Прорыв через статику (Cutting Through The Static)

Редстоун щелкает, сигнализируя о прибытии гостя, слишком быстро. Сэм ушёл максимум на час, и это было великодушно. Лава падает, и Техно снова оказывается в ловушке вместе с Сэмом. Он изображает внешнее безразличие, но было бы ложью сказать, что беспокойство не разъедало его. Этот человек ненормальный. Сэм выглядит холодным и грубым. Должно быть, думает, что он крутое дерьмо, да? Несколько шагов, и их разделяет всего пару футов, два, казалось бы, отчужденных взгляда сталкиваются. Техно прислонился к задней стене, якобы расслабленый, скрестив руки на груди. — Закрой глаза. — Почему я должен? — Потому что я отдал тебе приказ, Техноблейд. — Кто ты такой? Моя мама? Я делаю что-то не потому, что ты так сказал. Сэм выглядит усталым, — Мы можем сделать это лёгким или трудным путём. Равнодушное моргание — вот его ответ. Техно чувствует всплеск напряжения, знает, что это всего лишь вопрос нескольких мгновений, прежде чем Сэм сделает свой ход. Запястье надзирателя перехватывается до того, как он успевает дотянуться до его челюсти, и Техно пинает Сэма ниже грудной пластины, где соприкасаются кожа и мех. Кряхтя, тот, шатаясь, отступает назад. Техно пользуется возможностью вырваться из захвата и выйти на открытое пространство. Сэм не Квакити. Техно не может победить его, облаченного в полный незерит ничем, но он не верит, что Сэм собирается убить его. Если смысл этой битвы состоит в том, чтобы просто держаться подальше, это может продолжаться какое-то время. Может быть, даже достаточно для того, чтобы Сэм прекратил. Скорее всего, он не прекратит. Ублюдок настроен решительно, но Техно не собирается облегчать задачу. — Техно, делай, что я говорю, и я буду относиться к тебе проще. Ты же знаешь, что тебе не победить. — Извини, Сэм, но я не уважаю власть, особенно власть тиранов. — Анархист, — Сэм выплёвывает это слово, как какое-то ругательство, но Техно воспринимает его как комплимент. Отступая, он уклоняется от удара трезубцем, вставая позади, чтобы нанести удар ногой по небронированному, пушистому телу, попадая в нижнюю часть. Сэм рычит на него, неоднократно пытаясь развернуться, чтобы ударить ножом, но Техно продолжает быстро уворачиваться. Расстроенный, страж бросает в него свой трезубец. Металлические зубцы пронзают ногу Техно, лишая равновесия, но он вырывает оружие, брызжа кровью. Теперь трезубец принадлежит ему. Первое, что Техно делает, это вонзает его в уязвимую часть Сэма. Разъяренный, тот набрасывается с мечом, забывая всякую осторожность, и режет ему горло. Не имея целебных зелий, Техно пытается замедлить кровотечение рукой, отступая. Трезубец выдвинут вперёд как угроза. Сэм тащится к нему, буквально загоняя в угол. Соблазнительно кружа целебным зельем. — Ты знаешь, что проиграл. Сдавайся, и я исцелю тебя. Говорить невозможно, поэтому Техно просто смотрит на него сверху вниз. Теперь это игра в ожидание. Техно знает, что рано или поздно потеряет сознание от потери крови. Тем не менее, он использует трезубец как костыль, не желая отпускать, не желая сдаваться. Если Сэм хочет, чтобы он что-то сделал, ему придется заставить его это сделать. Зрение меркнет, ноги теряют силу и он постепенно сползает на пол, хватка скользкая от крови. Едва приходя в сознание, он чувствует, как Сэм делает свой ход, сковывает его запястья за спиной и садится на него сверху, прежде чем расплескать зелье. Техно задыхается, железо больше не блокирует его дыхательные пути. Свет возвращается в мир. Теперь он остро осознает тот факт, что его запястья и лодыжки были крепко скованы. Ах да, и его тело раздавлено под огромным весом гибрида крипера. — Раздавить меня до смерти — это часть наказания? Сэм слегка отодвигается назад, теперь только задевая его ноги. Техно всё ещё не видит его, лёжа на животе, но слышит и чувствует, как толстый металл застёгивается у него на шее. — Ты что, ошейник на меня надел? Эта штука тяжелая, давит на ключицы и натирает. Сэм никак не мог сделать его за то время, пока его не было. У него был готовый. К кольцу спереди прикреплены цепи, и Техно чувствует, как его бесцеремонно тащат на середину комнаты, приковывая к месту, где он не может стоять, только сидеть. И вот он здесь, в ошейнике и прикован к полу, как непослушная собака, с руками и ногами в наручниках, а над ним возвышается надзиратель, которого он ударил ножом. И ему не нравится тот взгляд, которым он на него смотрит. — Честно говоря, Сэм, всё это кажется немного чересчур. — Непослушных заключенных нужно усмирять. Техно закатывает глаза, — Что теперь? Будешь бить меня? Пытать меня? — Это не моя работа. Что, чёрт возьми, это значит? Сэм поднимает его подбородок острием трезубца, с которого все еще капает его собственная кровь, — Ты собираешься кое-что сделать для меня. Техно приподнимает бровь, глядя в ответ, и Сэм наклоняется, вторгаясь в его личное пространство, чтобы тихо сказать, — Ты будешь хорошим маленьким поросёнком и широко откроешь рот для меня. Техно растерянно смотрит на него, не понимая значения этих слов. Затем у его губ появляется зелье, и он сжимет рот. — Ты собираешься заставить меня снова заставить тебя? ДА. Его переносицу зажимают, заставляя дышать ртом. Начальник тюрьмы, вероятно, ожидает, что он будет хватать ртом воздух или что-то в этом роде. Вместо этого Техно приоткрывает губы и дышит через щели в зубах. Судя по выражению лица Сэма, он действительно этого не ожидал. Страж хмурит брови, глядя на него. Затем следуют неудачные попытки вручную разжать ему челюсть, и Техно мотает головой взад-вперёд, пока Сэм раздражённо не фыркает и не сдаётся. Маленькая победа. — Прекрасно. Тогда план Б. Он вытаскивает шприц из своего инвентаря. Глаза Техно расширяются, но в остальном он остается неподвижным. Игла вонзается в его руку, странная розовая жидкость проникает в мышцы. Сэм отступает назад и смотрит на него жутким взглядом, в его глазах появляется улыбка. Этот парень — чёртов психопат. — Что, чёрт возьми, это было? — беспокойство начинает просачиваться сквозь его голос, более высокий и нерешительный. Техно может сказать, что Сэм ухмыляется шире. И тот на самом деле смеётся над ним, — О, Техно. Это был афродизиак. Голоса снова становятся громче. Что За А???? Брухххххх ГДЕ ФИЛЗА??? МНЕ СТРАШНО. Кто-нибудь, пожалуйста, подержите меня за руку. Йо, я думаю, мне нужно проверить свои уши. ЧТО он сказал? Кровь для кровавого бога. Убей его!!!!! Жутковатое зрелище Я собираюсь наблюдать, как мой любимый человек подвергается сексуальному насилию. Это моя жизнь. Ладно, ему действительно трудно переварить то, что только что сказал Сэм. Он, должно быть, несёт чушь, верно? Неужели Техно серьезно собирается подвергнуться сексуальному насилию прямо сейчас? — Что? — это звучит так глупо, но он не находит других слов. Сэм садится, устраивая лапы поудобнее, явно очень довольный собой, — Я дал тебе афродизиак. И я, например, не могу дождаться, когда увижу, в каком беспорядке ты будешь. Так это и есть наказание? Посадить его на цепь и наблюдать, как его разум затуманивается, когда наркотики подавляют его чувства? — Чувак, это серьёзно пиздец. Ты ведь знаешь, что ты сексуальный преступник, верно? Ты… ты ужасный человек! — А ты кровожадный анархо-террорист. Ты помог Дриму взорвать Л’Манбург. Ты причинил боль ребенку. О, чёрт возьми, Эндер, когда здесь стало так жарко? Техно раздражён, — Он предал меня первым! Я был готов быть рядом с ним, а он ударил меня ножом в спину, когда я отдал ему всё! Ты же не думаешь, что это не причинило мне боль? А Л’Манбург ни для кого не был хорош! Ты видел, что правительство сделало с людьми. Почему ты не понимаешь? — Порядок — это хорошо. Причинять боль детям? Не очень. Ты заслуживаешь этого, Техноблейд, и ты это знаешь. Я бы даже не стал делать этого прямо сейчас, если бы ты не нарушил тюремные правила. — Вот почему правила должны быть нарушены. Ты не нравишься людям. Тиран. Прилив желания накапливается глубоко, и дыхание Техно постепенно становится всё более неровным. Становится трудно сосредоточиться, думать. Он ненавидит это. — Единственное, что нужно уничтожить, — это ты. Его одежда зудящая, неудобная, и он очень боится всего, что касается его кожи. Манжеты, воротник, даже пирсинг в ушах обжигают его. И Эндер, его член болезненно напрягается в штанах, но он ничего не может сделать, когда Сэм прямо здесь, наблюдает. Это неправильно. Он не может. Пытаясь прислушаться к голосам, Техно хочет отключиться от окружающего мира, отключиться от сильной похоти. Большинство из них в панике, поэтому им нелегко удержать его внимание. Сидеть здесь, ничего не делая, становится больно. Капли пота выступают у него на лбу, когда он извивается. Эндер, перестань смотреть на него. Перестань смотреть! Чат кричит громче, когда тихие слезы текут по его щекам. Он хочет этого. Ему нужно. Тело Техно требует к себе внимания. Его взгляд опускается к рукам Сэма, отрывается от них, затем резко жмурит глаза. — Хочешь чего-нибудь, Техноблейд? Я чувствую себя великодушным. — Нет, — скрипит зубами. Он ложится, сворачиваясь в клубок, пытаясь спрятаться от всего мира. Бедра трутся друг о друга, но это всё. В конце концов, у Техно есть самоконтроль. Прошло уже десять минут страданий на полу. Это то, что он делает в обозримом будущем. Весело. Жизнь прекрасна. О чёрт, Сэм идёт к нему. — Отвали, — Техно хнычет ему в ноги. Его дёрнули за косу, что совершенно неуместно. Когда его лицо стало видно, Сэм мертвой хваткой сжал его челюсть. Сера наполняет его легкие, когда они оказываются лицом к лицу. Техно обнажает зубы, но его слезы и кожа, более горячие, чем окружающая их лава. — Такой хорошенький… такой красивый. Ты станешь ещё красивее через минуту, когда твой язык будет на моём члене. Голос смертельно тихий, как будто Техно может сорваться в любой момент, — Нет. Он не удивлен, что Сэм хочет делать с ним ужасные вещи. Чувство, с которым его взгляд скользит по его телу, сказал достаточно. Его тело дрожит в этих руках. — Если я говорю тебе что-то сделать, ты это делаешь, Техно. Ты научишься подчиняться мне, так или иначе, — Сэм ласкает его щеку, как любовник. — Я откушу твой член, если он приблизится к моему рту. Мрачно напевая ему, — Тебе действительно нравится Фил, не так ли? Всё замирает, даже голоса прекращают свои постоянные комментарии. — Было бы обидно, если бы с ним что-нибудь случилось. Нет. — Ты бы не стал. Я тебе не верю. Фил никогда не делал ничего плохого. Ты бы и пальцем к нему не прикоснулся. — У него действительно только одна жизнь? Позор. Может быть, если ты меня укусишь, я сломаю ему крылья. Они всё равно бесполезны. Конечно, я могу придумать оправдание. Расскажу ему обо всём, что я собираюсь с тобой сделать. Это был бы бой, который он проиграет. — Я не… Ты лжёшь. Это чушь собачья. — Действительно хочешь это выяснить? Он этого не хочет. Сэм показал ему, что он за человек. Техно не может рисковать тем, что Фил пострадает из-за него. Он просто не может. Его тело обмякает, и Техно перестает сопротивляться. — Ты теперь будешь для меня хорошим поросёнком? — Отвратительно. — Да, — черт возьми, его так легко победить. Вся эта ситуация безнадежна. — Хороший мальчик, — эти слова прилипают к нему, заставляют его чувствовать себя грязным, осквернённым. Техно присаживается на корточки, когда надзиратель подходит к нему. Он так низко над землей, что ему приходится лечь на живот и опереться на локти, чтобы получить хороший угол обзора. Эндер, эта штука огромная, к ней прилагается такой же огромный пирсинг. Он никак не может вместить всё это куда-нибудь себе в рот, по крайней мере, не умерев. Оно смотрит ему прямо в лицо. Техно знает, что должен делать, но его тело отказывается действовать. Думать о том, чтобы что-то сделать, и на самом деле делать — две разные вещи. Его мышцы напрягаются, и у Техно, возможно, начинается приступ паники. Он не может. Не может. Он не может. — Ты собираешься поторопиться там, внизу? Или мне придётся связать тебя и использовать твое горло как секс-игрушку? Он жалок, — Сэм… пожалуйста, не заставляй меня делать это. Я… я не могу. — Ты самый сильный человек в мире, Техно. Да, ты можешь. Хватит тянуть время. Да, Техно силён физически, но он никогда не был силён морально. Иногда он даже неделями не может найти повод встать с постели. Разговор с кем-то, кого он не знает, наполняет его глубочайшим страхом. Как он мог быть достаточно сильным для этого? Но он должен это сделать, ради Фила. Для Фила. Он повторяет эту мантру, когда его язык пробует Сэма на вкус. Он соленый, потный и крепкий. Это вызывает у него головокружение, но Техно игнорирует его, чтобы лизать дольше и шире. Его язык играет с пирсингом, и Сэм удовлетворённо вздыхает. После небольшого поддразнивания он обхватывает губами головку, заставляя себя двигаться вперёд. Ещё минута промедления, дюйм за дюймом, и Техно проглатывает столько, сколько может, не теряя сознания. Кольцо вызывает у него рвотный рефлекс, заставляя его хрипло дышать, но его рука никогда не перестает гладить те части члена, которые он не может достать. Если он сосредоточится и отнесётся к этому как к работе, которую нужно закончить, то сможет это сделать. Техно может перестать икать из-за рыданий и сделать это. Сэм толкается в его рот один раз, так чертовски нуждаясь, и Техно пытается ускориться настолько, насколько может. Часто останавливаясь, чтобы подышать, он обхватывает его горлом, чувствует, как шея прижимается к ошейнику. Глубоко пристыженный, Техно использует другую руку, чтобы спустить штаны достаточно низко, чтобы освободиться. Афродизиак умоляет его об этом, и это облегчит задачу, не так ли? Постанывая в член, Техно сжимается вокруг своего собственного, теряясь. Такой грязный, он такой грязный. Что за шлюха, стонет и трогает себя, когда её используют. Чёрт, он отвратительный. У него что-то не в порядке с головой. Боже. Если бормотание что-то говорит, то Сэм близко, — Хороший заключенный. Моя послушная маленькая шлюха. Тебе это нравится, не так ли? Я знаю, что ты там делаешь! Может быть, немного, но это всё наркотики. Он задаётся вопросом, делает ли принуждение наслаждения совесть Сэма чище. Монстр. Ничто не предупреждает Техно, когда ему начинают кончать в рот. Как в тумане, он пытается проглотить всё это, но этого слишком много, всё выливается из него и стекает по подбородку. Это полный бардак. Техно, должно быть, выглядит таким уничтоженным прямо сейчас, бёдра приподняты, чтобы освободить место для рук, губы покрыты спермой, плачущий и онемевший. Кончить. Он должен кончить. Срань господня- Техно со всхлипом дёргает бедрами, хныча от облегчения. Удовольствие швыряет его на другую планету, неспособного осознать что-либо, кроме того, насколько это потрясающе. Копыта впиваются в обсидиан, а руки чешутся без причины. К сожалению, реальность возвращается к нему медленно, завораживая, пока он не вспомнит, где он и что происходит. Цепи звенят, когда он садится, измученный по многим причинам. — Ты молодец, — как будто Техно это заботит, — Я пока оставлю тебя, но если ты ещё раз ослушаешься меня… Сэм снова слишком близко к нему, — Я собираюсь привязать тебя к столу, и секс-машина будет трахать твоё милое тело 24 часа подряд. Понял? Не глядя на него, Техно прохрипел, — Понял. — Хороший заключенный, — Сэм гладит его по голове, как домашнее животное, а Техно смотрит в пол. Сэм молча расстёгивает наручники и цепь. Ошейник остается на нём, но Техно об этом не упоминает. И вот так просто он снова остался один. Что Техно должен был бы сделать, так это привести себя в порядок, воспользоваться мылом, чем угодно, но он слишком истощён. Вялый, он тащится в угол камеры, сворачивается калачиком и плачет. Шмыгая носом, всхлипывая и причитая, это не заканчивается, пока он не заснет в слезах. Голоса нашёптывают ему ласковые слова, приносят извинения или взрываются гневом. Это единственное, что у него есть, поэтому он держится за это, благодаря их. Если бы чат ушёл, Техно был бы по-настоящему одинок. — Мне жаль, что вам приходится видеть меня в таком состоянии. Я люблю вас, ребята. +~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~+ — Ты знал?! Ранбу морщится от резкого тона. Он жалеет, что у него нет травяного блока. — Да, но… — Да, но что? — Да, но я в ужасе! Дрим тоже манипулировал мной! Он хочет отправиться в безжизненное измерение? Конечно, почему бы и нет. Это к лучшему, что он держится от нас подальше, — на грани крика, хвост дёргается взад-вперед, словно у расстроенного кота. Таббо смотрит на него, по-настоящему смотрит на своего мужа и делает глубокий вдох. На этот раз спокойно, — Мне очень жаль. Это просто… этот человек наводит на меня ужас. Иногда я всё ещё просыпаюсь в слезах, мне снятся кошмары с этой бесстрастной улыбкой, смотрящей на меня сверху вниз. И теперь Ранбу пытается успокоить его, тянется к нему, обнимает его. Таббо тает в его объятиях. Голос такой мягкий, — Тогда не лучше ли нам оставить его в покое? Таббо кутается в рубашку, — Нет. Мы должны найти его, Ранбу. Я не смогу перестать ежесекундно оглядываться назад, гадая, не последний ли для меня этот день, если он либо не умрёт, либо не окажется за решеткой. — Ты прав. Ладно. Мы что-нибудь придумаем завтра, — его тон повышается, — Но сейчас ты смотришь со мной фильм! Объятия прерываются, и Таббо смеётся над ним со слезами на глазах, — Ещё один скучный документальный фильм о природе? — Эй! Они очень информативны! — Хорошо, но я выбираю то, что мы смотрим. Таббо подбегает к дивану, и Ранбу испытывает облегчение. Всё прошло нормально. И он даже хочет проводить с ним время! Всё было немного непросто с тех пор, как они стали частью Лас-Невады, и он просто рад видеть Таббо счастливым. Присоединяясь к нему на диване, Ранбу видит, как Таббо защищает пульт ценой своей жизни, держа рога наготове. Ранбу принимает мудрое решение позволить оставить пульт ему. Пока его лучший друг счастлив, он тоже счастлив.