Свободное падение

      Линч осторожно касается кончиками пальцев шрама на щеке Генри, ведет ими вниз по тонким губам. Парень долго маялся в больнице, не желая оставлять Джона одного, хотел быть рядом, когда он очнется. Но уже через две недели решил, что так продолжаться не может и он хочет домой. Тем же вечером Нельсон забрал его к себе, считая, что за парнем нужен присмотр, и опасаясь, что он даже в таком состоянии будет продолжать свое расследование. Только вот… Генри на следующий же день забрал Егора, желая провести с ним чуть больше времени. Пообещав Нельсону вернуть журналиста после выходных. Теперь же Линч лежит на кровати, рассматривая нависшего над ним Лэмбтона, в черно-серых глазах которого нет ничего, кроме нежности. — Вы прекрасны, — проговаривает мужчина, слегка убирая заметно отросшие темные пряди с лица брюнета. — Даже с травмами.       Парень отводит глаза, качает головой. Он знает, что теперь это не так. Первый раз посмотрев на себя в зеркало, он ужаснулся. Швы оказались не только на его теле. На щеке, брови, переносице бинты, а под ними тщательно зашитые раны. Генри обещал ему, что, когда швы снимут, шрамов совсем не останется. Но Линч не очень верит в это, уж слишком страшно это выглядит со стороны. — Генри, я две недели думал о том, как поступить лучше, — тихо начинает Егор, улыбаясь ему, и мужчина непонимающе наклоняет голову на бок. Парень приподнимает руку, протягивая Лэмбтону ключи от своего дома. — Я хочу подарить их тебе. Я подумал, что мы с тобой могли бы… Ну…       Он неловко отворачивается, пытаясь скрыть смущение, забыв все, что хотел сказать. Да, возможно, он сильно спешит, но ведь так будет проще для них обоих. Так они смогут чаще быть вместе. — Линч, это… — мужчина растерянно забирает подарок, и на мгновение Егору кажется, что он скажет нет. — Я приму за честь быть рядом с вами.       Генри ложится рядом, разглядывая один единственный ключ на небольшом металлическом колечке. Он не будет говорить парню о том, что у него их и так три, пусть это останется тайной. Линч приподнимается, целует мужчину в щеку, и тот замерев моргает, переводя взгляд на тихо посмеивающегося брюнета. — Прости, я порой забываю о твоей слепоте, — пытается оправдаться парень, когда его прижимают к кровати.       Лэмбтон наклоняется, припадая губами к незащищенной шее, думает, как лучше проучить журналиста. Но в итоге он просто ставит на персиковой коже пару засосов, решая подождать, пока тело Егора не восстановится. — Генри, ну хватит… — тихо стонет журналист, когда мужчина оставляет на видном месте укус. — Я понял… мх…       Линч слабо пытается его оттолкнуть, и наконец Генри довольно выпускает его. Парень лежит, тяжело дыша, прикрыв чуть покрасневшее лицо здоровой рукой. — Линч, посмотри на меня, — просит Лэмбтон, опуская чужую руку, и Линч обращает на него взгляд, замечая, что мужчина впервые обратился к нему на «ты». — Я люблю тебя.       Брюнет молчит, смотря в черно-серые глаза, а затем утыкается носом в шею Лэмбтона, тихо шепча: — Я тоже люблю тебя.       Неожиданно Егор меняется с ним местами, наклоняется, утягивая мужчину в поцелуй. Генри переплетает их пальцы, другой рукой сжимает его ягодицы. Целует, с трудом сдерживая себя, чтобы не перейти эти невидимые грани. Но журналист словно специально провоцирует его. Забирается рукой под белую рубашку, ведет пальцами по груди, спускаясь все ниже. Только он касается пряжки ремня, его руку перехватывают. Лэмбтон разрывает поцелуй, смотрит в зеленые глаза. — Генри… — только Линч раскрывает рот, его прерывают. — Не сейчас…       Вздохнув, парень понимающе кивает, он просто прижимается щекой к груди мужчины, вслушиваясь в стук его сердца.       Линч перебирает бумаги здоровой рукой. Ну как перебирает, скорее, просто перекладывает с места на место, даже не читая. Экономика явно не его профиль. Генри срочно сорвался на работу по каким-то очень важным делам и захватил журналиста с собой, не желая оставлять одного. Только вот в итоге парень все равно остался в одиночестве сидеть в кожаном кресле. Линч бурчит что-то невнятное и устало раскидывается на столе, все это уже порядком ему надоело. Он берет телефон, в надежде увидеть сообщение от сестры или Дейла, но на экране лишь высвечивается лишь одна эсэмэска от Нельсона: «Малыш, начни хоть иногда отвечать на звонки. Я волнуюсь. Надеюсь, у тебя все в порядке. Перезвони, как будешь свободен». Егор ограничивается простым: «Я с Генри, все хорошо» и, заслышав в коридоре шаги, отключает телефон. В следующее мгновение дверь распахивается и в кабинет входит Генри. Явно чем-то взволнованный. — Собирайся, — просит он, терпеливо ожидая, и брюнету становится тревожно. — Слышишь? — Что-то случилось? — осторожно спрашивает Линч, поднимаясь, накидывает на плечи плащ. — Что-то серьезное? — У меня появились дела, — спокойно отвечает мужчина, когда парень выходит в коридор, закрывает дверь кабинета. — Мой человек отвезет тебя домой. Иди, я наберу тебе позже.       Журналист кивает, послушно направляется к выходу из офиса. На парковке его и правда ожидает мужчина в черных очках и точно таком же черном костюме. Он молча открывает дверь машины, и парень садится в салон.       Егор благодарит мужчину, когда тот останавливает хаммер в знакомом дворе. Вместо того, чтобы поехать домой, брюнет попросил отвезти его к Нельсону. Они не виделись около двух дней, и Линч решил, что им было бы не плохо провести вместе чуть больше времени. Несмотря на то, что они вернулись из будущего и теперь у каждого своя жизнь, журналист очень скучает по нему. Ему не хватает токсичных шуток и бестактного поведения, дружеского абьюза. Парень поднимается по ступенькам на второй этаж, замирает на лестнице, замечая, что дверь квартиры Нельсона приоткрыта. Изнутри доносятся достаточно громкие голоса, шатен явно с кем-то ругается. — Я не могу отдать вам его! — прислушивается к голосу Нельсона Егор, подходя к двери чуть ближе. — Линч ни за что не будет работать на вас! Он не в состоянии! — Это уже тебя не касается, — спокойно произносит второй голос, чем-то постукивая. — Мы заставим его при надобности. Соглашайся, Нельсон. По-другому ты никогда не расплатишься и умрешь страшной смертью, а следом и твой журналист. Никто не может воровать у нас, и ты это знаешь…       Нельсон молчит, а после слышится тихий вздох. — У меня есть еще месяц, — возражает шатен, но обладатель второго голоса лишь усмехается в ответ. — Я буду работать на вас! Сделаю что угодно, только не трогайте его… Верну все до копейки! — У тебя неделя решить, что для тебя важнее, — предупреждающе шипит голос. — Благополучие твоего партнера или ваши жизни.       В коридоре слышатся шаги, и, спохватившись, Линч в спешке поднимается на третий этаж, вжимается в стену, зажимает себе рот ладонью, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. — Я подумаю над вашим предложением… — слышится слабый голос Нельсона, и Егору становится трудно дышать. — Неделя.       Незнакомец спускается вниз, оставляя шатена стоять на площадке. Только хлопает подъездная дверь, Нельсон с размаху бьет стену, разбивая костяшки в кровь, и Егор дергается. Сползает на пол, не понимая, что теперь будет и как он вообще должен вести себя с другом. Да и другом ли вообще? Неожиданно шатен поднимает голову, встречается с парнем взглядом, и синие глаза расширяются. Линч, сам не зная почему, бросается бежать. Наверх, на крышу, ведь там есть выход в другой подъезд, он сможет выбраться через него, плевать, что девятый этаж. Нельсон бросается следом, и из-за травм парня ему не составляет труда ухватиться за рукав коричневого плаща, рывком остановить журналиста. — Линч, подожди, — пытается поговорить мужчина, прижимая вырывающегося Егора к себе. — Прошу, успокойся! — Ты продал меня! — Линч замахивается здоровой рукой, и ему удается врезать локтем Нельсону в нос. Даже несмотря на это, шатен не выпускает его, продолжает прижимать к себе так, словно прекрасно понимает, что, если отпустит, потеряет друга навсегда. — Лжец!       Парень замахивается снова, но его руку перехватывают. — Это не так, я никому тебя не отдам, — продолжает попытки достучаться до него мужчина. — Слышишь? — Я не верю тебе… — очень скоро силы заканчиваются, и брюнет оседает на пол, хватая ртом воздух.       Нельсон прижимается щекой к его щеке, не обращая внимания на идущую из носа кровь. Поглаживает журналиста по спине, пытаясь успокоить и дать перевести дыхание. В конце концов Егор перестает вырываться, вжимается спиной в чужую грудь, не зная, что должен сделать теперь. Отвлечь, рассказать все Генри и бежать. Но ведь Нельсон… Они просто сидят на холодных ступеньках, прижавшись друг к другу, молчат, будто пытаясь решить, что теперь. Вернее, пытается решить только Линч, отчаянно перебирая мысли в голове. Наконец парень отталкивает от себя Нельсона, ничего не говоря, спускается в его квартиру. Он слышал достаточно, он больше не верит ни одному его слову, но не может уйти. — Линч? — шатен проходит в кухню, останавливается в дверях, глядя на журналиста, стоящего у окна. — Сделать тебе что-нибудь?       Он подходит к шкафчику, вытаскивает чай, но замечает, как Егор отрицательно качает головой. — У тебя кровь… — Ох, точно, — вспоминает о травме мужчина, берет висящее на спинке стула полотенце, смочив его водой, прижимает к носу. — Помнишь, что я сказал тебе, когда ты вернулся раненый с вылазки? — тихо спрашивает Нельсон, прижимаясь бедрами к столу. — Я сказал тебе, что защищу от всего, неважно, на что мне придется пойти. Я умру за тебя Линч, но никому не позволю к тебе прикоснуться… — Прекрати, — на глаза парня наворачиваются слезы после всего пережитого, нервы сдают окончательно. — Никто не умрет… Я придумаю что-нибудь. — Линч… — Нельсон подходит к нему со спины, кладет голову на здоровое плечо, касается дрожащих пальцев. — Ты не в состоянии, просто дай мне разобраться. Все будет хорошо. Я обещаю тебе…       Егор разворачивается к нему лицом, утыкается носом в висок, сильнее прижимаясь к чужой груди. Он помнит, как когда-то так же прижался к нему и к чему это привело, но сейчас все по-другому. Нельсон ведет пальцами по его спине, стоит рядом, зная, что парню это нужно. — Знаешь, есть у меня идейка, — вдруг проговаривает шатен, отстраняясь. Он снимает с холодильника небольшую коробочку с ручками и всякими листиками, берет черный и красный маркеры, явно желая отвлечь парня, и последний решает немного подыграть ему. — Смотрел «Оно»?       Линч отрицательно качает головой, он даже малейшего представления не имеет об этом фильме. — Ну значит, я знаю, чем мы займемся ночью, — шатен улыбается во все тридцать два зуба. Вскрыв черный маркер, он пишет на гипсе «Loser», а затем перечеркивает красным маркером букву «s» английской «v», так что выходит «Lover». — Готово. — Ребячество, — закатывает глаза Егор, прикасается к надписи пальцами. — Мне снимать его через пару дней. — Зануда ты, — шутит в ответ Нельсон, треплет его по волосам.       Линч просыпается из-за очередного кошмара и совершенно неожиданно обнаруживает себя спящим на груди Нельсона. Парень переворачивается на другой бок, тихо шипит от легкой боли, отдавшей в не до конца зажившее плечо. Еще немного поворочавшись, он принимает сидячее положение, запускает руку в черно-синие волосы. Он смотрит на спящего Нельсона, нежно касается его плеча. — Линч? — сонно подает голос шатен, целует костяшки дрожащих пальцев. — Снова кошмар? — Нет, просто не могу уснуть, — тихо врет Егор.       Он сидит еще какое-то время, глядя перед собой, а после ложится, чувствует, как Нельсон обнимает его. Хоть брюнет и привык спать рядом с шатеном, сейчас из-за Генри ему это кажется неправильным. Не уснув и через полчаса, Линч не выдерживает, как можно тише поднимается. Забрав подушку, он уходит спать в гостиную, но даже так ему уснуть не удается. Он так и лежит до утра, глядя в белый потолок. Только на часах стукнуло восемь, журналист хватается за телефон. Звонит Генри и просит приехать, ссылаясь на то, что ему нужна помощь. Как-никак Лэмбтон точно сможет помочь Нельсону. — Линч, ты в порядке? — спрашивает появившийся в дверях шатен. — Смог хоть немного поспать?        Как ни странно, он совсем не злится на уход парня, наоборот, все понимает. Так будет лучше. Егор вытягивает перед собой руку, рассматривает знакомые шрамы на ладони. Невольно вспоминает про Луку. Интересно, как он там… — Я позвонил Генри, он приедет через пару минут, — признается брюнет, видит, как Нельсон меняется в лице. — Он…       Его прерывает звонок в дверь. Нехотя шатен идет открывать, и Линч, поднявшись плетется следом. На пороге стоит Лэмбтон, чуть более живой, чем когда они расстались вчера. — Генри… — журналист обнимает его, утыкаясь носом в черный пиджак, сжимает ткань пальцами. — Здравствуй, — отстранено приветствует мужчину Нельсон, на что он просто кивает.       Генри касается щек Егора, и неожиданно уголки его губ слегка приподнимаются. — Что с тобой? — спрашивает парень, и от ответа у него перехватывает дыхание. — Джон очнулся.