Шоколадка с фундуком

Была перемена, и, как это обычно бывало, Амару и Гехун забрались на старое дерево во дворе, несмотря на предупреждения учителей. Этот уголок был их маленьким убежищем, где никто не мог их потревожить. Они сидели на толстой ветке, свесив ноги и наслаждаясь коротким перерывом от школы. — Амару… — начал Гехун, голос его был тяжёлым и задумчивым, будто он искал слова, чтобы выразить что-то важное. — Я люблю его. Но… Мне это не надо. Я не хочу этих отношений. Я от них буду только страдать. Это слишком… Слишком запутано. Амару молчал, внимательно слушая, его взгляд был сосредоточен на Гехуне, пытаясь понять, что скрывается за его словами. Он знал, что это для Гехуна — настоящая борьба с собой. — Ты уверен, что хочешь всё это разрубить, Гехун? — спросил он наконец, едва заметно качая головой. — Ты ведь не один из тех, кто легко всё бросает. Гехун тихо вздохнул, опустив взгляд. Его пальцы скользнули по коре дерева, и он почувствовал, как сжимается в груди. Всё казалось таким сложным, но одновременно и простым. Он всегда любил искать ответы, но с этим было совсем по-другому. Это не было чем-то, что можно было просто «разрешить». — Не знаю, — ответил он, поеживаясь. — Но я понимаю, что это будет только больно. Мы все знаем, как это будет: все эти эмоции, страдания, бесконечные переживания. Мне не нужны эти отношения, Амару. Я не хочу быть тем, кто привяжется, а потом будет мучиться из-за того, что не может быть с этим человеком. И ты знаешь, я не хочу такого. Он слишком… особенный, и мне не хочется быть в этом. Зачем мне это? Амару поначалу помолчал, но потом взгляд его стал мягче, и он посмотрел на Гехуна с лёгким сочувствием. — Я понимаю, — сказал он, качая головой. — Но ты ведь знаешь, что не так-то просто отмахнуться от таких чувств. Ты можешь делать вид, что всё в порядке, но не можешь просто забыть человека, которого любишь. Гехун повернул голову, и их глаза встретились. Взгляд Амару был понимающим, но не судящим, а Гехун почувствовал, как что-то внутри него сжалось. — Я не знаю, как это сделать, Амару. Но я должен попытаться. Мне нужно разлюбить его. Лично для себя. — Гехун крепче схватился за ветку дерева, и его голос стал более решительным. — Я не могу продолжать это, я не хочу страдать, и не хочу ему причинять боль. Просто мне нужно избавиться от этого. Я не хочу тратить свою жизнь на что-то, что не имеет будущего. Амару внимательно слушал, понимая, насколько тяжело Гехуну. Он знал, что тот действительно переживает, и что перед ним стоит серьёзный внутренний конфликт. И хотя всё это было сложно и путано, он всё-таки знал, что Гехун мог бы справиться, если только получит нужные инструменты. — Ну и что ты хочешь сделать? — спросил Амару, стараясь не звучать слишком резко. — Ты же не думаешь, что просто скажешь себе «разлюбить» и сразу забудешь, правда? Гехун сделал паузу, словно подыскивая ответ. Всё это начинало казаться таким нелепым и трудным одновременно. — Мне нужно избавиться от этих чувств любыми способами. Я не хочу больше их чувствовать. И вообще, не понимаю, как так получилось, что я влюбился в этого придурка, который постоянно меня бесит. Он такой раздражающий, Амару. Он постоянно спорит со мной, на каждом шагу пытается меня победить. Я просто не понимаю, что происходит. Я не могу с этим справиться. Амару задумался. Он знал Гехуна достаточно хорошо, чтобы понять, что тот серьёзно переживает и хочет что-то изменить. Но в его глазах был и некоторый вопрос: «Зачем ты это делаешь себе?» — Ты понимаешь, что ты сейчас просто сам себе усложняешь жизнь? Ты пытаешься убежать от того, что ты не можешь контролировать. Эмоции — они ведь не просто исчезают, если ты будешь стараться их подавить, Гехун. Гехун вновь вздохнул, стиснув зубы. Он почувствовал, как напряжение в теле возрастает. Что бы он ни делал, всё возвращалось к тому, что он влюбился в Донхву, и ничего с этим не поделаешь. — Ты знаешь какой-то способ, чтобы разлюбить человека? — спросил он, не отрывая взгляда от Амару. Это был почти отчаянный вопрос, с какой-то ноткой уязвимости, которой Гехун обычно не показывал. Амару несколько секунд молчал, обдумывая всё сказанное, а потом, похоже, решив, что нужно помочь, сказал: — Ну… Обычно, когда хочешь перестать чувствовать что-то к человеку, стоит проводить с ним больше времени. Слушай, я знаю, что это не то, что ты хотел бы услышать, но ты попробуй. Время с ним, смотри, как он будет вести себя. Ты увидишь, что романтический флёр исчезнет. Я тебе говорю, это всегда работает. Как только ты начнёшь замечать все его недостатки, то всё… Ты увидишь, насколько всё сложнее, чем кажется. Гехун замер, рассматривая его слова. Это было настолько нелогично, что он даже не знал, как реагировать. Но в глубине души он почувствовал, что, возможно, это и правда может помочь. — Это странно. Но… — Гехун поднёс руку ко лбу, задумавшись, — может, ты прав. Возможно, мне стоит просто… не пытаться избегать его. Просто быть с ним. Амару усмехнулся, но в его взгляде было что-то скрытное. — Ты сам решаешь, Гехун. Но мне кажется, тебе стоит попробовать. И потом ты сам поймёшь, что делать. Гехун помолчал, откидываясь на дерево. Всё это было так запутано, но Амару был прав: ему нужно было самим разобраться в своих чувствах. И, возможно, время с Донхвой действительно откроет ему глаза. Гехун резко спрыгнул с дерева, едва не потеряв равновесие, и, не обратив внимания на Амару, который с удивлением схватил его за плечо и с криком произнёс: — Ты что, с ума сошел?! Ты вообще куда? Гехун даже не остановился, лишь отмахнулся и с быстрым шагом направился к Донхве. Он чувствовал, как кровь пульсирует в висках, а руки слегка трясутся. Кажется, это было безумие, но он не мог остановиться. Нужно было хотя бы поговорить с ним, выяснить что-то, разобраться в этом. Когда Гехун подбежал к Донхве, он заметил, что тот стоял не один. Вместе с ним был Минджэ — тот самый популярный парень, которого все знали и о котором все шептались. Стильный, уверенный, с каким-то беззаботным блеском в глазах, который так привлекал внимание всех вокруг. Гехун почувствовал, как внутри него что-то сжалось. Не сразу, но всё же — какой-то холодный прилив злости охватил его. Он стоял и смотрел на эту пару, ощущая, как его горло сжимаются от ненависти к этому красивому, успешному парню. Почему Минджэ оказался рядом с Донхвой? Почему именно он? Почему не он, Гехун? Он уставился на них, стараясь скрыть свою бурю эмоций, но, кажется, не мог. Внутри него шла настоящая борьба: с одной стороны, он хотел приблизиться и поговорить с Донхвой, с другой — что-то мешало ему, чувство, которое он не мог назвать. Это было не просто раздражение, это была какая-то ревность, но Гехун не хотел себе в этом признаваться. Он стоял там, ощущая, как его сердце колотится быстрее. Минджэ что-то весело рассказывал Донхве, и тот смеялся. В этот момент Гехун понял, что ему нужно что-то делать. Нужно было хотя бы заговорить с ним. Сказать что-то, чтобы вернуть внимание Донхвы. Чтобы понять, что между ними происходит, или хотя бы… не потерять его. Гехун шагнул вперёд, заставив себя собраться, но всё внутри ещё горело этим странным чувством. Гехун, несмотря на все свои переживания и волнения, взял себя в руки и шагнул вперёд, направляясь к Донхве. Он отмахнулся от нахлынувших чувств и постарался сохранить спокойствие. — Что тебе надо? — Донхва посмотрел на него с явным недовольством, его глаза стали немного подозрительными. Он скосил взгляд на Минджэ, который стоял рядом и с интересом наблюдал за их взаимодействием. Гехун не знал, что сказать. Он как-то резко предложил: — Давай дружить? Донхва задержал взгляд на Гехуне, будто пытаясь понять, что он вообще имеет в виду. Он нахмурился, слегка задумался, а потом, словно с недоумением, ответил: — Ээээм… нет? Гехун стоял ошарашенный. Внутри всё сжалось, и он почувствовал, как его сердце застучало сильнее. — Как… нет? — Гехун даже не мог скрыть изумления в голосе. Это не было похоже на его обычные разговоры, и он сам не ожидал такой реакции. Донхва спокойно пожал плечами и добавил: — Ну, нет так нет. Гехун просто стоял, не зная, что делать дальше. Всё, что он хотел, казалось, растворилось в воздухе. Минджэ тихо засмеялся, и Гехун почувствовал, как внутри него что-то заклокотало, но он старался держать лицо. Минджэ, поддавшись какому-то незаметному импульсу, похлопал Донхву по плечу и сказал с улыбкой: — Так держать! Затем, бросив взгляд на Гехуна, он добавил: — Ты что вообще здесь делаешь? Тебя никто не звал. Убирайся. Гехун почувствовал, как его внутренний мир рушится, и он, не сказав ни слова, развернулся и пошёл прочь, ощущая нарастающее раздражение. Он старался не поддаваться эмоциям, но чувство обиды накрыло его с головой. Он буквально выскочил из этого места, стараясь скрыть свою неуверенность и растерянность. Вечером, когда Гехун лежал на кровати, он беспокойно вертелся, раздумывая над произошедшим. Потолок перед глазами будто расплывался, и мысли всё равно не давали ему покоя. — Ну, Гехун, ты же хотел его разлюбить, — внутренний голос звучал в его голове. — Вот, пожалуйста. Всё как ты и просил. Ты уже его не любишь? Так почему же больно? Он усмехнулся, но эта усмешка была горькой и пустой. Вопросы не уходили, и Гехун не знал, что с этим делать. Гехун проснулся с ужасной головной болью, его голова раскалывалась, и каждый звук в комнате только усиливал неприятные ощущения. Он медленно открыл глаза, пытаясь сфокусироваться на окружающем пространстве. В какой-то момент его взгляд упал на градусник на тумбочке, и, померив температуру, он с неудовольствием увидел, что она показала 37 градусов. Это было не слишком высоко, но чувствовать себя плохо — ощущение было неприятным. Он взял телефон и написал Амару: — Я заболел. Через несколько минут пришёл ответ: — Я тебя не прибью, но только потому то сам заболел. Но чтобы послезавтра был в школе. Гехун улыбнулся, не смог сдержать смеха, хотя и понимал, что это не самая лучшая ситуация. Он положил телефон на тумбочку и снова улёгся, закрыв глаза. Температура была не слишком высокой, но всё равно хотелось просто отдыхать. Вскоре он снова уснул, не думая ни о чём, позволяя себе забыться в крепком сне. Тем временем у Донхва — Минджэ, а ты не видел сегодня Гехуна в школе? — спросил Донхва, перебирая в голове вчерашние события. Минджэ отвлёкся от переписки в телефоне и посмотрел на него с лёгким удивлением. — А? Нет. А зачем тебе это? Донхва пожал плечами, но в его голосе чувствовалась лёгкая неуверенность. — Та волнуюсь я. А вдруг он это… ну… того? Никогда не поймёшь, что у сумасшедшего в голове. — Он усмехнулся, но беспокойство в глазах никуда не делось. — Ну так напиши ему, — Минджэ пожал плечами, словно это была очевидная вещь. Донхва открыл мессенджер и зашёл в чат с Гехуном. Он мельком посмотрел на его статус, проверяя, когда тот был в сети. «Был(а) недавно». Донхва вздохнул. Как же он ненавидел людей, которые скрывают последнее время онлайна. Это раздражало, особенно сейчас, когда он не понимал, где Гехун и что с ним. Немного поколебавшись, он начал набирать сообщение. «Ты там не сдох случайно?» отправил Донхва и принялся дожидаться ответа. Сообщение так и не было прочитано. Ни к обеду, ни к вечеру. Это его раздражало. В конце концов, он решил позвонить Кейджу. Тот взял трубку после третьего гудка. — Алло? — Дай трубку Амару, — без лишних предисловий сказал Донхва. — Окей?.. — Кейджу явно удивился, но передал телефон. — Чё надо? — голос Амару звучал лениво. — Ты не знаешь, что с Гехуном? — спросил Донхва, пытаясь говорить спокойно, но в голосе сквозила тревога. Ну и Амару, наш пранкер хренов, не упустил шанс поприкалываться над кем то. — Та нет, не знаю. Он со вчера ни писал, ни звонил, — протянул он, будто невзначай. Донхва сжал телефон крепче. — Чего? — переспросил Донхва. — Ну да, пропал куда-то. Фиг знает, жив ли вообще, — продолжил Амару, явно наслаждаясь ситуацией. А потом вдруг добавил, уже с интересом: — А какого чёрта тебя это вообще интересует? Донхва промолчал. Просто сбросил трубку. Но в итоге Донхва опять набрал Кейджу. — Где живёт Гехун? — выпалил он, даже не поздоровавшись. — Чего? — Кейджу явно не ожидал такого вопроса. — Где он живёт? — повторил Донхва, нетерпеливо постукивая пальцами по столу. — Эээ… сейчас у Амару спрошу, — ответил Кейджу и отключился. Донхва сжал телефон в руке, сам не понимая, что на него нашло. Почему его вообще так волнует этот идиот? Да пусть делает что хочет! Но прежде чем он успел додумать эту мысль, телефон завибрировал — сообщение от Кейджу с адресом. И прежде чем он успел осознать, что делает, он уже нёсся по улицам. Когда Донхва добрался до дома Гехуна, дверь оказалась распахнутой. Он даже не подумал постучаться — просто ворвался внутрь. В прихожей стояла женщина, судя по всему, мама Гехуна. Она как раз снимала обувь, когда в дом влетел запыхавшийся Донхва. — Где Гехун?! — выкрикнул он, даже не попытавшись звучать вежливо. Женщина застыла на месте, явно в шоке от того, что к ней в дом ворвался какой-то незнакомый парень, да ещё и орёт. — В комнате своей.. — наконец сказала она, всё ещё недоумевая, кто перед ней стоит. Из глубины дома раздались тяжёлые шаги, и вскоре в коридоре появился сам Гехун — с растрёпанными волосами, в тёплой пижаме и шерстяных носках, с хмурым и сонным лицом… и с битой в руках. — Кто здесь?! — рявкнул он, сжимая биту так, будто готовился отправить непрошеного гостя в нокаут. Донхва застыл на месте, всё ещё тяжело дыша после забега до дома Гехуна. Он недоумённо уставился на него, не сразу осознавая всю абсурдность происходящего. Гехун моргнул несколько раз, взглядом пробежался по фигуре неожиданного гостя, и вдруг его глаза расширились. — ДОНХВА?! — громко воскликнул он, чуть не выронив биту от шока. Гехун так и остался стоять с открытым ртом, всё ещё сжимая биту, как будто не до конца понимал, что только что произошло. Донхва, весь раскрасневшийся — то ли от холода, то ли от внезапного осознания своего поступка, — сделал неуверенный шаг назад, попятился к выходу и пробормотал: — Я, наверное, пойду… И прежде чем Гехун успел хоть что-то сказать, он развернулся и вылетел за дверь, словно его здесь и не было. Наступила тишина. Мама Гехуна, которая всё это время с недоумением наблюдала за сценой, скрестила руки на груди и пристально посмотрела на сына. — Гехун. Объяснись. Немедленно. Гехун перевёл на неё ошарашенный взгляд, потом снова уставился в открытую дверь, потом снова на мать. — Ч-что?.. — только и смог выдавить он, всё ещё в полном шоке. Донхва стоял в своей комнате, буквально колотя голову об стенку, словно надеясь, что это поможет избавиться от этого ощущения полного идиотизма, которое охватило его. — Идиот... — бормотал он себе под нос, пробегая глазами по комнате, будто пытаясь найти хоть что-то, что могло бы успокоить его. — Зачем ты туда попёрся, а? Что, тебе мало того, что ты уже напортачил? Он почувствовал, как внутри растёт ещё больше раздражения. Пальцы сами тянулись к телефону, но он заставил себя не брать его в руки. Он знал, что Гехун уже наверняка отправил ему кучу сообщений. Чувство вины только усилилось, а мысли о том, что ему придётся как-то оправдываться, вообще приводили в отчаяние. — Ой, дебил... — ещё раз прошептал он и отмахнулся от мысли снова проверить телефон. Спустя несколько минут Донхва всё же не выдержал и взял его. Открыл чат, но вместо того, чтобы читать сообщения, просто сдался и написал коротко, не вникая в детали: — В школе объясню. Он знал, что это оттянет неприятный момент, но хоть как-то придаст ему силы для последующих разговоров. Спустя пару дней Гехун стоял у школьных ворот, напряжённо наблюдая за всем вокруг. Когда Донхва увидел его, он понял что больше не может оттягивать этот разговор и подошел к Гехуну. — Ну и что это было? — Гехун спросил, глаза полны разочарования и злости. — Ты хоть понимаешь, как мне потом досталось от матери? Донхва почувствовал, как его щеки запылали, а грудь сжалась от неловкости. Он стал искать слова, но это было трудно. Он опустил взгляд и медленно вздохнул, почти теряя самоуверенность. — Я... не хотел, чтобы всё так получилось, — сказал он тихо, с явно тяжёлым взглядом. — Просто... перепутал. Я не думал... Я не понимал, что это так сильно затронет тебя и.. — и принялся все обьяснять. Гехун не скрывал своего недоумения, его лицо как будто окаменело от удивления и ярости. — Ты серьёзно? — Гехун подошёл немного ближе, его голос был низким и напряжённым, но в нем сквозила боль. — Ты думал, что я могу из-за этого убить себя? Ты меня вообще слышишь? Донхва почувствовал, как в его груди что-то сжалось. Он даже не знал, что сказать, но его сердце начинало биться быстрее. Его плечи немного опустились, и он словно взял на себя всю тяжесть ситуации. Гехун продолжал, но слова звучали как-то странно. Он, казалось, хотел сказать что-то другое, но просто не мог: — Ты... ты серьёзно так думал? И... ты ещё... — Гехун вдруг замолчал и как-то закашлялся, ловя себя на мысли. — Ты красивый, всё такое, но... ну, черт. Это не то, что я хотел сказать. Донхва ощущал, как его сердце замирало. Он не знал, что делать с этим признанием Гехуна. Он просто пытался найти выход, и всё стало каким-то путающимся и неестественным. Донхва наконец встряхнулся, осознав, что сейчас или никогда. Он поднял взгляд и сказал, голос немного дрожал от всей этой эмоциональной путаницы: — Вообще, — он не мог больше стоять в этом напряжении. — Давай сделаем вид, что ничего не было. Просто... забудем об этом. Гехун, стоявший в какой-то внутренней борьбе, вздохнул, но в его глазах мелькала неопределенность. Донхва, казалось, не замечал всей этой путаницы, и его слова стали как-то проще, чем всё, что было до этого. — И ещё кое-что... — Донхва, немного замедлив шаги, добавил это, словно пытаясь продумать каждое слово. Он взглянул на Гехуна, который в ответ слегка приподнял брови, готовый услышать. — Что такое? — Гехун был насторожен, чувствуя, как слова Донхвы могут изменить всё. Неясное ожидание вытягивало его, как магнит. — Давай дружить? — Вопрос прозвучал мягко, но для Гехуна это стало как удар молнии. Он смотрел на Донхву и не знал, как реагировать. Всё его тело словно онемело от такого предложения. Он пытался удержать свою стойкость, но глаза, в которых обычно была скрыта агрессия, теперь были полны сомнений и растерянности. Внутри Гехуна началась настоящая битва. Один внутренний голос, словно демон, кричал ему не соглашаться, напоминая о его гордости и прошлых недоразумениях. Он хотел бы ответить так же, как Донхва сказал ему в тот момент — холодно и отстраненно. Но другой голос, ангел, который был гораздо тише и мягче, говорил ему, что это его шанс. Это был шанс, который больше не повторится. Гехун стиснул челюсти, чувствуя, как он теряется в этом выборе. Как же сильно он сейчас хотел бы действовать иначе. Но в конечном итоге, внутренний ангел победил. Он отступил назад, принял поражение и сказал то, что не мог бы сказать еще несколько дней назад. — Ну... давай, — пробормотал он, поняв, что это может быть именно тем, чего ему не хватало, несмотря на весь внутренний хаос. Донхва, казалось, обрадовался, хотя в его взгляде была осторожность. Он просто кивнул, и, возможно, именно в этот момент, что-то впервые стало немного легче.