Charlie's time

Предатель. Скользкое грубое слово плотно осело в голове. Сердцебиение участилось, ноги слегка подкашивались. Что произошло? Что он сделал? Как он предал Габа? Быстрые шаги сменились на бег. Освещение поменялось. Теперь Габ и Чарли стояли возле зоны отдыха, пытаясь отдышаться. Темные глаза друга с неприязнью смотрели на него, обезоруживая. – Что произошло? – как можно увереннее спросил Чарли. – О, это у тебя надо спросить, что же произошло, раз ты теперь чуть ли не на хер к этому маньяку в белом халате лезешь, – съязвил Габ. – При мне нос воротишь, соглашаешься, а пока меня нет флиртуешь и задницей вертишь! – Он знает важную для меня информацию и может ей грамотно распорядиться, – возразил Чарли. – Дурак. Ты бы мог сразу сказать что он тебе не безразличен. Да, я бы не сразу принял твой выбор, но, черт тебя побери, ты выбрал соврать, зная что в нашей дружбе важна честность! – Габ злился ещё сильнее. – Ты многое в последнее время недоговаривает, а значит и доверять как раньше я тебе не могу. Предатель. – Потому что я сам не знал, рассказывать кому-либо или нет! Вдруг вы со Стичем решите что я псих, а потом и вовсе используете всё против меня?! – Чарли тоже начал закипать. – Точно предатель. Мы дружим десять гребаных лет, поддерживаем друг друга в любой ситуации, и сейчас ты вдруг решаешь сказать что-то важное не нам, а рандомному херу с горы! – Габ медленными шагами стал отдаляться. – Не знаю уже, хорошо ли что ты очнулся. На мгновение Чарли впал в ступор. Такого от друга он точно не ожидал. Но понять было можно. – Габ! – догоняя, окликнул юноша. – Прости я был не прав просто... – Отвали! – глаза Габа расширились. – Если сейчас не оставишь меня в покое – ударю. Рисковать юноша не решился. Неприятное чувство камнем осело внутри него. А действительно ли он хороший друг? Правильно ли он поступил, рассказав обо всем Сильверу, а не близким? Неизвестно. От нахлынувшей вины тело будто парализовало, вновь появились знакомые существа, как всегда недружелюбные. Все они сверлили его осуждающими взглядами и насмешками. Казалось бы, началась белая полоса, но она прервалась так резко, что выбила из колеи. Что делать сейчас? До какого момента ему ожидать ту нечисть? Сможет ли он вернуть общение с Габом и Стичем? Оставшиеся дни прошли как в тумане. Процедуры, кошмары, видения, самобичевание и разговоры с Сильвером и Гарриет остались в сознании небольшими вспышками. Домой Чарли вернулся опустошенным и уставшим, что сразу заметили мать и младшая сестра, потому упаднический дух хоть немного заглушился. Лили сколько могла поддерживала, но юноше казалось, что простое её присутствие уже поднимает настроение. Порой он прерывался на переписку с Сильвером – интерн решил дать свой номер и аккаунт в Facebook, что вскоре сделал и Краули. Учебный день оказался удручающим. За всё время ни Габ, ни Стич, ни Чарли ничем не обмолвились. Стич выглядел на редкость уставшим и напряжённым, то и дело проявляя агрессивные хаотические вспышки энергии. Габ предпочел провести перемены в укромных уголках школы, подальше от людей. Что же оставалось делать рыжеволосому? Подловив Стича в относительно спокойном расположении духа, Чарли попытался начать диалог. – Почему ты перестал общаться с Габом? – спросил юноша. – Изначально я хотел отдалиться от вас, чтобы решить парочку личных проблем, – с неохотой произнёс Стич. – В тот день когда мы едва не померли, я решил окончательно съехать от родаков. И чтобы не нагружать вас сим событием подумывал ненадолго перестать общаться. – Габ знает? – уточнил Чарли. – Блять, да. Я сказал ему прямо – этот гений послал, мол, Чарли, то бишь ты, променял его и нашу дружбу на какого-то тюбика, а я, эгоист, думаю только о собственном комфорте, – недовольно сказал Стич. – Ясно... – юноша с лёгкой печалью посмотрел на друга. – Прости, в этот раз Рождество мы явно справим по-отдельности, – Стичу явно было неловко. – Ничего, – разговор уже не шёл. Больше они не взаимодействовали. Привыкший к постоянной болтовне и весёлому смеху троицы, Худ с напряжением и тревогой смотрел на учеников. На последнем уроке Габ то и дело бросал на Чарли взгляд, точно хотел что-то сказать, и вскоре после звонка остановил того в коридоре. – Прости что вспылил тогда, – начал Габ. – Я правда волнуюсь за тебя и Стича, но когда вы не говорите, чем вам помочь и что выслушать, меня накрывает злость. И знаешь, думаю нам на время стоит разойтись. Каждый решит свои проблемы, а потом все сойдутся и наша троица продолжит кошмарить всех. – Ясно, – холодно ответил юноша. – Дадим друг другу время и всё наладится... Город постепенно покрывался снегом, окна домов обрамлялись гирляндами, а люди с головой окунались в предрождественскую суматоху. В последние дни учебы студенты обсуждали планы на приближающиеся каникулы, обговаривали встречи и готовили вечеринки. Чарли чувствовал себя в стороне и дело было не только в дружбе. Кошмары и галлюцинации никуда не ушли, с каждым днём усиливаясь. Сшитый и Щель, ранее не причинявшие вред, стали довольно агрессивны и то и дело пугали юношу внезапными появлениями. Приходила и сущность, требовавшая душу. Часто её появления сопровождались параличами и паническими атаками, от которых рыжий отходил оставшийся день. Чарли едва подошёл к дому, когда телефон завибрировал от пришедшего сообщения, а на экране высветилось имя Сильвера. Уоллес решил поинтересоваться планами на Рождество и предложил юноше съездить в Детройт вместе с ним, Краули и их общей подругой чтобы развеяться. Идея казалась заманчивой, тем более что в крупнейшем городе штата он бывал единожды и очень давно. Вряд-ли уговоры отпустить туда будут долгими – Сильвер неплохо общается с его матерью, а харизма и очарование Хинаты помогут легко убедить отпустить в поездку. Он расслабится, позабудет о ссоре и всех проблемах, что свалились на него, и наконец-то разрешит себе побыть тем, кем является на самом деле – обыкновенным подростком, не обременённым сложностями и тяготами.