В тени наблюдателя

феликс и сунмин начали встречаться год назад. их знакомство было случайным, но вспыхнувшая между ними связь казалась чем-то неизбежным, словно их жизни должны были пересечься. феликс с самого начала очаровался заботливостью сунмина, его мягкой улыбкой и спокойной уверенностью, которая будто бы укрывала от всех бурь. сунмин, в свою очередь, находил в феликсе ту искру, что заставляла мир казаться ярче и живее. их отношения были наполнены радостью: прогулки в парке, поздние ужины при свечах, ночи, когда они засыпали, обнявшись под шум дождя за окном. феликс часто ловил себя на мысли, что это счастье было слишком хорошим, чтобы быть правдой. он обожал готовить для сунмина, смотреть, как тот, смешно хмурясь, пытается разобраться в сложных кулинарных рецептах. сунмин любил рассказывать феликсу о своих планах на будущее, а феликс видел это будущее только с ним. но со временем что-то начало меняться. сунмин стал более отстранённым, его взгляд часто блуждал где-то в стороне. феликс замечал, как их разговоры становились всё короче, а прикосновения — реже. он не хотел признавать это, но внутри уже чувствовал: что-то трещало, как лёд, готовый расколоться. однажды вечером, после очередного молчаливого ужина, сунмин подошёл к феликсу. он выглядел напряжённым, будто собирался сделать что-то очень тяжёлое. — нам нужно поговорить, — начал он, опустив взгляд. феликс замер, его сердце замедлило ход, предчувствуя неладное. — что-то случилось? — спросил он, стараясь не выдать дрожи в голосе. — я... я думаю, нам нужно расстаться, — сказал сунмин, словно выбросил камень с груди. эти слова ударили феликса, как холодный ветер. он не мог понять, откуда это взялось, почему вдруг всё, что они построили, должно закончиться. — почему? — голос феликса звучал надломленно. — я думал, у нас всё хорошо... сунмин опустился рядом с ним на диван, но так и не встретил его взгляда. — дело не в тебе, — проговорил он, после чего сделал паузу. — просто я понял, что больше не чувствую того, что чувствовал раньше. я не хочу тебе лгать. ты заслуживаешь кого-то, кто сможет быть с тобой полностью. феликс сидел неподвижно, как будто время остановилось. он слышал слова, но они не укладывались в голове. это казалось каким-то дурным сном, который вот-вот закончится. но сон не заканчивался. сунмин ушёл той же ночью, оставив феликса в пустой квартире, полной воспоминаний, которые теперь казались бесполезным грузом. феликс остался сидеть на диване, не замечая, как ночь постепенно поглощает квартиру. он смотрел в одну точку, не в силах заставить себя даже моргнуть. всё внутри него было как будто разорвано, и от этого тишина в квартире казалась ещё громче. в голове крутились слова сунмина, снова и снова, будто заевшая пластинка. он пытался найти ответ, причину, хоть что-то, что могло бы объяснить произошедшее. но вместо этого в груди только нарастало пустое, тягучее чувство, словно кто-то вырвал из него что-то жизненно важное. он поднялся с дивана и сделал несколько шагов по комнате, но ноги дрожали, а дыхание перехватывало. зайдя на кухню, феликс налил себе стакан воды, но руки тряслись так сильно, что он пролил половину. всё вокруг казалось неправильным: слишком тихим, слишком холодным, слишком пустым. он подошёл к окну, опёрся лбом о прохладное стекло и посмотрел на тёмные улицы. дождь, который раньше приносил ему уют, теперь звучал как издевка. он вспомнил, как они лежали вдвоём, слушая этот же дождь, и от этих воспоминаний стало ещё больнее. ночь тянулась бесконечно. феликс не мог заснуть, не мог успокоиться, не мог принять реальность. он просто сидел, окружённый эхом их общего прошлого, которое теперь стало только его. *** хенджин знал всё. он наблюдал за ними с самого начала, прячась за углами, подслушивая их разговоры, записывая в голове каждую деталь. феликс был для него навязчивой идеей, манией, от которой невозможно избавиться. каждый его смех, каждое движение были для хенджина как кислород. он ненавидел сунмина. ненавидел за то, что тот был рядом с феликсом, за то, что занимал то место, которое, как был уверен хенджин, должно было принадлежать ему. и когда сунмин ушёл, хенджин почувствовал не облегчение, а злость. ему не нравилось, что сунмин просто исчез, будто стёр свою роль в этой истории. он не мог позволить ему уйти вот так. сунмин должен был стать частью феликса. навсегда. хенджин долго планировал каждый шаг. он наблюдал за сунмином, следил за его передвижениями, изучал распорядок дня. это стало для него своего рода ритуалом — подготовкой к моменту, когда всё должно будет закончиться. вечером, спустя несколько дней после расставания, хенджин дождался, пока сунмин выйдет из своей новой квартиры. на улице стояла тишина, нарушаемая лишь звуком шагов и шорохом сухих листьев под ногами. сунмин шёл быстро, как будто хотел убежать от собственных мыслей, но не заметил фигуры, которая медленно приблизилась к нему сзади. удар был быстрым и точным. хенджин не дал ему даже крикнуть, не оставил шанса на спасение. он смотрел на безжизненное тело сунмина с чувством облегчения, которое странным образом наполнило его. теперь феликс будет его. теперь ничего не стоит на пути. хенджин не остановился на этом. он забрал тело сунмина с собой, работая быстро и хладнокровно, как человек, выполняющий свою миссию. всё было тщательно продумано: он знал, что именно собирается сделать. первая посылка пришла спустя два дня. маленькая коробка, оставленная у двери феликса. когда он открыл её, сердце замерло. внутри лежал человеческий палец, аккуратно завернутый в прозрачный пакет. феликс не мог понять, что это. его пальцы дрожали, пока он вынимал из коробки записку: "как тебе подарочек?)" он бросил её на пол, будто от прикосновения к этим словам ему стало ещё хуже. мысли путались, сердце колотилось. он попытался убедить себя, что это ошибка, злая шутка, что кто-то просто хотел его напугать. но посылки продолжали приходить. через несколько дней он нашёл у своей двери коробку большего размера. внутри были кисти рук, теперь уже с запахом разложения, который проникал в нос, несмотря на упаковку. записка была той же: "как тебе подарочек?)" каждая новая посылка заставляла феликса погружаться в пучину ужаса. он не мог спать, не мог есть, его мысли заполонил страх. он начал замечать странные вещи: кто-то мог стоять за его окном, звуки шагов в подъезде стали слишком частыми. он понял, что за ним кто-то следит, что это не просто случайность. он вспоминал, как ещё гулял с сунмином и ему казалось, что за ними наблюдают. и так было почти каждый день. раньше это не казалось чем-то странным, а сейчас... последняя посылка стала кульминацией этого кошмара. большая коробка, которая казалась слишком тяжёлой, чтобы быть просто очередной угрозой. когда феликс открыл её, он почувствовал, как земля уходит из-под ног. внутри была голова сунмина. лицо, которое когда-то было таким живым, теперь смотрело на него мёртвыми глазами. записка лежала сверху, ровно сложенная, с тем же насмешливым посланием: "теперь мы с тобой одни. как тебе подарочки?)" феликс закричал. звук его голоса разорвал тишину, но никто не пришёл. он упал на колени, не в силах оторвать взгляд от ужаса перед ним. где-то в темноте хенджин наблюдал за этим, улыбаясь. теперь феликс принадлежал ему. только ему. феликс сидел на полу, обхватив голову руками, пытаясь убедить себя, что это кошмар, что он проснётся. но реальность давила, не оставляя места сомнениям. он не мог дышать, его тело дрожало, а взгляд то и дело возвращался к коробке, стоящей в центре комнаты. внезапно его телефон зазвонил. экран показал неизвестный номер. пальцы дрожали, когда он потянулся к телефону, но он ответил. тишина. тяжёлое дыхание. и затем знакомый голос, тягучий, холодный, почти ласковый: —я ведь говорил, что мы будем вместе, феликс. теперь у нас никого больше нет. только ты и я. феликс замер, не в силах произнести ни слова. голос продолжил, наполняя его сознание страхом: —но не бойся. я позабочусь о тебе. всегда. связь оборвалась. феликс уронил телефон, чувствуя, как воздух вокруг становится тяжёлым. в квартире вдруг стало неестественно тихо. и тогда он услышал это — лёгкий скрип пола за своей спиной.