Красота внутри

      Кан Тэхён сидит с самым недовольным лицом на свете, потому что он уже третий час выслушивает причитания отца. В основном, о том, что он бездарный директор и никчёмный сын, который не уважает своего отца. Честно говоря, этот монолог он уже выучил наизусть за последние четыре года.       — … не женишься, так и помрёшь один!       Тэхён, как и делал все эти четыре года, закатывает глаза и встаёт с дивана, зная, что отец уже закончил свою ежедневную словесную атаку, однако сегодня он удивляет, говоря:       — Стоять! Я ещё не договорил.       Тэхён тихо вздыхает, но послушно садится обратно, гадая, что ещё новенького он о себе узнает. Чересчур серьёзный взгляд отца слегка настораживает, но Тэхён думает, что это сделано для того, чтобы запугать его. Жаль только, что ему больше не пять лет, и единственное, чего он боится — старости.       — Когда твоя мама ещё была жива, — начинает Сокхён, и Тэхён напрягается, потому что после её смерти они никогда о ней не говорили, — она очень хорошо дружила с Чхве Юджин.       Тэхён отчётливо это помнит. Помнит, как они с мамой каждый день ходили в дом к Чхве Убину — директору одной из престижных автомобильных компаний. Он помнит, что женщины были лучшими подругами с самого детства, а мужчины на дух не переносили друг друга, но никогда не запрещали своим жёнам общаться и встречаться дома у друг друга.       — Возможно, ты не помнишь, но, когда тебе исполнилось шесть, у Чхве родился сын-омега.       К сожалению или счастью, Тэхён помнит и это. Помнит, как они с мамой поехали в роддом, чтобы встретить госпожу Чхве с ребёнком. Он также помнит, как первый раз очень близко увидел лицо новорождённого малыша. Как большие глазки смотрели прямо на него и завораживали шестилетнего Тэхёна своей сияющей красотой. Он отчётливо помнит, как будто это было вчера, очень сильный запах молока, который исходил от младенца. В детстве он не знал, что первые пять лет дети пахнут исключительно молоком, и только потом приобретают свой собственный запах. Тэхён даже и не знает, чем всё-таки пахнет этот малыш, потому что его мама умерла, когда ему исполнился годик, и после похорон их семьи разошлись, и больше не контактировали друг с другом.       И спустя семнадцать лет отец вдруг вспоминает про всё это. Он не просто так упомянул сына господина Чхве. Тэхён уже догадался, что он пытается ему сказать.       — Ваши матери с самого детства мечтали, что, когда они вырастут и выйдут замуж, родят детей, и если они будут разного вторичного пола, то обязательно поженят их, чтобы их семьи породнились, — продолжает Сокхён, не смотря на сына. Тэхён замечает, что отец крутит обручальное кольцо, и он тянется к кольцу матери, которое висит на золотой цепочке у него на шее, и сжимает его сквозь рубашку.       Он помнит эти разговоры его матери с госпожой Чхве. О том, как здорово будет, если он и этот малыш выйдут замуж за друг друга. Тэхён тогда не совсем понимал, зачем ему надо брать в мужья такого крохотного мальчика, который даже ходить ещё не умеет и постоянно лепечет что-то на своём языке. Однако ему очень нравилось играть с ним, а малышу очень нравилось трогать его лицо, особенно ямочку на щеке, когда он улыбался.       Тэхёну было всего шесть лет, когда это происходило. Сейчас ему двадцать четыре, а он всё ещё помнит всё это так отчётливо, как будто прошёл всего день, а не восемнадцать лет.       Он никогда не мечтал о свадьбе, о семье, о детях. Даже просто об отношениях не мечтал. Ему было совсем не до этого. Главное в его жизни — встать на ноги и укрепиться, и прожить жизнь так, как хочется ему, а не кому-то другому. Он всегда мечтал занять пост генерального директора в компании отца, заработать достаточно денег и поехать в путешествие, чтобы посмотреть на мир. Мама тоже всегда об этом мечтала, в детстве рассказывала ему перед сном, как хотела бы посетить все страны мира и познакомиться с разными людьми. Тэхён слушал её с восхищением и однажды пообещал, что, когда вырастет, отправится вместе с ней путешествовать. В эти планы не входили ни дети, ни жена, ни тем более муж.       Тэхён никогда не обещал матери, что возьмёт в мужья малыша, имя которого он и не помнит. Однако это была её мечта детства. Имеет ли он право отказаться от этого? Будь она жива, поддержала бы его или огорчилась?       — Я тебя понял, — ровным голосом отвечает Тэхён и поднимается с места, глядя на отца сверху вниз. — Скинешь мне место и время встречи. У меня ещё дела, так что я пойду.       В конце концов, это ведь было желанием его матери. Он должен его исполнить.

***

      Бомгю отшвыривает от себя телефон с сообщением от матери и громко хмыкает, привлекая излишнее внимание немногочисленных одноклассников, оставшихся в классе на перемене. Впрочем, он и без того всегда притягивает взгляды к своей персоне из-за своей внешности, так что ему было абсолютно наплевать, что на него смотрят.       — Она реально думает, что я пойду туда? Как глупо! — ворчит Бомгю, чуть сморщив свой нос.       — Очередное свидание с сыночком очередного богатенького дяди? — догадывается Ёнджун, не отвлекаясь от своей игры, где прямо сейчас происходит великая битва не на жизнь, а на смерть.       Бомгю обречённо вздыхает, подтверждая его слова, и ложится головой на парту, надувая губы. Пару секунд он смотрит на сосредоточенно нахмуренного друга, что яростно тычет по экрану телефона, пытаясь не проиграть, а затем закатывает глаза.       — Честное слово, достали мне подсовывать всяких пубертатных идиотов, у которых на уме только деньги, репутация и секс, — бурчит Чхве, вырисовывая на парте пальчиком какие-то знаки. На фоне девчонки смеются с очередной тупой шутки Сонхуна и Бомгю снова морщится, как от головной боли. — Были бы они красивыми, я бы ещё подумал, может быть, но нет, мама как будто специально отбирает для меня самых уродливых. Так они ещё и младше меня все.       — Когда ты уже поймёшь, что внешность не главное, а? — устало вздыхает Ёнджун и расстроенно выключает телефон, потому что всё-таки проиграл. Он смотрит на распластавшегося по парте омегу слегка осуждающе. — И вообще, не бывает уродливых людей, бывают не в твоём вкусе.       — Да плевать, — фыркает Бомгю и хлопает ладонью по парте, поднимаясь и выпрямляясь. — В этом мире всё решают только внешность и деньги, Джун. На душу всем уже давно всё равно.       Ёнджун качает головой, не соглашаясь, но решая дальше не спорить, потому что это бесполезно. Бомгю всё равно останется при своём мнении.       — Как знаешь, — пожимает плечами Джун. — На свидание-то пойдёшь?       — А ты как думаешь? — хмыкает Бомгю, морщась в отвращении, будто увидел перед собой что-то мерзкое. — Если не пойду, то мама меня убьёт.       Ёнджун тоже хмыкает, сочувственно хлопая друга по плечу. Ему повезло, что он совершенно из обычной семьи и сам может решать, с кем ходить на свидания и за кого выходить замуж. Если честно, он вообще не понимал всего этого прикола с замужеством по расчёту. Да и вообще считал весь этот высший свет инфантильным.       Бомгю всегда завидовал своему другу. Иногда ему хотелось родиться в такой же простой семье, где проявление любви было нормальным явлением, а не способом выманить побольше денег на карманные расходы. В семье, где родители не планируют твою жизнь на годы вперёд с самого рождения. В семье, где главное — любовь и взаимопонимание, а не репутация и карьера. Возможно, не во всех семьях всё так, но у Ёнджуна семья именно такая — идеальная. Идеальная, по меркам Бомгю.       В детстве Бомгю любил слушать сказки о любви. Он всегда фантазировал о том, как вырастет и за ним прискачет прекрасный принц на белом коне, и увезёт в свой красивый замок, где они будут жить долго и счастливо. Вот только его мечты разрушились, когда в шестнадцать лет мама впервые отправила его на свидание с Пак Чонсоном — сыном генерального директора крупной строительной компании. Альфа одного с ним роста, со слегка грубоватыми чертами лица и суровым взглядом, который не меняется даже когда он улыбается. Он разъезжает по улицам на чёрном Шевроле Камаро две тысячи восемнадцатого года, но за Бомгю в тот день он заехал на красной Феррари, вероятно, чтобы произвести впечатление. И произвёл, только совсем не то. Потому что Бомгю был ярым противником этих новомодных тачек, ему больше по душе были ретро-автомобили, например, такие как Бугатти Атлантик или Шевроле Корвет шестьдесят третьего года выпуска. Чонсон старше него на три года, в тот момент всё, о чём он говорил на свидании — о своём будущем поступлении в университет в Америке. Расписал всё своё будущее на ближайшие десять лет вперёд. Видимо, пытался уверить Бомгю, что с ним он будет жить припеваючи и ни в чём себе не отказывать.       Жаль, что Бомгю на тот момент волновало совсем не это. Лишь любовь до гроба. Пойди он на свидание с этим Чонсоном сейчас, сразу бы согласился на свадьбу. Ведь из всех альф, с которыми он ходил на свидание за всё это время, Чонсон был единственным более-менее симпатичным. Однако грустно, что у него уже есть жених.       Но ничего не поделаешь, Бомгю остаётся лишь смириться и искать дальше. И он уже решил кое-что для себя на сегодня. Если альфа, с которым у него состоится свидание через четыре часа, будет хотя бы на толику таким же симпатичным, как Пак Чонсон, то Бомгю сразу же согласится выйти за него. Потому что, честно говоря, ему уже надоели эти свидания с богатенькими страшными идиотами.       Любовь он уже не найдёт. Не тогда, когда является сыном гендиректора одной из самых крупных автомобильных компаний в Южной Корее.       Для таких, как Бомгю, любовь — непозволительная роскошь.

***

      — Ты серьёзно собрался вступать в брак со школьником?       Тэхён устало вздыхает и поднимает голову, смотря на своего недоумённого секретаря и по совместительству лучшего друга.       — Да, собрался, — просто отвечает Кан и возвращается к документам. — А тебе бы не помешало собраться работать.       — Подожди ты со своей работой, трудоголик, — фыркает Субин и облокачивается руками о дубовый стол. — Ты понимаешь, что он несовершеннолетний?       — И? Думаешь, для таких, как мы, это проблема?       — Каких таких?       — Богатых, Субин, — твёрдо отвечает Тэхён, подняв взгляд на друга. — Для таких, как мы, это не проблема. Думаешь, мы женимся по любви? Ошибаешься. Это просто бизнес, и больше ничего.       Субин к концу речи теряет всякий запал. Будучи человеком, выросшим в обычной среднестатистической семье, он постоянно забывает, что его лучший друг совсем из другого мира. У них разные взгляды на одни и те же вещи. Такие обыденные для Субина вещи, как любовь или поддержка семьи, для Тэхёна являются роскошью. А обыденные вещи для Тэхёна, такие как огромный дом или постоянное наличие денег, являются роскошью для Субина. Они разные, и он постоянно об этом забывает.       — К тому же, — продолжает Тэхён, — мы для начала просто подпишем контракт, а свадьба состоится лишь после его совершеннолетия. Если до этого времени ничего не изменится.       Субин вздыхает и выпрямляется.       — Ладно, ладно, я понял, — отвечает Чхве и хватает стопку бумаг со стола. — Это надо исправить?       — Да.       — Понял.       Не оборачиваясь, Субин выходит из кабинета. Тэхён выдыхает и откидывается на спинку кресла, прикрывая глаза.       Уже через час ему придётся ехать в ресторан. Он уже успел разыскать некоторую информацию о своём будущем муже. Чхве Бомгю — типичный омега из богатой семьи. Всегда с ухоженными руками, с укладкой, с последним Айфоном, одет с иголочки и по последней моде. Тэхён даже наткнулся на его страничку в Инстаграме, ради интереса пролистнул его аккаунт, но, кроме фотографий в странных позах, ничего интересного не увидел.       Тэхён не видел его семнадцать лет, но он должен признать, что омега вырос очень даже красивым. На фотографиях Бомгю выглядит очень изящным и утончённым, наверняка и запах у него такой же. Например, роза. Она бы идеально сочеталась с его запахом рома. Истинно Карибское сочетание. Олицетворяет собой дух приключений, романтики и опасности…       Впрочем, почему Тэхён вообще об этом думает? Плевать ему, сочетаются их запахи или нет, красивый он или нет. Этот брак просто формальность, ничего более. Всё, что ему нужно — объединение с компанией Чхве Убина и его поддержка. Ничего личного, просто бизнес.

***

      Бомгю уже полчаса сидит за столиком в ресторане и раздражённо дёргает ногой. Вид из окна на весь вечерний Сеул завлёк его лишь в первые пять минут, остальное время он сидел с недовольным лицом, скрестив ноги, и продолжает это делать. Официанты даже боятся к нему подходить. А раздражён омега потому, что его потенциальный будущий женишок опаздывает на целый час. Это с учётом того, что и сам Бомгю опоздал на полчаса. Но ему простительно, он же всё-таки омега! А вот как альфа может опаздывать и заставлять омегу ждать?       Бомгю бы, честно говоря, после пяти минут ожидания уже сбежал, но мать пригрозила тем, что переведёт его в частную школу, поэтому он всё ещё продолжает тут сидеть и ждать непунктуального альфу.       — Простите, что опоздал, у меня была важная встреча, я не мог её отменить, — слышит Бомгю успокаивающе тихий голос и поворачивает голову, готовясь уже выдать гневную тираду о том, что он заставил его ждать, но так и замирает с открытым ртом.       К его столику подходит альфа среднего роста в чёрном классическом костюме-двойке. У него маленькое лицо, но большие глаза и нос, пухлые губы и чётко выраженная линия челюсти. Чёрные короткие волосы красиво уложены. В глазах Бомгю он выглядит, как Аполлон, что снизошёл до смертного. Никогда ещё омега не видел таких красивых людей. Даже те же айдолы и рядом с ним не стоят. Бомгю готов построить ему алтарь и поклоняться каждый день. Да что там, он готов даже храм ему вознести и помочь людям уверовать в него.       Пока Бомгю слишком очевидно пялится, Тэхён спокойно присаживается напротив и начинает изучать меню.       — Родители не говорили вам, что пялиться на людей неприлично? — спрашивает Тэхён спустя несколько секунд, так как чужой изучающий взгляд начинает его раздражать. При этом он не отрывает глаз от меню.       Бомгю вздрагивает и откашливается, беря в руки второе меню и тоже начиная изучать местные блюда. Щёки предательски покрываются румянцем. Тэхён, не услышав в ответ никакой колкости или хоть какого-нибудь комментария, лишь хмыкает и заказывает обычную пасту с креветками и белое вино.       На фотографиях Бомгю выглядел дерзко и вызывающе, Тэхён невольно сделал вывод, что омега остёр на язык, но, кажется, ошибся. Хотя, всё ещё впереди. Всё-таки альфа заметил, что Бомгю хотел предъявить ему за опоздание, но отчего-то не стал этого делать. Возможно, родители ему что-то сказали.       Бомгю тоже заказывает пасту и простую воду. Официант уходит, оставляя их одних, и омега не знает куда себя деть. Обычно он сидит расслабленно, со скучающим видом, но рядом с этим альфой он почему-то нервничает и после его слов даже не может взглянуть на него. Интересно, почему? Он вроде не испускает свои доминирующие феромоны, Бомгю, если честно, вообще не слышит его запах. Видимо, он на блокаторах. Гон, что ли?       — Собираетесь молчать до конца свидания? — спрашивает Тэхён, устав от этой неловкой тишины. Впрочем, неловкая она только со стороны омеги, который почему-то ведёт себя странно. Кан и подумать не мог, что он такой стеснительный.       — Нет, — возражает Бомгю и тут же тушуется. — Извините, я даже не поприветствовал вас. Это было грубо с моей стороны.       Омега слегка кланяется в знак извинения.       — Я опоздал на полчаса. Будем считать, что мы квиты, — хмыкает Тэхён.       — Ну, если быть точным, то вы опоздали на час, — возражает Бомгю.       — Для работников этого ресторана так и есть, я опоздал на целый час. Но для вас я опоздал всего лишь на полчаса, потому что, уверен, вы и сами опоздали на эти тридцать минут, — без запинки выдаёт Тэхён. Бомгю удивлённо хлопает глазами, закипая от такой наглости. Такой красивый, но такой засранец!       — А что, если я пришёл вовремя? — дерзко спрашивает Бомгю, уверенно глядя в спокойные глаза напротив. От былой неловкости не остаётся и следа.       — А вы пришли вовремя? — спрашивает в ответ Тэхён. Бомгю снова теряется, ничего не отвечая, но альфа и так всё понимает и усмехается.       Отчего-то его ухмылка вызывает раздражение у омеги. Однако он не успевает сказать что-нибудь язвительное в ответ, потому что к их столику снова подходит официант и ставит тарелки с пастой и бутылку белого вина с бокалом. Пока парень наливает вино, Бомгю с Тэхёном сверлят друг друга взглядами. Точнее, Бомгю сверлит, а Тэхён просто смотрит, но в его взгляде омега ощущает явную насмешку. Это очень раздражает. Видимо, альфа считает его глупым, раз он ещё школьник.       — Как вас зовут? — спрашивает Бомгю, когда официант снова оставляет их наедине. Чхве вдруг с чего-то вспомнил, что не знает его имени.       Тэхён, собиравшийся отпить вино, останавливается и смотрит на омегу, гадая, шутит он так или же нет. И видит, что нет. Действительно не знает его имени. Конечно, он не обязан знать, но его имя в последнее время у всех на слуху. Неужели он не слышал ни разу его имени?       — Кан Тэхён, — отвечает альфа и следит за чужой реакцией. Бомгю кивает и отвлекается на своё блюдо, наматывая на вилку спагетти, а затем вдруг что-то вспоминает.       — Как вы сказали? Кан Тэхён? — переспрашивает Бомгю, удивлённо глядя на альфу. Тэхён хмыкает и вновь усмехается, отпивая вино. На языке остаётся слегка кисловатый привкус.       — Да, я Кан Тэхён, — отвечает альфа. — А что, вас что-то смущает?       Вопрос риторический, понимает Бомгю. Альфа и сам понимает, что да, смущает. Его имя у всех на слуху последние три недели. О нём не знает только глухой. Конечно же, и Бомгю слышал его имя в новостях и в других разных передачах, но никогда не видел его. И почему из всех отец выбрал именно его? И как мама только согласилась? Это что, наказание? Почему именно Кан Тэхён?       — Ешьте, а то остынет, — говорит Тэхён, накалывая на вилку креветку и отправляя её в рот.       Бомгю, как загипнотизированный, следит за этим действием и на месте креветки видит себя. Он вздрагивает, когда морепродукт исчезает в чужом рту, и испуганно смотрит в холодные глаза напротив. И понимает...       Ловушка захлопнулась.