Встретимся

Нова открыла глаза. Вертела головой, пытаясь осмотреться, но вскоре она стала слишком тяжёлой, к горлу подступила тошнота. Идеально прокрашенные белые стены давили на неё так, словно она была под гидравлическим прессом. Пытаясь прийти в себя, она начала раздирать до крови запястья, бить себя по ногам, но тошнота не прекращалась, захватывая все её внутренности. Не в силах выстоять на ногах, она упала на колени, пытаясь бороться с рвотными позывами. Безрезультатно. Свалившись набок, она плотно прижала ладони к лицу, желая хоть на секунду избавиться от этого света. Глаза слезились, ничего не помогало. — Папа… — четыре буквы раз за разом срывались с её губ, с каждым разом всё отчаяннее, но он никак не приходил. От слёз, стекающих по лицу, ладони тоже стали мокрыми. Но отнять их от лица — умереть. Страшно. Очень страшно. Тело начало ломить. С такой силой, что крепатура, полученная после адски тяжёлых смен, показалась ей благословением. Резко послышался порыв ветра, но открыть глаза она не решалась, почти уверенная в том, что если ещё раз посмотрит на этот свет — ослепнет навсегда. Однако с каждым порывом росло ощущение, что «свобода» где-то рядом. И если она сейчас что-то не сделает, останется гнить в этой клетке навсегда. Зажмурившись так сильно, что в глазах заплясали звёздочки, она медленно протянула руки, пытаясь опереться на пол, но вместо идеально ровного покрытия почувствовала… землю? Не веря собственным ощущениям, она зарылась руками в почву, скорее всего, вымазывая их. Слишком увлечённая этим занятием, она не заметила, как собственная истерика прекратилась. Медленно поднявшись, отметив ужасную боль в коленях после падения, она сделала шаг. Второй. Третий. Уловив слухом пение птиц и осознавая, насколько окаменели от холода конечности, она продолжала идти. Сквозь закрытые веки она видела блаженную темноту, даже после того как убрала руки, что немного успокоило бешеный стук сердца, но увы — не до конца. Отойти от пережитого ужаса по-прежнему было тяжело. Тем более за такое короткое время. Однако идти на ощупь было не менее тяжело и весьма травмоопасно — она то и дело спотыкалась и дважды чуть не упала. Набравшись смелости, она приподняла руку, чтобы в случае чего сразу закрыть глаза, и приоткрыла один глаз. Лес? Открыв второй, она медленно огляделась, опасаясь, что это лишь плод её воображения, но нет. Возле неё возвышались деревья, воздух был слишком чистым по сравнению с тем, к которому она привыкла. Теперь делая более быстрые и уверенные шаги, она всё время оглядывалась, наслаждаясь красотой этого места. Оно было слишком спокойным, необычным. Луна поблескивала в ночном небе, но не раздражала. Скорее наоборот, позволяла разглядеть всё сполна, уберегала от новых увечий. Ловчая улыбнулась, заметив протоптанную тропинку. Повинуясь какому-то неестественному порыву, она побежала и почти сразу рассмеялась от своего безрассудства. Ответ на вопрос «Что сделать в следующую секунду?» пришёл сам, как только она заметила вдалеке что-то похожее на озеро. Приблизившись чуть ближе, она наконец почувствовала прохладную воду на лодыжках. Подняв голову к небу, она хотела улыбнуться, но теперь вместо красивого тёмно-синего оттенка оно стало чёрным. Она не сдвинулась с места, но чувствовала, как вода уже достаёт до талии. Медленно опустив голову, она увидела то, что стало причиной крика, наполненного ещё большим ужасом, чем прежде. Болото. Попытки выбраться только ухудшили её положение. Теперь оно засосало её до груди и стремительно приближалось к лицу. Вскоре оно уже могло подавить её крик. В тот момент, когда кислород перестал поступать в лёгкие, инстинкт самосохранения вытокнул её со сна

***

Запах сигарет чувствовали все. За последние шесть часов она выкурила по меньшей мере трёхдневную норму, а день только начинался. 9:43. Минуты тянулись мучительно медленно, сосредоточиться было невозможно. Страх снова пережить подобный ужас не дал ночью заснуть. Любые слишком яркие цвета вгоняли её в ступор, снова и снова заставляя проживать, мягко говоря, неприятные воспоминания. — Здравствуйте, подскажите, пожалуйста, куда можно обратиться, чтобы оформить счёт? — мужчина лет 36–37 старался улыбаться, но было видно, что ему хотелось отойти от неё подальше. Да что уж там, ей самой не хотелось находиться рядом с собой. Увы, это ей приходится делать 24/7. — По коридору налево, — Нова натянула улыбку. Иногда ей казалось, что совсем скоро она станет обладательницей самой фальшивой улыбки в истории. Что ж, наверное, Веспер права. Она действительно ужасная лгунья. 10:11. Меньше чем за полчаса у неё уже трижды валились документы из рук. Непонимающие и где-то даже насмешливые взгляды коллег раздражали всё больше и больше. Мысли о жестокой расправе с кровью со временем перестали приносить облегчение. — Начальник вызывает, — чуть тише чем обычно проговорила Хизер, отвлекая Ловчую от собственных размышлений. — Удачи, — заторможенно сказала та, в седьмой раз перечитывая строчку в документе, которую её мозг отчаянно не хотел обрабатывать. — Тебя, — в глазах женщины мелькнуло сочувствие. — Что меня? — Арина, тебя вызывают. Чужое имя резануло слух. Да, именно так. Арина. Это помогло прийти в себя, но ненадолго. Кивнув женщине, она не прошла и пяти метров, как свалилась на пол без сознания.