All i need

Джейс следовал за Виктором. Молча и не спеша. Наблюдал, как трясущиеся руки пытаются вставить ключ в замочную скважину. Пара оборотов и дверь открыта. Всё это так неловко и странно. Ещё несколько дней назад Талис даже подумать не мог, что вообще когда-нибудь встретится с бывшим другом, а сейчас он снимает с себя куртку в его тёмной прихожей. Видит его перед собой. Виктор всё тот же. Все его повадки и манеру общения Джейс изучил ещё давно. Прекрасно помнит как Виктор потирает подбородок, задумываясь о чём-то. Как его глаза слегка сужаются, когда он раздражён. Как он никогда не оставляет незавершённых дел, его настойчивость в достижении целей постоянно восхищала, но иногда это превращалось в упрямство. Его привычка торчать в студии до изнеможения волновала Джейса. И все попытки, оставить работу на утро, были бесполезны. Со временем Талис привык и к его остроте слов и любви к замечаниям. Сначала это вызывало у него раздражение, но вскоре он стал воспринимать это как проявление заботы и дружеской близости. Постепенно их беседы становились настоящими обменами идеями, где остроумие Виктора служило катализатором для глубоких обсуждений и переосмыслению своей музыки в целом. Эта уникальная динамика сближала их, и Джейс чувствовал, что именно такие моменты делают их дружбу по-настоящему особенной. Его стиль одежды тоже не изменился. Он всегда предпочитал спокойные цвета, водолазки, рубашки, брюки и конечно, начищенные чёрные туфли. Наверное, дело в том,что Виктор не хотел тратить время на обновление гардероба. Джейс часто шутил над ним из-за этого, говоря: « Ты как будто из шкафа какого-то деда вылез. » И чтобы хоть немного разбавить эти серые краски он дарил ему по праздникам разноцветные носки или футболки с глупыми принтами. И только сейчас Талис понял, что Виктору совсем не нужно ничего менять. Такой классический стиль ему очень идёт. А длинные волосы, собранные в хвост, придавали ему особую элегантность. Чёрная водолазка акцентирует внимание на тонкой талии. Закатанные рукава позволяют увидеть родинки на предплечье и кистях. Кожа бледная, может показаться,что она почти белая. Весь его вид создавал впечатление, будто бы он вышел из старинной картины. Джейс слишком долго пялился на открытую шею Виктора, и дабы не смущать своим взглядом, решил немного осмотреться. Квартира не могла похвастаться какой-то роскошью. Старый ремонт и скромный интерьер отражали душу здешнего обитателя. Никаких лишних деталей. Минимализм в чистом виде. – Пошли. – хрипло сказал Виктор и направился в комнату. Он говорит так спокойно, как будто видит Талиса у себя дома каждый день. Тот, в свою очередь, с большим интересом проследовал за Виктором. Лёгкий творческий беспорядок не удивил Джейса, а даже обрадовал. Как будто снова оказался на их студии. На полу валялись скомканные листы, на столе обстановка не лучше. Виктор сел на стул, достал из под бумаг записную книжку и открыл на странице,где оставил закладку. – Я понимаю, что сейчас не лучший момент, но ты должен взглянуть на это, – он пододвинул записи к Джейсу. Талис пробежался глазами по страницам, перевернул одну, вторую. Слова были знакомы, даже очень. – Ты.. закончил наш старый альбом? – в его голосе слышалался восторг и удивление. Точно, это те самые песни, которые так и не были выпущены. Джейс стал читать внимательнее и всё больше узнавал текста, которые они придумывали бессонными ночами. Его поражало воображение и начитанность Виктора. То как он сочинял стихи, впечатляло до глубины души. – Но я не понимаю, почему ты не выпустил его? – с недоумением произнёс Талис. Виктор задумчиво смотрел в окно. – Я не смог закончить его, а потом.. как-то не до этого стало. – тихо говорил он. В голове всплыли те дни, когда он не мог даже встать с кровати. Не было ни сил, ни желания, ни смысла. Те дни, когда всё, что хоть чуть-чуть напоминало о прошлом, вызывали слёзы, которые он не мог сдержать. Талис продолжал просматривать записную книжку. Было много пустых страниц, на которых изредка появлялись каракули или чёрточки. Но вот он наткнулся на что-то интересное. – Вик, я не помню эту песню, – Джейс посмотрел на Виктора, но он продолжал смотреть куда-то вдаль, игнорируя его слова. Глаза снова сосредоточились на неизведанном тексте. Он не был похож на остальные наработки Виктора. Несколько страниц назад чувствовалась какая-то загадка и ясность в каждой строчке, а здесь всё было как-то спутанно. Множество исправлений и зачеркиваний передавало неуверенность и тревогу. Виктор пропускал все эмоции через музыку, Джейс знал об этом, но такая откровенная грусть была для него в новинку. И почему-то, читая раз за разом припев, он всё больше чувствовал, что как-то замешан в этой меланхолии. Но как только пазл в его голове начал складываться, блокнот исчез из его рук. Виктор выглядел встревоженным. Ни стоило Джейсу лезть туда, куда не просили. Но уже поздно, он всё понял. – Вик.. – он двинулся ближе, но от него отстранились. Виктор нахмурил брови и отложил книжку подальше. – Не зови меня так. – последовал холодный ответ. Он хотел встать, но Джейс помешал этому, и уставился в глаза напротив с настойчивостью, которую невозможно игнорировать. – Не уходи от разговора. Лучше скажи.. – он взглянул на блокнот, собираясь закончить мысль, но не получилось. Виктор не больше не мог держать всё в себе. Так как понял, что терять уже нечего. Вскочив на ноги он быстро осознал, что это действие было глупым. В правую ногу больно стрельнуло, но он продолжал стоять и пытался скрывать физическую боль. Но вот моральную скрывать уже не получалось. – Почему я не могу позволить себе уйти? Ты же так когда-то сделал, – обида сочилась из всех щелей. А и без того маленькая комната,казалось, сужалась всё больше и больше – немного эгоистично с твоей стороны, не думаешь? Настенные часы тикали всё громче. Джейс вздохнул, не зная что ответить. Он понимал, что заслужил эту натацию и готов понести наказание, за ошибку прошлого, в полной мере. – Ну давай, ответь мне. Или проще уйти? Талис печально посмотрел на Виктора. Зная, из-за чего он так говорит, не мог злиться на него. – Я знаю, что ты чувствуешь, – Джейс хотел обнять его, но понимал, что реакция будет не радостной. Но сейчас он нуждался в тактильном контакте как никогда, поэтому попытался положить руку на плечо Виктора. Но тот дернулся в сторону. – Да ты даже представить не можешь , – он опёрся о стол. Нога не выдерживала, а трость стояла позади Талиса – мы всегда шли с тобой бок о бок, но в итоге я здесь, а ты на билбордах. Зависть первой подкралась со спины и нашептывала все самые обидные мысли. – Но ведь, никто не мешал тебе подписать контракт со мной – напомнил Джейс, а в ответ лишь нервный смешок. Он снова задел за живое? "Язык мой - враг мой" как говорится, и Талис повторял эту фразу в своей голове постоянно. – Спустя столько лет ты всё ещё меня не понял. Я разочарован, – Виктор начал чаще моргать, – ты вообще помнишь, что я сказал тебе тогда? Его голос содрогнул. Дыхание стало чаще. Всё как в тот вечер. Виктор не хотел чувствовать это снова. Но успокоиться не получалось. – Мне казалось, что ты думаешь как я. Что ты хочешь того же, что и я, – произнёс Джейс. Виктор опустил голову и прикрыл глаза рукой. Нога пульсировала, в голове каша, глаза щиплет . Тяжело составить язвительный и остроумный ответ в таком состоянии. – Мне были не нужны контракты и продюссеры, – он хлипнул носом. Слова застряли в горле и больно царапали внутренности. – Мне был нужен ты. Он был на пределе. Вот вот рухнет на пол, но теплые руки обхватили его талию. Виктор быстро поднял голову и встретил ласковый взгляд жёлтых глаз. – Наконец-то я это понял. Жаль, что так поздно, – он улыбнулся и стало спокойнее. Виктор почувствовал слёзы на своих щеках. Осторожно положил руку на шею Джейса, чтобы убедиться не галлюцинация ли он. – Мне не хватало тебя, Виктор – он слегка наклонил голову. Они пару секунд простояли молча, собираясь с мыслями и наслаждаясь зрительным контактом. Виктору хватило бы и этой простой тишины, которая больше никак не напрягала. – Ты сможешь простить меня?– с какой-то неуверенностью спросил Талис. Виктор знает что будет дальше, ведь уже слышал этот вопрос в своих снах тысячу раз. Но впервые это происходит по-настоящему, – мы можем начать всё заново? Он ощутил, как его страхи и сомнения начинают рассеиваться, оставаясь где-то далеко. Виктор обнял Джейса как можно крепче. Обхватив его шею руками и уткнувшись носом в плечо, им овладело странное чувство нежности и спокойствия. Закрыв глаза, Виктор наконец-то позволил себе расслабиться. *** Джейс набросал на бумаге табулатуру и, не боясь разбудить соседей, принялся дёргать струны гитары. Виктор сидел рядом и что-то чёркал в блокноте, добавляя или убирая слова. Они внегласно договорились не вспоминать то, что случилось несколько минут назад. Сделали вид, что никогда и не расставались. Оба старались не думать о том, как все изменилось, и сосредоточились на создании новой песни. Каждый аккорд был как шаг к прощению, а слова, которые Виктор писал, становились их общим манифестом. Талис не хотел, чтобы это прекращалось, но что-то интересовало его больше, чем их новые совместные наработки. Он затих и Виктор, хоть и не сразу, но заметил его задумчивый взгляд. – Почему ты остановился? – с любопытством спросил он. Джейс помотал головой. Всё наконец-то утихамирилось, Виктор снова рядом с ним и они вместе занимаются любимым делом. Портить такую атмосферу совсем не хотелось, но любопытство съедало его изнутри. Но Виктор читал его как открытую книгу. – Я знаю, что значит этот взгляд. Говори. Его голос звучал твёрже. Талис не мог проигнорировать его и замять этот вопрос. – Я хотел бы услышать ту песню, – собравшись с духом произнёс он. Талис пододвинул к себе записную книжку и, пролистав несколько страниц и остановился на одной из них. Виктор вздохнул, ведь вновь увидел знакомые строчки. Он надеялся, что Джейс забыл об этой несчастной "композиции". Он как будто снова погрузился в тоску, которую чувствовал на протяжении нескольких лет. – Она настолько понравилась тебе? Талис кивнул и, улыбаясь, протянул гитару Виктору. – Не думаю, что получится хорошо. Я давно не репетировал – взяв инструмент, сказал он. – Я уверен, что мне понравится – поддержал Джейс, его глаза светились. Виктор колебался. Крутил колки, проверял строй, вспоминал аккорды. Но в конце концов пришлось начать играть. Виктор старался не брать высокие ноты голосом. Боялся, что не получится. Да и раньше, он не особо любил свой фальцет, поэтому старался всячески избегать его. Джейс сидел не шевелясь, стараясь вслушиваться в каждый звук. Виктор был напряжён и это ощущалось во всём. В его игре, тихом голосе, мимике чувствовалась скованность. Талис слегка нахмурился, когда начался припев. В исполнении Виктора он звучал куда грустнее, чем на бумаге. Джейс видел в этой песне что-то особенное и интересное. В голове отмечал пустые моменты, которые можно чем-нибудь заполнить или вовсе изменить. Это то, что он давно не испытывал, а именно интерес к музыке. Он пробудился только когда Джейс оказался рядом с Виктором. Прошло три минуты и последний удар по струнам стих. – Это потрясающе, – незамедлительно произнёс Талис – ты должен выпустить её! – Джейс, – Виктор слабо улыбнулся – мы должны.