история о милосердии

всё изменилось в один момент. Луцилла забежала ко мне в комнату и требовала рассказать всё, что я говорила Коммоду. конечно, я поняла, что что-то произошло. понимала, что правильного выхода из этой ситуации нет. если я не скажу ей, то она не оставит это просто так, скажу — Коммод тоже не оставит это без наказания. а если совру? я обманула члена правящей семьи, но не раскрыла тайны императора. — я не знаю, могу ли я это сделать. мне нужно спросить у императора, или вы сами можете узнать у него об этом. — если я пришла к тебе, а не к брату, значит я хочу узнать от тебя. в конце концов, ты моя служанка, и в первую очередь ты служишь мне. поэтому, расскажи мне. — с прошлого раза ничего не изменилось. я всё ещё не могу вспомнить наши разговоры. последний наш разговор был о моей семье. он спрашивал у меня о ней, а я отвечала, вот и всё. — ты много знаешь о своей семье? почему тогда ваш разговор занял несколько часов? о семье можно кратко рассказать и за пару минут. — я думала, что так и будет, но император расспрашивал меня, я не могла не отвечать. — ты рассказывала ему, почему не заходишь к нему? — мы пересеклись с ним один раз, я сказала, что у меня много работы, а когда освобожусь вернусь к своим обязанностям его служанки. — и он не спрашивал у тебя, что именно ты делаешь? — спрашивал, я сказала, что вы просто дали мне список дел. — ясно. — но я хотела бы узнать, что вы готовили? — я хотела представить его перед народом. вот и все. а он заподозрил меня в государственной измене. — вы пытались объясниться? — он не слушал меня. — почему он сделал такие выводы? — ты слишком много хочешь знать. возможно, я расскажу тебе позже. например, когда к тебе вернётся память. с этими словами она ушла. государственная измена — это серьёзное обвинение, но Коммод не делает поспешные выводы. его сестра — самый дорогой человек для него. она должна была сделать что-то очень серьёзное, чтобы он так подумал. но она не пыталась оправдать себя, может она и правда что-то готовила против него? и что мне делать в такой ситуации? с одной стороны, это не моё дело, а с другой, если он уже сделал выводы, мало ли, что будет с Луциллой, если он отошлет её куда-то, то и меня, раз я её служанка. возможно, он думает, что я обо всём знала, но не говорила ему. я решила прийти к нему. постучала. — войдите. император стоял около окна, а я осталась стоять рядом с дверью. обернувшись, он долго смотрел на меня, а после начал диалог. — ты что-то хотела? узнать? сознаться? — почему. почему вы спрашиваете у меня такое? я что-то сделала? — это я хочу узнать у тебя. — извините, возможно я не вовремя, я скоро принесу вам обед. — не уходи. говори, что ты хотела. — я хотела спросить, что с Луциллой. только что она заходила ко мне в комнату и спрашивала о вас. — давно ты ей всё рассказываешь? — что рассказываю? — ты упряма. можешь сказать мне правду сейчас, а я решу, что с тобой делать, возмножно, проявлю милосердие. — я не понимаю о чем вы. — всё ты понимаешь. признай, после каждого разговора ты ходила к ней и всё пересказывала. знаешь, а я ведь поверил, что ты верна мне, я начал доверять тебе, а ты так поступила со мной. после этого ты даже не можешь признаться. — извините, но вы ошибаетесь, вы не в настроении, давайтк я всё же зайду позже, — я стала открывать дверь, как он подлетел ко мне и схватила за руку. — я не отпускал тебя. с каких пор ты позволяешь себе так вести со мной? — извините, вы правы, я слишком много позволили себе, когда пришла сюда, — я открыла дверь, но мне не дали уйти. Коммод притянул меня к себе и закрыл дверь. я стояла на расстоянии вытянутой руки от него. — ты не хочешь сказать мне правду? — вы хотите меня слушать? — сколько раз я должен повторять тебе, что не люблю, когда на вопрос отвечают вопросом. — извините. если вы готовы меня выслушать, то я расскажу вам всё, — от такой обстановки, на глазах начали наворачиваться слезы, я отвела взгляд и ждала ответа. скорее всего, это конец. ещё со слов покойного императора, если Коммод сделал выводы, его очень трудно переубедить. а в случае со мной, это уже невозможно. вся надежда умерла в тот момент. это конец. говори или не говори, он не оставит меня при себе. он не будет задумываться о моей судьбе, отправить меня в мой разгромленный дом и оборвет все связи. это будет не самым страшным исходом. на мой ответ он ничего не ответил, только чуть-чуть усилил хватку и открыл дверь. я не решилась спросить у него, куда мы идём, поэтому просто шла сзади него. мы оказались в кабинете покойного императора. он указал мне на кресло, на котором я уже сидела. он сел напротив. — ну, рассказывай. ты тут уже была, может выдумывать будет проще. — я не требую у вас веры в мои слова, но я правда хочу, чтобы вы выслушали меня. я не рассказывала госпоже Луцилле не один наш с вами разговор. я всегда говорила, что иду к вам, потому что вы хотели со мной что-то обсудить, но я не говорила, что именно. только один раз она знала тему нашего разговора. в первый раз, когда вы меня позвали, но наш разговор не удался. когда я вышла от вас, она позволяет меня к себе и просила рассказать, что происходило, пока я была с вами. я сказала, что вы хотели поговорить со мной, хотели узнать о наших разговорах с покойным императором. когда мне сказали, что я стала вашей служанкой, она попросила наблюдать за вами, сказала, что кроме меня есть ещё служанки, но я не говорила ей ничего, что касается вас. меня удивило, что ей интереснв разговоры, ведь, когда я уходила к вашему отцу, она ни разу не спрашивала у меня, о чем мы беседовали. после нашего первого долгого разговора, она встретила меня в коридоре, но не звола к себе. на следующий день, утром, она спрашивала у меня подробности. сейчас я прошу простить меня. я не знала, как поступить. я хотела сказать вам об этом, но не хотела, чтобы вы думали, что я обвиняю госпожу Луцилле в чём-то. я соврала ей. я сказала, что переволновалась и забыла весь разговор. у меня бывало такое до этого, поэтому она не раскрашивала меня. она пыталась вернуться к этому разговору, но я говорила, что моя память не вернулась. потом она дала мне список дел, и я не заходила к вам, она ничего не спрашивала у меня про вас. а пару минут назад она зашла ко мне в комнату и начала требовать рассказать рассказать ей всё, что вы говорили или я рассказывала. я сказала, что не знаю, могу ли я рассказать, сказала, что могу спросить у вас или она может сама поинтересоваться. на это я получила ответ, что она хочет услышать именно от меня. сказала, что она готовила для вас праздник, поэтому и нагрузила меня, а вы обвинили её в государственной измене. я спросила, почему вы сделали такие выводы, но она не ответила мне, сказала, что может рассказать, когда ко мне вернётся память. когда мы встретились в коридоре, вы сказали, что я могу сама прийти к вам, поэтому я решила воспользоваться этой возможностью. простите. — за что тебя простить? — я не знаю. простите, что. что объясняюсь перед вами. я не могу знать, как вы относитесь ко мне. я прекрасно понимаю, что, если вы сделали такие выводы про госпожу Луциллу, то оьо мне ваше мнение может быть ещё хуже, это нормально, если произошло что-то серьёзное, мне правда жаль, что я не смогла заслужить ваше доверие. извините. — я отошлю тебя из дворца. я вздрогнула. конечно, я успокаивала себя, что это не самый плохой исход, но я надеялась, что смогу хоть немного исправить его мнение о себе. на глазах снова выступили слезы. — сколько времени у меня есть, чтобы собрать вещи? — я отвечу тебе позже. считай, что у тебя есть меньше недели. не попадайся мне на глаза эту неделю. если ты понадобишься мне, я позову тебя. я кивнула и быстро вышла из комнаты. слезы поделись ручьём. я добежала до своей комнаты и перестала сдерживать себя окончательно. нет никакой гарантии, что выгонит он меня уже завтра. почему? почему из-за взглядов другого общества, должна страдать я? эту неделю я даже не могу увидеться с ним. я не смогла переубедить его. наоборот, мне кажется, что я ещё сильнее настроила его против себя.