Любовь на грани волшебства

***

      В Хогвартсе Хеллоуин всегда был волшебным зрелищем, но именно в Большом зале создавалась по-настоящему незабываемая атмосфера.       Потолок, зачарованный отражать небо за пределами замка, в этот вечер был мрачным и грозовым: тёмные тучи медленно плыли, иногда вспыхивая призрачными молниями. В воздухе витал сладковато-пряный аромат тыквенного пирога, карамельных яблок и горячего шоколада.       Сотни тыквенных фонарей разного размера парили под потолком, мерцая изнутри колдовским светом. Некоторые из них весело ухмылялись, другие – строили гримасы или даже меняли выражения лиц, словно живые. Между ними плавно кружили летучие мыши, издавая лёгкие шорохи крыльев.       На стенах мелькали тени призраков, особенно оживлённых в этот день. Почти Безголовый Ник, как всегда, рассказывал истории о своих неудачных попытках быть полностью обезглавленным, а Кровавый Барон молча скользил между столами, от чего некоторые младшекурсники ёжились в страхе.       Столы четырёх факультетов были заставлены яствами: огромные тыквенные пироги с корицей, шоколадные лягушки, дымящиеся кубки с горячим сливочным пивом, карамельные яблоки, жареные каштаны и множество других лакомств. Посреди каждого стола стояли серебряные блюда с сюрпризами: заглянешь внутрь – и оттуда вылетит маленькое конфетное привидение или пучок разноцветных искр.       В центре зала возвышался ледяной фонтан с шипучим тыквенным соком, который стекал в золотые кубки. Время от времени фонтан вспыхивал, превращаясь в сияющий силуэт привидения, а потом снова принимал свою обычную форму.       Музыка, доносившаяся откуда-то из-под потолка, была загадочной и завораживающей – казалось, её исполняли невидимые скрипки и колокольчики, но руководил всей мелодией профессор Флитвик: он с легкостью и грациозностью водил своей палочкой по воздуху, нашептывая нужные заклинания. Другие же преподаватели разговаривали между собой, обсуждая дела первокурсников и обдумывая, какие же экзамены дать для выпускного курса.       Большой зал жил своей жизнью — повсюду раздавались разговоры, пугающие звуки и весёлый смех. Мэри сидела в компании Гермионы, Джинни, Рона и Гарри. Девочки занимались домашними заданиями, вполголоса обсуждая что-то своё. Время от времени Мэри бросала взгляд на Джинни и Гарри, сидевших рядом. Их щёки заметно покраснели, и это выглядело особенно забавно, учитывая, насколько решительной и смелой обычно была Джинни. Но девушка никак не отреагировала на это, чтобы сильнее не смущать друзей.       Внезапно зал наполнился громким смехом, сопровождаемым вспышками яркого света. Сразу стало ясно, кто приближается — близнецы Уизли. Фред и Джордж, оживлённо обсуждая что-то между собой, шли, обняв друг друга за плечи, и изредка похлопывали друг друга по спине. Подойдя к столу, они ловко устроились по обе стороны от Мэри. Фред, не теряя времени, наклонился к ней, чмокнул в щёку и расплылся в широкой улыбке.       — Как поживает самая замечательная девушка на свете? — без промедления спросил Фред, тут же притягивая Мэри к себе. Он усадил её на колени, обнял за талию и, устроившись поудобнее, склонил голову на её плечо.       — Да, Мэри, как поживает самая восхитительная девушка на свете? — с насмешкой передразнил Джордж брата, ухмыльнувшись. Легонько толкнув Фреда в плечо, он тут же переключил внимание на Рона, который уныло доедал свою курочку, попутно донимая Гермиону просьбами одолжить конспекты.       — Эй, Ронни, оставь мне тоже кусочек! — воскликнул Джордж, добираясь до младшего брата.       — Так что, лучик, есть планы на вечер? — Фред прижался к теплому телу, не глядя на свою девушку, лишь зарывшись носом в её шею, наслаждаясь родным ароматом.       — Никаких. Мы с девочками собирались обсудить подготовку, а ты что-то задумал? — девушка покраснела, повернула голову и аккуратно поцеловала его в макушку, нежно поглаживая по волосам.       — Тогда я тебя сегодня похищу, ладно? Хочу провести с тобой время, — Фред довольно улыбнулся, поднял голову и тут же осыпал щеки девушки поцелуями.       — Фу, голубки, хватит уже сюсюкаться! — возмутился Рон, брезгливо морщась и размахивая руками. Фред расхохотался, крепче прижимая Мэри к себе, а девушка только сильнее покраснела.

***

      Хогвартс в ночь Хеллоуина всегда был особенным. В воздухе витал аромат тыквенного сока и пряных угощений, коридоры озарялись мягким светом парящих фонарей, а за окнами тихо шумел осенний ветер.       Фред ждал Мэри у выхода из Большого зала. Он нарочно не стал говорить ей, куда они пойдут, только таинственно улыбнулся и сказал: "Доверься мне".       Мэри вышла из зала, поправляя мантию.       — Ну и куда ты меня ведёшь, Уизли? — прищурилась она, пытаясь скрыть любопытство за наигранной подозрительностью.       Фред хмыкнул и, не отвечая, взял её за руку. Его пальцы были тёплыми, и Мэри почувствовала, как её сердце чуть ускорило ритм.       Они прошли через несколько коридоров, а затем выбрались на школьный двор. Ночь была прохладной, но ясной. Луна заливала светом Запретный лес, а на чёрном небе мерцали звёзды.       — Мы идём в Запретный лес? — шутливо спросила Мэри. — Ты решил проверить, насколько я бесстрашная?       Фред усмехнулся и покачал головой:       — Нет, я не настолько безрассуден. Хотя... — он хитро прищурился. — Но сначала сюрприз.       Они остановились на небольшой поляне у озера. Прямо на траве стояло уютное одеяло, а на нём — фонарь из тыквы, термос и корзина с угощениями. Ветер шевелил листья, создавая таинственную, но уютную атмосферу.       — Та-да! — весело подмигнул он и уселся на одеяло, вытягивая руку к ней. — Садись. Добро пожаловать в наше эксклюзивное место для свиданий!       Мэри присела рядом, и Фред налил ей тёплого яблочного сидра. Парень слегка коснулся её руки, и Мэри улыбнулась, наслаждаясь этим простым, но таким дорогим моментом.       — Очень романтично, мистер Уизли, — с лёгкой насмешкой заметила она, наблюдая, как он суетится, выкладывая на плед угощения.       — Конечно, мисс Блэк, только самое лучшее для вас, — Фред картинно поклонился и протянул ей тарелку с салатом.       Мэри нравилось, каким Фред был с ней — только с ней. Она чувствовала себя не просто счастливой, а по-настоящему любимой. С ней он не просто шутил и разыгрывал её, а становился особенно тёплым, заботливым, внимательным. Он всегда знал, когда нужно подбодрить её шуткой, а когда — просто молча обнять, спрятав в своих тёплых руках.       Фред дразнил её, называл смешными прозвищами, но только для того, чтобы тут же рассыпаться в комплиментах. Он любил перебирать пряди её волос, незаметно касаться её пальцев, словно боялся хоть на мгновение потерять контакт. А Мэри обожала его улыбку — искреннюю, задорную, ту, что предназначалась только ей.       Когда их взгляды встречались, в воздухе словно вспыхивала искра. Иногда она видела в его глазах не только привычное озорство, но и что-то более глубокое, тёплое. Любовь. Настоящую, искреннюю, такую же сильную, как её собственная.       Фред мог быть шумным, несерьёзным, озорным, но рядом с ней он становился другим — всё таким же безбашенным, но при этом нежным и невероятно родным.       Они беззаботно смеялись, обменивались шутками и вспоминали самые забавные моменты учебного года. В какой-то момент они затеяли импровизированное соревнование, пытаясь угадать вкус бертиботовских бобов.       — Всё, я пас, — Мэри с подозрением покосилась на очередной боб и отодвинула его подальше. — После того, что было с привкусом носков, я больше не рискую.       — Просто ты не умеешь принимать вызовы! — с усмешкой заявил Фред, демонстративно закинув в рот сразу два боба. Через мгновение его лицо скривилось. — Фу… это отвратительно!       Мэри рассмеялась и слегка толкнула его в плечо, но Фред не собирался оставлять это без ответа. Он притянул её ближе, зарываясь носом в её волосы.       — Хэллоуин, озеро, романтика… Но чего-то явно не хватает, — задумчиво протянул он       — И чего же?       — Поцелуя, конечно, — ответил Фред с хитрой улыбкой, прежде чем наклониться к ней. Мэри не успела ответить, как Фред неожиданно коснулся её губ лёгким, тёплым поцелуем. Лёгкий ветер шевелил листья, тихо плескалась вода, а где-то вдалеке ухнула сова. Всё вокруг будто замерло, оставляя только их двоих под светом луны. Они наслаждались моментом, Наслаждались друг другом.