Зачётный орех, крошка)

Любовь — единственная вещь, которой невозможно дать слишком много.

(Генри Миллер)

«Детка, покажи мне Калифорнию, я навсегда это запомню.. » — играло у парня в наушниках, пока он добегал на беговой дорожке оставшееся расстояние.

Тебе бы похудеть

Звучали слова бывшего лучшего друга в голове у парня. С тех слов прошло полтора года, как он начал заниматься каждый день в зале. Не то чтобы его до сих пор задевали эти слова, просто вошло в привычку, да и тело у него подтянулось. Фигура стала лучше, даже жопу подкачал, хотя это радовало чуть меньше, и всему виной был Хван Хёнджин. — Зачетный орех, крошка, — говрил вслед проходящему Феликсу парень. А ведь Ликс просто шёл в библиотеку и надеялся, что сегодня он не услышит этого голоса, зря надеялся. — Закоройся уже, недоальфа, — ответил тому Ли и показал средний палец. — Ну не злись, я же тебе комплимент делаю, — уже идя вслед за омегой, говорил Хёнджин, — И да, твою залницу оценил главный сердцеед факультета. — Эту чушь ты сам себе надумал? — усмехнулся Ликс на заявление альфы, пока искал нужную книжку на полках библиотеки. — Нет, меня так прозвали твои друзья, — развернув того за плечо лицом к себе, улыбнулся Хван. — Они мне не друзья, — спокойно отвечал Феликс, хотя уже еле держался, чтобы не треснуть тяжёлой энциклопедией Хёнджину. — Знаю, видел и даже слышал, как вы разбирались в холе университета, — все также улыбался он, — И то, что они сказали про твою фигуру и характер, это ерунда, — говорил альфа, поглаживая Феликса по волосам. — Спасибо конечно, но я знаю, — немного смутившись откровением того, отвечал омега. Хван Хёнджин — альфа, учится на одном факультете с Феликсом, но в разных группах. Он на протяжении двух лет подкалывает и достаёт Ли, короче, заноза в заднице ещё та.

Зачем я о нем думаю?

Задал вопрос сам себе Ликс, заканчивая пробежку. Обычно он заканчивал тренировку бегом, теперь он собирался в раздевалке, чтобы пойти домой и принять душ там. — Привет, — вдруг раздался голос рядом с омегой на выходе из зала. Он обернулся и ахнул от шока. Сынмин стоял перед ним и улыбался, будто не он в холе университета покрывал Феликса оскорблениями, а позже угрожал. — Что ты тут делаешь? — насторожится Феликс.

Если он тут, то и остальная шайка неподалёку.

От этой мысли его передернуло и он крепче сжал лямку спортивной сумки. — Тебя жду, я тут узнал, что ты у нас теперь объект симпатиии Хёнджина, ты же знаешь, что он нравится мне, — неожиданно заявил Ким. Феликс удивился от этого заявления ещё сильнее. — Что за херня? Ты что шутишь? — усмехнулся Ли, замечая за спиной Сынмина его шайку.

Беги, беги придурок!

Кричал он сам себе в мыслях, но он не двигался. Его будто-бы приклеили к полу. — Похоже что я шучу? Знаешь, Феля, тогда я пожалел тебя и обошёлся только угрозами, но теперь я уже не знаю, что с тобой делать. Ты мешаешься мне на пути к Хёнджину, — скалился Ким, подавая знак своре, что мол делай. Феликса тут же схватили под руки и повели в сторону неблагополучных районов. Шли они немного, но за все время, Ли не принял абсолютно никаких попыток вылезти из хватки. Было слишком страшно. — А теперь слушай, — когда свора отпустила Ликса, начал говорить Ким, — Ты вечно мешаешься у меня на пути к Хвану. Когда я увидел, что он обратил на тебя внимание, я специально начал тебя задевать шутками про фигуру и твой вес, думая, что ты закроешься в себе от комплексов, но нет, ты просто молчал и продолжал улыбаться. Потом, я унизил тебя перед всем университетом, надеясь, что тогда Джинни поймет, что ты ничего не стоишь, но он наоборот стал ходить за тобой и "утешать". Ты начал ходить в зал, похудел, подкачался и теперь он не видит никого, кроме тебя вообще. Так ответишь ли ты, зачем я делал это все, если Джинни все равно смотрит на тебя? — взяв в ладонь подбородок Ли, улыбнулся Сынмин. — Я не знаю, честно, — только и смог из себя выдавить Феликс, испуганно смотря на бывшего друга. — А я знаю, надо чтобы тебя не стало, тогда он будет очень страдать, а я его усердно утешать, — оскалился он и ударил Ликса в живот. — Мин, но нас же посадят, — выступил кто-то из его шайки, но Сынмин лишь посмеялся над ним. — Ты забыл, кто мой отец, он не позволит меня посадить никогда, а его дело просто замнёт, типо, на него напал бездомный вот и все, — взяв из рук одного парня бутылку, он подошёл обратно к схватившимуся за живот Феликсу. Только он занёс руку для удара, раздался рёв машины, а за ним полицейская сирена. — Блять, это копы! — закричал кто-то из толпы. — Ничего я успею, — продолжив свои действия несмотря на испуганные возгласы своры и разбегавшихся людей, сказал Ким.

Когда тебе будет грозить опасность, всегда помни, что у тебя есть ангел хранитель, которы всегда поможет тебе.

Вспомнил слова мамы Ликс, она наверное уже спит.

Боже, пожалуйста, пусть мой ангел хранитель мне поможет.

Последнее что увидел, услышал и почувствовал Феликс было рёв машины, крик парня и удар. *** — Ликси, крошка, очнись, — повторял одно и тоже парень, пока на его коленях лежала голова Феликса, окровавленная голова. — Хёнджин, поднимай его, там скорая приехала! — подбегажала к тому Юци, — Пошли скорее, ему помогут, — она старалась сохранять спокойствие, но смотреть на такого старшего брата было непривычно. Хван Хёнджин всегда был холоден ко всем, даже к родной сестре. Старший брат Хван Юци был красивый, умный, но льдышкой. На протяжении всех школьных лет, он не встречался ни с кем, практически не улыбался и не имел друзей. Поступив в университет он начал не много "оттаивать", как казалось сестре. Он стал чаще улыбаться, нашел друзей, но это было редко. Обычно просто приходил с чуть менее темной аурой, чем с утра. Но сейчас он был другим, Юци впервые видела такие эмоции брата, он впервые в её памяти плакал. Он не проронил ни одной слезы когда из жизни ушёл отец, не заплакал, когда сломал руку, но сейчас, он плакал. Плакал пока они ехали за скорой, в больнице. Он проявлял эмоции из-за этого парня. — С ним все будут хорошо, — успокаивала его сестра, поглаживая по спине. Она не знала чему удивляться, что он просто забежал к ней в комнату, посадил в машину и рванул в какой-то район, или тому, что в этом районе он впервые проявит какую-то эмоцию. В это время из палаты вышел врач. Хёнджин тут же вскочил на ноги и схватил того за руку. — С ним все в порядке? Скажите, пожалуйста, — тараторил альфа. — Не переживайте, он в порядке. Ему повезло, удар был несильным и ничего не задело. Он просто упал в обморок от шока, видимо, перепугался тех парней и что его изобьют, сама рана небольшая, заживет за несколько дней. Он скоро очнеться, можете зайти в палату и подождать. Хёнджин не дождавшись конца речи доктора забежал в палату и кинулся к лежащему на койке Феликсу. — Ликси, очнись, это я, — поглаживая того по руке, шептал альфа, украдкой целуя руку. — Видишь, все хорошо, он скоро очнеться, — садясь на диванчик, произнесла девушка, — Садись ко мне, чего на полу сидишь. — А вдруг он очнеться и напугается того, что он не знает где он? Лучше я буду рядом.

Ликси, любимый, очнись скорее, я переживаю.

*** — М-м, — мычал Ли, медленно разлепляя глаза. Перед ними стоял белый потолок.

Где я?

Подумал он и почувствовал, как на нем что-то лежит. Повернув голову и посмотрев он замер.

Хёнджин?

— Хёнджин?.. — произнёс хриплым голосом омега и немного подвигал бедром, на котором лежала голова парня. Тот стал просыпаться и медленно открывать глаза, — Хёнджин? — повтроил Ли. — Очнулся, — быстро подняв голову, произнёс Хван и улыбнулся, — Я так переживал, — он взял руку Ли в свою и поцеловал костяшки пальцев, — Ну ты и напугал меня, крошка. Как увидел по геолокации что ты еще не дома, а где-то во дворе, так испугался, что даже Юци с собой прихватил. Прости, я не успел, этот уёбок успел тебя ударить. — Так это ты вызвал полицию? — поднимаясь с подушки, удивился Ликс.

Хорошая штука геолокация

Подумал он и улыбнулся своим мыслям. — Ты плакал? — он только сейчас заметил уже высохшие солёные следы от слез на лице альфы. — Плакал, — покорно ответил тот и наконец встал с пола, присаживаясь на край койки, — Переживал за тебя. — Чего за меня переживать? — улыбнулся Ли, пододвигаясь ближе к Хёнджину, — Не подумал бы, что такой сильный альфа и сердцеед будет плакать из-за омеги. — Ну вот так, оказывается, я могу плакать из-за того, кто мне нравится, — смотря в глаза Ли, сказал Хван. — Нравлюсь? — удивился тот, — А знаешь что, ты мне тоже, — Феликс обвил руками сильную шею парня и поцеловал. Поцеловал того по-настоящему. Хёнджин же окольцевал талию омеги и прижал к себе. Так бы они и целовались, если бы не голос сестры. — Теперь я поняла, почему ты непроявлял эмоции, ты копил их для этого дня.

Даже у самого сильного человека есть слабость из-за которой он будут плакать