Останусь

После того, как матушка заболела, у Лололошки было не так много времени посидеть в мастерской, а даже если оно и появлялось, то не было желания. Зато сейчас он снова чувствовал себя студентом, который часами напролет с удовольствием бьется над решением какой-нибудь задачки со звездочкой. Конечно, в отличие от тех времен, сейчас он не ученик, а наставник, но это не отменяет того, что голову все-таки иногда поломать приходится. А еще ученик у него – лучше пожелать нельзя. Дни, проведенные с ним в технических спорах и объяснениях чего-то, проходили совсем не в тягость. Эграссель практически все схватывает на лету, обладает широкими познаниями в теории и неплох в прогностике. Ему просто не хватает немного практики, чтобы называться настоящим гением магических артефактов. Такой прекрасный ученик практически не нуждался в помощи, которую неоднократно предлагали, но Лололошка все равно предпочитал проводить все свободное время рядом с ним в мастерской. Даже если он не может помочь, он может заняться чем-то полезным… Например, уборкой. Но до нее руки никогда не доходили. В основном человек собирал всякие безделушки из старых материалов или что-то рисовал, пока не понял, что рисовать можно Эграсселя и даже не скрываться – тот ведь уже знает про существование портрета. Как только Лололошка отходил от рабочих столов, эльф переставал его замечать, иногда пугаясь его присутствию на чердаке. Тот характерно для себя извинялся за то, что человек тратит с ним свое время. - Ну, во-первых, не трачу, а провожу с пользой, даже если не помогаю тебе, а во-вторых, я обещал тебе помочь. Мне только в радость, я даже не представлял, как скучал по этому месту. – Отвечал Лололошка. Все бы хорошо, но очередная проблема, с которой столкнулся эльф при воплощении наручей, казалось, окончательно убила его настрой. Механизм для выдвижения лезвия был слишком сложным даже для Лололошки, не говоря уже об Эграсселе. При отливке и пайке требовалась ювелирная точность и твердая рука, умеющая работать на скорость, иначе все придется начинать с нуля… И Лололошка уже сбился со счета, сколько раз идеальный механизм был отправлен на переплавку из-за неловкого движения руки эльфа. Он подозревал, что Эграссель просто перенапрягает руку и ее сводит судорогой, но все попытки предложить помощь отказались тщетны даже в такой ситуации. После очередной ошибки на самом легком этапе, который эльф до этого проходил блестяще, Лололошка серьезно задумался. Что я могу сделать, чтобы он почувствовал себя лучше? Человек не был слепым, а рисование позволяло подметить еще больше деталей, одна из которых – явный недосып. Синяки под глазами Эграсселя становились все заметнее. Лололошка не знал практически ничего об эльфах. Зато он знал Эграсселя и мог догадаться, как можно отвлечь этого эльфа от дурных мыслей и порадовать его. Осталось найти подходящий момент для приглашения. Только в итоге подходящим моментом и приглашением это было назвать нельзя. Вечером Лололошка спустился с чердака, чтобы покормить животных. Его не было от силы минут десять, но когда он вернулся, то атмосфера в мастерской была совсем другой. Она пугала. Лололошка несколько раз безуспешно окликнул Эграсселя. На негнущихся ногах, он подошел к нему и осторожно коснулся плеча. Стараясь подавить дрожь в голосе и звучать как можно более естественно, он спросил: - Эграсса, что происходит? Ты какой-то не свой в последнее время. Лололошка ждал. Ждал ответа, ждал что хоть что-то отразится в пустом стеклянном взгляде… Но в итоге его взгляд все равно упал на руки. Его тонкие бледные пальцы – Лололошка был готов поспорить, что они очень холодные, – бегали по сломанному механизму. - Я… я не знаю, – наконец прошептал эльф. Каким же потерянным он тогда выглядел. – Я пытаюсь… Я правда пытаюсь, но… – Его голос дрогнул. Лололошка больше не медлил и секунды. Он обнял Эграсселя за плечи. Ему казалось, он чувствует, как эльф дрожит. Отвлеченный мыслями о сдержанном эльфе, который с трудом выражает то, что чувствует, Лололошка сам не осознал своего уверенного ответа. Наверное, лучше всего сейчас. Лололошка отстранился и прочистил горло, собираясь предложить Эграсселю прогулку. Но подняв голову, он застыл. Он видел застывшие слезы в глазах эльфа. Неужели Эграссель на столько сильно переживает? Или все-таки дело в семье…? Человек нахмурился. Он не может дать своему другу быть настолько расстроенным, когда он рядом. И он увел эльфа из мастерской. Перед походом в лес, стоит взять с собой что-нибудь перекусить. Как хорошо, что он попросил матушку заранее приготовить корзинку для них. Лололошка был настолько поглощен мыслями о том, что же не так в работе эльфа или что его так опечалило, что не обратил внимания на то, что тащит Эграсселя за собой в лес за руку. Лололошка шел по памяти. Очень старой памяти. Он был готов помолиться всему, во что можно верить и нельзя, лишь бы в месте, куда они идут, остался огромный цветочный луг. - Лололошка, я… - Начал Эграссель, но Лололошка недовольно поднял руку. Он боялся услышать вопросы, ведь ответы были не на все. Лучше уж они молча дойдут. И вот они вышли на открытое пространство. Перед ними простиралось огромное цветочное поле, уходящее вдаль, на сколько хватало глаз. Цветы всех мыслимых и немыслимых оттенков колыхались на легком ветру, создавая ощущение живого, дышащего ковра. Запахи трав и цветов смешивались в пьянящий аромат, который кружил голову. Совсем как в детстве…. Улыбнувшись открывшемуся виду, Лололошка посмотрел на Эграсселя. Тот, кажется, даже не дышал. Решив дать ему немного времени, человек разложил на траве плед. Практически сразу после этого прозвучала оценка: - Как красиво… – Прошептал эльф, словно его голос был вечерним летним ветром. Лололошка выдохнул: - Я рад, что тебе нравится. Присаживайся. Они перекусили, рассматривая пейзаж. Аромат цветов кружил голову, желая утянуть гостей в свои прекрасные заросли. Закат довершал эту картину идиллии. Солнце, словно огромный огненный шар, медленно опускалось за горизонт, окрашивая все вокруг в невероятные оттенки. Жаль, краски не взял… Расстроенно опустив взгляд, Лололошка кое-что заметил в траве. Это был кустик взрывных бутонов. В детстве он с друзьями часто устраивал войнушку такими штуками. И красиво, и безопасно – самое оно для игр. Сорвав парочку, он практически сразу же бросил один в Эграсселя, который, видимо, наконец решил с ним поговорить. Зрелище завораживало. Грациозный, даже не смотря на легкие мешки под глазами, эльф в окружении цветов и урагана лепестков… Это так красиво. Лололошка изо всех сил старался сохранить озорной настрой, не давая тревожным мыслям по типу "зачем ты это сделал, он же сейчас уйдет и обидится на тебя" завладеть сознанием… Но они были сильнее. К своему удивлению, всего через несколько секунд ему в грудь прилетел точно такой же цветок. Это война! - Ну, теперь держись! – Крикнул Лололошка убегающему Эграсселю. Перекидывания взрывными бутонами часто заставляли одного из них или сразу двоих упасть в траву, которая пыталась их спрятать для собственных нужд. Громкий смех, лепестки цветов, прекрасный эльф и заходящее солнце… Кажется, Лололошка знает, что нарисует следующим. Неизвестно, сколько они так бегали, да только солнце почти спряталось за линией горизонта, когда Эграссель остановился. - Кажется, ничья, - улыбнулся Лололошка. Эльф согласился. Они вместе, все еще продолжая небольшую войнушку, но уже без боеприпасов, пошли обратно в сторону леса, откуда было лучше видно закат. Их взгляды были прикованы к горизонту. Величественное солнце медленно опускалось, до последнего пытаясь дотянуться своими лучами до цветов, чтобы забрать их с собой. В этот момент в голове Лололошки появилась идея. Для ее воплощения ему понадобится все его актерское мастерство. - Черт, – Лололошка похлопал себя по карманам несколько раз и быстро поднялся. – Я, кажется, кое-что обронил в траве… Он поспешно поднялся, не давая Эграсселю и секунды задуматься. - Может, тебе помочь? – Предложил эльф. - Да нет, я догадываюсь где примерно это произошло… – И чтобы наверняка эльф не пошел за ним, дал ему задание. – Можешь пока собрать вещи? Какое было облегчение, когда Эграссель кивнул, просто соглашаясь. Медлить нельзя. Лололошка достал из кармана небольшой нож и начал быстро срезать цветы, собирая их в букет. Он понимал, что поступает глупо, но ничего не мог с собой поделать. Так у Эграсселя, пусть и ненадолго, но будет возможность вспоминать сегодняшний вечер, глядя на букет. Теперь бы набраться смелости отдать… Он быстрым шагом подошел к эльфу и протараторил: - Держи. Дома поставишь. А то живешь в серых стенах… Он не слышал ответа Эграсселя, потому что волновался о своих горящих от стыда ушах. Ну, обратно букет не вернули, значит, его приняли. Остается надеяться, что теперь Эграссель не будет так сильно убиваться из-за ошибок. Хотя Лололошка совсем не против сводить его сюда еще раз… Или два…