Слуйчайность

Нам Гю всегда держался рядом с Таносом. Вернее, с Су Боном — знаменитым рэпером, о котором мечтали сотни фанаток. Но никто из них не был так близок к нему, как Нам Гю. Никто не мог касаться его так часто. Никто не мог слышать его голос рядом каждый день. Он ходил за Су Боном, будто тень. Стоило тому обернуться — и Нам Гю уже там. Готовый к любому его слову, готовый исполнить любое желание. Иногда Су Бон улыбался этому, иногда насмешливо качал головой, но никогда не прогонял. Нам Гю был счастлив. Ему не нужно было ничего, кроме этого. Ему не нужно было ничего, кроме Су Бона. Но потом появилась она. Семи. Обычная девушка. Ни в чём не примечательная, ничем не особенная. И всё же, Су Бон уделял ей слишком много внимания. Он шутил с ней, он смотрел на неё так, как раньше смотрел на сцену. И она улыбалась в ответ, смеясь над его словами, принимая его внимание так, будто оно ничего не стоило. Нам Гю ненавидел её. Каждый её смех отзывался у него глухим раздражением. Каждый взгляд Су Бона в её сторону резал его, как нож. — Come on, baby, ты слишком серьезен, — однажды сказал Су Бон, когда поймал взгляд Нам Гю. — Я не серьёзен, — выдавил тот, сжимая кулаки. Но ему было не смешно. Совсем. Он должен был что-то сделать. Следующая игра напоминала карусель. Весёлая музыка звучала, все стояли на карусели которая крутилась в одну сторону .Играла веселая напрягающая музыка. Многие держались за руки, а многие собирались в команды. Такая тактика была самой выгодной как и казалось многим. Но стоило музыке оборваться, как объявлялось число. Именно столько человек должно было оказаться в одной кабинке. Тот, кто оставался снаружи, — умирал. Нам Гю придумал план. Всё должно было пройти идеально. Семи должна исчезнуть. — Stick with me, bro, — сказал Су Бон, когда объявили, что в кабинках должно быть по два человека. Нам Гю кивнул, крепче сжимая ладонь рэпера. Внутри у него всё горело от предвкушения. Но взгляд его уже был направлен на Семи. Она доверяла ему. Почему-то. Он наклонился к ней, прошептал: — Быстрее, со мной! Семи, не раздумывая, кивнула и рванула следом за ним. И в последний момент, когда дверь кабинки уже была перед ними, Нам Гю резко сменил траекторию и скользнул внутрь вместе с Су Боном. Семи осталась снаружи. Он услышал, как она резко выдохнула. Как её руки ударились о закрывшуюся дверь. Громкий выстрел. И тишина. Она мертва. Нам Гю закрыл глаза, впитывая это чувство. Он победил. Теперь никто не будет отвлекать Су Бона. Теперь всё внимание будет принадлежать только ему. Су Бон даже не выглядел особо расстроенным. Он пожал плечами, усмехнувшись. — Life goes on, huh? Нам Гю посмотрел на него. Теперь всё будет так, как он хотел. После смерти Семи всё действительно изменилось. Су Бон больше не отвлекался. Он не искал её взгляд в толпе, не пытался её развеселить. Теперь он снова был рядом с Нам Гю — всегда. И хотя в его поведении не было никаких особых изменений, Нам Гю чувствовал: теперь он действительно первый. И всё же, он знал, что Су Бон далеко не идеален. Грубый. Жестокий. Наслаждающийся вниманием других. Но Нам Гю не хотел идеала. Ему нужен был только Су Бон. — You good, bro? — однажды спросил тот, когда заметил, как Нам Гю нервно кусает губы, водит пальцами по руке, будто в поисках чего-то. — Да, — ответил Нам Гю. Но он лгал. В груди что-то сжималось, скручивалось в узел, от которого хотелось избавиться. Что-то внутри него кричало, что он зависим. От Су Бона. От его слов. От его взгляда. От прикосновений. И ещё… от таблеток. Су Бон давал их ему не часто, но достаточно, чтобы он начал ждать их с нетерпением. — Take it, relax, don’t overthink, — говорил рэпер, кладя в его ладонь маленькую капсулу. Каждый раз. Нам Гю брал её, не спрашивая. Не задавая лишних вопросов. Ему было всё равно, что это. Главное — это помогало. Ночь. Тишина. Большой зал, полный кроватей. Где-то слышны тихие разговоры, чьё-то хриплое дыхание, чей-то приглушённый плач. Но в этом мрачном пространстве, наполненном чужими страхами и шёпотом, был только один голос, который волновал Нам Гю. Голос Су Бона. Он не мог спать. Су Бон был рядом, всего в нескольких метрах, но этого было мало. Он встал, медленно, чтобы не разбудить других, и направился к кровати Су Бона. Тот не спал. Лежал на спине, уставившись в потолок, едва уловимо двигая пальцами, будто перебирая ритм в голове. Заметив Нам Гю, он усмехнулся. — Yo, what’s up? — его голос был низким, хриплым, но удивительно тёплым. Нам Гю замер. Он не знал, что сказать. Просто стоял рядом, не в силах пошевелиться. Вместо слов, он медленно потянулся рукой к кресту, висевшему на шее Су Бона. Провёл пальцами по холодному металлу, ощущая, как сердце стучит быстрее. Су Бон усмехнулся шире. — Oh, you like this? Он лениво вытащил из креста таблетку, поднёс её к губам, а затем… Опустился к нему. Губы Су Бона были горячими. Слишком горячими. Таблетка оказалась у Нам Гю на языке прежде, чем он понял, что произошло. Вкус. Голова кружится. Всё исчезает. Су Бон отстранился, глядя на него с лукавой улыбкой. — Don’t thank me, Nam Su. Нам Гю моргнул, ещё не до конца понимая, что случилось. Тёплые л адони Су Бона всё ещё лежали на его плечах. Всё ещё держали его. Он медленно вдохнул. — Меня зовут Нам Гю, — прошептал он. Но Су Бон только засмеялся.