Когда сердце говорит цветами

Гермиона сидела в зале, читая книгу по травологии. На улице стало холодать, приносив с собой сильный ветер. Деревья начали менять свой цвет, озеро стало холодное, вечера прохладные. Она любили эту пору года, но только не в этом году. – Гермиона, ты нас слушаешь? — девушка подняла голову и посмотрела на Гарри, который что то говорил. – Повтори пожалуйста ещё раз, я не слышала. – На следующей недели Хэллоуин, будет вечеринка в закрытой комнате. Ты пойдешь?  Девушка посмотрела на книгу, раздумывая. Гермиона не знала, зачем ее друг это спрашивал, если знал, что она не фанат по таким мероприятиям. Но только она хотела дать ответ, как увидела, что в зал вошел парень, в обнимку с девушкой. Они смеялись и про что то там шептались, как будто в этом зале кроме них никого и не было.  Гриффиндорка почувствовала, как ей стало не хватать кислорода. Внутри все сжималось, вот вот готово вылезти наружу. Она подскочила с своего место, взял с собою только сумку, а книгу она оставила, как будто минуту назад ею и не интересовалась.  Девушка побежала к выходу, закрыв ладонью рукой. Она удерживала их в себе сколько могла, на сколько хватало сил. Она слышала, как ее друзья кричат ей «Гермиона, ты куда?» но она просто их игнорировала, каждая минута было дорога. Она пробежала мимо этой пары и случайно локтем задела парня. – Смотри куда прешь!  Крикнул он ей, но она дальше бежала к туалету, как будто ее жизнь весела на волоске. А ее жизнь весела. Ей осталось недолго и она это знала. Рукой она толкнула двери, дальше бежав к кабинке. Только Гермиона оказалась возле туалете, села на пол и открыла крышку унитаза. Девушка начала кашлять, больше не сдерживая себя. Красивые лепестки вырвались наружу. Белые розы окрасились красным из за крови, которую она откашливала вместе с цветами.  Она даже не услышала, как кто то вошел в туалет, ходя по нему медленно.  – Грейнджер, ты здесь?  Только после этих слов, девушка попыталась как то перестать кашлять, но ничего не выходило. Лепестки так и выходили из нее.  Дверь кабинки открылась, она даже не увидела, кто это, но по голосу можно было понять, что он принадлежал какому то парню. Но ими не являлись Гарри или Рон,  она их бы голоса сразу узнала. – Грейнджер… чт..  Гермиона обернулась к нему. И к ее удивлению это оказалась Блейз Забини. Мать. Твою. Забини. – Забини, ты что здесь делаешь? — спросила она его, пытаясь быстро скинуть лепестки в унитаз и смыть. Может, он не увидел их. – Грейнджер, это… что с тобой? Как? Лепестки? Как они, блять, вышли из тебя?  Девушка прикусила губу, ничего ему не отвечая. Она опустила крышку и села на унитаз, опустив голову в низ. – Пожалуйста, никому не говори, что ты здесь видел. На лице парня читался шок. Он тупо стоял и смотрел на нее, не мог поверить в увиденное. Как это было возможно? Что вообще с ней творилось? Готова она была поспорить, такие мысли у него были в голове. – Может ты мне объяснишь что это было? Как из тебя могли вылезти лепестки роз? Гермиона подняла голову, посмотрев на него. Она прикусила нижнюю губу, думая, как ему правильно ответить на этот вопрос. – Ханахаки, – только смогла тихо произнести она. – Ханахаки? – переспросил парень, на что, она только кивнула головой. – это когда.. – Это когда ты безответно влюблена в человека, – договорила девушка, перебив его. – Я слышал про эту болезнь, но она очень редкая… вот почему ты кашляла розами. Гермиона кивнула, заправляя выбывшую прядь за ухо. Она совсем не знает, почему ему рассказала. Может потому, что не могла держать это все в себе и хотелось с кем то поделиться. Но кто мог знать, что человек, который первый узнает про ее болезнь были не друзья, а Блейз. – Драко, да? – она уставилась на него в недоумении, он объяснил. – ты влюблена в Драко, я правильно понимаю? – Откуда ты узнал?  – Как только он вошел в зал с Асторией, ты их увидела, ты сразу выбежала из него, потому что, у тебя случился приступ. Он как будто читал ее как открытую книгу. Почему Блейз заметил это, а ее близкие друзья нет? Она думала, что никогда с ним заговорит. Да, они учились на одном курсе, но все их диалоги на протяжении 6 лет это были «Какое домашнее задание?» или «Какие пары у нас совместные?». Но как говорится, никогда не говори никогда. – Как давно?  – С сентября. Блейз вздохнул, явно понимая, что у нее осталось мало времени.  – У тебя осталось 4 месяца…— Гермиона кивнула, опустив голову в пол. – блять, Грейнджер, почему ты раньше никому об этом не говорила?  – Мерлин, Забини, как ты это представляешь? «Всем привет. У меня ханахаки и это из за того, что я влюблена в Малфоя. Вы только не переживайте, но я, блять, все равно умру» так, да?  Гермиона впервые с материлась при нем. Она редко использует такие слова, только по мере необходимости. Блейз тяжело дышал, не знав, что сказать, как поступить?  – А если сказать об этом Драк.. – О, это ещё забавнее будет.  Да, он глупость сказал. Он был с Малфоем знаком с 7 лет и знает, что этот белобрысый любит только себя и больше никого.  – Гермиона, я попытаюсь тебе помочь.  – Соизволю спросить, как? Заставишь Малфоя проводить со мной время? Не глупи, меня не спасти. Я живой мертвец. Девушка поднялась на ноги, беря свою сумку. Она сделала несколько шагов вперед, остановившись около парня. – Ты просто никому ничего не говори. Она похлопала его по плечу и вышла из туалета. Блейз так и стоял и смотрел туда, где минуту назад сидела Гермиона. Его мысли где то были далеко, но один вопрос, который крутился у него в голове «Как ей помочь?» не давало ему покоя. Он должен был что то придумать, не может же она просто так взять и умереть. Парню было искренне жаль девушку, хоть с ней они были не близки. Но такая ситуация могла быть с каждым, но почему то, снова досталось ей. Снова все ходят и радуются жизни, а она страдает. Снова.                                         *** Блейз зашел в гостиную Слизарина, осмотрев его. Он не спеша сел на диван, приходя в мысли. Его глаза метались по всей гостиной, не зная почему.  – Ты где был? – спросил его Драко, который седел рядом с ним, а на его ногах красовалась Астория, которая улыбалась. – Мне нужно было, – отрезал он, повернув к нему свою голову. – Мерлин, ты видел как Грейнджер меня толкнула? Гриффиндорцы в последние время совсем охуели. Блейз молчал, смотрев в одну точку. Из его голову до сих пор не могла выйти увиденное в женском туалете. А подсознание только и кричало: «Как ее спасти?»  – Эй, Забини, ты слышал, что я говорю. Грязнокровка в последние время совсем… Драко не успел договорить, как Блейз вскочил с места и грозно посмотрел на парня. – Ты бы знал, что это «грязнокровка» сейчас испытывает.  – Какого хрена ты её защищаешь? — Драко встал на ноги, скинув из себя девушку, поравнявшись с мулатом. – ты с ней общаешься? – Ты просто не прав, — Забини последний раз взглянул на парня, развернувшись, он ушел в свою комнату. Драко стоял в полном недоумении. Он ничего не понимал. Не понимал, как его лучший друг мог вступится за какую то там Грейнджер, которая все 6 лет жизни ему портила. – Драко, ну ты чего? — услышал он Асторию, которая сидела сзади него на диване. – иди ко мне. – Иди к черту, — выпалил он, даже не повернувшись к ней. – Что?  – Я сказал, проваливай нахрен, — наконец повернувшись к ней, сказал он.  Девушка посмотрела на него обиженными глазами и убежала. Блондин сел на диван, откинув голову назад. Он пытался сложить пазлы, которе у него не выходили. «Что тут явно не так» – подумал парень, прикусив щеку изнутри.                                    *** Гермиона лежала на кровати. После этой сцены в туалете, у неё случился ещё один приступ. Когда она зашла в гостиную, друзей ее ещё не было, что к лучшему. У девушки не было сил сегодня перед ними оправдываться, точнее, снова врать. Она так устала это делать. Каждый день новая порция вранья. С такой привычкой, она бы идеально подошла на факультет Слизерина, где все только это и делают.  Дверь в комнату открылась, кто то тихо в нее зашел и закрыл за собой. Гермиона разу поняла, это было Джинни. После войны, подруги оказались на одном курсе, так как из за войны учебы практически и не было. Они жили вместе и хорошо дружили, но Грейнджер посчитала притвориться что она якобы спит, что бы подруга ее не расспрашивала за сегодняшней случай в большом зале. – Гермиона, ты спишь?  Услышала она голос, но Грейнджер ничего не ответила, только закрыла глаза. Джинни пару секунд постояла, ждав ее ответ, а потом поняла, что девушка спит, пошла переодеваться. Перед сном Гермиона выпила обезболивающее и снотворное зелья, что бы хоть нормально спать, что бы хоть ночью болезнь за нее не вспоминала. Она литрами их пила, Помфри уже начала на неё косо смотреть, спрашивая «Зачем тебе столько?» на что она отвечала, мол, не может долго уснуть и частные боли в животе. Но как же она хотела, что бы это было все именно так.