Я не смог

Спирит шагал к общежитию, но вдруг застыл. Перед глазами вспыхнул ослепительно-белый свет — знакомый, пугающий, затягивающий. Сердце сжалось, в висках застучала кровь. Он резко зажмурился, но, открыв глаза, уже не увидел знакомых улиц. Он был… здесь. Безграничная пустота. Островок земли, тонущий в бесконечном ничто. Спирит узнал это место. Он уже был здесь. С Руней. Но что случилось тогда? Он напряг память, но воспоминания распадались в руках, словно песок. — Спирит? Голос. Он развернулся. Перед ним стоял Найт. Красные волосы казались темнее в этом странном свете. Голубые глаза смотрели на него с напряжением — непонимающим, недоверчивым. Он явно не был рад, что оказался тут… с ним. — Снова это место… — глухо произнёс темноволосый, осматриваясь. — Ты тоже здесь был? — спросил Найт, его голос звучал отстранённо. — С Руней, — кивнул Спирит. — Но ничего не помню. — То же самое. Тишина, тяжёлая, удушающая. Они уже не были друзьями. Не делились мыслями, не говорили просто так. Только по делу. Только когда необходимо. Без поддержки. Без доверия. И в этом была его вина. Только его. — И зачем мы здесь? — спросил Найт, скрестив руки на груди. В голосе слышалось раздражение, но и едва уловимая нотка беспокойства. Спирит вскинул взгляд к небу. Оно было звёздное, глубокое, бездонное. — Не знаю, — тихо ответил он. — Но мы всё равно ничего не вспомним. Это был намёк. Осторожный, тонкий, как натянутая нить. Найт, казалось, понял. — Хочешь поговорить? — хмыкнул он, не спеша поворачиваться к нему лицом. — В прошлый раз у нас не особо получилось. Голубые глаза встретились с фиолетовыми. — Я знаю. И это моя вина, — тихо сказал Спирит. — М-м… — Найт медленно кивнул. — Признаёшь, что сам убил нашу дружбу? — Признаю, — без колебаний ответил он. — И я пожалел об этом, как никогда. Спирит вздохнул, стиснув кулаки. — Только я виноват в этом. Я мутил с твоей девушкой за спиной. Я втайне ненавидел тебя. Я врал тебе. Я врал всем. Он видел, как тело Найта напряглось, но продолжил, не дав ему ни слова вставить. — И я ненавижу себя за это. Потому что понял… понял, как мне тебя не хватает. — Голос дрогнул. — Не хватает обычных разговоров. Не хватает того, как мы просто зависали в баре, как смеялись над всякой фигнёй. Но я понимаю, что этого больше не будет. Глаза защипало. — Я сам уничтожил это. Своим предательством. Своей чертовой ревностью. Найт молчал. Спирит тоже. Он никогда не смог бы сказать ему этих слов. Не в реальности. Но здесь… Здесь он мог. — Прости меня… — голос сорвался, превратившись в сдавленный шёпот. Но это ведь ничего не изменит. Ничего. — Мои извинения не исправят того, что я сделал. Но… я просто не могу иначе. Найт тяжело выдохнул, отвернувшись. — Зачем ты мне всё это говоришь? — Потому что… больше никогда не смогу, — ответил Спирит, поднимая голову. На губах скользнула горькая усмешка. — Пусть мы всё и забудем… Но хотя бы сейчас я сказал это. Он стиснул зубы, чтобы не начать плакать. — Имело бы смысл, если бы ты сказал это раньше. А не через пару месяцев, — тихо произнёс Найт. Брюнет горько усмехнулся. — Не набрался смелости? — продолжил Найт. — Думал, что сможешь без меня? Думал, что я тебе не нужен? Спирит ничего не ответил. А смысл? — И какой теперь в этом смысл? — тихо спросил голубоглазый. — Ни ты, ни я… не вспомним. — Не имеет. Найт повернул голову, внимательно глядя на него. — Тогда почему? Спирит медленно сглотнул. — Потому что мне стыдно перед тобой. Молчание. Первое время он правда думал, что справится без Найта. Что ему не нужен его друг, его опора. Но прошло время. Месяцы. Он осознал, как же был неправ. Как сильно ему не хватало даже простых слов. Простого «Как ты?». Этого больше не было. И не будет. Время будто поджимало, капая раскалённым свинцом на сердце. Он шагнул вперёд. Найт напрягся, слегка отступая, но упёрся спиной в дерево. Спирит не остановился. Подошёл ближе, почти вплотную. Голубые глаза смотрели на него широко раскрыто, с недоумением, с чем-то ещё, более глубоким… — У меня больше не будет возможности сделать это… никогда… — прошептал Спирит. И прежде чем страх взял верх, он впился в его губы. Он ждал отторжения. Удара. Но Найт не отстранился. Он смотрел на него несколько секунд, ошарашенно, напряжённо… но потом закрыл глаза и расслабился. ** Спирит резко открыл глаза, чувствуя, как бешено колотится сердце. Щёки горели. Дыхание сбивалось. Несколько секунд он не мог понять, где находится, но вскоре темнота комнаты стала различимой. Его комната. Его кровать. Руки сжаты в кулаки. Губы дрожат. — Это был… просто сон, — прохрипел он. Разочарование прокатилось по груди горячей волной. Он так и не сказал ему этих слов.