В Самару

Вечер близился к логическому завершению, плавно переходя в ночь. Солнце ещё не заходило полностью за горизонт, но медленно передавало право на небесное пространство первым звездам и светлеющей Луне. Машины на встречке ещё не светили огнями дальнего света, но уже помигивали фарами при приближении. «Джой Дивижн играет на дискотеке, Знаешь, наверное, ты эту песню…» Сумерки, пролетающие за окнами автомобиля фиолетовые поля, подсвеченная закатом трасса, спокойная, с ноткой трагизма мелодия создавали какую-то романтичную, ностальгическую обстановку. Игорь за рулём отчего-то улыбался уголками губ, щурясь иногда из-за фар встречных машин, режущих хрусталики глаз. Эта поездка ему была определённо нужна: на второй день пути настроение Александрова резко улучшилось, морщинки у глаз разгладились, он даже не переключал эту странную песню, которая на Антона почему-то накидывала хандру. – А нам было так важно ехать именно на машине? – проговорил Антон, отстраняя висок от стекла и посмотрев на своего спутника по этому странному спонтанному путешествию. – Нет, в плане, если ты получаешь удовольствие от пути, мы могли бы сесть на поезд. В конце концов, мы не в туре. – Важно именно на машине, – коротко улыбнулся Игорь. – Тох, совсем немного до Самары осталось, не манди. – Я так и не понял, почему именно Самара, – склонив голову, Раут сел полубоком к нему, находя в бардачке бутылку воды. – Тебе захотелось вырваться из привычного ритма, не просто поехать отдохнуть, а прям оторваться от работы, от обязанностей, я это понимаю. Но почему мы вырываемся и отрываемся именно в Самару, м? – Ну, - задумавшись, Александров скорчил полувиноватую улыбку, вспоминая, что он вообще знает об этом городе. – Там есть бункер Сталина, есть космический музей, по Волге покататься можно. Есть музей мотоциклов этого, как его, Шеянова. «От хвостов комет укрывает нас Танцплощадки свет в этот самый час…» – Что за музей? – выгнул бровь Антон, сделав пару глотков воды. Кажется, он начинал проникаться голосами из динамика. – Там собраны редкие мотоциклы со всего мира. Со времен Второй мировой наши, немецкие. Японские Куроганы. Кстати, там же единственный сохранившийся в мире пожарный мотоцикл японский какой-то там модели. Я читал. И там стоит Белый Марс, такой редкий немецкий мотоцикл. И чего там только нет, в целом. – Понятно, Самара выбрана методом тыка, – усмехнулся Литвинов. – Слушай, ну в конце концов в Самаре Большой русский босс какое-то время жил в детстве, - вставил Александров. – Тоже мне достижение для города, – фыркнул с улыбкой Антон, убирая воду. – А я слышал, что в Самаре пиво вкусное варят. – И ещё вот за этим мы туда едем, – кивнул Игорь. «Я иду к тебе на сближение, Рассекая пространство и время…» Второй, более живой голос неожиданно хорошо вписался в общую мелодичность. Рауту стало почти весело и от песни, и от Игоря, и от фиолетовых полей с машинами со встречки. Антон не сомневался, что они с Игорем найдут чем заняться в любом городе. Хоть в родном Питере, хоть в далёком Бангкоке, хоть в подвернувшейся под руку Самаре. Последние пятнадцать лет закидывали их в разные обстоятельства и локации, но вместе было точно чутка веселее. «Помнишь, мы обещали друг другу навечно, Что будем вместе под эту песню…» И сейчас, когда любимого человека нужно вытащить из накатившего апатичного состояния, Раут без размышлений прыгнул с ним в машину и поехал, узнав о пункте назначения лишь спустя три часа пути. Что будет в Самаре, будет уже в Самаре, а сейчас его волнует только улыбающийся Игорь за рулём, фиолетовые поля и мелькающие машины на встречке. «Просто танцуй».