just for you БОНУС

Они даже не планировали, чтобы этот вечер закончился так. Всё началось совершенно невинно. После долгого дня, полного работы и встреч, они наконец оказались дома. Тэхён сонно растянулся на диване, наблюдая, как Чонгук разогревает ужин. Они ели без спешки, обсуждая мелочи дня, время от времени переглядываясь. Было в этих взглядах что-то тёплое, что-то, от чего становилось жарко даже без слов. — Ты так смотришь на меня, — хмыкнул Чонгук, отодвигая пустую тарелку в сторону. — Как будто что-то задумал. Тэхён ухмыльнулся, потягиваясь и намеренно выставляя напоказ линию ключиц, которая всегда безотказно привлекала Чонгука. Движения Тэхёна были чуть пассивными, и грациозными, но он знал, что делал. — Может, и задумал, — протянул он, облизывая губы. Чонгук, прищурившись, наблюдал за ним, и в этот момент между ними будто начала разгораться невидимая искра. Напряжение висело в воздухе, тёплое, тягучее, словно мёд, медленно окутывающее их, заставляя двигаться медленнее, говорить тише. Тэхён решил довести игру до конца. Он встал, подошёл к Чонгуку и наклонился, опираясь ладонями о стол. Они оказались лицом к лицу, слишком близко, чтобы дышать ровно. — Ты же не устал? — прошептал он, глядя прямо в его губы. Чонгук не ответил сразу. Его взгляд опустился на обнажённую кожу Тэхёна, на изгиб шеи, на пальцы, небрежно постукивающие по столешнице. Он почувствовал, как внутри нарастает жара, как всё в нём требует этой близости, но он не хотел давать Тэхёну победу так легко. — Думаю, у нас есть силы на что-то интереснее, чем сон, — спокойно произнёс он, но в его голосе уже слышалось напряжение. Тэхён улыбнулся, победно, дерзко. И вот, когда они оказались в спальне, в воздухе уже пульсировало что-то большее, чем просто привычное притяжение. Ночь окутала город, оставляя в их спальне только мягкий полумрак. Воздух был насыщен тёплыми ароматами свечей, приглушённый свет лампы отбрасывал на стены длинные тени. В этой комнате, в этом моменте, существовали только они — двое мужчин, знающих друг друга лучше, чем кого-либо. Наверное, лучше самого себя. Тэхён сидел на кровати, склонив голову набок, его взгляд был одновременно ленивым и пронзительным. Он знал, что делает. Он всегда знал. Он чуть прикусил губу, наблюдая за тем, как Чонгук стоит напротив, рассматривая его с той же дикой жадностью, которую едва удавалось скрыть. — Ты так на меня смотришь, — протянул Тэхён, проводя пальцами по бархатной простыне, — будто хочешь меня съесть. Чонгук усмехнулся, медленно подходя ближе. Его глаза горели тем же огнём, что вспыхивал где-то глубоко внутри. Он не спешил, не бросался вперёд, наслаждаясь этим моментом, этим ожиданием. — Может, так и есть, — его голос был низким, хрипловатым, наполненным неподдельным желанием. Тэхён ухмыльнулся, приподняв бровь. Он знал, как довести Чонгука до грани, и намеренно растягивал этот момент. Сглотнув, он медленно потянулся, заставляя ткань своей тонкой рубашки натянуться на плечах, подчёркивая изгибы тела. — Ну так что же ты ждёшь? — его голос прозвучал почти насмешливо, бросая вызов. Чонгук не выдержал. В следующее мгновение он пересёк расстояние между ними, грубо захватывая Тэхёна за талию и притягивая к себе. Их губы столкнулись в яростном поцелуе, горячем и требовательном, полном накопившегося желания. Тэхён застонал в этот поцелуй, его пальцы зарылись в тёмные волосы Чонгука, вцепившись так, будто он никогда не хотел его отпускать. Чонгук толкнул его назад, заставляя лечь на кровать, но Тэхён не был тем, кто просто подчиняется. Он тут же перекинул ногу через бёдра Чонгука, переворачивая их так, что теперь сам оказался сверху. Его губы скользнули по шее, оставляя на коже горячие следы поцелуев, а руки медленно изучали каждую линию его тела. — Ты меня сводишь с ума, — выдохнул Чонгук, сжимая ладонями его бёдра. — Взаимно, дорогой, — ответил Тэхён, прежде чем вновь наклониться, запечатывая его губы в ещё одном поцелуе — на этот раз медленном, глубоким, прожигающим до самого нутра. В комнате больше не было ничего — только их тяжёлое дыхание, приглушённые стоны и нескончаемое желание, которое они не собирались сдерживать этой ночью. Его пальцы скользнули по груди Чонгука, спускаясь вниз, легко касаясь кожи, вызывая мурашки по телу. Чонгук вздрогнул, его дыхание стало прерывистым, когда Тэхён неторопливо изучал его, чувствуя, как напряжение нарастает. Он провёл губами по его ключицам, оставляя нежные укусы, от которых Чонгук глухо зарычал, впиваясь пальцами в его бедра. Тэхён наслаждался этим моментом, ощущая, как кожа Чонгука горит под его прикосновениями. Он медленно двинулся вниз, чувствуя, как грудь Чонгука вздымается от учащённого дыхания. Каждое движение, каждый лёгкий поцелуй и прикосновение наполняли их желание новым жаром. Чонгук резко перевернул их, оказываясь сверху, его руки с силой прижали Тэхёна к кровати. Их взгляды встретились — глаза Чонгука потемнели от страсти, а в глазах Тэхёна плясал огонь вызова. Они оба дразнили друг друга, оба знали, что это неизбежно. — Тэхён… — голос Чонгука звучал срывающимся шёпотом, когда он прижался губами к его шее, заставляя его выгнуться навстречу. — Не останавливайся, — выдохнул Тэхён, его руки крепко сжались на плечах Чонгука. Каждый поцелуй и каждое прикосновение становились всё глубже, всё настойчивее. Желание растворилось в воздухе, оставляя после себя только жар и непреодолимую близость, которую они больше не могли игнорировать. Никогда не могли. — Не буду, — прошептал Чонгук, резко приблизившись к уху Тэхёна. Он не спеша прикусил мочку, чуть оттягивая, цепляясь зубами, облизывая размашистым мазком языка. Тэхён не знал, что разврат может быть столь приятен. Пока по уши не влюбился в Чонгука. Чонгук не знал, что способен на этот разврат. Пока не был готов положить весь мир к ногам Тэхёна. Он продолжал целовать его шею, оставляя влажные следы поцелуев на горячей коже. Тэхён выгибался под ним, впиваясь пальцами в его спину, оставляя легкие царапины на коже. В воздухе витала напряжённость, но теперь она была не просто игрой — она была грёбаной, жгучей необходимостью. — Ты всегда такой нетерпеливый? — пробормотал Чонгук, отстраняясь всего на несколько сантиметров, чтобы посмотреть в его глаза. Тэхён улыбнулся, его губы были красными, а взгляд — затуманенным. — Ты же знаешь, только когда ты рядом, — прошептал он, сжимая ладонями его лицо и притягивая обратно в поцелуй. Их губы снова встретились — на этот раз медленно, лениво, словно они пытались растянуть этот момент, впитывая каждое прикосновение, каждый тихий вдох. Чонгук провёл пальцами по линии его позвоночника, заставляя Тэхёна вздрогнуть. — Дразнишь меня? — промычал тот, его голос звучал низко, с нотками дерзости. — А ты как думаешь? — Чонгук оскалился, прежде чем наклониться и провести языком по его ключице, затем будто в замедленной съёмке спускаясь ниже. Тэхён резко втянул воздух, его пальцы запутались в смольных волосах Чонгука. Всё в этом моменте казалось мучительно-сладким — каждое касание, каждый поцелуй. Чонгук знал, что он тоже сводит его с ума. Он знал это по тому, как Тэхён дрожал под ним, как его дыхание становилось всё тяжелее, как его губы приоткрывались, но слова застревали в горле. — Чонгук… — простонал он, и в этом одном слове было столько всего: мольба, требовательность, похоть. Чонгук посмотрел на него, его глаза потускнели, в них вспыхнуло что-то дикое. — Я здесь, — прошептал он, наклоняясь и запечатывая его губы ещё одним поцелуем — глубоким, насыщенным, наполненным тем, что они так долго сдерживали. Эта ночь обещала быть долгой. Чонгук провел ладонями по телу Тэхёна, всё так же медленно и неторопливо, словно запоминая каждую линию, каждую неровность его горячей кожи. Их дыхание смешивалось, создавая ощущение, будто мир сузился до этого момента, до этой комнаты, до их двоих. Тэхён снова выгнулся навстречу его прикосновениям, его губы застыли в немой просьбе, и тихий выдох сорвался с них, когда пальцы Чонгука скользнули по его ключицам, затем ниже — к рёбрами, что можно было по очерёдности пересчитать. К впалому животу, при виде которого он всякий раз был на грани от того, чтобы протяжно заскулить. К изгибу тонкой талии, картина которой отзывалась сладостной тягой в паху. — Ты доводишь меня… — прохныкал Тэхён, его голос дрожал от накопленного напряжения. — Знаю, — ухмыльнулся Чонгук, его взгляд оставался тяжёлым, потемневшим от желания. Он наслаждался тем, как Тэхён реагировал на него — каждый вздох, каждый едва заметный дрожащий отклик кожи под его ладонями. Тэхён, не собираясь оставаться в роли пассивного наблюдателя, резко перевернул их, снова оказываясь сверху. Его волосы падали на лицо, тень от ресниц скрывала карие глаза, но в этом взгляде было столько власти, столько неприкрытого огня, что Чонгук невольно сжал простыню под собой. — Теперь моя очередь, — прошептал Тэхён, опускаясь ниже, скользя губами по его шее, оставляя едва заметные следы от поцелуев. Чонгук прикрыл глаза, ощущая, как тепло накрывает его волной. Его ладони легли на бёдра Тэхёна, пальцы сжались, оставляя на коже лёгкие полосы. — Тэхён… — его голос был низким, осевшим, насыщенным голодом, который он больше не мог скрывать. Тэхён лишь усмехнулся, его горячее дыхание обожгло чувствительную кожу, и в следующую секунду он сделал что-то, что заставило Чонгука выгнуться к нему, тихо выругавшись. Он резко примкнул рукой к паху Чонгука и через плотную ткань сжал полутвердый член, очертания которого уже едва заметно виднелись. Напряжение в воздухе становилось невыносимым. Оно пульсировало, заполняя пространство между их телами, разгораясь с каждой секундой. Но как же им было плевать. В этот момент существовали только они – два тела, два разгорячённых дыхания, два взгляда, наполненные непреклонным желанием. Всё, что происходило вокруг, стало бессмысленным. Время замедлилось, растворившись в этой комнате, в приглушённом свете лампы, в тенях, которые мягко скользили по стенам, отражая их хаотичные движения. Тэхён провёл пальцами по обнажённой груди Чонгука, его прикосновения были слишком неспешным, почти мучительным, но в них определённо скрывалось что-то дразнящее. Он тоже, ничуть не меньше знал, как свести Чонгука с ума. Знал, какие точки касаться, где задержать пальцы чуть дольше, чтобы заставить его тяжело выдохнуть, прикусить губу, в очередной раз сжать простыню под пальцами. — Ты только посмотри на себя, — промурлыкал он, голос низкий, бархатистый, проникающий прямо под кожу. — Ты же хочешь меня, да? Чонгук вскинул на него взгляд — жадный, наполненный непреодолимым голодом. — Ты слишком хорошо это знаешь, — выдохнул он, его пальцы крепче сжали талию Тэхёна, притягивая его ближе, к своему такому же разгорячённому телу. Тэхён усмехнулся, склоняясь ближе, позволяя губам скользнуть по линии его подбородка, затем вниз – к шее, к тому месту, где бешено бился пульс. Чонгук закрыл глаза, его дыхание стало прерывистым, он чувствовал, как жара накатывает новой волной, как тело напрягается от одного только присутствия Тэхёна, от его запаха, от того, как его горячие ладони скользят по коже, заставляя всё внутри сжиматься от ожидания. Но Тэхён не спешил. Он любил растягивать этот момент, любил наблюдать, как Чонгук теряет терпение, как его взгляд темнеет всё сильнее, как пальцы начинают нетерпеливо сжиматься на его теле. — Ты издеваешься, — голос Чонгука срывался, он чуть приподнялся, легко толкнув Тэхёна, заставляя его лечь на спину. Теперь уже он взял контроль в свои руки. И в тот момент, когда их губы снова столкнулись, не осталось больше ничего – ни мыслей, ни сомнений, ни контроля. Только горячее дыхание. Только нескончаемая близость. Только жгучее, обжигающее желание. Бешенство и жажда владеть. Чонгук не сдержался. Впился зубами в кожу, оставляя глубокие следы – свидетельства этой ночи, этой неугасаемой этой самой жажды. Тэхён резко втянул воздух, выгибаясь под ним, его пальцы вцепились в плечи Чонгука, словно якорь в этой буре ощущений. — Грубо, — выдохнул он, но в голосе не было упрёка, только искры вызова, только ещё большее желание поддаться этому напору. Чонгук поднял голову, его губы покраснели, глаза пылали тёмным огнём. — Тебе нравится, — хрипло выдохнул он, не спрашивая, а утверждая, его голос звучал низко, бархатно. И ему действительно нравилось. Тэхён не ответил, только выгнул шею, словно приглашая его продолжить. И Чонгук не заставил себя ждать – его губы снова скользнули по горячей коже, оставляя влажные следы, за которыми следовали едва ощутимые укусы. Он чувствовал, как под его губами пульсирует кровь, как Тэхён дрожит под ним, как его дыхание становится всё более неровным. Воздух между ними был насыщен чем-то невыразимо тягучим, сладким, почти удушающим. Они двигались так, словно это был... ритуал, словно каждое касание, каждый поцелуй, каждый звук, сорвавшийся с губ, были заранее предрешены. Чонгук провёл ладонями по его бокам, затем скользнул ниже, изучая каждую линию, каждую дрожащую мышцу. Тэхён сжал его запястья, удерживая, но не для того, чтобы остановить, а скорее чтобы почувствовать этот момент ещё острее. — Ты правда меня сведёшь с ума, — голос Тэхёна дрожал, наполненный томной одержимостью. Чонгук только усмехнулся, его губы прошептали у самой кожи: — Всё ещё взаимно. Их поцелуи становились глубже, требовательнее. Движения – настойчивее, горячее. Они больше не играли. Они срывались в бездну желания, в пламя, которое разгоралось слишком ярко, чтобы его можно было потушить. Чонгук резко поднял голову, его дыхание было тяжёлым, прерывистым. Он смотрел на Тэхёна сверху вниз, изучая каждый оттенок эмоций в его затуманенных глазах. — Ты правда думал, что можешь снести мне крышу и остаться невредимым? — его голос звучал низко, почти угрожающе, но в этой угрозе читалась лишь нескончаемый, жаркий голод. Тэхён усмехнулся, его губы всё ещё были припухшими от поцелуев. — А ты правда думал, что сможешь меня напугать? — он лениво потянулся, прижимаясь ближе, его пальцы провели по спине Чонгука, оставляя едва ощутимые царапины. Чонгук прищурился, его руки сильнее сжались на бёдрах Тэхёна. — Я могу сделать так, что ты не сможешь даже говорить, — пообещал он, его губы скользнули по чужой щеке, к уху, а затем он прикусил мочку, медленно, дразняще. Тэхён тихо рассмеялся, его дыхание сбилось, но он не собирался сдаваться так легко. — О, я жду, — прошептал он, его голос был наполнен вызовом. — Но пока что всё, что я слышу, — это одни обещания. Чонгук нахмурился, а затем, не теряя ни секунды, сжал его правый бок до внушительных отпечаток пальцев. — Думаешь, я не сдержу слово? Тэхён не ответил сразу, его взгляд бесстрастно скользил по лицу Чонгука, затем он чуть приподнял голову и прошептал прямо у его губ: — Докажи. Это было последней каплей. Чонгук впился в его губы с силой, срывая с Тэхёна всхлип, его пальцы скользнули по телу, оставляя за собой новые отметины. — Ты сам напросился, — выпалил он, прежде чем окончательно раствориться в этом моменте, в этой ночи, в друг друге. Чонгук зубами подцепил нижнюю губу Тэхёна, но на этот раз с ещё большей жадностью. Он чувствовал, как Тэхён улыбается в поцелуй, зная, что довёл его до этой точки, зная, что он один знает, как свести с ума своего мужчину. — У тебя совсем нет выдержки, — хрипло выдохнул Тэхён, чуть отстраняясь, но Чонгук не дал ему уйти далеко — тут же перехватил его за затылок, снова притягивая к себе. — А ты слишком наглый, — его голос был низким, почти рычащим. — Думаешь, я не вижу, как ты этим наслаждаешься? Тэхён ухмыльнулся, его пальцы скользнули по спине Чонгука, чуть надавливая, вызывая у того дрожь. — Может, и наслаждаюсь, — лениво протянул он, приподнимая бровь. — Но ты можешь стараться лучше. Чонгук снова прищурился, в его глазах вспыхнуло пламя вызова. — Лучше? — переспросил он, наклоняясь ближе, его губы прошлись по линии чужой челюсти, к шее, к тому месту, где бешено бился пульс. — Ты правда хочешь это сказать мне, после того, как я заставил тебя так стонать всего минуту назад? Тэхён шумно выдохнул, его пальцы сжались на плечах Чонгука, но он не был бы собой, если бы просто уступил. — Может, я просто подыгрывал тебе, — прошептал он, его губы нашли чужое ухо, язык легко скользнул по коже. Чонгук тихо выругался, а затем прижал его обратно к кровати, задыхаясь от жара, что вспыхивал между ними. — Хорошо, — пробормотал он, его губы заскользили ниже, оставляя дорожку мокрых поцелуев. — Тогда посмотрим, как долго ты сможешь держаться. Тэхён тихо захихикал, но его смех тут же перешёл в глухой вздох, когда Чонгук доказал, что не бросает слов на ветер. Он резко сжал одну ягодицу, сминая её, чуть ли не жамкая. — Вот так, — пробормотал Чонгук, скользя губами по чужому телу. — Теперь ты звучишь честно. Тэхён не собирался проигрывать, но в этот момент, в этом вихре поцелуев, касаний и дразнящих слов, он уже не был уверен, кто из них двоих действительно держит ситуацию под контролем. Чонгук смотрел на него сверху вниз, тяжело дыша, его губы тоже чуть припухли от поцелуев, глаза горели тем самым диким огнём, который не оставлял Тэхёну и шанса. — Что, котёнок? — с усмешкой пробормотал он, проводя пальцами по его груди, невыносимо легко. — Где твои дерзкие слова? Тэхён тихо фыркнул, приподнимаясь на локтях, его губы изогнулись в лукавой ухмылке. — Я просто даю тебе почувствовать себя сильным, — лениво выдохнул он, скользнув пальцами по груди Чонгука. — Но ты и сам знаешь, кто здесь по-настоящему управляет ситуацией. Чонгук наклонился ближе, его дыхание горячей волной обожгло Тэхёну кожу. — Правда? — его голос был низким, почти мурлыкающим. — Тогда почему ты дрожишь? Тэхён шумно втянул воздух, но не позволил себе отвести взгляд. — От скуки, — ответил он, но голос предательски дрогнул, когда Чонгук внезапно сжал его запястья и прижал к кровати. — Врёшь, — усмехнулся Чонгук, проведя губами по линии его челюсти, затем по шее, оставляя влажные поцелуи. Тэхён закрыл глаза, пальцы чуть дёрнулись в хватке, но он не пытался освободиться. — Если я вру, — прошептал он, срывающимся голосом, — значит, тебе стоит заставить меня сказать правду. Чонгук прищурился, его губы скользнули вверх, снова к уху Тэхёна, голос стал едва слышным, но от этого ещё более обжигающим. — О, я собираюсь это сделать. Тэхён резко открыл глаза, но не успел ничего сказать — Чонгук уже воплощал свои слова в действия, его прикосновения становились настойчивее, движения — увереннее, губы — горячее. Он теперь настойчиво согнул ноги Тэхёна так, что его колени уперлись ему в живот. — Говори, — потребовал он, отстраняясь всего на секунду, позволяя Тэхёну перевести дыхание. Тэхён тяжело выдохнул, его губы дрожали от эмоций, но он всё же ухмыльнулся, несмотря на сводящее с ума напряжение. — Ты правда думаешь, что можешь меня сломать? Чонгук на секунду замер, затем хищно улыбнулся. — Нет, — прошептал он, вновь притягивая Тэхёна ближе. — Я думаю, что ты сломаешься сам. И чёрт, как же он прав. Ведь когда он сорвал с Тэхёна последние элементы одежды и внезапно наклонился к его заднице, сам Тэхён потерял связь с этим миром.