Равноценное предложение

– Хватит дурацких тестов и прочих полумер! Предлагаю смахнуться сразу за все места в десятке: командный поединок! – кричал Сома в лицо директору Адзами сквозь шум лопастей вертолёта. Директор устало выдохнул: этот сгусток подросткового максимализма по имени Юкихира Сома уже порядком достал его. А ведь сейчас ещё лететь на деловую встречу... – Это глупо даже для тебя, – Адзами Накири надменно и скучающе обвёл взглядом своего собеседника, а также потерявших дар речи студентов за спиной докучливого мальчишки. – Если хочешь договориться, – продолжил директор, – Предложи мне равноценную ставку. Он намеренно выдержал паузу, тем самым подчёркивая, что пареньку нечего сказать в ответ, и наконец отмер, развернувшись лицом к своему частному вертолёту. Мужчина успел сделать несколько шагов и уже почти зашёл в транспорт, дав отмашку ждавшему приказа помощнику, однако, сзади вдруг послышался до боли знакомый голос: – Да ладно тебе, Накамура! Не говори так с моим любимым сыном! Обманчиво-неохотно повернув голову, директор встретился глазами с собственным прошлым: Джоичиро Юкихира стоял в самом центре группки ребят и хитро улыбался, положив руку на голову Соме. Последний, кстати, состроил такое лицо, словно увидел привидение. Да и остальные присутствующие выглядели очень удивлёнными. «По крайней мере, не только меня здесь застали врасплох» – проскочило в голове у нынешнего директора академии, хотя его лицо по прежнему не выражало ничего, кроме холодного безразличия. С трудом отлипив взгляд от человека, которого он жаждал увидеть столько лет (и который в данный момент откровенно потешался над собственным сыном), Адзами различил на фоне ещё одного нежданного гостя - Сэндзаэмона Накири. Не столько из-за интереса к неожиданной встрече, сколько из-за желания её поскорее закончить, нынешний директор всё-таки развернулся лицом к собравшейся публике, показывая, что готов их выслушать. – Накамура, мне нравится идея Сомы. Почему бы тебе не согласиться? – прямо спросил Джоичиро. – Сайба-семпай... Неужели ты не понимаешь? – чуть ли не скривился Адзами, – Вам просто нечего предложить, чтобы поединок того стоил! – Даже если в случае проигрыша я стану одним из твоих "слуг"? Здесь ледяное спокойствие директора дало трещину: от такого заявления его глаза еле уловимо, но всё же резко, расширились, а на дне зрачков начала сгущаться тьма. Все рациональные мысли вдруг вымело из головы. Адзами быстро вернул прежнее выражение лица, и попытался подавить другие внешние реакции, в том числе подрагивающие руки. Однако, его несколько неловкий жест был воспринят как просьба говорить точнее. – Я отброшу все свои убеждения, и буду работать на тебя, безоговорочно подчиняясь, чтобы помочь добиться цели, что ты поставил перед собой, – продолжал Джоичиро, – И, конечно же, свой ресторанчик я тоже закрою. По крыше пронёсся коллективный удивлённо-обречённый вздох. – Ты сейчас серьёзно? – поражённо уточнил Адзами, когда наконец вернул себе способность ясно мыслить. Вообще-то, директор точно знал, что всё сказанное является правдой, слишком уж прямолинейный характер имел его оппонент. Ложь – точно не его метод. Однако, Сайба говорил всё это так легко и непринуждённо, словно речь шла о списке покупок, а не об отказе от собственного образа жизни и мышления. Даже у такого человека как Адзами Накири невольно вырвался участливый вопрос. – Да, я серьёзно! – было ему ответом. «Идёт!» – хотел было с мрачным удовольствием воскликнуть директор и тут же начать планировать свою победу, но... что-то его остановило дать согласие. Адзами замолчал, вдумчиво разглядывая решительно настроенного Юкихиру (и его уменьшенную копию рядом). Все замерли в ожидании. Несмотря на шум от вертолёта, окончательно обескураженные студенты слышали только абсолютный вакуум в своих головах. – Ты затронул очень щепитильную для нас обоих тему, – медленно начал директор Накири, смотря Джоичиро прямо в глаза, – Не против ли ты, в связи с этим, обсудить кое-что наедине? Только между нами? – закончил он фразу на лёгкой улыбке. Юкихира-старший сначала недоверчиво нахмурился, но в следующее мгновение уже вернул себе своё обаятельно-легкомысленное выражение лица: – Да не вопрос, дружище, давай отойдём! Мазнув рукой по волосам в попытке придать им подобие порядка, Джоичиро бодро зашагал к огороженному краю крыши, подальше от детских любопытных ушей. Накамура ушёл за ним, не оглянувшись ни на кого другого. Этот разговор был долгим. В ушах у Сомы ревел вертолёт. За его спиной Эрина что-то втолковывала своему деду, Такуми и Мэгуми тоже шумно переговаривались, однако Юкихира-младший не обращал на это никакого внимания. Рефлекторно он весь обратился в слух и всё надеялся понять: о чём же говорит отец с этим напыщенным ублюдком? Сома ловил каждый жест, каждое движение, даже силился читать по губам, но всё без толку. Он только заметил, что взгляд отца постепенно становится всё серьёзнее, а вот с лица нынешнего директора не сходит еле заметная улыбка. Этот обмен ролями выглядел очень непривычно, неправильно, и оттого даже жутко. Устав пытаться разгадать эту загадку, парень уже хотел отвернуться и влиться в диалог товарищей, но неожиданно мужчины замолчали, выжидающе глядя друг на друга. Сома тоже застыл в напряжённом ожидании. Наконец, Джоичиро резко кивнул, и Адзами, улыбнувшись ещё чуть шире, направился к вертолёту. Старший Юкихира дождался, пока эта машина адских звуков наконец отлетит от посадочной площадки, и только потом направился к сыну и остальным. – Пап, ну что? Что он тебе сказал? Всё в силе? Когда первый бой? – накинулся с вопросами Сома, демонстрируя, что готов начать прямо сейчас, если надо. Но отец только ободряюще улыбнулся и снова потрепал Сому по голове: – Не, малец, поединка не будет. – Что-что?! – воскликнула вся крыша в один голос. – Ну да, он сдался без боя, – весело развёл руками Джоичиро, – Видал насколько твой батя крут? – подмигнул он лично Соме. – Подождите-подождите! Он не мог так просто всё оставить! – запротестовала Эрина, – Отец всегда получает то, что хочет, любыми методами! Он бы не согласился на мир и дружбу! – Я согласен с внучкой, – вмешался престарелый бывший директор, – Ты чего-то недоговариваешь нам, Сайба. – Ну да, он не совсем сдался. Нельзя же сдаться в том, что не успело начаться? – Джоичиро отвёл взгляд в небо, – Просто мы решили уладить всё словами: поговорили по душам, разрешили некоторые старые проблемы, вспомнили былые деньки. Он признался в каком именно моменте прошлого задался своей нелепой целью, я извинился, что пропал так надолго... Вот и всё. – Бать, ты сейчас серьёзно победил злодея силой дружбы? Мы что, в детском аниме? – усмехнулся Сома. – И что он собирается предпринять дальше? – старик Сэндзаэмон скрестил руки на груди. – Ну, вроде он хотел принести официальные извинения всем, кто так или иначе пострадал от его действий, – Джоичиро хоть и обнимал сейчас сына одной рукой, однако вопрос его решил проигнорировать, отдав предпочтение бывшему директору, – Ещё он сказал, что заключит несколько выгодных контрактов через связи академии, а потом уступит директорскую должность обратно вам. – Не верю... Вы заставили его уйти? – чуть ли не плача спросила Эрина. – Вы что, волшебник-миротворец? – скромно улыбнулась Мэгуми. – Старый директор возвращается, ура!!! – радостно прокричал Такуми Альдини. – Вы кого сейчас назвали старым, юноша?! – Ты действительно способен на невозможное, пап, – прошептал Сома, наблюдая за шутливой перепалкой главы дома Накири и первогодки-итальянца. – А ты чего, расстроился что ли? – Джоичиро развернул парнишку к себе лицом, – Да забей ты на этот чёрно-белый кусок сноба! Не с ним же нам предполагалось соревноваться? – Что ты имеешь в виду? – Пускай Накамура и осознал что-то там, и отступил с вашего пути, но у его взглядов всё ещё остаются приверженцы. Вся элитная десятка сейчас действует против вас, не говоря уже обо всей остальной академии! Вам нужно будет заново доказать всем, что ваше искусство столь же достойно на существование! – провозгласил Юкихира-старший, подняв кулак. – Да! – счастливо ответили ему другие студенты. – Точно! А ведь ты прав, бать. Ну всё, я воспылал заново! – Сома вскинул кулак, вторя жесту отца. Ученики снова слетелись в тесный кружок, радостно переговариваясь, и даже увлекли старика Накири в своё оживлённое обсуждение. Всей толпой они постепенно двигались к лестнице, однако Сома, почувствовав, что отец не идёт следом, обернулся. Мужчина стоял на том же месте, наблюдая за ними и всё так же улыбаясь. Только вот улыбка эта была какая-то печальная (что заметить просто нереально, если ты, конечно, не его родной сын). – Пап? Что-то не так? – недоумённо спросил младший Юкихира. К счастью или к сожалению, никто, кроме самого Джоичиро, этого вопроса не услышал. – Да вот, проблемка небольшая, – Сайба преувеличено комичным движением почесал свой затылок, – У меня сегодня есть ещё кое-какие дела. Так что праздничная пьянка переносится на завтра. Сома с облегчением рассмеялся: – Ну мы, короче, начнём без тебя, а ты к утру подтягивайся! – Договорились! Думаю, к утру точно буду, – заверил он сына, и, в подтверждение своих слов, показывал большой палец до тех пор, пока Сома не ушёл за дверь, ведущую на лестницу. Только тогда Джоичиро позволил своей вечной улыбке сойти с лица и задумчиво оглянулся на то место, где стоял вертолёт.

_______________________

Это был какой-то дохрена пафосный отель, чудом затесавшийся между гор. «Ну, ничего другого и быть не могло» – горько усмехнулся Джоичиро Юкихира, пока, задрав голову, рассматривал высокое здание, сверкающее на фоне ночного неба. Зайдя внутрь, мужчина сразу двинулся к ресепшену. Он ещё даже не успел привлечь внимание стоявшей там сотрудницы, как словно из ниоткуда появился тот светловолосый помощник, что терпеливо дожидался Адзами Накири у вертолёта, и предложил следовать за ним. Джоичиро сразу двинулся в указываемом направлении, не проронив ни слова. Забравшись на какой-то до нелепого высокий этаж, они вышли из лифта и долго шли по богато украшенному коридору, который довольно скоро начал казаться бесконечным. Наконец, помощник Адзами остановился у большой двустворчатой двери, дождался, пока Джоичиро его догонит, поклонился ему, и пошёл в обратном направлении, оставляя Юкихиру в одиночестве напротив этих золотых ворот. Джоичиро стоял перед стеной золота и просто пялился на неё. То ли искал дверной звонок, потому что не хотел стучать по дорогому материалу, то ли пытался понять как снимаются золотые панели и можно ли пронести их под курткой. «Чёрт, здесь же наверняка куча камер. А я уже начинаю выглядеть подозрительно» – пронеслось у него в голове. Наконец, собравшись, он постучал и сразу же вошёл, не дожидаясь разрешения. Внутри было темно, но света луны из окон было достаточно, чтобы не споткнуться обо что-нибудь. Юкихира сначала замер на пороге, размышляя что делать дальше, а потом, словно разозлившись на самого себя или на негостеприимного хозяина номера, начал запальчиво открывать все двери и оглядывать каждое помещение. Его поиски быстро увенчались успехом: из-под одной из дверей просачивался слабый свет. Джоичиро остервенело распахнул её – так, что она ударилась о стену – и сердито прошёл сразу на середину комнаты. Поскольку всё внимание здесь привлекала огромных размеров кровать, Юкихира направился сразу к ней. Сел на край, уперев локти в колени, и смотрел сторого вниз, на пушистый ковёр, так ничего и не сказав вслух. Адзами Накири, сидящий за небольшим столом почти напротив кровати, тоже ничего не говорил, хоть и не сводил глаз с Юкихиры. А ещё одухотворённо улыбался, гад. Заметив это, и решив, что он ничем не хуже, Джоичиро выпрямился и тоже уставился на человека напротив. Адзами был при полном параде: мало того, что в костюме-тройке, так ещё и в пальто и перчатках. Юкихира уже хотел что-нибудь съязвить по этому поводу, но осознал, что и сам сидит в куртке и шарфе. Скинув куда-то в сторону верхнюю одежду и обувь, он забрался на приличной высоты матрас и вытянулся поперёк кровати, теперь глядя в потолок. Его уже начинало бесить это бездействие и безмолвие, но Юкихира сразу понял, что Адзами специально его раздражает – ещё со школьных времён ведь знал, что Джоичиро не из тех людей, кто может смолчать или усидеть на одном месте. – Если б я знал, что все твои издевательства заключаются в простой игре в молчанку, то позвонил бы тебе по телефону, а не ехал в такую даль, – наконец не выдержал Юкихира. Адзами позабавленно хмыкнул. – Если передумал, то так и скажи. Обещаю, плакать не буду. – Нет-нет, что вы. Приношу свои извинения, Сайба-семпай, я просто засмотрелся. Юкихира с напряжённой улыбкой закатил глаза, однако ничего на это не ответил. Второй мужчина, тем временем, встал из-за стола, медленно снимая чёрное, как ночь за окном, пальто. Кожаные перчатки он постарался снять побыстрее, видимо, всё же сжалившись над нетерпением своего семпая. Чуть ослабив галстук на смольно-чёрной рубашке, он наконец приблизился к Юкихире. – Вы сами-то не передумали? – осведомился Адзами, начав неспешно расстёгивать пуговицы своего жилета. Ответом ему был долгий, чуть ли не оскорблённый взгляд прямо в глаза. – Только не надо сейчас строить из себя жертву, мой дорогой Сайба. Вы сами согласились потерпеть всё, что мне угодно, всего на одну ночь, вместо подчинения на всю оставшуюся жизнь. К тому же, я ведь вас не осуждаю. Я бы, наверно, тоже не стал рисковать такой карьерой, – рассуждал Адзами, педантично складывая жилетку строго по вышитым строчкам. – Риск для меня не проблема, ты же в курсе. Но... глупо было бы лишиться будущего не только для себя, но и для сына, и для всех его ровесников. Дети не должны расплачиваться за ошибки взрослых, – Юкихира сел, скрестив ноги под собой, и всё ещё смотрел Накири в глаза, намекая тому на его собственную дочь. – Очень трогательно, семпай, я всегда знал, что вы идеалист и романтик, – с заносчивым снисхождением улыбнулся Адзами, пытаясь справиться с запонками на рубашке. – Просто скажи уже что мне сделать, и покончим с этим побыстрее. Ты ведь эту фразу ждал от меня? – нашёл повод для подколки Юкихира. – Пока что расслабься и получай удовольствие, остальные приказы я отдам позднее, – издевался в ответ Накири, закатывая рукава, – Хотя... пожалуй... – он спрятал руки за спину и стал разглядывать потолок, разыгрывая задумчивость и специально оттягивая время. Вернув взгляд на Джоичиро, он жестом попросил его повернуться спиной. Тот саркастично поднял брови, но всё же молча выполнил просьбу, просто приподнявшись на руках не меняя позы. Сначала Адзами нарочито медленно стянул с Юкихиры футболку, и, отбросив её, слегка зарылся носом в отросшие до плеч волосы, не совладав со своим уже давно тлеющим искушением сделать это. Затем, он осторожно положил ладони на плечи сидящего, и плавно повёл вниз, исследуя пальцами контуры развитых мышц. Вслепую найдя чужие запястья, он завёл их мужчине за спину. А потом, резко сорвав с себя галстук, Адзами ловко и прочно связал им эти самые руки. – Не вздумай порвать, – проверяя галстучный узел, шепнул он на ухо свой первый приказ. Накири отступил на шаг, чтобы полюбоваться созданным зрелищем. Однако Джоичиро не стал сидеть спокойно и, бубня себе под нос ругательства, пытался снова развернуться лицом к собеседнику. У него довольно быстро это получилось: – Мог бы и протянуть мне руку помощи, – весело скаламбурил он, шутливо упрекнув Адзами. Директор академии проигнорировал шутку, разглядывая лицо напротив. По всей видимости, снова размышляя над чем-то. – И вот ещё что, – снова начал Накири с едва заметной улыбкой, – Замолчи-ка. Совсем. Юкихира комично открыл рот, потом, передумав, закрыл, театрально состроил страдальческое лицо, мол, «как ты мог на святое-то покуситься?», но, в конце концов, он бодро кивнул, соглашаясь, и вернул на лицо прежнюю невозмутимость. – Прекрасно, – прошептал Адзами, имея в виду то ли их соглашение, то ли то, что сейчас видел перед собой. Плавно приблизившись, директор в лёгком наклоне аккуратно взял в ладони лицо, обрамлённое длинными локонами волос. Его улыбка из еле видной и холодной наконец стала похожа на человеческу, а в глазах проглянулась искренность и какое-то благоговение. Джоичиро хоть и не слабо поразился такому зрелищу, но всё же дружелюбно улыбнулся в ответ. Но вдруг его шею резко и больно сдавила бледная рука, слегка приподнимая его за голову – дыхание сбилось из-за внезапной нехватки кислорода, и, в довершение ко всему прочему, рот ему перекрыли грубым поцелуем. Повалив Джоичиро навзничь, Накири ещё больше углубил поцелуй, до сих пор сдавливая чужую шею. В глазах уже темнело. Из горла Юкихиры вырвался болезненный хрип, и Адзами, который видимо этого и добивался, в тот же миг прекратил его душить и неохотно оторвался от чужих губ. Дав пару мгновений передышки, Накири снова набросился на него, жёстко целуя. Юкихира рефлекторно замотал головой, невербально прося дать ему ещё немного времени на восстановление дыхания. Адзами, кажется, понял его и спустился поцелуями на шею, хотя, им, скорее всего, двигало не милосердие, а стремление оставить на загорелой коже как можно больше следов и синяков. Просто назло. Всё ещё тяжело дыша, Юкихира попытался немного приподняться на постели, чтобы положить поудобнее связанные руки, на которые он не слишком удачно приземлился. Но, кажется, его поняли неправильно – Адзами резко вцепился ему в плечи и сильнее вдавил в кровать, ещё и прикусив местечко под подбородком в отместку за попытки сопротивления. Скорее всего, особенно яркий, почти кровавый засос останется там на две недели минимум. – Неужели не нравится? – спросил Накири с наигранным беспокойством, – Или тебе просто не хочется потом оправдываться перед своим очень умным сыном? Юкихира стойко принял эту издёвку, не выказав никакой реакции. Адзами снова припал к губам Джоичиро, оперевшись руками на голую загорелую грудь. Он любовно огладил выступающие ключицы, мысленно обещая себе тоже раскрасить их засосами. Юкихира тихо застонал, но не из-за поцелуя, а из-за того, что бледные руки, блуждающие по его груди, были жутко холодными. Адзами, приняв этот стон на свой счёт, попытался разжать чужие губы и проникнуть языком внутрь. Юкихира сжал губы сильнее и не позволил этого манёвра. За такое неповиновение ему прикусили нижнюю губу до кровавого привкуса, и пришлось позволить директору добиться своего. Полностью исследовав рот Джоичиро языком, Адзами оторвался от него перевести дыхание, а затем перелёг чуть ниже, встречаясь губами с желанными ключицами. За попытками стряхнуть волосы, лезущие в глаза, а также пытаясь абстрагироваться от дискомфорта неудобного положения и связанных рук, Юкихира не заметил как ширинка его джинс вдруг оказалась расстёгнута. Всё ещё холодная белокожая рука немного сжала его член сквозь бельё, и Юкихира рвано выдохнул, потеряв невозмутимое выражение лица. Адзами, только этого и выжидавший, наградил его взглядом победителя и, устав от нежностей, полностью стянул с него штаны и бельё одним резким движением. Отбросив одежду в неизвестном направлении, Накири сел мужчине на бёдра и заключил в кулак его полувставший член, второй рукой безотчётно сжав одну из половинок груди. Джоичиро крупно вздрогнул с почти что вскриком, потому что на самом чувствительном месте чужие руки казались просто ледяными. Кулак начал размеренно двигаться вверх-вниз, постепенно набирая темп. Без всякой смазки это приносило больше мучения, чем удовольствия, но, судя по мрачному удовлетворению на лице Адзами, он именно так и планировал. Он самодовольно наблюдал за метаниями Юкихиры – как его лицо сменяет все выражения от удивлённого до болезненного, как его тело то хочет уйти от касаний, то наоборот ищет их и пытается продлить удовольствие, как по его коже идут крупные мурашки, как он закусывает уже прокушенную в поцелуях губу и на ней снова собираются бисеринки крови. Движению бледной руки вторили рваные выдохи, звучащие в унисон. Убрав руку с уже полностью вставшего органа, Адзами полез в карман своих чёрных брюк, и извлёк из него одноразовый пакетик смазки. Вылив всё на свою ладонь и даже не удосужившись хоть немного погреть жидкость в руке, он продолжил прерванное занятие. Ускорив движения, второй рукой Накири непреднамеренно теребил чужой сосок, удачно оказавшийся между пальцами. Теперь Юкихира постанывал от приятных ощущений, а не от дискомфорта. Внимательно наблюдая за выражением лица своего семпая, Адзами ещё немного ускорился, а затем за долю секунды до боли пережал член у основания, обрывая удовольствие на самом краю разрядки. – Вот же чёрт! – задушенно выдохнул от неожиданности Джоичиро. Он зажмурился, от боли даже глаза заслезились. Внезапно, в довесок, одну из щёк ему обожгло звонкой пощёчиной. Юкихира, вернув голову на место, ошарашенно открыл глаза. – Я знаю, что вы очень любите нарушать правила, семпай, – тихо вымолвил Адзами, нежно гладя ту щёку, по которой ранее ударил, – Однако сейчас вам ничего не сойдёт с рук. По второй щеке тоже прилетел удар. В этот раз Юкихира его видел, и сумел сохранить нейтральное выражение на лице даже в момент боли. Видимо, окончательно потеряв самообладание, Адзами поднялся и буквально выволок Джоичиро с кровати, заставив встать на ноги. На некоторое время, мужчины, стоя в полный рост, замерли в сантиметре друг напротив друга, тяжело дыша. Лицо Адзами Накири снова застыло в ледяной ярости: – На колени. Джоичиро как будто замялся от этих слов – резко выдохнул, слегка нахмурился, бросил взгляд то в сторону, то на пол. Но потом всё же медленно опустился на ковёр, пристально смотря глаза в глаза, и напряжённо замер. Адзами решил не прерывать эту игру в гляделки. Только усмехнулся и стал наощупь расстёгивать брюки. Вытащив член, он сдавил челюсть Юкихиры, насильно заставляя открыть рот. Сайба всё-таки вобрал член в полость рта, однако никаких дальнейших действий предпринимать не спешил. Накири, поняв что всё придётся делать самому, ничего по этому поводу не сказал. Сделав надменно-снисходительное лицо, он положил одну руку Юкихире на затылок, слегка запутав пальцы в отросших волосах, и начал вбиваться в горло крупными и частыми толчками, иногда дёргая за волосы для изменения угла наклона. Вторую руку он положил ему на скулу, чувствуя самого себя сквозь тонкую кожу щеки. Юкихира на чистом упрямстве не издал ни звука, и вынужденно расслабил горло, чтобы не закашляться или ещё чего похуже. Его глазам мешали слёзы и собственные длинные волосы, а нос иногда задевала расстёгнутая молния на брюках, однако он гордо продолжал смотреть снизу вверх в чёрные бездны. Обладатель бездонных глаз тоже не сводил с него взгляда и издавал протяжные низкие звуки удовольствия. Насколько Юкихира мог прикинуть, вряд ли было так уж физически приятно просто вбиваться в рот безучастного к этому человека – судя по всему, Адзами наслаждался самим фактом происходящего. Внезапно Накири особенно сильно потянул его голову на себя, и Джоичиро случайно сомкнул зубы. За это ему в скулу прилетела уже не пощёчина, а удар кулаком с размаха. Джоичиро упал на пол, отплёвываясь от крови из носа, но поднятся уже не смог – связанные руки лишали этой возможности. Он предпринял ещё пару попыток это сделать, опираясь то на одну, то на другую ногу, но в голове гудело так, чувство равновесия постоянно ускользало от него. Наконец он поднял сердитый взгляд на Адзами. Тот, скрестив руки на груди, со скучающим видом наблюдал за всеми его тщетными усилиями. Он взглядом указал Юкихире на постель: – Не можешь встать – ползи. Джоичиро прекратил трепыхаться, и просто вытянулся на полу, всем своим видом отказываясь от предложенной затеи. – Мда, а ведь ещё обещал беспрекословно подчиняться, – с глумливой улыбкой закатил глаза Накири, – Ну как хочешь, оставайся на полу. Директор споро расстегнул свою рубашку и отбросил её с сторону. – К тому же, я так и знал, что надолго тебя не хватит. Ещё даже суток не прошло! А ты хотел пообещать мне всю оставшуюся жизнь. Теперь понимаешь? С моей стороны было бы форменным идиотизмом поверить в это. С каждым сказанным словом он подходил всё ближе к лежащему Юкихире. Договорив, он остановился у его головы, а затем низко наклонился, словно рассказывая тайну: – Однажды я уже поверил тебе. Поверил в тебя. Больше я такой ошибки не совершу. Размеренным шагом Адзами обошёл его кругом, откровенно любуясь телом перед собой, и остановился уже у чужих ног. – Но, всё-таки надо признать, ситуация опять разрешится в твою пользу. Тебе просто повезло, что я всё ещё считаю тебя идеалом, – сказал Накири уже чуть громче, – Впрочем, тебе всегда везёт. Быстрыми и точными движениями Адзами опустился вниз и перевернул Юкихиру на живот. Последнему выбило весь воздух из груди и на секунду потемнело в глазах. Сев на пол и с ловкостью фокусника вытащив из брюк ещё один пакетик смазки, Накири вылил её себе на руки и немного на поясницу Юкихиры, и, расположив поудобнее чужие ноги, без всякого предупреждения проник в него пальцем. Джоичиро издал болезненный стон почти перешедший в крик, но успел заглушить самого себя, быстро спрятав лицо в длинном ворсе ковра. Он изо всех сил старался не дёргаться и вообще не шевелиться, чтобы не усугубить своё положение. Накири, тем временем, не церемонясь, сразу протолкнул палец ещё глубже, тут же начиная двигать им. Другой рукой он царапал спину Джоичиро, на которую опирался, возможно в непредумышленном напряжении, а возможно и в стремлении доставить как можно больше боли. Дождавшись, когда два пальца не будут встречать сильного сопротивления мышц, Адзами собрал немного оставшейся смазки со спины Юкихиры, и нетерпеливым движением распределил её по своему члену. Он резко вытащил пальцы и, не особо пристраиваясь, сразу же заменил их членом. Сейчас Джоичиро уже не смог заглушить вырвавшийся крик боли, слёзы буквально брызнули из глаз. Накири, не удостоив это своим вниманием, продолжил давить и проникать дальше. Дойдя до конца, он всё-таки ненадолго замер, давая Юкихире передышку – слегка огладил волосы, убрав их с чужого лица, провёл рукой по сильной спине, очерчивая собственноручно оставленные там царапины, довёл ладонь до одной из ягодиц, чуть сжав её. Затем, поменяв точку опоры, Адзами обеими руками огладил донельзя напряжённые плечи Юкихиры, а потом и вовсе развязал его запястья. «Вот уж действительно чёрно-белый человек...» – вспомнилось Юкихире старое школьное прозвище Накамуры от сильно противоречивых действий последнего. Словно вторя мыслям Джоичиро, Адзами снова предпринял следущий шаг резко контрастный предыдущему: внезапно начал размашисто и часто двигаться внутри. От неожиданности Юкихира чуть не ткнулся лицом в ковёр, но вовремя опёрся на руки перед собой и сильнее прогнулся в спине, попытавшись найти нужный угол. Накири не обращал на шевеление под собой никакого внимания и самозабвенно вбивался в мускулистое тело, держась за тазовые кости. Юкихира старался поймать инерцию его движений, слегка подмахивая бёдрами, но тут член внутри проехался по нужной точке. Джоичиро крикнул что-то нечленораздельное, вздрогнул и сжался, выбивая из Адзами особенно громкий стон. Великодушно решив и дальше целиться точно в центр удовольствия, Накири поудобней перехватил Джоичиро под живот, и опустил вторую руку ему на член, надрачивая синхронно со своими толчками. Юкихира застонал на октаву выше обычного, сжал руки в кулаки, загребая целые пучки ворса, и в следущую секунду уже охотно подстроился под темп, навязываемый ему с обеих сторон. Рассудив, что они оба уже близко к финалу, Адзами мгновенно остановился и вышел из тела Джоичиро. Тот понял его намерение без слов и сам перевернулся на спину. Накири, даже не удивившись их совместной слаженности, снова вошёл резко и до конца. Теперь они смотрели друг другу в глаза, каждый вцепившись руками в плечи другого. Опять что-то доказывая, соревнуясь, проверяя друг друга на прочность. Член Юкихиры теперь был восхитительно-крепко зажат между телами, и мужчина не мог долго это терпеть. Уже давно держась только на силе воли и на природном упрямстве, Джоичиро всё-таки не вынес и кончил первым с дребезжащим от досады рыком. Его тело сжалось от оргазма, и Адзами, ощутив из-за этого дополнительное давление, судорожно вытащил член и тут же излился на ковёр. – Как это чертовски благородно с твоей стороны! – с едкой серьёзностью выдохнул Юкихира, комментируя пятно того, что не попало ему внутрь. – Я всего лишь решил быть благосклонным к проигравшему, – невозмутимо произнёс Накири на привычно неуловимой полуулыбке. Затем, резво поднявшись на ноги, Адзами прошёл к другому углу комнаты, чтобы подобрать и надеть отброшенную туда рубашку. Педантично её расправив и застегнув все пуговицы, он как мог пригладил свои волосы и снова развернулся к Юкихире. Тот, пусть и нетвёрдо, но уже стоял на ногах, растирая затёкшие колени. Выпрямившись, он дохромал до тумбочки у кровати и, абсолютно невозмутимо взяв с неё жилетку директора, вытер ею кровь с лица, а затем и сперму с туловища. Игнорируя насмешливый взгляд Адзами, Джоичиро нетвёрдой походкой прошёлся по комнате, собрав свои вещи, и начал одеваться. – Знаешь, если тебе опять потребуется совершить невозможное, то ты всегда можешь прийти ко мне, – дружелюбно сказал Накири, но при этом хищно прищурившись. Юкихира, уже застёгивающий куртку, почувствовал недосказанность этой фразы и поднял на него глаза. – Естесственно, только если ты сможешь предложить нечто равноценное. Я, знаешь ли, никогда не отступаю от правила поединка. Оглушительно громкий хлопок двери был ответом на провокационную фразу директора. Ах нет, с момента "поражения" Джоичиро – уже не директора.