Плен

Ему никогда не было так страшно. У него никогда до этого не тряслись руки. Всё что с ним происходит кажется кошмаром. Отвратительным, мерзкии фильмом ужасов. Конечно опуская тот факт что фильмы ещё не изобрели. Принц сидит рядом с огромной кроватью в мрачных покоях его главного врага и не находит себе места. Он то срывается с места, ходя кругами по комнате, то садится обратно и смотрит на бесконечно болезненное лицо Кощея. Он и до этого был бледным, а тут он чуть ли не посинел. У самого принца проступал холодный пот от ужаса происходящего. Надо что-то делать, он не может смотреть на то как его друг стремительно умирает в муках. Он садится ближе к телу в чёрных одеяниях и тянется к его грудной клетке из которой торчит стальная игла, отдавая убийственым блеском, заставляя его дрожать лишь при мимолётном взгляде на неё. Кажется он сейчас окончательно потеряет сознание. Зачем Зоя это сделала. Некогда возлюбленная решила вызволить его из плена злодея настолько радикальным способом, что сделала только хуже. За всё время нахождения в замке, Кошоков настолько сблизился с этим страным мужчиной, что больше не мог представить жизни без каждодневных отцовских шуток, частых походов на рыбалку, где Илья трещал без умолку про своё любимое занятие. Не мог жить без долгих ночных разговоров под звёздным небом. Не мог протянуть и дня без тёплых взглядов и слов Кощея. Руки касаются тяжело вздымающейся груди и ведут выше. Оглаживают сильную шею, с трепетом поднимаются к щекам. Мышцы на бледном лице мелко подрагивают, чувствуя тёплые, нежные прикосновения. Илья хмурится, хрипя от боли, а Эмир не может это больше слушать, понимая что у самого сердце начинает болеть от тоски. Собрав все силы воедино, парень всё же хватается за иглу и резко выдёргивает её из груди, видя как Кощей вскрикивает и выгибается от боли. Тот в бреду что-то шепчет себе под нос, задыхается и мечется по кровати, пока принц обнимает его, стараясь удержать на месте и шепчет в ответ какие-то слова поддержки, лишь бы унять его боль. Макар чувствует через пелену боли, как сердце его заходится бешеным ритмом, но не от боли, а от ощущения тёплого тела рядом. Надо было убедиться что рана затянется как можно скорее, поэтому не придумав ничего лучше, Иван в спешке отыскал в огромном замке чистую ткань (оторвал кусок своей рубашки и немного позаимствовал шторы) и набрав воды из колодца во дворе, приступил к перевязке. Было немного неловко раздевать товарища, но выхода не было, да и парень надеялся, что тот ничего не вспомнит. Лицо покраснело казалось бы в неподходящий ситуации от вида голого торса светловолосого мужчины напротив. Он смочил тряпку в тазике и принялся обрабатывать рану. В груди зияло маленькое отверстие, что скорее всего ещё долго будет напоминать о произошедшем. После - скорее всего бесполезной процедуры- Эмир завязал ткань поперёк груди и выдохнул. Так стало спокойней. Он не был лекарем и взял себе на заметку в скором времени посетить знахарку, дабы более сведующий человек осмотрел пострадавшего. Макаров от заботы и методичных действий раслабляется и расплывается по кровати, проваливаясь в глубокий сон. На душе тепло и уже неважно что у него её нет. Принц же смотрит на умиротворёное лицо, что ещё пару минут назад искажалось агонией. Он был измотан. Наложеные ранее Кощеевы чары до сих пор действовали, не давая здраво мыслить и по человечески ходить. Если он и доберётся до выделенных ему покоев, то только ползком. Поэтому было принято решение лечь рядом с Кощеем и подражая ему, провалится в безпробудный сон. Свернувшись калачиком под боком друга, Эмир уснул, думая что же ему делать дальше. Как поставить Кощея обратно на ноги?

***

Прошло ни больше ни меньше пару месяцев. За это время принц успел несколько раз сходить к какой-то бабке, которая отшельницей жила на болоте в дали от королевства и попросить её о помощи. Та и правда помогала. Втирала какие-то травы и мази, читала заклинания и шаманила днями и ночами над бессмертнным королём. Чтож бессмертный в этом случае звучало очень не правдоподобно. Главное для Эмира было что-бы друг наконец пришёл в себя и к счастью он делал это всё чаще. В первый раз когда Кощей очнулся была глубокая ночь и принц от усталости уснувший на кресле подле друга, подскочил на месте от громкого вздоха мужчины на кровати. Тот тяжело, сбито дышал и хватался за 'бинты' на своей груди. Подлетев к нему, брюнет начал шептать несуразный бред, стараясь успокоить товарища. У него получилось. Илья вновь откинулся на подушку и собрав мысли в кучку, осипшим от волнения голосом, выдавил из себя всего одну фразу: - Сколь долго ты прождал? Самый глупый вопрос по мнению Эмира. Но он решил ответить, надеясь что это угомонит буйного пациента. - Это неважно. Сколько надо было, столько прождал и буду ждать. Ляг и побереги голову свою дурную. Тебе нужен покой. Вкрадчивый, тихий голос забирался под корку сознания, оставаясь там навсегда и заставляя Макарова промычать что-то в ответ и тяжело взглотнуть. Он слушается королевского приказа и обмякает, опять проваливаясь в глубокий сон на пару следующих дней. Так повторялось ещё несколько раз, но с каждым пробуждением тот становился спокойнее, что не могло не радовать обоих. Через месяц, Кощей уже начал подниматься с кровати и даже разгуливал по своему мрачному замку. Эмир был искренне счастлив, но в тоже время изнемождён до чёртиков. Вся эта ситуация резко ударила по его сну. Он спал очень неспокойно и каждый раз просыпался от кошмаров в холодном поту. Из раза в раз ему чудилось будто Илья умер в той схватке и это вселяло в него неподдельный ужас. В такие моменты он приходил в комнату к Кощею, где его всегда ждали с распростёртыми объятиями и ещё долго обнимали и шептали на ухо, медленно поглаживая по спине. Это радовало. От этого было тепло в объятиях мертвеца.

***

Так и проходил день за днём, а уже совсем окрепщий блондин вернулся к быту. Пару раз на их пороге появлялась принцесса со своими переспешниками в лице ворчливого подсвечника и вычурной жар-птицы. Та извинилась и молила его вернуться в королевство, но Иван и слушать не хотел. Она не знала через что он проходил за это невероятно долгое для него время. Чуть не потеряв возможно самого близкого человека в этом мире, он не хотел расставаться с ним ни на секунду и почувствовав это, Зоя перестала наносить визиты. В королевстве объявили, что всеми любимый принц примкнул к силам зла и на трон взойдёт другой наследник, но эти самые силы зла лишь громко и звонко смеялись где-то на окраине королевства. Кощей в целом никогда не нёс вреда людям. Он был слишком добродушным для вселенского зла и Эмир это знал. Раньше он и подумать не мог что тот самый Кощей - враг богатырей и похититель красавиц, окажется с родни большому, рыжему коту. Столько баек гуляло в народе из которых строился образ кровожадного скелета, что восседает на золотом троне и злобно посмеивается над всем родом человеческим. "Вот ересь!" - думает Кашоков сидя напротив того самого злодея из сказок (который на деле был антонимом к слову скелет), слушая в пол уха очередную занимательную историю про водяного и бабу ягу в своей избушке. Улыбка сама расцветает на лице принца, а Илья прерывается на полу слове и заворожённо смотрит на эту картину. Вид счастливого Ивана всегда вызывал в нем огромную волну чувств и он всё не мог понять каких именно и почему. Просто накрывало с ног до головы настолько, что уши непроизвольно закладывало, а руки начали трястись от невнятного предвкушения. Он хотел лицезреть эту улыбку вечность, если не больше. Хотел радовать Ивана, хотел запечатлеть его на бесчисленом количестве картин. Хотел обнимать до дрожи и истомы в теле. Хотел целовать. Непрерывно, очень нежно и до посинения долго. Везде и всегда. Хотел всего этого только с ним. Эти мысли тяготили и давили словно пресс. Он не понимал почему, ведь изначальной целью была лишь дружба. Но этих тёплых чувств уже было невозможно отрицать. Он хотел овладеть принцем настолько что-бы до конца и без остатка. Что-бы тот остался с ним навеки. Да эгоистично, да неправильно, но он буквально ничего не мог с этим поделать. Хотелось что бы все трепетные и восхищёные взгляды были обращены только на него. Все долгие объятия и отвратительно приятные прикосновения были адресовано лишь ему одному. Молчание затянулось и оба отвели смущённые взгляды по углам. В этот момент в голове Эмира царил хаос. Он не понимал почему всякий раз смотря на мужчину, в нём всё переворачивалось. Почему не хотелось спускать взгляда с его бледного, счастливого лица. Почему ему хотелось тонуть в омуте голубых глаз до конца жизни. Не понимал почему всякий раз вздрагивал от больших ладоней на спине во время объятий, а после при разговоре бесстыдно засматривался на них. Почему в конце концов он бесконца рассматривал его губы. Не раз он думал о них по ночам, представляя какого это целовать самого страшного злодея. Наверное губы его холодные и наверняка это будет самой лучшей наградой прикоснуться к ним. Он корил себя за подобную распутность, но как же было прекрасно представлять эти самые губы у себя на шее, что нежными поцелуями спускались всё ниже и ниже. Томящее ожидание убивало его изнутри. И именно сейчас вспоминая все это, парень краснеет и проводит ладонью по лицу, стараясь снять наваждение и успокоить вновь разгоревщуюся фантазию, что не могло ускользнуть от чутких, голубых глаз. Молчание продолжалось. Каждый из них думал практически об одном, но не решались произнести все желания вслух. Стыдно и страшно что всё окажется не взаимным. Так будет продолжатся пока один из них не примет свои чувства полностью и не решится перешагнуть черту дружбы. Хотя по правде сказать она была уже далеко позади. Чего стоили только ночные разговоры по душам и крепкие объятия в кровати Кощея, немного завуалированые признания по пьяни или непринуждённые касания, что заставляли обоих заливаться краской, но уже за стенами своих комнат. В конце концов никакой друг не будет представлять тебя обнажённым во всех позах которые только могут существовать. Им стоит обдумать всё это, но немного позже.

***

Время летело, а мучительные мысли не отпускали ни одного из них. Ещё более мучительным стал физический контакт. Они держались на небольшом расстоянии друг от друга, дабы сдержать рвущиеся наружу желания. Это было не слишком проблематично, ведь замок Кощея был невероятно огромным. Большинство времени Кошоков скитался по коридорам и саду думая как же ему стоит поступить. Это не может продолжатся. Он не хотел что бы это продолжилось. Он отчаянно желал быть рядом с Ильёй. Хотел, мечтал и мучался. Король же всё время пропадал то в подземелье, окружённый клетками, то около озера, стараясь развеяться и не думать о тёмноволосом принце, что так и притягивал его к себе, заставляя медленно но верно терять рассудок своими бесконечно красивыми глазами. Именно их и вспоминал Макаров, лежа на своей ложе. Ему стоит вновь сходить к озеру. Может хоть прохладный воздух и любимое дело заставит его забыть об этом запретном плоде. Решив что эта идея в теории не плоха, он встаёт и подходит к двери, резко её открывая и заставляя Ивана по ту сторону содрогнуться. На лице Кощея удивление и немой вопрос. Эмир смотрит на мужчину снизу вверх и поджимает губы. Он не знает как начать. - Кощей, я... хотел бы переговорить.. Слова звучат тихо, но отражаясь от каменных стен, почти гремят в ушах злодея. Тот складывает руки на груди и немного задумавшись, медленно кивает. - Давно пора, принц. - констатирует факт Илья и готовится слушать. - Перестань поясничать. Вообщем-то я хотел обсудить что происходит между нами, ведь мы заметно отдалились друг от друга в последнее время, да думаю ты и сам заметил и... - Эмир запинается и жмурится стараясь собраться и произнести самое важное, но никак не может. Будто поперёк горла встала огромная кость. - Иван, хватит. Ты же знаешь что ты можешь открыть мне свою душу и я до конца буду на твоей стороне? Не робей как девка. - немного нервно усмехается Макаров и кладёт руку на плечо, чувствуя как брюнет заметно напрягается и прикрывает глаза. Последний рывок. Он сможет. - Я люблю тебя. Безумно. Больше жизни люблю. И жить без тебя не хочу. Это беспокоит меня настолько, что я спать вскоре перестану. И всё это время думал только о тебе. Ты и представить не можешь как я хотел всё это время оказаться в твоих объятиях. Насколько хотел почувствовать тепло твоё подле и насколько мучился я по ночам без твоей ериси под ухом. Я люблю тебя, Кощей... Невероятно люблю.. Слова лились бурной рекой, стараясь передать всю боль и муки одиночества, пока в замке настала гробовая тишина. Мир замер, боясь потревожить столь трепетный момент. Илья застыл ещё в начале и ели дышал на протяжении всего монолога не веря своим ушам. Руки сжались в кулаки и он едва сдерживался, да бы не накинуться на Эмира в ту же секунду в порыве чувств. Но прозвучали последние слова и долго ответа ждать не пришлось. Макар мгновенно притянул парня к себе за талию и сразу же впился в его губы. В глазах взорвались миллионы фейерверков, а у Эмира подкосились ноги от столь головокружительного чувства, от чего тот схватился за чёрную мантию. Эмоции били через край у обоих и они не могли их больше сдерживать. Больше и не нужно. Всё как он и представлял. Губы у него холодные и терпкие, но до невозможного нежные и бесконечно прекрасные. Он запускает свои пальцы в светлые кудри, сбрасывая корону с головы и тянет на себя, после чего целует жадно и смазано, почти как оголодавший. А Илье казалось что он сам упадёт без чувств прямо на колени перед самым прекрасным созданием за всю его жизнь и ни капли не пожалеет. Ему до скверного нравится это чувство томящего желания. Он готов расцеловывать темноволосого принца с ног до головы. Куда только дотянется. Везде куда будет дозволено. Он кусает чужие губы и углубляет поцелуй, сплетаясь с чужим языком. Свободной рукой обхватывает его спину и прижимает к себе ещё ближе. Эмир плавится под махинациями сильных рук. Прогибается вслед за чужими движениями, заставляя оппонента блаженно вздохнуть и с ещё большим рвением продолжить этот невероятный момент. Границы размылись, когда за спиной хлопнула тяжёлая, дубовая дверь, а Кошокова уже толкнули на чёрные щёлковые простыни. Сверху нависает Кощей и у принца перехватывает дыхание и замирает сердце, сделав последний удар где-то в ушах. Ведь Илья сейчас выглядел как настоящее божество. Непозволительно красивый в своём чёрном одеянии, что постоянно скрывало его тело и с ужасно серьёзным выражением лица, но при этом красными щеками. Не сумев совладать с собой, кареглазый тянется к этому дару небес и в следующий миг пальцы оглаживают его подбородок, скулы, губы, волосы, а Макар сам выпадает из мира от этого. Смотря на Эмира что лежит под ним, со сбившимся дыханием, с таким же красным лицом и покусаными, пухлыми губами и при этом сам тянется к нему, мужчина кажется теряет последние частички самообладания. Он резко и бесцеремонно сминает талию одной рукой и припадает к шее. Мажет губами по кромке челюсти, переходя к кадыку, нескончаемо целуя и кусая нежную светлую кожу, марая её красными отметками. Слышит сверху рваные вздохи и едва слышные мычания. Также медленно поднимается к уху, опаляя горячим дыханием. - Иван, я готов любоватся тобой до беспамятства. От казалось бы обычной фразы и последовавщего за ним укуса, Эмир стонет так тихо, но так пронзительно в полной тишине замка, что у Ильи звенит в ушах. Как же его ведёт от всего происходящего. Не думая и секундой более, он стаскивает с принца эту нелепую (и немного рваную) вышиванку, что абсолютно не подходит к его титулу и замирает в восхищении. Рубашка оказывается скрывала под собой, прекрасные, утончёные изгибы, что не мог вообразить даже сам Кощей в своих самых смелых фантазиях. Он проводит пальцами от шеи к низу живота, дабы лишний раз убедиться в реальности всего происходящего, заставляя нижнего изгибаться дугой вслед за ними и гоня мурашки от спины до затылка. Волосы стоят дыбом, а стоны уже без всякой причины срываются даже от самых невесомых касаний к разгорячёному телу. Эмир не в силах понять как может быть так хорошо. Сколько бы он себе не воображал этот момент, на деле всё оказалось в сотнм и тысячи раз лучше. И кажется он теряет рассудок от каждого нового поцелуя, что горит на коже ещё какое-то время. Царевич тянется к тёмным одеждам по памяти ища все застёжки и пуговицы, он скидывает с мужчины большую часть, сбрасывая её к подножью кровати и у него не выходит не любоватся. Широкая, бледная грудь перед глазами, заставляет его тяжело вздохнуть и всё же отвести взгляд в смущении. Илья ехидно усмехается и наклоняет голову, рассматривая столь непривычное для Эмира поведение. - Что? Нравится, государь? Что же ты как девушка юная взор свой прячешь? Взгляни ещё разок. Полюбуйся на меня. Кощей хватается пальцами за чужой подбородок и поворачивает его голову, заставляя смотреть на себя, а чужие глаза всё бегают от стены и обратно, после и на оголёный торс. Надо что-то делать иначе он и правда расплавится от смущения под столь насмешливым, изучающим его взглядом. Лучшая защита - нападение. - Следите за собой, великий король мёртвых. Может любо вам разглядывать нагих юношей? Или только я удостоился чести и смог очаровать бессмертного владыку? Неужели хотите обладать мной, о злобный Кощей? Если первые нападки царевича вызвали в Илье умиление и смех, то последняя фраза заставила его переменится в лице. Эмир буквально увидел как темнота зрачка сожрала голубую радужку и это заставило ощутить ошеломительное, тянущее чувство внизу живота. Тягучее желание побуждает его к действиям. Притянув Макара вплотую к себе за шею, он пылко шепчет тому на ухо, чувствуя как крупное тело над ним начинает дрожать. - Вижу в глазах твоих что хочешь. Раз хочешь, то бери. Я под чарами твоими до конца веков... Больше слов не требуется. Резкие движения и оба уже без одежды, сливаются в очередном долгожданом поцелуе. Руки блуждают по трепетному, живому телу. Стоны и вздохи дрожат в воздухе мрачной спальни, разрезая напряжение между ними. Илья держится из последних сил и отягивать главное действо хоть минутой, он больше не в силах, поэтому быстро смазаные в слюне пальцы медленно проникают внутрь. Растягивает быстро, но бережно, стараясь не причинить никакой боли. Всё таки он любит этого парня. Нет он его не любит, он обожает его целиком и полностью. И сейчас слыша как Эмир громко стонет и сжимает его пальцы в себе, любые пути отступления исчезают. Они оба прыгают в бездну, когда Макар одним движением проскальзывает внутрь до упора, а у Кошокова звёздное небо перед глазами рассыпается. Он застывает с именем возлюбленого на губах в немом стоне. Руки стараясь закрыть раскрасневшееся лицо тянуться наверх, сжимая изголовье кровати до побеления костяшек. Это невообразимо. Медленный темп из-за долгого ожидания и избытка чувств почти сразу перерастает в быстрый и не щадящий никого. Боль от непривычной растянутости не так чувствуется, ведь теперь она ощущается во всём теле. Кощей об этом позаботился. Тот сжимает его бёдра и талию настолько сильно, что завтра там точно будут синяки. Его зубы впиваются в плечо, пронизывая мозг Эмира словно током. От каждого хриплого стона сверху накрывает странной эйфорией. Брюнет в беспамятстве царапает чужую спину и загривок изломаными дрожью пальцами. Долго он не протянет, если Илья продолжит двигаться в таком же темпе и облизывать его шею, параллельно нашёптывая нескончаемые комплименты в его адрес. Спустя пару десятков минут сладкой пытки он сдаётся, чувствуя как тело прошибло истомой и он бессильно обмякает в абсолютном восторге и сбитым дыханием. Кощей переводит дух и смотрит на самую прекрасную картину в его жизни. От прилива нежности, он наклоняется ближе и целует принца в уголок губ, но чувствует что вязкий дурман вожделения все никак не отпускал его из своих пут. Как бы намекая на продолжение, Илья проводит носом по шее, а Эмир чувствуя это шумно вздыхает. Чтож стоит платить за удовольствие не так ли? Поза быстро сменилась. Повалив Макарова на кровать, не встречая особого сопротивления, он тянется к чужим губам, заставляя того застыть на мгновение, чем и пользуется. Секундное замешательство оборачивается тем что тёмная макушка уже спускалась вниз. Мимолётный взгляд на парня и у Ильи сердце заходится бешеным ритмом. Карии глаза смотрят на него настолько невинно, что ужасно резко контрастирует с его развратными действиями. Эмир долго не раздумывая почти сразу на пробу провёл по члену рукой и облизнул кончик, ожидая реакции. Раздался вздох на грани стона. Не плохо для начала. Взяв головку в рот, Кошоков постарался работать языком, что выходило впрочем скверно. Очень неудобно, но Илье по всей видимости всё нравилось. А Макарову нравилось до безумия и до дрожи в коленях. Картинка перед глазами плыла яркими пятнами и рука неосознанно начала путаться в коротких чёрных волосах, немного заставляя делать более быстрые, активные движения. Принц с непривычки давился от чего на глазах выступали слёзы. Он толкает голову дальше, берет в себя половину и вновь кашляет. Привыкнув, поднимает голову и смотрит на Кощея. Видя как тот прикрыл глаза и закусил губы от наслаждения, взгляд Эмира меняется на хитрый, словно лисий. Длинные, влажные ресницы, мелко подрагивают от напряжения. Сейчас злодей выглядит невероятно красивым. Он втягивает свои щеки и берет в себя уже немного больше. Помогает себе одной из рук. Илья сжимает руку на голове покрепче, чувствуя как конечности немеют, обозночая приближении конца. Парень совершенно не сопротивляется и позволяет собой управлять. Еще пара движений и Макар изливается ему на лицо. Грудная клетка ходит ходуном, стараясь привести своего хозяина в чувства. Иван умываясь и лицезрея это, вспомнил тот ужасный день, который никогда бы не хотел вспоминать, а тем более повторять. Когда Кощей метался по этой же кровати в адских муках, а сейчас отходил от яркого оргазма. Кошоков насмешливо хмыкает и укладывается на мужчину, что тот час прижимает его ближе и льнёт к мягким, родным губам. Эмир с удольствием отвечает, чувствуя как в груди трепещит любовь и искреннее счастье.