Лазурный огонёк и Восточный тигр

- Почему Джи Фан изгнали из столицы? Как это понимать? – Лан Цяньцю горой навис над Лин Вень и смотрел прямо ей в глаза. - Она нарушила много правил Столицы, подвергла опасности других богов. Вы же сами так говорили, – ответила с усталостью в голосе, богиня литературы. - Да, но её проступки не так велики! Можно было всего лишь конфисковать цветы и заставить выплатить компенсацию пострадавшим! - Вы хотите компенсации? - Да нет же! При чём здесь я?! – принц с раздражением вскинул руки и тут же прикрыл ими лицо, - Я не этого хотел. Почему всё так сложно? Лин Вень тяжело вздохнула и продолжила разбирать свитки, над которыми она работала, когда Тайхуа ворвался в её дворец. - Теперь боги относятся к любому незаконному взаимодействию с демонами более серьёзно. Да, проступок Джи Фан не настолько велик, чтобы изгонять её, но это дело послужит уроком для остальных. Тем более, что у неё есть шанс искупить свою вину и вернуться на небеса. Она всё ещё божество, просто её лишили на десять лет части сил. - Неужели вы считаете, что у неё получиться? – Лан Цяньцю отнял руки от лица и тяжело повалился в кресло, что стояло возле стола специально для посетителей, - Вы же сами знаете, какое у неё положение. Её способности и так ограничены, а без большей части сил она попросту не сможет отвечать на просьбы верующих и её вскоре забудут. У Джи Фан нет этих десяти лет. - Любое наказание повлекло бы за собой такие же последствия. Она – слаба. Джи Фан давно должна была пасть как божество, но она решила не принимать свою судьбу, а обманом присвоить силы других богов ради того, чтобы прожить с божественным статусом ещё немного. Принц ничего не ответил. Он лишь смотрел в одну точку немигающим взглядом. А внутри его груди созревало тягостное чувство вины. «Если бы только я не обратил внимания на тот запах, - думал Лан Цяньцю , - если бы я просто решил не вмешиваться…» - Вы не виноваты в этом, – прервала мысли принца Лин Вень, - Если не вы, то кто-то другой заметил бы что-то странное. Возможно, через год, десять или сто лет, но это произошло бы. Джи Фан уже не остановилась бы. И, кто его знает, возможно, она в будущем совершила бы что то ещё более ужасное? В любом случае, во всем виновата она, а вы лишь один из пострадавших. - Да… да, вы правы… - с нечитаемым лицом согласился Бог войны и поднялся с места, – Я больше не хочу говорить об этом деле. Всего хорошо, Лин Вень. Лан Цяньцю медленно направился к выходу из дворца, потупив взгляд вниз. Он не спеша шёл по столице, глядя куда-то вдаль и ничего при этом не видя. В голове у него крутился целый ворох мыслей. Они были в основном о его наивности, глупости и недальновидности. Ему хотелось просто напиться до беспамятства. А, желательно, уснуть и не проснуться, или хотя бы проснутся ещё до того, как снова встретил своего бывшего наставника и узнал правду о резне на Пиру чистого золота. Кажется, именно тогда его привычный мир начал понемногу рушится. С тяжелыми мыслями он добрел до своей резиденции. Приказал подчиненным не тревожить его. Взял несколько кувшинов хорошего вина и заперся в своей спальни. От пьянства его отвлек голос помощника, что стоял за дверьми. Он настойчиво звал принца, одновременно с этим прося прощение за то, что потревожил. Лан Цяньцю с неохотой встал, почти перевернув стол с пустыми кувшинами, и побрел к выходу с комнаты. На время своего незапланированного выходного он полностью заблокировал связь по сети духовного общения, поэтому принц даже не подозревал, из-за чего его снова зовут. Как только Лан Цяньцю открыл дверь, помощник начал с ещё большим усердием просить прощения и кланяться. Принц едва его остановил и потребовал сразу перейти к делу. Человек замялся, что сразу не понравилось принцу, и не зря. Первые же слова, что слетели с уст помощника, заставили Бога войны захлопнуть дверь своей комнаты и очень грубо послать его куда подальше. - Но, принц! – не унимался человек. - Ничего не хочу слышать о нём! Иди прочь! – бог едва сдержался, чтобы не запустить что-то тяжелое в ту сторону, откуда доносился голос, – Даже если этот психопат жрёт кого-то или свежует, я не хочу сегодня с этим разбираться. - Нет, ничего такого… он… он просто… - помощник, кажется, с трудом подбирал нужные слова, он запинался и мямлил, что вдвойне бесило Лан Цяньцю. Почему, когда речь заходит об Лазурном фонаре, все его подчиненные были не способны связать и пары слов, чтобы доложить всё кратко и по факту? - Да говори ты уже! – не выдержал принц. И человек сказал то, что заставило принца обомлеть.