В год нового столетия

В божьем городе грянет гром, и двух братьев разорвет на части хаос, В то время, как крепость выдержит, великий вождь сдастся, Третья большая война начнется, когда загорится большой город На 11-й день 9-го месяца две металлические птицы столкнутся с двумя высокими статуями В новом городе И вскоре после этого наступит конец света.

***

      На улицах Манхэттена творился настоящий хаос. Толпы плачущих и кричащих людей, сирены пожарных машин и мигалки полиции. Башни-близнецы, одна из главных достопримечательностей Нью-Йорка, сейчас были объяты огнем, а из окон валил густой, черный дым. На самом верху было видно несколько белых тряпочек, которыми махали люди высунувшись из окна, они молили о помощи. Но этих людей уже было не спасти, под ними находилась огромная дыра, пропасть, мешающая их спасению. Из-за чьих-то политических конфликтов сейчас толпы невинных людей заживо сгорают, запертые на верхних этажах Северной башни.       Одной из таких людей стала Эмили Фишер. И по "невероятно счастливому" стечению обстоятельств, именно в этот день она должна была праздновать свое 19-летие. Девушка пришла во Всемирный Торговый центр, с целью устроить себе праздник, но получила явление ада на земле. Эмили задыхалась в дыму, но продолжала бежать по лестнице все выше и выше, пока не достигла двери, которая вела на крышу. Ее счастью не было предела, но все надежны разбились, словно хрустальная ваза брошенная на пол. Дверь не поддавалась. Ни с первого, ни со второго, ни с третьего раза. Обессилено упав рядом с закрытой дверью, девушка пыталась перевести дыхание, что выходило из рук вон плохо. Она прикрыла глаза и облокотилась на стальную дверь. Просидев так пару минут, девушка медленно потянулась к карману и достала оттуда телефон. Почти вслепую набрав номер, девушка принялась слушать гудки, не надеясь, что кто-то возьмет трубку. — Але?! Это кто? - Раздался чей-то бодрый голос в трубке. Собеседник явно был не в курсе происходящего сейчас кошмара, в котором находилась сама Эмили. — Это Эмми. Ты ведь только проснулся, верно? — Максимально веселым и спокойным голосом сказала девушка, посильнее прижимая телефон к уху. — Как ты догадалась? — Рассмеялся некто, на противоположном конце трубки. — Ты еще не открыл занавески. - Ухмыльнулась девушка, глядя на то, как черное облако дыма медленно приближается к ней. — Как ты догадалась? Только что собирался их открыть. А-а-а, у тебя же сегодня день рождения, да? — Да... И первый свой подарок я уже получила. — И от кого это? Я думал, я у тебя всегда первый. И мой подарок, кстати, ты получишь когда придешь ко мне в гости. — Ты всегда был и будешь первым, Билл. Не сиди на кровати, иди открой окно, посмотри на наш прекрасный город, на рассвет, незнаю... — Да, чего ты так прицепилась к ним, что нового я там увижу. Как всегда эти улицы, заполненные людьми, эти надоевшие баш...А-а-а-а-а! — На противоположном конце трубки истошно завопили, а девушка высунула голову в окно, чтобы вдохнуть чистого воздуха, потому что уже начала задыхаться. — Этого... Этого не может быть! Где ты сейчас? Если ты на улице, срочно беги ко мне! Если ты дома, я сейчас подойду к те.. — Начал тараторить Билл, но девушка перебила его: — Не стоит волноваться. Я уже не могу куда-либо побежать. Слишком высоко... Но знаешь, я никогда в жизни не думала, что так отмечу свой день рождения... Хахаха! — Истерический смех девушки перебил кашель. — Иии.. И ты еще смеёшься? А...А вам же помогут? Помогут ведь? — Прошептал дрожащий голос в трубке. — Как бы грустно это не звучало, но нет. Они не смогут. Сюда нужны вертолеты, но из-за дыма они не смогут полететь к нам. Я очень надеюсь, что люди нижних этажей успели уйти. — Спокойно сказала девушка, смотря из окна на языки пламени, бушующие на этажах ниже, но постепенно они поднимались и совсем скоро должны были окутать последний этаж. — Почему? Почему?! Почему они могут уйти, а ты нет?! — Истерично кричал Билл в телефон, как будто это может что-то изменить. — Такова видимо моя судьба... Кхк-кхк...Я...Напоследок хочу сказать тебе, что...Я люблю тебя! — Крикнула девушка в трубку, после чего она зажмурила глаза, предвидя, что он может ей сказать. — Я тоже тебя люблю, слышишь?! — Истерично закричали в трубку, на что девушка неверующим взглядом посмотрела на телефон. — Правда? — Да! Я... давно хотел тебе сказать... — Я тоже... — Девушка услышала громкий взрыв и с улыбкой посмотрела в окно. Но как только она увидела огромное облако пыли и огня, выходящий из Южной башни, ее улыбка сползла с лица и сменилась выражением ужаса. — Билл? Билл! — В трубке было слышно лишь учащённое дыхание, но вскоре она услышала настолько громкий крик, что отбросила телефон и закрыла уши. — Нет...Нет! — Прохрипел, сорвавший голос, Билл. — Что случилось? - Встревоженно спросила девушка, продолжая смотреть на пожар, разогревающийся в Южной башне. — Там...Том, он ушел сегодня в ресторан "The View"! — Срочно позвони...Кхк-кхк...Ему!

***

Билл быстро сбросил звонок и дрожащими руками пытался набрать номер брата, тихо матерясь под нос, когда ошибался в цифрах. Наконец введя номер и приложив телефон к уху, Билл молился, чтобы Том поднял трубку. — Привет, Билл! — Донесся радостный голос из трубки. — Том! Тебе срочно надо уходить! — Прохрипел Билл в трубку, крепко сжимая телефон глядя на горящую Южную башню. — Что у тебя с голосом? — Все нормально, просто быстро уходи! — Зачем? Я ещё не доел. Тут кстати очень вкусно кормят... — Начал Том, но его тут же перебили. — Ты идиот!? Какая еда? В башне пожар!...Кхк-кхк... — Закашлялся полностью сорвавший голос Билл. Он геневно отбросил телефон на кровать и посмотрел на башню, туда где находился его брат-идиот. Он что, совершенно не понимает, что башня горит? Билл, обессиленно упал на пол, на колени и обхватил голову руками. Почему все так? Почему именно в этот праздничный день? Посидев так пару минут, он подполз к кровати, снова взял телефон и в надежде, что Том еще на связи, приложил его к уху. — Билл, ты меня слышишь? — Громко кричал Том в трубку. — Я...— Сказал Билл, ужаснувшись своему осипшему голосу. — Говорю, тебе надо чай выпить теплый, а то совсем голос сел. Где это ты успел простудиться? — Обеспокоенно затараторил Том. — Ты идиот? Тебе...кхк-кхк... Спасаться нужно...— Просипел Билл, стараясь как можно громче говорить, но получалось мягко говоря плохо, только прибавляло боли в горле. — Да че ты заладил, то а? Тут все сидят, одна тетка ушла, паникёрша какая-то. — Беззаботно произнес Том, на том конце трубки, из-за чего Билл раздражённо сбросил звонок и снова схватил себя за волосы. Единственный выход который видел Билл, это позвонить Эмили. — Але, привет Билл! — Радостно произнесла Эмми, которая уже примерно 20 минут находилась фактически в одиночестве в полном ужасе. На ее глазах, ее коллеги, друзья, знакомые, прыгали из окон, падали в обмороки, истерили, бесились и снова прыгали из окон. Становилось все тяжелее держать себя под контролем, хотелось бросить все и устремиться в полет с здания, подальше от этого проклятого дыма, мешающего дышать, от этого огня, который все ближе и ближе, подальше от идиотов, которые наивно махают своими белыми тряпками, в надежде, что их кто-то спасет, а потом срываются и громко вопят, как будто они этого не ожидали, стоя на краю окна, подальше от сумасшедших людей, которые готовы убивать тысячи ни в чем не повинных людей. Но Билл...не хотелось оставлять его одного, пока не выясниться, что с Томой. Если он сможет о нем позаботиться, тогда можно с чистой совестью отправляться в полет. — Том... Он не хочет уходить... Он в ресторане и... Не считает нужным эвакуироваться. — Сиплым голосом сообщил по телефону Билл, и сердце девушки упало в пятки. То есть этот идиот, спокойно сидит там, в ресторане, и не собирается спасать свою жопу от пожара и смерти? Так мало того, он не собирается помогать брату, с которым все явно не хорошо, это, черт возьми, понятно даже по голосу. Хочется просто убить его, сжечь в этом страшном пламени. — Он...Я даже...кхк-кхк...Слов подобрать не могу! — Не... Нервничай... Все хорошо... Наверно...— Грустно произнес Билл в трубку, и девушка даже увидела грустную улыбку, что появилась на его лице. — Надеюсь его спасут, мне кажется, что башни долго не простоят, из окна видно, что крепления по бокам, как будто, полностью сгорели. — Да не...— Его реплику прервал чужовищный грохот, донёсшийся со стороны Южной башни. Девушка с ужасом взглянула в окно, и мир как будто ушёл у нее из под ног.       Южная башня потонула в облаке пепла, мусора, пыли и пропала из виду, но как только его облако слегка растаяло стало ясно, что Нью-Йорк прежним, уже никогда не будет. Южная башня сложилась, словно карточный домик, погрябя под своими обломками тысячи человек, и еще несколько десятков, не успевших убежать от нее. Ведь все эти обломки полетели по улицам Манхэттена, обволакивая всю улицу белым туманом, состоящим из пепла. — Нет... — Это единственное, что смог произнести Билл, до того как выронил телефон.

***

Северная башня осталась одна, совершенно одна в этом мире, как и Билл. Он никогда не чувствовал такой боли и одновременно пустоты внутри себя. Будто оттуда очень болезненно вырвали часть Билла, очень важную часть, без которой дальнейшая жизнь казалась совершенно невозможной. Ноги уже его не держали, и он рухнул на колени, совершенно не обращая внимания на острую боль в них. Из телефона, улетевшего куда-то в сторону доносился голос Эмми, пытающийся успокоить Билла, но все это было тщетно. Он уже неслышал этого, не слышал крики людей, бегущих по улице в попытке спастись, не слышал грохота за окном, когда белая куча пепла и обломков пронеслась перед закрытым окном. Он слышал лишь голос Тома, звучавший в его голове. "— Говорю, тебе надо чай выпить теплый, а то совсем голос сел." "— Привет, Билл! " "— Зачем? Я ещё не доел. Тут кстати очень вкусно кормят..." Перед глазами пронеслись все моменты их, несправедливо короткой, совместной жизни. Как они помогали друг другу в садике, смеялись над учителями в школе и обещали всегда быть вместе. Как выступали в каких-то барах и клубах, как ссорились, ругались, потом мирились, плакали из-за грустных фильмов и еще раз клялись друг другу в том, что всегда будут вместе. И тут он умер... Исчез навсегда... Сейчас он не войдет в комнату с идиотской улыбкой и не скажет, что это все розыгрыш и он жив, нет... Его больше нет... Он даже вряд ли увидит его тело, ведь оно погребено под тоннами обломков и чужих тел, совершенно незнакомых ему людей. Он даже не находился рядом с ним, в последние минуты его жизни... Как можно продолжать жить дальше? Хочется подняться на крышу и оттуда полететь в пустоту. Наконец оказаться рядом с братом, с любимой девушкой, которой осталось не так уж и много. Ведь Северная башня тоже рано или поздно рухнет, погрябя ее под своими обломками.

***

— Билл! Билл! — Девушка, безуспешно, пыталась докричаться до... Кого? Кем он ей сейчас является? Другом, слишком мало... Парнем, слишком много... Все очень странно, хотя... Что может быть нормально сейчас? Когда в главные здания ВТЦ врезались два гребаных самолета, это ни черта не похоже на реальность, будто Эмили сейчас находится в каком-то дурацком боевике, и сейчас режиссёр крикнет: " — Стоп! Это было плохо! 5 минут перерыв и прододжаем!", затем похлопав в ладоши. Но нет! Этого не произойдет. Может она в ужасном сне? Глупая гипотеза, она уже сто раз себя щипала и уверена, что сейчас там уже неплохой синяк. Это реальность, реальность в которой какие-то люди, готовы захватывать самолет и, находясь внутри него, врезаться в главную достопримечательность Нью-Йорка. Уму не постижимо. Любой здравомыслящий человек скажет, что это глупость и такого быть не может но... Да, это черт возьми, происходит. Чертового 11 сентября, ебаного 2001 года, в ее блядский день рождения. Простите, но нервы уже сдают. Еще и Том... Билл из-за него окончательно разбит, хочется прямо сейчас прибежать к нему, прижать к себе и не отпускать. Но и дни Эмили сочтены, скоро она будет там же, где и Том, и точно выскажет ему все. — Он умер...— Наконец-то из трубки доноситься шепот, тихий, сиплый шепот Билла. Его голос едва слышен и остаётся надеется, что это не галлюцинация. — Я не знаю...Кхк-кхк...Что сказать... Все мои слова поддержки будут звучать как издевательство, ведь я не чувствую и половину той боли, что пришлось испытать...Кхк-кхк... Тебе, но оставлять тебя наедине с ней я не собираюсь. Можешь, хотя бы ради меня и Тома, который точно желал бы тебе этого, продолжать жить, как жил раньше...Я понимаю, что будет тяжело, но...Постарайся, пожалуйста. — Чуть ли не плача проговорила девушка, осознавая, что ей осталось не больше получаса. — Мне тоже вскоре придется уйти, но...Ты держись, ладно? — На той стороне трубки было гробое молчание, периодически переливающиеся всхлипами. — Не плачь, пожалуйста, как минимум я не стою твоих слез и я уверена, что Том сказал бы также. Не выходи на улицу, поплотнее закрой окна и двери, чтобы пепел и пыль не просочились к тебе в квартиру, а лучше уезжай в дом родителей. После их смерти тебе там тяжело находиться, я понимаю. Но в Нью-Йорке не безопасно. Побереги себя, пожалуйс... — Я... Ппостораюсь...— Тихо прошептал Билл, стараясь унять текущие из глаз слезы и рвущиеся из горла всхлипы и крики.

***

В этот день он потерял две свои опоры. Словно Нью-Йорик, потерявший две главные достопримечательности. Одна еще стоит, но ей осталось немного, совсем мало. Ее жизнь слишком коротка, ей слишком рано умирать. Она как цветок, который затоптали, не дав ему возможности расцвести, и показать всю свою красоту. Хочется пойти в след за ней, за своим братом, братом-близнецом, который также много значит для тебя, но ее последняя просьба... Вряд ли Том хотел его смерти, он наверное сдерживал бы меня, как только мог от этого. Билл постарается прислушаться к ее просьбе, хоть это удастся ему с трудом. Родительский дом он не посещал уже около года. С момента как они умерли прошло уже два года, но он до сих пор не мог принять это, и каждый его, самый крохотный визит туда, это ужасная боль. Каждый раз приходится окунаться во все воспоминания связанные с ними. Каждый раз до смерти стыдно за те моменты, когда из-за своей юношеской глупости, говорил, что ненавижу их, что не хочу чтобы они были моими родителями. Каждый раз это больно режет по сердцу, хочется отмотать время назад и врезять себе сильный подзатыльник, но машины времени нет. Раньше Том успокаивал его, ему находится там было проще. У него отношения с родителями были лучше, чем у Билла. Не без ссор конечно, но его каждый раз не подбирает от дрожи, стоит только зайти в их комнату или на кухню, где часто была мама, он не вспоминает, как хлопал дверьми, кричал на родителей, ревел в комнате, разбрасывал вещи и назло им делал пирсинг и макияж, хоть сейчас ему он нравится. — Я... Ппостораюсь... — Тихо произнёс Билл. Как вдруг, он услышал новый сильный грохот со стороны улицы и с лицом, на котором застыл ужас повернулся туда. Северная башня точно также как и Южная сначала пропала под облаком дыма и пепла, а потом начала разваливаться, прямо на глазах. Самым страшным были нечеловеческие вопли от людей, доносящиеся из телефона. В ужасе отбросив его подальше от себя, он продолжил наблюдать ужасную картину, развернувшуюся перед ним. Облако, состоящее из обломков, стройматериалов и пепла, некогда бывшее главной достопримечательностью Нью-Йорка, сейчас летело прямо по улицам Манхэттена, настигая и обволакивая десятки невинных людей, старающихся убежать. Кто-то из них прячется в магазины, кто забегает в подъезды, а после заходит в квартиры к неравнодушным людям. Сейчас и к Биллу кто-то постучался, и он на время оторвался от созерцания катастрофы через окном и пошел в сторону двери, чтобы впустить людей, которые оказались на улице в неподходящий момент. За дверью стояла пара совершенно белых от пепла людей. Парень, примерно одного с Биллом возраста и девушка, чуть младше него. Если бы Билл не был на 100% уверен, что Том и Эмми мертвы, он бы поверил в то, что это они. Парочка была настолько на них похожа, что это казалось просто абсурдно. У парня волосы были заплетены в дреды, мешковатая одежда и пирсинг на губе, правда лицом он был не сильно похож, но схожие черты все же были. У девушки ярко-рыжие вьющиеся волосы, в которых застрял пепел и другой мусор. Джинсы клеш, которые так любила Эмили и которая кофта, с логотипом Megadeth, которую носила Эмили почти каждый день. — Извините, можно мы войдем, просто до нашей квартиры топать кучу кварталов, а дороги и не видно. Можно у вас выпить воды и немного поесть, просто мы не ели с 8 утра, когда все произошло. - Начал тараторит парень, а девушка лишь покрепче прижалась к нему. — Да конечно, проходите. Сейчас достану вам что-нибудь поесть. — Сипло ответил Билл, направляясь на кухню. Новый поток слез наровил потечь из глаз, только он увидел в холодильнике нетронутый торт, с надписью "Эмили, наконец тебе 19!", который они с Томом, должны были вручить девушке, как только та вернется с работы. Билл самолично готовил его несколько часов, вчера вечером. Он достал его из холодильника и аккуратно поставил на стол. В тот момент, когда пара прошла на кухню. — Извините, думаю нам стоит познакомиться. Меня зовут Сэм, а мою девушку Дженифер. Мы спасли мою мать из Южной башни, она сидела в ресторане "The View" и поначалу не хотела уходить, но с помощью долгих уговоров она все же покинула башню, мы отвели ее домой, а потом вернулись сюда, чтобы попытаться помочь остальным и нас окатило этим пеплом, и теперь мы в нем с ног до головы. А у вас как, я понимаю должен был быть сегодня праздник? И где же именинница? — На улице... — Ей же срочно надо зайти, сейчас упала Северная башня и ее может накрыть обломками! — Встревоженно залепетала девушка, вскакивая со свого места. — Поздно... Слишком поздно... — Тихо произнес Билл, с грустной улыбкой. — Что? Может повторить пожалуйста. — Спросила девушка, присаживаясь на стул. — Ее уже не спасти, как и моего брата. — Оу... Я вам очень сочувствую...Даже не знаю, что сказать... — Девушка опустила голову вниз, закрыв свое лицо копной рыжих волос. Парень поднялся со стула, подошёл к Биллу и приобнял его за плечи. — Знаешь, я думаю нам стоит остаться. Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось. — Сказал парень, от чего Билл оторопел. Он мельком взглянул в его глаза и заметил в них такой родной блеск, но посчитал, что это просто глюк. — Спасибо...— Билл обнял парня в ответ, после чего девушка присоединилась к ним.

***

2 года спустя. — Дженни, ты готова? — Сэм стоял за дверью в комнату, ведущую к гримерке, в которой в данный момент Билл старательно вырисовывал стрелки Дженнифер. — Она скоро выйдет! Не мешай! — Раздражённо бросил Билл, возвращаясь к своему делу. — Мне уже начинать ревновать? — Спросил Сэм, заливаясь смехом. Спустя еще пару минут из-за двери появилась счастливая Дженни, в прекрасном наряде, состоящем из блестящих штанов клеш, черного топа и короткого блестящего пиджака поверх, рыжие волосы были собраны в неаккуратный низкий хвост, а на лице красовался великолепный макияж, созданный наверняка профессионалом. За ней вышел Билл, с выражение облегчения на лице. Его волосы лежали на плечах и спадали на простую тёмную футболку, на его джинсах как всегда находился кожаный ремешок с массивной пряжкой. — Пошлите к сцене, до выхода осталось 10 минут. — Чем приобнял девушку, и они дружно направились к сцене. — Я ненадолго отлучусь. На концерт не опоздаю, не боитесь. — Крикнул Билл, убегая в сторону своей гримерки. — За одно найди Хайди, ее как-то долго нет, а без гитариста мы не сможем начать концерт. — Засмеялся вслед Сэм, после чего он подхватил Дженни на руки и под ее вопли пошел к сцене.       Билл бежал по коридору, стараясь сдержать слезы, которые вот-вот наровили политься из глаз, и испортить, только что нанесенный макияж. Забежав в долгожданную гримерку и захлопнув дверь, он обнаружил там Хайди, которая молча рассматривала фотографию, на которой были запечетлены Билл, Том и Эмили, буквально за неделю до катастрофы. Он затаил дыхание и тихо подошел к ней. — А я ведь знала его... — Заговорила девушка, нарушая тишину, — я думала он сбежал от меня. Мы так долго встречались, а потом раз... И ничего не слышно... Он ведь твой брат? — Хайди повернулась к Биллу, смотря ему прямо в глаза, нет, смотря прямо в душу. — Да... — А девушка рядом с ним? Его девушка? — Нет... Она м-моя девушка... Вернее была ей... — А что случилось? — Наивно спросила Хайди, видимо надеясь, что услышит что-то иное, кроме как: — Она умерла... Как и Том... — Я сожале... — Не стоит. Я уже почти пережил это, но... Сегодня ее день рождения и именно в этот день все накатывает с новой силой... Она просила не переживать, не реветь и не накладывать на себя руки из-за нее. Первые дни было совсем тяжело, но Сэм и Дженни пошли вовремя... — А я все это время гневилась на Тома...Боже..— Девушка уронила голову на руки и тихо заплакала. Сердце Билла сжималось от этого, хотелось достать Тома за шкирку с того света, чтобы он смог хотя бы поговорить с ней. Хотя... В каком-то смысле ей повезло... Она не слушала последние слова любимого человека, зная что его никто не спасет, и что он умрет через несколько минут, и ты даже не можешь оказаться рядом с ним... Билл подошёл к девушке и приобнял ее. Слов утешения не находилось, да и они были бы бессмысленны сейчас. — Слушай, я... Думаю они были бы счастливы, что у нас все хорошо. Нет, я уверен в этом! Ребята нас ждут, пошли? Пусть у них будет повод гордиться нами. — Билл взял руку девушки, и медленно повел ее к выходу. Когда Хайди вышла, он последный раз взглянул на фотографию и позволил одной слезе скатиться по его щеке, он захлопнул дверь, оставляя эту фотографию и все что с ней связано в прошлом, но все равно в его душе осталась одна дыра, пустое место, которое теперь уже ничем не закрыть.