Скрежет и биение сердца

Антон и Дима стояли перед подъездом, и второй нервно переминался с ноги на ногу. -Мне действительно жаль, что я так сильно тебя потревожил. - Наконец тихо протараторил новый знакомый Фероньева и опустил взгляд. Фигурист очень мягко улыбнулся, коснулся плеча мужчины и перевёл свой взгляд в сторону детской площадки, что находилась перед его домом. -Не переживай так. Всё правда хорошо. - Спокойным тоном произнёс Антон и чуть сжал ладонь, что была на руке молодого человека.  -Слушай… а… - Дима не успел договорить, как к крыльцу подъехала желтая машина Яндекс Такси и несколько раз просигналила. -Если ещё раз пересечёмся - задашь вопрос. Удачи. - Антон махнул ладонью, предварительно пожав руку новоиспеченному знакомому, и открыл металические двери подъезда. -Спасибо огромное. - Громко сказал Дима вслед юноше и сел на пассажирское сидение машины. Зайдя в квартиру, Антон был немного в замешательстве. Слишком часто мелькал этот мужчина за сегодня. А потому, в голове у парня творился хаос из всевозможных вопросов, которые то и дело яркими вспышками пролетали в глазах. «Что он делал в Ледовом Дворце? Что он делал здесь и почему не остался у этой Вероники? Почему именно ко мне он обратился?» Понимая, что такое самокопание до добра его не доведет и от него он не получит никаких ответов, Фероньев тяжело выдохнул и зашёл в ванную. Она была выполнена в темно-серых и белых тонах: не дёшево, но сердито. Прямо перед дверью находилась раковина, над ней скрытый за зеркалом банный шкафчик и под ними располагалась стиральная машинка. По правую сторону от входа располагалась душевая кабинка, а по левую - туалет. Небольшая комнатка отдавала раздирающим холодом и пронизывающим всё существующее напряжением. Парень подошел к зеркалу и облокотился на раковину, шумно выдыхая. Посмотрев на себя в отражении, он свел брови к переносице и хмуро осмотрел себя.  «Не достаточно. Не. Дос. Та. Точ. Но.» Желваки заиграли в низу его лица, давая понять, насколько сильно он был сейчас напряжен. Глаза придирчиво осматривали юношу, что смотрел сейчас прямо на него, а руки сжимали раковину всё сильнее, позволяя скрытым ранее венкам проступить и создать витиеватый узор на бледных ладонях.  Антон резко отпрянул от раковины и ушел к себе на диван, попутно хватая маленький кухонный нож. Уже сидя на своем спальном месте, он шустро переоделся в спальные шорты и растянутую футболку, что, кстати, очень хорошо подчеркивали его спортивную худобу. Закатав немного штанину на правой ноге, его взору открылись разного размера белые полосы на внутренней части бедра. Не думая вообще, он быстро провел 3-4 раза по нежной коже, шипя и сгибаясь пополам. «Ты заслужил эту боль. Заслужил» Такие мысли крутились у него с момента, как он перешел в 5 класс. Там его невзлюбили одноклассники за, по их мнению, девчачий вид спорта и за разный цвет глаз. Унижения продолжались до момента, пока спорт не заполнил всю жизнь фигуриста и он не перешел на онлайн-обучение.  Но, раз он ушел от обидчиков, то в чём проблема? Почему навязчивые фразы крутились у него перед глазами, а руки до сих пор переносили эмоциональную боль на физическую? У Антона не было ответов. Знаете, это тот момент, когда человек не помнит фрагменты из своей жизни, потому что они были настолько травмирующими, что мозг решает убрать такие воспоминания куда подальше, заставляя своего владельца справляться с последствиями без объяснений.  Он совершенно запутался в том, что было в его жизни. Ему было тяжело понять, что он в целом тут делает, что ему нужно и к чему идёт. Из того, что было ему понятно - чувство вины и физическая боль. И то, первое часто тоже не поддавалось никакому объяснению, а отрезвлению способствовало лишь ненавязчивое нанесение себе увечий.  Про самоубийство Антон думал, но это было так, мимолётом. Всерьез он о таком никогда не задумывался, да и, по его мнению, это было слишком просто. Слишком лёгкий способ решения всех насущных проблем.  С тяжёлым выдохом он встал, оставил на кухне нож, несколько раз протер салфеткой порезы, из которых тоненькими струйками шла необычно густая кровь. «Надо больше пить воды, если хочу выжить. А хочу ли?» Он встряхнул головой, отгоняя от себя подобные мысли и, щелкнув выключатель, в полной темноте вернулся к дивану. На телефоне было около 15 новых уведомлений от разных пользователей: от Дениса, Норы, Лёши, Максима Александровича и Олега. Антон выдохнул, устало потер глаза и решил отложить прочтение сообщений от друзей, тренера и брата до утра. Всё равно до подъёма оставалось каких-то 5 часов. Сон никак не хотел его посещать. В голове крутились события прошедшего дня, который стал одним из самых насыщенных за последний год уж точно. Приоткрыв глаза и обратившись к образу луны, Антон позволил себе дать волю мыслям и обратиться к человеку, по которому он бесконечно скучал. «Как ты там, мам? Видишь ли ты нас? Надеюсь, что ты видишь всё, кроме того, что я делаю себе больно. Я вот скучаю по тебе. Каждый день. Мне слишком сильно тебя не хватает. И я очень виню себя в твоей смерти. Ты ведь тогда из-за меня сорвалась с места. Это ведь из-за меня ты села на тот самолет. И я ведь должен был тогда быть рядом с тобой. Ты злишься? Если да, то это правильно. Не знаю, может быть, скоро встретимся. Не мне решать и не мне противиться.» Бесконечный поток мыслей закончился в момент, когда Антон, сам того не заметив, прикрыл глаза и крепко уснул, даже не заведя будильник на утро.