Банкет

— Жан, – окликнул он. – Привет, Жан. Жан Вальжан. Эй. Э-эй. Привет. Жан раздражённо посмотрел на него, и Эндрю протянул руку в качестве показного приветствия. Жан подумывал проигнорировать его, но по ненавистным речам Рико после каждой, даже мимолётной, встречи с Миньярдом, Жан решил, что пожать ему руку быстрее избавит его от вратаря. Эндрю сжал его руку крепко до боли, заставляя Жана поморщиться, смотря ему прямо в глаза. Жану подумалось, не пытается ли Миньярд запугать его, и смех забурлил в нем, но он сдержался. После стольких лет в гнезде, Жан не думал, что кто-то вроде Миньярда способен запугать его, но Жан ценит усилия. — Я Эндрю. Мы раньше не встречались. — И слава богу, – ответил Жан. – Вся ваша команда – позор первого дивизиона, ну а ты и само твое существование и вовсе оскорбительны. Вратарь, которому плевать, забьют ему гол или нет, не имеет права прикасаться к клюшке. Твое место на скамейке запасных – сиди там и кривляйся, ни на что другое ты не способен. Эндрю застыл, смотря в сторону Жана, но будто мимо него. Хватка ослабла, и Жан мог бы вытащить руку из его, но решил не делать этого, предпочтя заинтересованно смотреть на дезориентированое лицо Миньярда. Рядом шли оживленные беседы с открытой враждебностью со стороны его команды и пассивно-агрессивностью от Лисов. Жан слышал это только краем уха, не позволяя себе сконцентрироваться только на Миньярде, потому что его тело всегда наполовину было напряжено, чтобы не пропустить, когда Рико посмотрит на него. " О чем ты думаешь?" - пронеслось в его голове непрошеной мыслью, и Жан покачал головой, отгоняя её. Не его было дело копаться в чужих мыслях, но он не был способен перестать задаваться вопросом. Тепло прошло от руки в руке Эндрю вверх, разливаясь в груди, и Жан вопросительно наклонил голову, задавая вопрос то ли Миньярду, то ли своему телу, но никто ему так и не ответил. — Нам явно живется веселее, чем вам, – услышал Жан и воспользовался этим, чтобы отвлечься от вратаря. — Веселье – для детишек, – заявил Жан, отвернувшись от Эндрю. По плечу, будто огонь прошёлся в том месте, где у него был шрам последние три года. Глаза Жана расширились, и он бросил напуганный взгляд на Кевина, по привычке, и обнаружил, что Дэй уже смотрит на него. Моро покачал головой, и его взгляд превратился в умоляющий. Жану было 15, когда метка впервые появилась. Это случилось прямо перед тренировкой, обжигающей болью, и попытка не подать виду перед воронами и Рико было большим испытанием, но он только поморщился, и никто, кроме Кевина, тогда не заметил. В ту же ночь Жан показал Кевину свою метку и был так счастлив первые 10 минут, наполненные надеждой, что и ему светит что-то хорошее в этой жизни. А потом Кевин не смог сдержать сочувствующий взгляд, и Жан заплакал. Через неделю, Рико тоже заметил, когда ворвался к нему, пока он переодевался. Рико вырезал метку с его тела и из головы вместе с надеждами. Жан даже не сразу вспомнил слова, которые были там написаны, но сейчас он помнит. Жан не сразу заметил, что Миньярд отпустил его руку, а когда заметил, убрал свою. Рико двинулся рядом с ним, и Жан понял, что он знает. Вчерашние синяки на теле начали ныть, ожидая компанию, которая не заставит себя долго ждать, когда они вернутся. Жан спохватился и, в качестве отвлечения, больше для себя, чем для Рико, бросил: — На этом уровне уже оценивается мастерство, которого у вашей команды, увы, нет. Вы не имеете права играть против нас. Жан даже не знал, о чем вёлся разговор до этого, он просто вбросил то, что, как ему казалось, может подойти. Видимо, так оно и было, учитывая, как спор продолжился. Жан знал, что это опасно, но не смог сдержаться и бросил мимолётный взгляд на Миньярда. Тот тер запястье большим пальцем, будто неосознанным движением, и у Жана всё внутри затрепетало от осознания, что под пальцами Эндрю его собственная метка.