О чем молчат боги

На моем кинжале кровь, но я быстро вытираю её. Пал ещё один предатель Князя Давида. В этом году бóльшую часть моих заданий состоит из убийств неверных. Взяв коня за уздечки, я веду его в сторону пристанища который разбил для себя этот пёс смердячий. В лагере всё ещё горит костёр, и даже что-то горит над огнём. Экий гад, зная что за ним послали убийцу, сидел и жаря себе еду, распивая вино и пел. Там же я вижу белую лошадь. По виду кобыла. Но я не уверена. Я привязываю рядом с хорошим конём, которого планирую отдать в качестве трофея Князю, своего коня Вия. Чёрный жеребец с тугими косами топает копытами, фыркая и смотря в сторону кобылы предателя. Понравилась? Главное чтобы не оприходовал её прямо здесь. Я вздыхаю и сажусь у костра, снимая с огня яблоки. Как он глуп что решил остановится, и какова моя удача и благословение Сварога, раз он не успел ничего тронуть. Я как раз проголодалась аки лошадь.

***

Приложив руку к груди я глубоко гланюсь. — Князь Батюшка, я принесла голову главной змеи. И трофей, его коня. — Холодные, светлые, голубые глаза Князя Давида смотрят на голову, где у шеи уже запеклась кровь и больше не капала. И слава Ярило, не хотелось бы испачкать царские палаты кровью презренных. Давид удовлетворенно кивает головой и гладит усы с бородой. — Хорошо, очень хорошо Агния. Ты убила все головы у змеи, не оставив ни одного предателя. Я устрою в честь этого сегодня пир. А теперь ступай. Поклонившись, я выхожу из палат. Государь сказал что устроит в честь этого пир. Но он не уточнил, устраивает ли он пир в честь того что предателей больше нет, или в мою честь. Пол отзывается ровным стуком под моими сапогами. Скорее бы прийти в комнату и взяв с собой новую одежду, пойти в баню. Шаги сзади меня я слышу резко, будто кто-то вышел из тени, и я резко разворачиваюсь, выставляя перед собой свой всё ещё окровавленный кинжал. Он утыкается в горло Олегу - старшему Княжичу среди отпрысков Давида. Всего у него было двое детей. Олег Давидович и Настасья Давидовна. Но примерно в то же время когда я попала на царский двор, его младший брат погиб, оставив после себя сына, Сергея Викторовича, который уже потерял мать. Царь забрал его и воспитывал как своего, почти так как и меня. Среди всех детей лишь Олег Давидович отличился схожестью с отцом. Такие же жесткие черты лица и волосы, цвета древесной коры. Княжич часто убирал назад мешающие волосы во время тренировок. Только глаза чёрные, как космос. У дочери была внешность Княжны Вассы- светлые как пшено волосы и мягкие чёрты лица с ямочками на щеках при улыбки. —И куда же ты направляешься а, огонёк? Он осматривает меня холодным взглядом с сжимает губы в тонкую полоску. —Я иду в свои опочивальни, Княжичь. У вас есть ко мне какие-то вопросы?— Олег наклоняет голову, будто впервые меня видит и оценивающе проходится по моей одежде, останавливаясь не на моём расшитом кафтане, который я надела специально перед встречей с Князем, а на белом платье которое было под кафтаном и у самых сапог видно что весь подол платья безнадежно испачкан в крови. — Ранений нет?— Спрашивает он, находясь будто между двумя мирами. Я качаю головой и указываю на свои уже не белые рукава, тоже испачканые в крови, а вместе с ними еще и перчатки из кольчуги, чтобы не ранить свои руки. —Кровь не моя, во время похода у меня не было ни времени ни места чтобы искупаться. Я убивала одного и развернувшись тут же скакала в другую сторону чтобы догнать другого предателя. —Олег кивает головой, и прикрывает глаза, а потом на его лице снова появляется знакомое суровое выражение лица. — Тогда прикажи прислуге выдать тебе новое одеяние. Эти тряпки уж точно не отстирают. Тебе на пиру нужно будет позаботиться о Валерии, из рода Макаровых. Её отослала семья сюда, после того как она единственная во всей семье получила благословение Деваны. Так что теперь это твоя ответственность. Он развернулся пошел прочь дальше по коридору, а я разозлилась. Ладони резко стали темплыми и из кончиков пальцев даже стали появляться маленькие искры. Я им не нянька. Как они смеют меня заставлять присматривать за кем-то, если я и так охраняю Княжну? Пройдя в свою опочевальню я снимаю кафтан и платье, бросив их на пол и достаю какое-то розовое платье с расшитыми рукавами и горловиной. На лбу завязываю белую повязку, чтобы волосы не лезли и сажусь за стол, куда кухарка уже поставила горячий чан с кашей. Я думаю о словах Олега, мне дадут подопечного? За каким лешим из меня делают няньку для девиц из боярских семей? Каша горячая, это хорошо. После сытного обеда я сажусь за стол. Единственная книга что у нас есть это Сотворение мира Отцом Рода. Я знаю всю книгу уже полностью, но всё равно перечитываю её. Сначала Род сотворил землю. Там было темно и холодно, поэтому он создал небо и Дажьбога, который рассекал небо на своей колеснице,а ночью спускался в царство мертвых. А на его место приходила кравица Деница. За всем этим следит Хорс, смотря чтобы день сменяла ночь, а зиму лето. После он сотворил Сварога, по своему образу и остальных богов. От Рода пошла жизнь. Когда Денница создала людей, желая превзойти своего прародителя, они были слабы и немощны. Поэтому Род даровал им милость небесную, он даровал людям своё благословение и они стали создавать себе похожих. Вскоре каждых из богов начал даровать людям благословение. Сварог даровал людям возможность укрощать огонь в своих жилах, наделив жёлтыми глазами. Перун позволил людям пускать молнии в своих врагов, даровав голубые глаза. Велес дал им магию тьмы и теней, сделав их глаза черными. Они могут скрываться в тени, оставаясь незамеченными и непобедимыми для врагов, или просить помощи у умерших предков. Мокошь даровала людям возможность обращаться с самой природой и взращивать что угодно и дала красные глаза. Жива дала людям возможность воскрешать людей, животных и чувства, вслед за этим появились зелёноглазые люди. А Девана даровала людям общаться с животными. После её дара, глаза людей стали приобретать коричневый цвет. С тех пор у каждого человека есть благословение бога которому он люб. И глаза у него, какие как и у бога. Но при рождении и до получения своего благословления, все люди ходят с белыми глазами. В дверь опочевальни стучатся и я закрываю книгу. —Заходите В комнату тут же вошла царская прялка Люба. Бабой была она хорошей, и сильной. В руках она несла зеленое платье, рукава и воротник которого были расшитые драгоценными камнями и золотыми нитками. Прямо княжеское платье. —Ты Агния, девка то поди не глупая, признавайся, кого из бояр охмурила, что тебе такие одежи подаривают?— Спрашивает она меня, кладя платье на кровать. Ее карие глаза смотрят на меня и я лишь пожимаю плечами. —Мне покуда знать, кому ещё я стала люба. Всё равно одним днем мужья понимают что от меня они ничего не получать. В глазах Любы видно неодобрение и она подтверждает его, вздохом и словами. — Ты, Агния, девка сдобная, и лицо у тебя красивое, и благословение хорошее, только вот худая слишком. С твоим телом дитё нормальное не понесешь, и даже с этим, люба каждому мужу будешь, но всё равно их за порог гонишь. Не положено ведь девке так отказывать мужам. Тебе нужно сильное плечо. А хороший муж и в мехах купать будет и оберегать. И вот опять, старые песнопения. Любка меня постоянно пытается подсунуть к разным мужьям, да только дела мне до них нет. Я Князю Давиду хочу прислуживать. Я ж когда отроком была, семья моя вся погорела в избе. А батюшка меня забрал в царскую избу. Приютил, выкормил. Я сама попросилась к нему на службу. В дружину меня не взяли, потому что девка, поэтому я стала ему служить, я ловка и быстра, посему сгожусь для мелких заданий. С тех пор много зим минуло, как я у Князя службу служу, и охраняю его единственную дочь Настасью. Любка всё ещё недовольно вздыхает и уходит. А я смотрю на платье. Боярин? Князь? Сережа? У Сережи был добрый характер. Он часто тренировался со мной или помогал мне с чём-то, даже если я была простой слугой, а он Княжичем. Поэтому вполне возможно что это платье прислал мне именно он. Или может Давид, хочет вознаградить за хорошую работу? В любом случае, Дажьбог только проехал половиу неба, поэтому время ещё есть. Лязг топоров и мечей был слышен ещё до того как я подошла к тренировочному полю. Мужья дрались друг с посередине, не прибегая к магии. А кто-то наоборот, стоял в стороне и практиковался в дарах праотцов. Меня дружина видит издалека, поэтому приветственно машет рукой И приглашает на бой , из-за задания я последние несколько дней вообще не тренировалась, поэтому небольшая битва не помешает.

***

—Знаешь, я вовсе не удивлен, увидев тебя именно здесь. Ты - маленькая ошибка Денницы, видимо она по ошибке заключила душу мужа в тело девки. Олег хмурится, снова осматривая меня с ног до головы. Я держу деревянный меч в руке и убираю его на ограждения, уходя прочь от поля и не обращаю внимание на слова Княжича. Победу в бою я конечно же одержала, но этого всё равно недостаточно чтобы меня взяли в дружину. Плевать. Но пёс, всё таки настырный, а посему быстро догоняет меня и идёт рядом.—Мой дорогой батюшка наказал мне проследить чтобы его ручная собачка на пиру была ухожена и красива. И без крови на одежде. Поэтому я буду тщательно следить, чтобы ты не вышла к боярам как ырка.— О, да серьезно? Прародители, почему именно он? Я резко останавливаюсь и смотрю на него. — В баню со мной тоже пойдешь?— Олег сжимает губы. Он подходит ко мне и наклоняется. —Покуда мне идти туда, ежели я и без этого знаю что ты выглядишь як кикимора?— Моё лицо багровеет, а ладони снова начинают теплеть. Только в этот раз я вскидываю руки и направляю в него огонь. В отметь парень отскакиет назад и отталкивает моё пламя тьмой. А после с тяжёлым вздохом окутывает себя тенями. И всё. Я больше не вижу этого вия, но хотя бы знаю что теперь он будет молча следовать за мной. Лучше уж молча. Я возвращаюсь в царский двор и сначала иду в баню чтобы растопить её, а потом захожу в свою комнату и забираю всё что мне нужно. На ложе помимо платья теперь лежит небольшой кокошник из такой же зелёной ткани, и тоже расшитый камнями. Ну теперь я хотя бы знаю что это от Князя Давида. Ведь он наказал Олегу следить чтобы я приукрасилась. Может на наши земли приехали послы иноморские? Когда я захожу в баню, она уже прогрелась поэтому я закрываю дверь и раздеваюсь. Где-то у стены мелькает тень, то мне откровенно говоря плевать, тут и так свечи колышутся, поэтому на свет не жалуюсь. Апосля, выйдя из бани я возвращаюсь в свою палату и переодеваюсь в подарки Царя, собирая волосы в крепкую косу и надевая кокошник. Смотря в зеркало я вижу лицо, которое вроде любо всем. Плавные черти лица, яркие, жёлтые глаза. Кудрявые рыжие волосы которые я ни разу не стригла, теперь они почти достают до моих коленей. Веснушки россыпью по всему лицу, руками и телу. Худощавое тело, хотя это даже плохо. Баба должна быть складной, да полной. Чтобы дров да воды натаскать. И чтоб дитину здоровую родить. Вовремя поняв что это уже не мои слова, а Любки, я поправляю тугую косу, и надев расшитый кафтан с мехом лисьим, выхожу из опочевальни. В царской палате стоит громкий шум от болтовни и кваса, столы ломаться от ядств, а крепкие мужья смеются и кумекают о делах государственных. Я захожу и с порога в пол кланюсь Князю, он кивнул мне головой в ответ и поднял кубок с вином вверх, приглашая присоединиться к празднику. Мне тут же приносят добрую чашу вина, которую я так же поднимаю, смотря на государя и выпиваю, отдав её обратно, апосля, я прячусь среди колонн. Нечего девке делать на пиру мужей, но меня каждый раз ждут там, хотя и говорят не мелькать перед очами бояр. В углу я кажется вижу свою новую подопечную... Как же её там?... К лешему, всё равно не запомню. Быстро подойдя к ней я смотрю на её глаза. Карие. И правда Девана благословила. —Чего стоишь в углу, не угощаясь яств? Как тебя кликать?- Её глаза поднимаются на меня и она смотрит в мои жёлтые глаза. Розовые губы дрожат. От страха? Не думаю. Тут сквозняки, а на ней ни шубы, ни даже мехов. Эка дура. — Я Валерия Алексеевна. Кивнув головой, я снимаю с себя кафтан с мехом и накидываю ей на плечи, я к холоду уже привыкла, а она уже поди вся дрожит. Сразу видно, излюбленная дитина. —Чьих голов то ты будешь? —Макаровых —Сколько лет от роду тебе? —Вот уже как шестнадцать зим от роду недавно минуло. Шестнадцать зим? Она уже должна быть сосвататься какому-нибудь молодцу, а не морозить ноги при царском дворе. —Вот что я тебе скажу, Лера, из Макаровых. Во царском дворе всегда холодно. Поэтому имей при себе шубы, али меха. Тебя за какими прародителями к нам то отослали? Али твои матушка да батюшка думают что мы тебя здесь боярыней сделаем? Лера качает головой. Обхватив руками кафтан, она оглядывается и вздыхает. — За мужем меня сюда отослали. Род я опозорила. Всех в роду Велес благословляет, а меня Девана. Мне сказали покуда мужа не найду здесь, знать они меня не знают. Ироды, самой искать мужа девке это и так зазорно, а здесь ещё и род отвернулся. Сжечь бы их к Вию, да передать ему в дары. Вместе мы проходим и садимся за отдельный стол где еды немного меньше чем за столом мужей, но тоже достаточно для нас двоих. Лера смотрит как я убираю пару яблок и хлеб со стола в сумку, убираю её. — После пира ты пойдешь на капище приносить жертву богам?— Я киваю головой.— Позволь мне пойти с тобой и принести жертву вместе. —Ладно. Она улыбается, апосля мы вместе принимаемся за яства. Набивали себе животы, и распивали вино да квас. —Как ты получила своё благословение Сварога? Мои руки замирают, не донеся вино до рта. Прародители. Ненавижу эту тему. Но она девка молодая, да добрая, а по сему я решаю рассказать ей свою историю. И не только для того чтобы разбить её мечты о прекрасной жизни. — Это было ночью. Поганые разбойники на деревню нашу набежали. Всех перебили, а у тех, чей дом был закрыт на засов, подожгли. Мой дом тоже подожгли. Домовой только меня успел разбудить, потому что я на лавке спала, а родители на печи и до них было не дотянуться. Братья и сестры мои уже в этому времени успели уйти к Вию и Морене. Я проснулась, но из дома не смогла выбраться. Апосля дом падать начал и я в печь спряталась. Чудом огонь не коснулся меня. После этого Сварог и заметил меня. И дал своё благословение, чтобы в будущем меня никто не мог обидеть. Через два дня пришла Княжеская дружина. Я уже тогда слаба была. Одна выжившая среди всей деревни. Поэтому забрали меня сюда, а здесь меня приютил сам Князь. Растил вместе со своими детьми, но никогда не позволял себе проявлять ко мне что-то кроме маленького уважения. Где-то в толпе мужей я вижу Сергея. Он болтает с Олегом, про которого я позабыла ещё до похода в баню. Сергей ловит мой взгляд и его оранжевые глаза в ответ глядят на меня. Улыбка сама лезет на лицо когда он кивает мне головой. А вот Олег лишь отворачивается, не желая на меня глядеть. Его младшой приближается к нам, хотя и не положено Княжичу так близко находится с незамужними девками. Он садиться с нами за один стол и когда ему наливают вино, улыбнулся. —Как не гляну, Агния Васильевна, с каждым днем ты всё краше и краше. Рад тебя видеть. Надеюсь ты возвращаясь обратно через лес, не прогневала Лешего и он помог тебе спокойно пройти через свои владения.— Я киваю головой.— Можешь не беспокоиться к хозяину леса у меня всегда есть уважение.— Я смотрю Валерию и на её красные, будто намазаные свеклой щёки. Губы сами сжимаются в тонкую линию. Экая бестыдница. Её сюда отправили мужа искать, а она перед Княжичем краснеет от смущения. Сережа смотрит на неё и широко улыбнулся, так что моё сердце пропустило удар. —А тебя как кликать, красна девица?— Она поднимает взгляд на него и пуще прежнего краснеет.— Валерия Алексеевна.- Я смотрю на неё недовольно, неужели она думает что у неё есть хоть какой-то шанс стать женой племянника князя? Смешно. —Тогда, мы присоединимся к вам сегодня вечером.— Где-то сзади меня раздался бархатистый голос и обернувшись я вижу Олега, который садится ко мне на лавку и протягивает мне свою пустую чашу чтобы я наполнила её, в который раз напоминая мне о кардинальном различии в наших статусах. Если Сергей никогда не напоминал мне об этом и всегда относился как к равной, то Олег никогда бы не упустил возможности сказать мне о том что ему плевать если я росла с ним на одинаковых условиях, я- всего-лишь рабыня и прислужница для него. Даже если изредка Князь и заставляет его повозиться со мной, его рабыней от этого я быть не перестаю. И честно меня жутко раздражает это различие между старшим и младшим братом. Я наливаю ему кваса, жалея что не плюнула туда и отворачиваюсь от него к Сереже.— Огонек, ну что же ты? Как не родная. Испей со мной квасу, а после мы сходим вместе на капище приносить дары своим богам.— Снова посмотрев на старшего Княжича моя челюсть сжимается. —Прошу простить меня Княжичь, только вот на капище принято ходить с близкими людьми, или хотя бы с людьми которые не вызывают плохие эмоции. Не пристало осквернять святое место богов.— Олег бархатисто смеется, хотя я знаю что за этим смехом он скрывает ужасное и недовольное лицо. Просто на пиру нельзя хмурится, и наклоняется ко мне.— О, это не проблема, огонек. Ты мне ближе всех этих псов. Может быть даже люба мне. Прародители, это даже не вино, а лишь квас, но говорит он такую чушь, будто испил бочонок вина.— Думаю сейчас не время шутить твои шутки, Олег Давидович. Насколько мне известно, тебя звал Князь, не хочешь ли подойти к батюшке на поклон?— Строго говорит ему младший брат, молодец лишь пожимает плечами и осматривает меня с ног до головы.— Не хочу, но раз меня гонит родной братец, придется пойти.— Поднявшись с лавки он берет свою чашу и сделав глоток улыбнулся мне. — Ещё увидимся, зазноба моя. Мы все удивлено смотрим ему в спину, когда он уходит. Мои руки снова колет огонь, поэтому я вскакиваю вслед за ним, но иду в другом направлении, уходя из палат. Ненавижу его, змей поганый. Вслед за мной бежит Лера, она испуганно смотрит на меня и на мои жёлтые глаз, которые будто горят. —Кто это был?—Спрашивает она. —Сын князя Давида. Олег Давидович. Он строг и рассудителен со всеми кроме меня. Меня же это постоянно обходит стороной. Князь Давид его просто обожает за то что тот родился Альфой. Олег Давидович его единственный наследник на престол. Жена умерла в родах, а Князь так любил её что больше женщин не тискал. Выйдя на улицу мы быстрым шагом идем в сторону капища, Там стоят разные идолы. Лера смотрит на них.— И почему он так к тебе относится?— Я понимаю плечами.— Когда я только оказалась здесь он избегал меня. Потом через неделю начал немного общаться, и даже пытался подарить какие-то подарки. Но через неделю после этого в царский двор привезли Сергея Викторовича и я перестала общаться с Олегом Давидовичем, полностью подружившись к его младшим братом. Через несколько лет он стал ездить по разных государственным делам и войнам, а Сергей Викторович здесь сидел. Так, за годы его отсутствия мы сдружились накрепко, а когда Олег Давидович вернулся то его характер стал хуже. Он перестал улыбаться и постоянно ходил хмурым. Мы начали часто ссорится и браниться. И сейчас наше общение только такое. Я мечтаю о том как всажу ему кинжал в горло. Девица смотрит на меня удивлённо. Она качает головой, остановившись.— Всадить кинжал? Какое он тебе зло сотворил что ты такое говоришь о будущем Князе? Я мрачно усмехаюсь, смотря в сторону царского терема.— Как я уже сказала, по возвращению Олега Давидовича было не узнать. И тогда он начал открыто говорить о наших различиях. Постоянно напоминал мне что это не данность, а привелегия проводить время с царскими отпрысками. Говорил что я лишь рабыня и прочее. Кому же нравится когда такое говорят? Вот после этих слов и мечтаю его придушить. Мы наконец подходим к идолам и расходимся к своим богам. А в голове всё еще крутиться его слова, сказанные на пиру. Неужели он говорил это всерьёз, или просто слова на ветер раскидывал? Мотнув головой, подхожу к идолу Сварога где стоят другие люди. Я отдаю волхвам свои дары и вскоре жрецы начинают обряд жертвоприношения. Как всегда сначала идут наши, мелкие дары чтобы обратить на себя внимание богов, а после выводят жертвенного быка. Пока ему отрезают голову и набирают кровь в чашу, все отмеченные Сварогом вместе со мной поднимают руку вверх и из кончиков наших пальцем летит вверх огонь, сливаясь в один большой. После кровь выливают в специальную чашу перед статуей Сварога и все замирают в ожидании. Кровь начинает бурлить сама по себе, испаряясь, а все вокруг чувствуют прилив сил. Сварог разделяет вместе с нами наши дары, и напитывает нас силой. К моему не удивлению, в толпе раздаются первые мотивы молитвенных песнопений, и уже через пару секунд их подхватывают все остальные. Вся толпа начинает покачиваться из стороны в сторону, воспевая молитвенную песню нашему богу. Когда все расходятся, то я иду задумчивая. Даже на капище я думала об Олеге Давыдыче. Зазноба. Зазноба? Княжичь знает что так называют девок которые любы сердцу, а не для шуток. Такие обращения нельзя использовать как шутку. И... Признаться честно я совсем не узнаю его. Когда он вернулся в том году обратно в Москву из Новгорода, то его будто подменили. Когда я сидела с Сергеем Викторовичем в княжеском дворе, то он обязательно забирал парня чтобы дать ему какие-то задания. А если мы тренировались с Сергеем Викторовичем на тренировочном поле, то Олег Давидович обязательно приходил, нет, появлялся из ниоткуда, и вызывал Сережу на поединок. А вот недавно снова начал вести себя как в детстве. После долгого избегания он подарил мне белый платок, который был расшит серебряной нитью и серьги из серебра с зелёными камнями. Я его убрала куда-то в сундуки и почти не достаю, только лишь когда холодно. И то, если все остальные платки у меня испачкалась. А серьги мне понравились, я их часто ношу. Сбоку от меня мелькает тень и я быстро оборачиваюсь вскинув руку с огнем. Никого. Оглянувшись и повертевшись, я лишь убеждаюсь что здесь нет никого. И не было. Поэтому я продолжаю идти к царскому терему, но огонь не убираю. На улице уже стемнело, а упасть где-нибудь я не хочу. Я остановилась лишь на секунду чтобы поправить воротник своего платья, который мне подарил Князь. А в спину будто кто-то дышит.