Пепельное сердце

— Давай проживем ещё один день в ненависти. — Слова сорвались с губ на выдохе, и на лице Юкиме появилась горькая, вымученная ухмылка. Им уже нечего терять. Любовь и ненависть отделяет всего один шаг, и они сделали уже достаточно. Больше нужного, в итоге оказавшись на краю обрыва. Раньше казалось, что ещё возможно все исправить, возможно склеить ту нить, восстановить ту связь из далёкого, забытого прошлого, но увы, уже ничто не может спасти хлипкие отношения несчастных брата и сестры, которые оказались по разные стороны баррикад. Ничто не может ранить так, как настигнувшее разум понимание, что ничего не станет как раньше. Колкое, болезненное понимание, заставляющее сердце колотиться так быстро, будто оно куда-то очень сильно спешило, а мысли путаться, огромным комом скапливаясь в горле и не желая как-либо двигаться дальше. Юкиме тяжело сглотнула, делая шаг назад. Нет, это уже не тот человек. Райто — беловолосый жизнерадостный мальчик, открытый, казалось, для всего мира, готовый полюбить всех и каждого, останется навсегда лишь воспоминанием, отголоском прошлого. Прошлого, которое никак не сопоставимо с человеком, что стоит прямо перед ней. В нем что-то сломалось. Что-то очень важное, из-за чего сейчас тот, без колебаний, направил дуло пистолета на свою сестру, готовый выстрелить в любую секунду. — Нет. Ты умрешь прямо сейчас. — В его взгляде что-то переменилось. Мгновение назад перед Юкиме стоял безразличный ко всему человек, утративший, казалось, способность к каким-либо чувствам, а сейчас на его лице появилось некое... сожаление? *** Жуткий холод охватил все помещение, заставляя молодую Агату поëжиться на своем рабочем месте. Все ещё сонная, с синяками под глазами из-за недосыпа, Юкиме открыла глаза и резко подняла голову, убирая от себя прилипший за всё это время к ее щеке листок, протирая глаза. Мозг напрочь отказывался хоть как-либо начать функционировать, и она тупо пялилась на бумаги, лежащие перед ней, пока в голову не пришла не очень хорошая догадка о том, почему вдруг резко стало так холодно. Резко подскочив из-за стола, буквально за несколько секунд полностью пробудившись, Юки в первую очередь взглянула на часы, что неизменно тикали над дверью, безошибочно показывая одиннадцать часов утра. Сердце пропустило удар. Юкиме моргнула, надеясь, что это обман зрения, и на самом деле не прошло уже более десяти часов с того момента, как та села заканчивать работу, но увиденное оказалось вполне реальным, что не могло не печалить. Она что, заснула прямо в процессе? По коже пробежали мурашки от доносящегося из открытого окна холодного зимнего ветра, и Агата тут же бросилась закрывать его, заодно пробегаясь и по остальным комнатам, стараясь не умереть от холода. Проветрила на пол часика, называется. Благо, Юкиме жила в не особо большой квартирке в центре города, куда переехала временно из-за работы и друзей, откуда скоро собирается уезжать, сдав последние бумаги, над которыми так старательно сидела пол ночи, надеясь закончить к утру, а в итоге заснула и придется все это дело отложить на вечер. Захватив из шкафа теплую кофту и по пути к столу натягивая ее на себя, таким образом попытавшись согреться, Агата подошла к зеркалу и бросила на свое отражение оценивающий взгляд. Пред ней предстала женщина, больше похожая на труп, чем на человека. Белые длинные волосы были небрежно затянуты резинкой в низкий хвост, который успело сильно так потрепать, лицо, да и в целом вид был очень помятым, под светло-голубыми глазами поселились тёмные синяки, а тонкие руки сейчас переплетались друг с другом. Из одежды — темная водолазка, на которую была натянута плотная кофта, домашние штаны и отсутствие носков, и все это сопровождалось лёгкой дрожью от сильного холода в квартире. Тяжело вздохнув, Юкиме в первую очередь потянулась к телефону, которого, кстати, не оказалось на законном месте в заднем кармане, и Юки, сведя брови, забрала забытую вещь со стола и быстро набрала номер заказщика. Через несколько гудков в трубке послышалось шипение, шуршание, и только потом — сиплый, низкий мужской голос, который, явно недовольно, пробурчал одну единственную фразу: — Кто? Юкиме, несмотря на то, что собеседник не мог ее увидеть, вопросительно вскинула бровь, подходя к кофеварке на кухне и подставляя под нее кружку. — Пора бы уже забить мой номер, Код. — На кухне, вместе со звуком работающей техники, разлился запах свежего кофе. На другом конце послышался сиплый, несдержанный смех, и через несколько секунд голос, уже явно доброжелательнее, продолжил диалог. — Юкиме, ты? — Все тот же кажущийся притворным смех, больше похожим на какого-то злодея из фильма или сериала, но никак на человека из реальной жизни. — Не признал номерок. — Ты бы побольше дурью маялся. Я по делу. — Юки отпила из кружки, опираясь поясницей на кухонный стол, и горячая жидкость пролилась в горло, приятно опалаяя его и изнутри согревая организм. — Бумаги будут только к завтрашнему утру. Произошли некоторые... Заминки. Код резко замолчал, будто задумываясь о чем-то на несколько секунд. — Ты же понимаешь, что долго ждать я не стану? — вкрадчиво начал он, явно не оценив данную новость. — Да-да, и если все не будет готово вовремя, мне не поздоровится. Каждый день напоминаешь. За один день с договором ничего не случится, можно и потерпеть немного. — Юкиме раздражённо закончила разговор, откинув ничем не провинившийся телефон на кухонную тумбу, все с таким же раздражённым видом отпивая кофе. Но зла она была вовсе не на клиента. Зла она была на себя за данную оплошность. Агата ненавидела, когда что-то шло не по ее плану, а еще больше она ненавидела совершать ошибки, ставя перед собой цели, даже не задумываясь о результатах помимо "идеально". И этот случай не исключение. Отставив дымящуюся кружку с кофе на стол, Юки потерла переносицу, прикрыв глаза, а потом лениво поплелась в комнату, дабы хоть как-то привести себя в порядок. Жила, пусть и временно, она на девятом этаже многоэтажки, расположенной почти в центре города, вид которой выходил на огромный мегаполис. В большом городе постоянно все было в движении, не было ни единого дня, где все было бы также, как день назад, а постоянный шум проникал в дома даже с закрытыми окнами, из-за чего молодая Агата, которая не очень любила подобное и до этого всегда жила на окраине города, сняла квартиру повыше настолько, насколько это было возможно. Само жилье представляло собой, пусть и не многокомнатную, но просторную квартиру, выполненную в холодных белых тонах, в которой, с того момента как Юкиме поселилась сюда, пахло крепким кофе. В комнатах всегда было чисто, нигде ничего не лежало просто так, но все это заканчивалось, когда Юкиме переступала порог кабинета, в котором проводила большую часть своего времени. Не сказать, что она была совсем одинока, раз уж не часто выходила из дома, или помимо работы у нее не было личной жизни, просто много времени и сил уходило на один очень дорогой заказ, который включал в себя запрещённые и опасные препараты, над которым она сидела вот уже второй месяц. На самом деле они уже были закончены, но нужно было подписать несколько бумаг, чтобы правительство или ещё кто не узнал об этой её деятельности, и в связи с постоянной занятостью в кабинете царил хаос. Разнообразие бумаг, валяющихся на полу, висящих на стене, в аккуратных стопках сложенных на столе, поражало. Пустая кружка, в которой некогда было кофе, уже начинала прилипать к столу, а выдвижные тумбочки и вовсе были забиты всякой ерундой, которую пора уже давно было выкинуть, но все никак не доходили руки. Однако коробка средних размеров неизменно покоилась в шкафу, заполненном несколькими вещами, вот уже несколько дней нетронутая человеческой рукой. В ней-то и покоилась дорогостоящая работа, на которую было угроблено столько сил и времени, и Юкиме бросила на неё взгляд, когда потянулась за новой одеждой. Через несколько минут в отражении появилась женщина в куда более надлежащем виде, завязывающая светлые волосы в неизменный низкий хвост. На ней были черные обтягивающие юбка и водолазка, светлый кулон в виде ключа, высокие сапоги на каблуках и пальто, на которое через несколько мгновений уже был повязан шарф. А через секунду Юкиме уже ждала ответа по другую сторону трубки, поджигая сигарету, накидывая сумку на плечо и выходя из дома, звеня ключами, однако ответа на звонок не последовало. Вопросительно посмотрев на экран телефона, будто он мог дать ей ответы, Юки тяжело выдохнула дым, подходя к лифту и нажимая на кнопку вызова, и ответ, а точнее девушка, накинувшаяся на нее с объятиями, пришел сам, чуть ли не сбивая ее с ног, отчего сигарета выпала из рук, тлея на полу, сопровождаемая печальным взглядом на нее Юкиме. Пытаясь не задохнуться от действий своей горе-подруги, Юки кое-как отцепила ее от себя, вопросительно посмотрев ей в глаза. — Не смотри на меня так. — Сказала смутившаяся яркая девушка, отчего Юкиме посмотрела ещё более вопросительно, и девушка, заправив выбившуюся зелёную прядь волос, улыбнулась. — Ты так долго не выходила из своей берлоги, что я решила прийти самостоятельно, но, видимо, мы подумали об одном и том же. — Но я не хотела приходить к тебе домой... — Но та уже не слушала, затягивая Юкиме обратно в пасть лифта и спускаясь на первый этаж. — Куда пойдем? Ты уже два месяца здесь живешь, а мы ещё нигде не были. Неужели тебе не хочется посмотреть на город? — Крис вышла на улицу, выдыхая в морозное утро облачко пара, оглядываясь на выходящую из дома Юкиме. — Ты ведь очень редко бываешь в центре. — Не горю желанием. — Юкиме зажгла ещё одну сигарету вместо той, что упала, когда Крис набросилась на нее. — И когда успело стать так холодно... — Ну зима же... А давай остальных позовем? — Крис, сама не зная куда и зачем, повела за собой Юкиме в сторону парковки, уже доставая телефон из сумки и включая его. Она была очень активной особой, общалась с большим количеством людей, была доброжелательной и просто приятной личностью, которая притягивала к себе других людей, чего не скажешь о Юкиме, которая близко общалась только с четырьмя, а потому многие из знакомых Крис считали её довольно мрачной и мутноватой. — Остальных — это сколько? — Ну... Нацу и Юту, кого ещё? — Крис бросила на собеседницу вопросительный взгляд. — Ты что-то вообще со своей работой стухла, смотри только, чтоб мозги не перестали работать или ещё чего. Юкиме усмехнулась. — Не беспокойся, если бы от моей работы тухли мозги, я бы ей не занималась. Хотя, если они и тухнут, то точно не у меня. — Крис скривилась, когда услышала последнюю фразу. Она сама уже давно знает о промыслах Юкиме, и ей это, мягко говоря, было не по душе. От одной только мысли о том, что ее лучшая подруга изготавливает наркотики, на которых сидят в основном люди из "грязной" стороны города передергивало, а потому у них был негласное правило не разговаривать о таких вещах в повседневной жизни. По крайней мере, если в том не было необходимости. Молча дойдя до парковки, где Юки оставляла свою машину, Крис набрала номер Нацу, рядом с которым, судя по раздающимся где-то неподалёку непрекращающихся матерных выражений, как раз находился Юта, и просияла. Судя по всему, сегодня им всем суждено было встретиться. Тяжело выдохнув дым, Агата посмотрела на небо, с которого медленно, но верно начали сыпаться хлопья снега. — Что ты задумала? — Спросила она, посмотрев на лицо Крис, на котором все сразу было написано. Та не стала что-то таить от подруги или готовить "сюрприз". Она знала, что Юкиме их не любит. — Скоро Новый год, мы обязаны отпраздновать его вместе. — Крис выжидающе посмотрела на подругу, готовясь к любой реакции. Юки до этого предупреждала подругу, что не планирует что-то делать на зимние праздники, но та просто не могла оставить это просто так, потому что какой год можно спокойно встречать без лучшей подруги? Ей просто по ночам это не давало покоя, именно поэтому Крис подумала, что, может, если они и не будут встречать его шумно, то все-таки получится хотя бы посидеть всем вместе у кого-нибудь дома? Несколько секунд напряженного молчания, и Крис уже хотела было открыть рот, чтобы оправдаться, но Юкиме её прервала. — Кио Наката, — Тихо начала она, в упор глядя на это ходячее бедствие и скрестив руки на груди, и Крис невольно содрогнулась. Нечасто она называла её настоящим именем, только если случалось действительно что-то плохое, ну или нужно было серьезно поговорить, или происходили случаи подобно этому...— Неужели я не говорила, что не хочу ничего праздновать? Ты знаешь мое отношение к подобному, и я... — Да подожди ты! Я не прошу тебя придавать празднику вселенский смысл, но... — Крис тяжело вздохнула, пытаясь подобрать нужные слова. Пусть она и была очень активной и всегда жила в темпе, из-за чего имела квартиру в центре мегаполиса, но к выбору выражений всегда относилась трепетно, а потому практически никогда не говорила ничего на эмоциях. Либо уходила на время, чтобы собраться с мыслями, либо и вовсе замолкала. — Я просто хочу собраться всем вместе. Никакого шума или подобного, просто я хочу провести время в полном составе. И не только я. Последовало ещё несколько секунд задумчивого молчания, и Юкиме едва заметно кивнула своим мыслям, а затем хотела что-то сказать, но её прервал вдруг громкий и больно знакомый голос из подъехавшей серой машины, заставляя её удивленно обернуться. — Вы долго там стоять ещё будете? — Из машины показалась знакомая красная гулька, а потом и весь парень, вид которого постоянно был недовольным, а сейчас и помятым. Из многочисленных бинтов и пластырей по рукам и ногам можно было понять, что либо он невзлюбил весь мир, либо мир невзлюбил его. Хотя, скорее всего все вместе. — Тебя скоро твоя вспыльчивость в могилу сведет, дурак. — Из машины показался еще один человек, голос которого был размеренным, а вид более чем спокойным. Тёмные волнистые волосы падали на плечи, а улыбка не спадала с лица. — Быстро вы... — Крис застыла в удивлении, тёмными глазами в упор глядя на прибывших двух, и вовсе, кажется, позабыв о недавнем диалоге. Юкиме лишь хмыкнула, оглядывая парней, а заодно и машину, на которой они прибыли. — Да вы, я смотрю, прямо из ада. Где так помять успело? — Агата отбросила в сторону докуренную сигарету и вновь стала сверлить взглядом этих двух. — Юта вновь попал в какую-то передрягу, а мне пришлось его вытаскивать. — Брюнет скосил взгляд на красноволосого, пожав плечами так, будто это было его ежедневной рутиной, а затем опустил взгляд на машину, на которой сейчас было множество царапин и пару вмятин. — Бедная машина пострадала не меньше... — Только о своей технике и думаешь, идиот. О друзьях бы своих так переживал. — Юта явно не оценил настроя друга, и Нацу, тяжело выдохнув, посмотрел на девушек. — Он сегодня не в настроении, — Мягко и с улыбкой прояснил он, будто без этого никто и не догадался бы, — чем займемся, дамы? — Юкиме скривилась, будто услышала скрип пенопласта о стекло. Хотя, она предпочла бы этот противный звук напущенному спокойствию и доброжелательности этого типа. Нацу Хигоцу — на первый взгляд очень милый и приятный мужчина со смазливым личиком. У него сдержанный характер, много улыбается и никогда не показывает своего раздражения, много читает и в принципе занимается саморазвитием, однако есть одно "но". И это "но" рушит все прежнее представление о нём, дополняя пазл темной деталью. Он бывший убийца, который хладнокровно расправился со многими людьми, в том числе и своей семьей. Он мог убить даже ребенка и ничего не почувствовать при этом, и Юкиме сначала не давала покоя эта мысль, но всё же, этого человека она, несмотря на его темное прошлое, которое не отпускало его ни на миг (по крайней мере, она хотела так думать), считала другом, потому что, он пусть и был далеко не самым хорошим человеком, но в слово "друг" вкладывал очень большое значение, и, как она была уверена, был готов отдать даже жизнь за этих троих. Да и не сказать бы, что сама Юки была хорошим человеком. Нет, это было далеко не так. Её работа — это чистой воды преступление. Она производила то, из-за чего, она точно знала, умирает множество людей по всей стране, из-за чего ужасные люди, куда хуже Нацу, становились сильнее и укрепляли свою власть в преступном мире, который в Шихонхине итак разросся куда больше, чем в других странах. И даже несмотря на то, что Шихонхина — самая охраняемая правительством страна, уровень преступности здесь был чуть ли не выше, и это доказывали многочисленные случаи, когда крупные преступные группировки и организации просто подписывали договоренность с правительством, продолжая творить всё, что вздумается, только теперь не особо кипятясь насчет закона. И она — Юкиме Агата, помогала таким организациям, создавая вещества, которые могли во много раз увеличить силу человека, делая её нечеловеческой, за огромные суммы. — Поедем за елкой. — Юкиме вопросительно посмотрела на Крис, которая, сметя со своего лица удивление, продолжала говорить. — Времени до ночи много, а Новый год без ёлки — не Новый год. — Та, не дожидаясь ответа, потянула Агату к серой машине Нацу, и, как ни странно, Юкиме поддалась такому порыву своей подруги, что, если честно, совсем её не удивил. Крис сама по себе ходячая неожиданность, и от нее можно было ожидать почти чего угодно, и многолетняя дружба с ней была тому доказательством. Кто бы мог подумать, что Юкиме по своей натуре могла переносить гиперактивных людей, у которых шило в заднице и мотор вместо мозгов, а факт того, что они были лучшими подругами по сей день удивлял Сайко — двоюродную сестру Юкиме, всё детство которое она проводила именно с ней. А ведь Юкиме идёт уже двадцать второй год жизни. Прогнав Юту с переднего пассажирского сиденья, Юки села в машину, и Нацу, под недовольный бубнеж вечно агрессивного друга, завел её. Юта Хигуши отличался от своего приятеля координально. На первый взгляд по нему можно сказать, что он агрессивный и импульсивный мудак, который постоянно встревает в неприятности, откуда его постоянно нужно вытаскивать, также он никогда не следит за языком, и поэтому постоянно ворчит, кричит, матерится, да и в целом делает все, что вздумается, и пусть все это было чистой правдой, Хигуши был хорошим человеком. Несмотря на мразотный характер он никогда не поднимал руку на детей или животных, никогда не позволял себе кого-то убивать, и пусть и был опытным вором, никогда не грабил обычных людей, целясь только на преступников, тех, кого не защитит закон. Поэтому их компания была более, чем крепкой. В ней находились люди, готовые отдать друг за друга жизнь, а также милый белый пёсик, который легко может снести взрослого человека и зализать его до смерти, но сейчас он находился на попечении у Сайко, которая, из уважения к своей сестре и любви к животным, согласилась последить за питомцем Юкиме. И сейчас, спустя несколько месяцев, вся это компания направлялась неизвестно куда за несчастной ёлкой, и Юкиме не оставалось ничего, кроме как смириться.