Валентинка

Мицури проспала утро, точнее, стоит выразить, всю ночь готовилась к празднику – День святого Валентина. Для нее это был очень важный день, ведь именно тогда она сможет подарить шоколадку одному из приятных ему людей, с которым есть какая-то связь. Хотя надеяться было почти не возможно, так как Игуро был крайне молчалив, чтобы признаться в своих чувствах. Ночь выдалась для нее долгой и утомительной. Даже мама забеспокоилась: – Что ты не спишь? Уже поздно, милая, – все время, проходя мимо тускло освещенной кухни, бубнила сонно та. – Когда ты закончишь это? Но на ее вопросы слышалось старательное кряхтение. Так или иначе, в четыре часа Канроджи сделала фигурную шоколадку в виде змеи. – Я проспала! Мама, папа, почему вы меня не разбудили? – носясь по дому, кричала та. Родители смотрели на свою дочь, так же, как и другие ее родные, за что просто промолчали вслед уже убегающей школьницы. Повезло, что она смогла быстро позавтракать сэндвичем, но этого было не достаточно. Упустим момент, что наша милая героиня старалась прибежать раньше всех, чтобы не дарить шоколад под чужими взглядами, да и сделать маленький квест для Обаная. – Вот и готово, – с уставшей улыбкой произнесла она. Постепенно началось скопление ребят у шкафчиков на первом этаже, чтобы переобуться, поболтать о предстоящем дне. Наблюдающая девочка ждала только одного сигнала, когда заметит, что записка с началом квеста станет тронута. Она была не уверена, что план сработает, как надо. Но вот, подходит к своему шкафчику Игуро, осматриваясь, нет ли рядом Мицури. Хотя даже среди множество голов он точно не смог заметить – так была ярко выделена из всех. Издалека Канроджи продолжала наблюдать, осторожно скрывшись. Но чтобы он ее не заметил, та надела шарфик, скрыв волосы. Мимо проходящие ребята из разных и ее класса успели подшутить над ней, на что та расстраивалась, но не подавала виду. Сигнал первый – Томиока заметил записку, которая упала на пол перед ним, как только тот открыл шкафчик. Сигнал второй – он взял и прочитал ее, дважды, а то и трижды, чтобы понять. Сигнал третий – осмотрелся, надеясь, что он ошибся ее отсутствием. Молча и не спеша он направился вперёд, поняв, куда нужно идти. Мицури убежала впереди, так как была уверена, что он не ошибётся и придет по правильному пути. Так и случилось. – Это ты была? – на гладком лице парня виднелся румянец. – Что-то случилось, Канроджи? – Ну я... – она не была готова говорить с ним, но это лучше, чем перед ста глаз. – Слушай, это ведь не должно показаться странным, но я очень старалась, хотя пока я шла сюда... Оно... Розоволосая была явно расстроена. Да, слова ей вслед казались действительно жестокими, но когда она поняла, что и случилось у нее что-то плохое, чего она боялась больше всего на свете, и это произошло... Тут лучше было бы вообще не беспокоить никого и забыть о том, что сделала. Игуро поджал губы, продолжая смотреть на нее, недоумевая, что ее могло так довести. Но, опустив глаза на руки, в которых она так отчаянно что-то скрывала, его осенило, но решил промолчать, выслушав, что скажет дальше она. Хотя розоволосая и не говорила долгие минуты. – Оно сломалось, – тихо прошептала та. – Наверное, когда я торопилась, они сломались на кусочки. Я правда старалась сделать в лучшем виде. И с этими словами девочка раскрыла свои ладони. В них лежали раскромсанные кусочки шоколадной змеи. Хотя шоколад ее таял в теплых руках, и уже полностью испачкав их, но та продолжала держать, краснея со стыда и вины, что не уследила за этим. Парню не стоило ничего говорить. В одиноком кабинете слышалось, как плакала, но уже не так громко Мицури, и то, как он тяжело вздохнул. – Я уверен, что ты не зря старалась, – он улыбнулся. Это заставило Канроджи застыть в изумлении. – Могу попробовать? Указывая на шоколад, от которого уже почти ничего не осталось, получая разрешение, он взял растаявший кусок и приложил ко рту. Вкус был прекрасен. Он был уверен, что ни в одном из таких шоколадов не пробовал в жизни. Мицури мысленно проклинала себя, что не уследила за "змейкой", что теперь от нее ничего нет, да и не могла понять, что чувствует сам Обанай. Спустя недолгое молчание он произнес: – Это прекрасно, – тусклые глаза засветились в утреннем свете кабинета. – Спасибо... Даже если змейка не осталась ею, ты только представь, что он восхитителен. Нигде такой не найдешь. Девочка покраснела. – Ну, это ещё не всё, Игуро-сан, – переминаясь с ноги на ногу, ее светлые глаза смотрели в пол. – Ты же знаешь, что шоколад дарят только тем, кто им нравятся или парочкам. Ей не нужно было ничего говорить. Он все понял. Однако, подойдя к ней поближе, парень просто обнял ее, поглаживая по макушке и приговаривал много приятных слов, которые смущали и его. Скажете, что шоколад, который дарят девочки во время этого праздника для парней, что им нравятся – правильное решение? Старания Канроджи в этот день были оценены до Луны, что можно сказать лишь одним: сколько не старайся, ты увидишь в этом плохой итог, но кто-то может оценить его в высшем уровне, восхищаясь твоим трудом и терпением.