Почему все одержимы этим Шэнем?

I. Интерес Му ЦинФан обратил на него внимание не сразу. В павильоне целителей всегда было многолюдно: ученики приходили с порезами, переломами, истощенные после тренировок, готовые с благодарностью принять помощь. Все, кроме него. Этот ученик никогда не приходил. Шэнь ЦинЦю. Холодный, надменный. Но стоило присмотреться — и сквозь маску высокомерия проступали усталость и боль. Му ЦинФан заметил это случайно: Шэнь ЦинЦю вышел из зала тренировок, сжимая правую руку. Запястье опухло, на коже расцветал багровый синяк. Но на следующий день он снова держал меч, будто ничего не случилось. Кто его лечил? Сам. Сломанное запястье? Перебинтовал сам. Порез? Обработал сам. Внутренние травмы? Сжал зубы и терпел. Какое упрямство. Какое безрассудство. Это было интересно. Он хотел его изучить. II. Лечение — Ты сам себе врач, Шэнь Шисюн? Шэнь ЦинЦю поднял на него холодный взгляд. — Я не нуждаюсь в посторонней помощи. Му ЦинФан улыбнулся. — А вдруг ты делаешь что-то не так? — Тогда мне придется за это заплатить. О, конечно, придется. Но не так, как ты думаешь. Терпение. Он не мог взять его сразу. Сначала — легкие намеки. Потом настойчивее. Потом просто появлялся там, где был он. — Опять неудачная тренировка? — Заткнись. — Хорошо, хорошо. Но хотя бы позволь мне помочь. Он не заставлял. Он давал выбор. И этот выбор всегда был правильным. Теплые пальцы Му ЦинФана касались его кожи, аккуратно перебинтовывали раны. Он чувствовал, как напряжены мышцы Шэнь ЦинЦю. Как тот сдерживает дрожь, когда пальцы целителя задерживаются на чуть дольше, чем нужно. Смешно. Шэнь ЦинЦю жаждал прикосновений, но не умел их принимать. Так просто. Так удобно. Му ЦинФан прикасался к нему все чаще. И наблюдал. Видел, как тот привыкает. Как больше не может без него. III. Привязанность Шэнь ЦинЦю привык. Му ЦинФан знал, что так и будет. Привязанность — такая хрупкая вещь. Ее так легко подменить. В какой момент он начал искать его взглядом? В какой момент привык к его рукам, к его голосу? Когда перестал видеть мир без Му ЦинФана? Однажды Му ЦинФан не пришел. Всего один день. Но Шэнь ЦинЦю не находил себе места. Он не должен был беспокоиться. Не должен был волноваться. Но… — Где ты был? Му ЦинФан внутренне улыбнулся. Попался. — Неужели скучал? Шэнь ЦинЦю резко отвернулся. Ответа не последовало. Но Му ЦинФан и так знал. Он чувствовал его дыхание. Слышал, как быстрее забилось сердце. Он так хотел разорвать это сердце. Заполнить его собой. IV. Желание Шэнь ЦинЦю не замечал, как он смотрит на него. Как его глаза блестят в темноте. Как он долго не отпускает его руку. Му ЦинФан жадно вдыхал его запах всякий раз, когда бинтовал раны. Кожа — нежная, тонкая. Ему хотелось оставить на ней свои следы. Хотелось разрезать, чтобы залечить. Хотелось, чтобы он был только его. Му ЦинФан прекрасно разбирался в человеческой психике. Он знал, как накормить изголодавшегося. Сначала — чуть-чуть. А потом он уже не сможет без тебя. Шэнь ЦинЦю уже не мог. V. Проблема Всегда найдется тот, кто хочет все испортить. — Не кажется ли тебе, что ваши отношения… странные? Шэнь ЦинЦю замер. Лю ЦинГе смотрел на него пристально. — Все считают, что ты его. — Не говори чепухи. — Да? Тогда почему ты не отрицаешь? Шэнь ЦинЦю не знал. Он не понимал, когда начал принадлежать Му ЦинФану. Но разве он мог без него? — Ты понимаешь, что он делает? Он… — Хватит. Лю ЦинГе замолчал. Шэнь ЦинЦю не хотел слышать. Не хотел, потому что… если он услышит, это изменит всё. А менять что-то было страшно. VI. Решение Му ЦинФан узнал о разговоре. Разумеется. Лю ЦинГе всегда был занозой в заднице. Но это не проблема. Му ЦинФан знал много интересного. Великий целитель знал о травах, вызывающих искажение ци. О ядах, от которых медленно угасает сила. Когда Лю ЦинГе внезапно упал на тренировке, когда его ци пришла в хаос, когда его тело отказалось ему подчиняться… Никто не успел помочь. Шэнь ЦинЦю стоял рядом, не поднимая глаз. Му ЦинФан мягко коснулся его пальцев. Поймал. Закрыл в клетке. — Это несчастный случай, — прошептал он. — Ты же понимаешь, да? Шэнь ЦинЦю медленно кивнул. Ему больше некуда было идти. Му ЦинФан наклонился ближе. Шепнул в самое ухо: — Ты ведь мой. Он не ожидал ответа. Шэнь ЦинЦю уже был сломлен. И он никогда не уйдет.