Ломка.

      Это был не тот Старскрим, которого я знал и любил. Заместитель стал более покладистым, прекратил спорить, действовать на нервы, а о его кознях и речи не было. Все в один прекрасный день пошло по наклонной и я до конца не понимал что с ним случилось? Так прошло несколько дней, я отпустил Саундвейва под предлогом отпуска, а сам принялся за ним следить. Сложно, поскольку в его поведении я не видел никаких изменений. В очередной раз решив докопаться до истины я зашел к Нокауту. — Лорд Мегатрон, — отреагировал медик, обернувшись. — Нужно поговорить, — скомандовал я. — Ты ничего не находил странного в его поведении?       Спросил я на прямую не ожидая ответа, но гонщик все рассказал, что ему известно. Старскрим в самом деле больше ничего не испытывает, что малость было странным и не понятным. Но больше десептикон ничего не рассказал Нокауту. А у меня зародились сомнения, ведь этот Отто мне сразу не понравился. Нужно разобраться что с чем? Быть может я не знал чего-то, ведь сам заместитель не подавал и виду, хоть и я, и Нокаут за него беспокоились. Решив наведаться в больницу к белковым, я удалился. На следующий день. — О, Михаил, а я как раз искал вас в телефонном справочнике, но я не знаю вашей фамилии, — залепетал Отто.       Странный тип, который мне порядком не нравится, но. В то же время подсознание кричало, что не взирая на пренебрежение к земнолюдным некоторые из них смогли сделать то, чего у нас бы точно не хватило сил. Этот Малькон спас жизнь ему. И все же происходящее мне не нравится. Поэтому ничего не сказав я приблизился к ничего не понимающему человеку и прижал его к стене. — Что вы творите? Я сейчас вызову полицию! — закричал мужчина. — Тише, поговорить надо, — холодно шикнул я.       Явно начинать надо было не с этого, но мои действия неожиданно привели к результатам. Во-первых ворвалась Джун, при виде, которой я напрягся и буквально не хотя выпустил мужчину. Тот растерянно на меня глазел, когда его помощница вскрикнула. Не надо было мне так поступать, но и церемониться с ними не хотелось. — Все в порядке, Д…джун, — попытался успокоить доктор, осев на стул.       Однако по его виду было ясно, что напугал то я его знатно. Стало стыдно, но я молчал. Однако внутри все кричало и рвалось наружу. Страх за исследователя снова взял вверх. Поморщившись от боли, я поднял голову, все же чувство вины никуда не делось, но и тревога грызла. Я не знаю, что произошло? Но в то же время жаждал узнать. Почему он резко изменился? — Что случилось? — спросил мужчина, растерянно моргая. — Ста… Стас как-то странно себя ведет, — я сдался. — Он все время холодно или даже презрительно смотрит, и все время, когда я хочу спросить он уходит. — Ханахаки — болезнь, исход которой может быть одним, а может быть и другим, — грустно усмехнулся доктор. Как-то быстро он смог найти в себе сил говорить без запинки. — Это не нормально, раньше он из кожи вон лез чтобы я обратил на него внимание, и раньше хоть как-то я понимал, что с ним делать, — возразил я.       А дальше полилось. Я обвинил Малькона в том, что он что-то при удалении цветка удалил, на что тот отрицательно помотал головой. Возражая, что операция хоть и была сложная и что половина согласившись становилась пустой оболочкой, но продолжали жить. Как-то через раз я его понял, но вернувшаяся Дарби объяснила мне что Отто – врач-гений, спасший половину обращавшихся от верной смерти. Неразделенная любовь, но в тайне то я любил его. А теперь, когда я был рад, что десептикон вернулся, буквально не понимал что происходит? Я надеялся получить ответы. Аккуратная ладонь с опаской легла мне на плечо. — Я действовал аккуратно, стараясь не повредить его органы, — чуть боязно ответил доктор. — Есть побочный эффект, ощущение, что цветок все еще внутри, но его нет. Приходите через неделю с ним, я сниму швы и он будет как новенький. Пока я думал над этими словами, Джун вывела меня из кабинета, а я даже и не заметил. — Все еще образуется, но вы нас напугали, — сказала чуть с укором она.       Но я проигнорировал, уходя, кажется пора возвращаться на корабль и по возможности прижать заместителя к стене. То, что с ним все в порядке не могло и радовать, но чутье будто бы чувствует, что что-то не так. Я поспешил на корабль.

***

      Там-то меня ждал сюрприз. Во-первых инсектиконы, не один и не два, а целый рой. Во-вторых автоботы, которые активно вели борьбу против них, а в третьих я опешил не веря своим глазам. Спрятался в темень, чтоб мое появление было не замеченным и от туда следил за паукообразной, которая схватив парня за грудь вела куда-то. Присмотревшись, я буквально хотел пристрелить гадину. Это была Эйрахнид, которая с отвращением тащила Старскрима, держа пистолет в руках. — А ну все прекратили! — рявкнула она. Отчего выстрелы прекратились. Но каждый застыл в боевой позе. Заместитель всеми силами пытался вырваться, однако та держала крепко. Видя все это я хотел влезть, но понимал, что не мог. Если одно мое действие может и случится то точно навредит ему, поэтому я и оставался стоять в стороне. В тоже время я был благодарен Оптимусу за то, что прикрыл мле настоящее имя и даже сейчас рискуя всем направил пистолет на девушку. — Не делай глупостей, — предупредил он. — Я не для того столько времени ждала, — отчиканила десептиконка. — Твоя наивность меня удивляет Прайм, ты же как и все мы его ненавидишь. С этими словами она вцепилась еще сильнее в его куртку, целясь. — И не для того, чтобы мои план с треском провалился, — продолжила гнать она. — Инсектиконы взять их, а тебя я убью до того как твои лорд вернётся.       Я же буквально не знал, что делать? Я слышал каждое ее слово, отчего ненависть все сильнее лезла на волю. Даже когда Саундвейв медленно двигался в мою сторону. Нас обоих закрывали эти монстры, но заместителя я прекрасно видел, отчего злость подступила к вискам, запульсировав. Саундвейв передал мне клачек бумаги и исчез. Развернув ее я замер, а потом картина сложилась махом. Паукообразная это специально спланировала. Она подменила записку. Старскрим ничего не знает и вот почему себя так ведет. — Твои план, Эйрахнид рухнул, — решив расскрыть свое присутствие, я с мечом вышел из тени, убив ее подручных прежде чем те поняли что случилось. — А теперь будь так любезна свали со своими насекомым нахер с моего корабля! Продолжение следует...