Глава 4
9 февраля 2025 г., 00:20
Вздрогнув от резкого звука, служанка тут же накинула на себя плащ и подошла к двери, чуть прислушавшись.
— Гретта, это Томас… прошу простить меня за нелепый стук в дверь, хотел поинтересоваться, не составите ли вы компанию для моей вечерней прогулки? — переминаясь с ноги на ногу, Хуттер чувствовал себя весьма неловко, разговаривая с запертой дверью. Что если девушки вообще нет в номере?
Тогда он точно не теряет ничего, разве что только выпавший шанс провести вечер не в одиночестве, а в компании живой души, по крайней мере, так думал Томас в ожидании ответа.
Прислонившись спиной к двери Гретта, почувствовала, как внутри её груди что-то сжимается, болит с неистовой силой, словно мышонок, перебитый в мышеловке.
«Глупец, уходи прочь, сейчас же…» — мысленно взмолилась дева, прежде чем неведомая сила подобная руке кукловода подвела её к кинжалу, что лежал в пыли.
Изящные дамские пальцы сжали в руке украшенную семи конечной звездой рукоять, в одно мгновение Гретта вдруг осознала, что у неё никогда не было выбора.
Опустив голову и тяжело вздохнув, мужчина прекратил все свои тщетные постукивания по двери. Собравшись уже было уходить, голубоглазый агент по недвижимости вдруг услышал легкий скрип дверных засовов, вслед за которым перед ним появилась фигура Гретты.
— Прошу прощения за столь долгое ожидание, я, кажется, немного задремала после длительной дороги в город. — с легкой улыбкой на устах пролепетала девушка, Томас был очарован её красотой.
Рыжие вьющиеся локоны посреди мрачного коридора гостиницы могли заменить смотрящему солнце, большие, яркие зеленые глаза глядели на Хуттера как-то по-особому загадочно из-за чего оторваться от них было просто невозможно.
Приоткрыв рот, мужчина позабыл обо всём, что было в его голове, но легкое прикосновение чужой руки к его ладони вновь вернуло риэлтора в чувства.
— А… нет-нет, всё прекрасно, это вы меня простите, я должно быть разбудил вас своим стуком. — слегка замялся Томас, но Гретта тут же его успокоила.
— Всё хорошо, я рада, что мы идём на прогулку. Давайте перейдем с вами на «ты», если, конечно, вы не против.
Прежде чем пара отправилась на прогулку голубоглазый добродушно кивнул головой. На улице было прохладно. Легкий ветер гнал опавшие листья, по тротуарам завлекая те в хоровод, в окнах соседних домов горел теплый свет, и слышались оживленные голоса горожан.
Несмотря на все беды, что произошли с Висборгом за последние несколько лет, город по-прежнему продолжал поддерживать жизнь и об этом свидетельствовали счастливые лица проходящих мимо горожан.
— Что привело тебя сюда? — решил поинтересоваться Томас, то и дело, засматриваясь на рыжеволосую девицу.
— Я просто люблю путешествовать, вот и всё. А что ты делаешь здесь? — постаралась как можно скорее замять тему своего приезда служанка и встречно спросить брюнета о его собственной жизни в городе.
На мгновение лицо Хуттера озарила печаль, он весь помрачнел и, казалось бы, даже уменьшился в своих размерах из-за того, что неестественно сжал свои плечи.
— По правде говоря, я и сам не знаю, что здесь делаю. Висборг стал для меня как тюрьма в последние месяцы жизни, на днях я продал дом… — выдержав долгую паузу, произнес Томас, его голос был опечален, из-за чего девушка лишь сильнее взяла его за руку.
— Знаешь, иногда мне кажется, что я проклят, ведь за последний год потерял всё, что у меня было… жену, друзей, себя… — последние слова мужчина произнес так тихо, что, казалось бы, их вовсе невозможно было бы услышать, но служанка слышала и знала всё, перед глазами Хуттера нависла пелена из слез.
— Прости меня за это… — шмыгнув носом и как можно скорее утерев солоноватые дорожки на своих щеках, прошептал молодой человек, после чего его влажной щеки коснулась женская ладонь.
— За что ты извиняешься? Том, ты ни в чем не виноват… — глядя в слезливые глаза брюнета искренне произнесла Гретта.
— Ты многого не знаешь обо мне… — Прикрывая глаза и тяжело дыша, молодой человек позволил себе слабость в виде прикосновений собственной щеки к чужой нежной ладони. Служанка замерла, чувствуя, как горячее дыхание человека растекается по её коже приятным теплом, которое она никогда доселе не испытывала.
Пожалуй, если кто и мог почувствовать всю боль, что испытывает сердце смертного в этот момент – это была сама Гретта. Впервые за много долгих лет по щеке девушки вновь потекла слеза.
— Мне жаль… — прошептала рыжеволосая, закрыв лицо руками. Недоуменный риэлтор поднял голову, а после заключил Гретту в свои объятия.
— Что с тобой? Не плачь, пожалуйста… я не хотел расстраивать тебя... — растерянно пробормотал Томас поглаживая деву по спине. Уткнувшись лицом в грудь брюнета Гретта, чувствовала, насколько быстро бьется сердце, что вот-вот должно будет остановиться от её руки, так несправедливо.
Погода на улице резко стала портиться, предзнаменуя скорый шторм. Злой рок, а может некий чернокнижник преследовал рыжеволосую повсюду.
— Давай возвращаться домой… погода стала портиться, я бы не хотел, чтобы ты заболела. — спокойным голосом произнес Том. Немного успокоившись, дева кивнула головой, после чего пара вернулась в гостиницу незадолго до начала холодного ливня.
— Вовремя вы… — с усмешкой прохрипела консьержка, перелистывая шуршащую газету, по окнам барабанил дождь.
— Не то слово, Карлин, удивительно как может меняться погода… — из вежливости решил поддержать разговор брокер.
«Ну прямо магия какая-то…» — саркастично подметила про себя Гретта.
— Зато окна помоет, мне же лучше. — подожгла сигарету старушка. Брюнет немного поморщился от терпкого дыма, после чего вновь взял Гретту за руку.
— Пойдем скорей отсюда, а то пропахнем как заядлые куряки. —на подобное замечание брокера Карлин лишь эпатажно выдохнула кольца дыма.
— Вот видишь, она в своём репертуаре. — пожал плечами тот, прежде чем подняться на второй этаж в компании подруги. Гретта невольно улыбнулась, наблюдая за тем, как забавно хмурит брови Томас. Остановившись посредине коридора, она всё же отпустила руку брокера.
— Спасибо за чудесный вечер… — с толикой грусти промолвила девушка. Её зеленые глаза смотрели на мужчину так, как смотрят люди, которые сожалеют о многом.
— Нет, это тебе спасибо… — завороженно глядя в малахитовые очи пробормотал Хуттер. Когда фигура девушки стала медленно растворяться в сумраке длинного коридора, брюнет моментом нагнал ту и плавным движением рук развернул к себе столь желанный силуэт.
Рыжеволосая не успела произнести и пары слов как горячие, мягкие губы брокера одарили её нежным и по истине желанным поцелуем.
В один миг весь старый, привычный мир служанки стал трещать по швам, уступая место новым человеческим эмоциям. Холодный разум противился чувствам, а тело млело от прикосновений чужих рук. На мгновение, вырвавшись из плена поцелуя, Гретта тщетно попыталась остановить Хуттера:
— Т-Томас… ах…ты не понимаешь… я… — вновь её губы слились в поцелуе, которому теперь она отдавалась всецело. Касаясь ладонями лица брюнета зеленоглазая, прикрыла глаза от жаркой волны удовольствия. Пальцы мужчины зарывались в спутанные локоны, всем телом прижимая ту к себе, поцелуй был наполнен страстью.
Язык Томаса длинный и горячий властно изучал рот девушки проходясь, по ряду зубов и десен, прежде чем сплестись во едино с дрожащим от возбуждения язычком Гретты. Тело сдалось, поддавшись череде соблазна. Казалось, поцелуй мог длиться вечность, если бы не глоток воздуха, который сделал Томас.
— Прошу тебя, уйди, рядом со мной ты будешь в смертельной опасности… — на мгновение, придя в сознание, взмолилась девушка.
— Мне больше нечего бояться… — с трепетом прошептал голубоглазый в губы Гретты. Мог ли он знать в этот момент, что судьба вновь сведет его с ночным кошмаром?
