать да, а подтолкнуть могу. Позаботься о том, чтобы тебя не раскрыли. – Кай по-товарищески положил ему руку на плечо. – А я постараюсь тебя не выдать. Адьос!       Демон не внушал никакого доверия, но надежда все же умирает последней. Тяжко вздохнув, Бомгю продолжил наблюдать за Енджуном, замкнув рот на замок и боясь вообще что-либо произносить. Интересно, насколько пристально за ним следят архангелы? Как никак это его первый опыт, можно сказать, сегодня была стажировка, а он уже успел все запороть. «Что же делать?» – ломал голову Чхве, усевшись напротив парня и приняв ту же позу, что и он, поджав колени.       Тот сидел весь бледный, и парень даже не мог предположить, какие мысли заполнили его и без того бедную головушку. И лучше бы ему не знать. – «Жесть, помереть не дают, так еще и галлюны какие-то», – усмехался Енджун, все еще не веря в произошедшее. А взглянув на часы, понял, что время его обеда близится к концу. – «Ну раз не сегодня, то в другой раз…».       Эту последнюю мысль Бомгю смог услышать. Видимо, начался процесс его адаптации. К слову, голода он также не ощутил за все время, что находился на мосту и даже аппетитный вид еды не вызвал в нем никаких чувств. «Лишают последних удовольствий…чего удумал, следующий раз, я ему дам, следующий…» – пробубнил под нос ангел. – Кто здесь? – встрепенулся другой, услышав чей-то недовольный голос. Бомгю так вообще чуть не сгорел со стыда. Хоть рот себе заклеивай.       Не получив ответа, парень приходит к выводу, что сходит с ума и, поспешно забрав свои вещи, удаляется прочь. Все еще не привыкнув к резким решениям и скорости своего подопечного, Чхве вскакивает вслед за ним, немного поднявшись над землей. На земле сказали бы, что он волочит ноги, но на небесах это значило бы парить. Так вот, непривычно размахивая своими крыльями и стараясь держать всеми усилиями равновесие, Бомгю оказался позади него. В это время Енджун смотрел лишь себе под ноги. Вокруг лужи и слякоть. Противная погодка была, ничего не скажешь. Так еще и ветер прямо в кофту задувает, так как вода рядом. В одной луже он случайно видит пару белых крыльев и отшатывается, из-за чего Бомгю врезается в него и проходит сквозь. Слава богу этого он не замечает. – Это еще что такое…ангел что ли? Не успев переварить свою мысль, он слышит шепот с левой стороны: – А может демон? Или ты просто умираешь?       Изрядно испугавшись, он переплевывает через левое плечо, чтобы не дай бог. Иронично, что пять минут назад он думал совершенно наоборот, но что-то эта появившаяся «шизофрения» вообще в его жизнь не вписывалась. – Тьфу, обидно, – отлетает в сторону, судя по всему еще не договоривший, Кай, получив на свой соблазнительный шепот плевок не только в лицо, но и в душу. А потом еще и чуть не глохнет от шипения ангела на правое ухо. – Ты че, обалдуй, такие слова ему говорить? И вообще-то ты ушел… – А ты в фильмах не видел, что демонам верить нельзя? – Я такой ширпотреб не смотрел, уж извини, – ответил Бомгю, завидев, что Енджун ушел на приличное расстояние. Точно не должен услышать. Фыркнув и закатив глаза, демон состроил кислую мину, мол, «ну и пожалуйста, ну и не нужно», не получив никакого удовольствия от своей затеи.       Пока эти двое перепирались, Енджун и вправду чуть ли не в Бога поверил. Вспомнил все теории, которые когда-то крутили по телеку и в которые до сих пор верят бабушки и дедушки. Не думал он, что станет таким же. «Нет, ну это безумство какое-то, нужно Субину рассказать, давненько его не видел» – порешав на том, что напишет ему после смены, он наконец поднял голову, оглядываясь вокруг. Как-то он и не замечал, что мир на самом деле так красив. И если уж ему дали второй шанс, то это что-то, да и значит.       Продолжая находиться рядом, Бомгю вскоре заскучал, потому что человечек целиком погрузился в свою работу. К его удивлению, его угрюмое выражение лица куда-то пропало, и он подумал, что это явно хороший знак. «Что ж, раз ему пока ничего не угрожает, думаю, можно и отдохнуть» – назвать небеса домом он не решился, но возвратиться было необходимо, хотя его и грызла совесть.       Пожалуй, он слишком поверил в себя, что сможет по прибытию во всем признаться. Вместо этого сидел на краю облака в ступоре, держась за колени и качаясь вперед-назад, шевеля губами. В таком состоянии его застал Сан. – Ты чего такой, твой подопечный настолько ужасен? Или демон доконал? – Откуда ты про демона знаешь? – Смешной ты, – хихикнул старший, – Каждому подопечному свой ангел и демон. У меня тоже есть, несносный тип…Думаю, они все такие. – Как же я сам не догадался, и правда. Да не в демоне дело...– последние слова он произнёс чуть ли не шепотом. – Ась? Да чего ты трясешься так, все решим, только расскажи, – попытался приободрить Сан. – Я нарушил запрет, он меня слышал, и я…Я спас его от ошибки, но слишком прямым путем. Меня за это сильно бить будут? – с глазами на мокром месте он взглянул на старшего. – Бить тебя никто не собирается, но предупреждение ты явно получишь. Знаешь, такие оплошности часто с новенькими происходят. Если это негативно на твоего паренька не повлияло, то ничего страшного. Однако больше так не делай, хорошо? Вставай, – объяснил парень и протянул руку.       Бомгю нехотя повиновался, размышляя, в каком виде ждёт его предупреждение. Архангел Пак казался серьёзным, но злым он вряд ли будет. Хотя кто знает его характер…       Желая спрятаться куда угодно, чтобы его никто не смог найти, Бомгю пришел в лазарет, где он впервые и оказался вчера. Его глаза тотчас же загорелись при встрече с Сынмином – медбрат обладал такой комфортной аурой, словно был тем самым помогающим во всем старшим братом. Это было странное чувство – знакомы всего ничего, но ему хотелось доверять. Сдерживаясь, чтобы на виду у всех не повиснуть на его шее дабы пожаловаться на жизнь свою несчастную, он попросил его поговорить с ним.       Сынмин пообещал прийти через пять минут, как только отнесет какие-то бумаги, а пока что Бомгю может посидеть в одной из пустующих палат. Кажется, это была его палата, а может и не его, поскольку здание не отличалось разнообразием коридоров и поворотов – вполне может быть, что каждая комната спланирована одинаково. На парня начала накатывать тревога. Нехорошо получается, что он прячется – значит точно виноват. – О чем хотел поговорить, мой друг? Все еще болит спина? – Нет, не болит, я просто…нарушил запрет в первый же день, но я не мог иначе, и мне страшно…Я говорил с Саном об этом, он уверил меня, что такое часто происходит, но я совсем боюсь признаться в этом Сонхва… – Могу пожелать в этом только удачи, – улыбнувшись, Сынмин посмотрел за спину Бомгю и сжал его плечо, поддерживая, а затем удалился, впустив в комнату архангела. Бомгю весь сжался от страха. Если Сан говорит, что в этом нет ничего страшного, то может и не стоит переживать? Ну подумаешь, накажут, чем быстрее пройдет эта беседа, тем лучше… – Здравствуй, Бомгю, – он присел рядом, едва коснувшись своими большими крыльями крыльев парня. Интересно, меняется ли их размер от титула ангела? Наверняка. – Как прошел твой первый день? – Да неплохо, – пробурчал парень. – Не сложный подопечный попался? Может, у тебя есть какие-то вопросы?       Съежившись еще больше и опустив голову, Бомгю понял, что все эти наводящие вопросы значат только одно. Он все знает. – Ну, у него достаточно проблем в жизни, но он с ними вполне справляется, правда…я…       Сонхва молчал, давая парню собраться. Выдохнув, он продолжил. – Я нарушил запрет, простите…Это вышло случайно, совсем неконтролируемо, но я спас его от смерти, это не было ради забавы, поверьте, – залепетал парень. – Приму от вас любое наказание. – он тотчас же спустился на пол на колени. – Сядь обратно, – спокойно попросил старший, – Ничего страшного не случилось, Сан научит тебя контролировать свои силы, чтобы не быть замеченным. Однако неделю будешь помогать в лазарете. Много новых ангелов у нас, а рук не хватает. – Хорошо…– ощутив, как тяжкий груз упал с его плеч, парень вздохнул полной грудью. – И еще одно – не привязывайся к своему подопечному слишком сильно. Мы всего лишь их наставляем тогда, когда это требуется. Тебе не всегда нужно за ним следить. Мы не должны становиться им друзьями. Любовниками тем более. Всего лишь приятели. – А такое было? – оживился ангел. – К сожалению, – помявшись, ответил Сонхва. – Теперь эти ангелы примкнули к павшим. У них больше нет крыльев и доступа к реальному миру. Они не живы, но и не мертвы. Они где-то между. Но знал бы ты, как они страдают. Им ни за что не стирают память, наказание такое. – Какой ужас… – Не то слово. Что ж, отдыхай.       Покинув комнату лазарета, Сонхва еле держался, стиснув зубы. Он правильно сделал, что предупредил этого мальчика не привязываться. Да вот только щемило в груди. – Хонджун-и…Как ты там? – прошептав себе имя, которое он так давно не произносил, он подошёл к окну, стараясь взглядом пройти сквозь пучину пушистых облаков, до самой земли, все еще чувствуя тонкую нить, связывающую с его старым подопечным. Сейчас у него уже нет проблем, кажется, даже счастлив.       Сонхва не мог противиться своим мыслям, телу, которые все еще были привязаны к этому парню, фантомными ощущениями разливаясь по нему всему, заставляя мурашкам пробежаться. Но затем перестал и отправился восвояси. Было ещё много работы.       Он помнил, как ему было больно. Но он знал, что так будет правильно. Потерять то, к чему он так стремился – статус архангела – он не смог.       И пожалел. В ту самую секунду, когда в их общих с Хонджуном воспоминаниях остался он один.

***

      Когда дверь захлопнулась, Бомгю вернулся к своим мыслям. Он вспомнил, что не привязывался к людям, когда был человеком. Да и друзей, честно говоря, настоящих, у него не было. «Все, как у Енджуна…забавно. Интересно, волнуется ли там кто-то, за меня?       Бомгю ошибался. Человек, который все еще помнил нашего парня был, но с каждой секундой воспоминания о его жизни на земле исчезали, рассыпались на мелкие камушки, превращались в песок, что перекатывался туда-обратно в песочных часах, которые вертел в руках Тэхен. Тот самый маленький подарок Бомгю на его день рождения. Тэхен был странным коллекционером часов. В них он находил свою философию. Пока что он насобирал только пять видов разных часов, все из них он починил, чтобы слышать этот умиротворяющий звук тиканья стрелок. Он не признавал электронные часы, только механические, которые наверняка останавливались несколько раз за свою жизнь, давая знать, что течение времени было чем-то нарушено.       Так и произошло в тот день. Кан со всех ног спешил увидеться с другом, с которым он разделял свою странность. Тот любил собирать всё, что противоречило ходу времени – остатки сгоревших календарей, те самые перевернутые песочные часы, всегда идущие наверх, которые он отдал другу; обрывки недописанных кем-то фраз, старые, неотправленные кем-то письма, билеты с истекшим сроком. Он верил в вечность, во время, которое остается в забытых вещах. Порой они помогали друг другу пополнять их коллекции. Тэхен постоянно поднимал с пола чьи-то потеряшки, протягивал другу и спрашивал: «Оно?», а тот отвечал, начиная издалека, заставляя Тэхена прийти к ответу самому.       Будучи почти на месте, парень бросил взгляд на часы, боясь, что опаздывает. – Черт, остановились, – выругался он, не зная, как давно это произошло. По ощущению минут 10 назад. – Ничего, я почти на месте. – написав своему другу смс-ку, что через пару минут он уже будет, он заметил слева от себя какую-то суматоху.       Обозлившиеся друг на друга мужчины, третий рядом с ними держался за голову, опустившись на землю у машины. Вой приближающейся сирены скорой, огромная толпа, все сгущающаяся и смотрящая на что-то в центре. Тэхену стало не по себе. 13:03. Именно это время показывали часы. Парень даже усмехнулся, ведь у его друга это дата рождения.       Наконец прибыв на место, Кан не увидел Бомгю. «Странно, он же писал, что почти пришёл, когда я ещё только вышел из автобуса. Может, в магазин зашёл?» Обойдя все ближайшие магазины и раскаживая вдоль и поперек, он все не мог найти другого. В голову закрались тревожные мысли.       Шум с той стороны улицы, где что-то произошло, все еще не утихал, и Тэхену вдруг пришла в голову страшная мысль. Желая поскорее развеять её, надеясь, что его друг на самом деле решил так пошутить и спрятался куда-то, что было вполне в его духе, или что побежал вслед за какой-то особо значимой вещичкой, которую унесло ветром, потому что он часто так терялся в пространстве, он подбежал к плотной толпе, бурно что-то обсуждавшей.       Слыша обрывки фраз, вздохи, причитания «как же так», он пробирался сквозь всех этих людей и вскоре оказался впереди. Рядом с телом сидел один из врачей, пытавшийся привести в чувство человека, которого, как оказалось сбила машина. Тот самый водитель, который не видел перед собой уже ничего, настолько испуганный произошедшем и молящий о пощаде у Бога.       На дороге парень увидел потрепанную бумажку. Поднял её. Старая, какая-то. Бомгю бы сказал «не старая, а винтажная». Билетик на поезд. Кто-то зачёркнул точное время в графе отправление, приписав сверху «никогда». Такое парню точно могло понравиться. Сжав её в руке, он наконец смог вполне рассмотреть пострадавшего.       Тёмные отросшие волосы, черная футболка и шорты, так хорошо знакомые, побрякушки на запястье.       Нет. Это не он. Не может быть он.       Медленно двигая ногами, он продвигается ближе, но его останавливают полицейские. – Нет, пустите, прошу, кажется, это мой друг, – умолял Тэхен, но его сдерживали ещё сильнее. – Да неужели вы не дадите мне убедиться, что это точно он!? – вырвавшись, он добежал до тела, падая и царапая колени, но его это совсем не волновало, пробежался глазами, осознавая ужасную правду. Нога была неестественно выгнута, глаза ему уже успели закрыть, но это был он. Его дорогой друг. Бомгю. – Бомгю-я, хватит придуриваться, я уже пришёл. Пошли гулять, я обещал тебе рассказать про Кроноса…       Последующие события он помнил смутно. Кажется, его оттащили, но он настолько обмяк в руках других, что был похож на тряпичную куклу, которую волочили за собой. Он плакал. Навзрыд. Не в силах встать на ноги, сколько бы его не пытались поднять.       Домой его забрали родители, но он это узнал лишь потом. Очнулся только глубоко ночью, в своей постели, насквозь промокшей его слезами, с ноющей болью в голове. «Может это мне приснилось?». Взглянув на наручные часы, увидел 13:03. Нет. Отчаяние захлестнуло ещё его сильнее, но плакать сил просто уже не осталось. На стене тикали часы. Было два часа ночи. Перевернувшись на спину, он смотрел в потолок, теряясь в глухих мыслях и вскоре провалился в сон.       Гибель друга основательно подкосила Тэхена. А ещё его не отпускала мысль об остановившихся часах, батарейки у которых он так и не осмелился поменять. Вместо этого запрятал их поглубже в шкаф, туда, куда сам никогда не подумает заглянуть. Но он всегда помнит, где они лежат. Вот уже год.       Он задавался разными вопросами. Почему всегда погибают самые хорошие люди, так еще и не вовремя? Слишком рано. Слишком незаслуженно для них самих.       Тэхен слышал, что многие видят умерших еще некоторое время после смерти. Он не видел, как бы ни просил. – Неужели ты даже попрощаться не придёшь, Бомгю?       Он не знал, что ставшие ангелами теряют память. Однако, если человека не забывают, он ещё может что-то вспомнить. Только не сразу.