о пугливых кроликах и заботливых тиграх

🐰

Чонгук счастлив. Очень счастлив. Его счастье настолько огромное, что иногда хочется запищать от переполняющих эмоций. Несколько месяцев назад их маленькая семья выросла в значительных размерах, Тэхен с Чонгуком до сих пор не могут в это поверить. У них теперь три маленькие крошки, три звездочки, которых так долго и трепетно ждали. Но каким бы счастье ни было большим, страхи все же умеют подкрадываться незаметно, разрушая все. Пошла вторая неделя, как Чонгук, дожидаясь, когда уснет его альфа, брал подушку и уходил спать в гостиную на хоть и большой, но совсем не пригодный для сна диван. Ему страшно и даже немного стыдно перед Тэхеном, не за ночные похождения, а за то, что вот уже который месяц омега не может привести себя в форму, в которой был до беременности. Мягкий обвисший животик и отвратительные белые полосы (по мнению Чонгука) украшают его тело, а весы показывают плачевный результат. Хочется биться в истерику, ведь сколько бы он ни пытался — ничего не выходит. Каждая диета приводит к срыву, и Чонгук посреди ночи, пока все спят, объедает холодильник. Ему хочется, чтобы Тэхену не было противно трогать его, обнимать или просто лежать рядом. Хоть альфа и слова не сказал про то, что омега до сих пор пухлый после беременности, плохие мысли заполняют мозг маленького кролика чуть ли не каждую секунду. Господи, ему так хочется снова быть красивым… *** Шторы в комнате были закрыты, но в комнату все равно проникал лунный свет. Чонгук прислушивался к мерному сопению Тэхена, медленно поднимаясь с кровати. Взяв подушку и телефон, омега на цыпочках вышла в коридор, стараясь осторожно прикрыть за собой дверь. Добравшись до большого дивана, он выдохнул и попытался поудобней улечься, чтобы утром не жаловаться на больную спину. За своим шорохом он не услышал, как дверь в их спальню тихо захлопнулась. В следующий момент его тело накрывает большая и теплая тушка его альфы. — Крошик, что ты тут делаешь? — голос Тэхена был охриплый от сна. Чонгук застыл, как олень в свете фар. Он не ожидал такого поворота событий, поэтому даже не смог сообразить, что сказать Тэхену. — Хён, я… — голос дрожал, омега ощутила нарастающую панику. — Мой хороший, ну ты чего? — Тэхен тут же перевернул их так, чтобы Чонгук оказался сверху. — Тебя что-то тревожит? И в этот момент те эмоции, которые накопились за несколько месяцев, вырвались из-за просто вопроса и нежности в голосе альфы. — Крошик, тише, тише… мой маленький, ну чего ты? — ферромон тигра стали сгущаться, накрывая Чонгука плотным куполом. — Я… я так устал. Я так хочу снова стать красивым, чтобы все лишнее ушло, — всхлипывая пробормотал Чонгук. Сердце альфы сжалось от боли за свою пару. За своего лучика, который такой сильный, такой прекрасный. Самая лучшая омега, подарившая своему тигру маленьких крошечек. Он не должен даже думать о таких ужасных вещах. — Маленький мой, самый лучший, — лицо Чонгука расцеловывают мягкие губы Тэхена. — Ты такой у меня прекрасный, самый лучший. Я так люблю тебя, ты и представить себе не можешь. Твое тело просто прекрасное, я так люблю тебя. Ты подарил мне такое счастье, что иногда мне хочется заплакать от любви, которую я испытываю к тебе. — Правда? — сонный голос вызывал умиление. — Конечно, разве я когда-то врал тебе? — видя, что омега успокаивается, Тэхен испытывает облегчение. Ему жаль, что его чудесная омега столько месяцев держала в себе такую боль, поэтому он больше никогда не позволит этим мыслям заполонить голову Чонгука. Его кролик такой прекрасный, он так его любит. За мыслями альфа не заметил, как Чонгук уже начинает посапывать. Его пухлые губки слегка надулись, а ушки мило легли на глаза. Разве это прекрасное создание может думать о том, что он не красивый? Разве он не видит, насколько он чудесный, милый и самый любимый омега на свете? Самый лучший, и Тэхен будет говорить это всегда.