Заново

Первым, что увидел Джейс, открыв глаза, был Виктор. Казалось, прошло всего мгновение, но что-то определенно, непостижимо, но осязаемо изменилось. Он хотел было осмотреться, но не мог отвести взгляд, утопая в омуте чужих глаз. Виктор первым разорвал контакт. Он немного удивленно посмотрел вниз – и Джейс покорно последовал его примеру, заторможенно отмечая, что тот полностью обнажен, но затем оглушающую тишину нарушил судорожный вздох, ноги Виктора подкосились, он рухнул на пол словно сломанная кукла и зарыдал. Громко, навзрыд, как плачут дети. И тут на Талиса разом обрушилось всё: шум улицы, пролегающей где-то под ними, дуновение холодного ветра на коже и воспоминания. То, что они пережили вместе только что; то, что отступило в самый темный уголок подсознания, словно страшный сон в момент пробуждения. Но Джейс не успел всего этого по-настоящему осознать, потому что первым его порывом, еще до того, как пришло понимание, было рвануться к Виктору, подхватывая его под руки. - Вик, что такое? Больно? Погоди, я помогу…  - Нет! Нет, погоди… Смотри. В этот момент до Джейса наконец дошло, почему чужое тело выглядит таким непривычно изломанным: Виктор никогда не мог согнуть так больную ногу, он никогда не сутулил так спину, которая не грозила рассыпаться лишь в жестких тисках корсета. Но собственное тело не дало Джейсу толком удивиться этой метаморфозе – в этот момент его словно удар в солнечное сплетение поразило… абсолютное отсутствие боли. Он стоял на коленях, так же, как делал это годами до того, как был вынужден мастерить себе ортез в условиях экстремального выживания. Все его существо пребывало в состоянии окрыляющей эйфории, казалось легким и эфемерным, как… как мгновение назад, когда их обоих - его и Виктора - не существовало. Когда они были везде и нигде, болтаясь в пространстве сгустком энергии.  Только теперь все вокруг ощущалось реальным:  покрытые колючим мусором доски пола - шершавыми, кожа Виктора под ладонями - горячей… Виктор. Джейс подался вперед и прижал его к себе, словно пытаясь снова стать одним целым. Талиса сейчас мало волновало что-то кроме ощущения собственной физической оболочки и того факта, что самый близкий человек прижимается мокрым от слез лицом к его шее.  Наконец Джейс смог позволить себе перевести дух и оценить окружающую обстановку: звуки с улицы были довольно безликим белым шумом, так что он поднял взгляд на стену напротив и к своему глубочайшему изумлению увидел раскуроченный шкаф, из короткого выглядывали, словно пытаясь сбежать, его собственные рубашки и форменные пиджаки. Талис развернулся, не разрывая объятий, и вгляделся во тьму комнаты. Ну конечно. Следовало догадаться. Виктор зашевелился, выбрался из кольца стискивающих его рук, щекотно скользнув по шее копной растрепанных волос. Джейс с сожалением отпустил прекрасное, здоровое тело. В руке Виктор держал браслет с осколком кристалла.  Так всё началось и закончилось. А теперь начнётся заново.