Щит

Матово-чёрный купол. Крепкий стальной каркас на шестнадцать спиц. Сколько за ним осталось ложного и чужого — улыбок, лиц? Сколько людей, услышав звон от удара «тростью» в сырой асфальт, Молча взялись молиться, думая, что по жизни словили фарт, Если я не заметил, мимо прошёл и голову не поднял? Вроде бы, что такого? Кто ещё не фантазировал до меня, Не создавал из «трости» меч или биту, винтовку или копьё? Я не питал иллюзий, но что невольно создали мы вдвоём, Стало намного большим, чем это можно было вообразить. Круче, наверно, Веном, но у меня ведь зонт, а не «паразит». Я научился слышать, как дождевые капли зовут с собой, Как в монотонном шуме складывается в песню их быстрый бой. Я научился видеть истинный облик прохожих из-под зонта — Лица давали маску, а без неё картина уже не та. Классика чёрной «трости». Будто потерянный кем-то волшебный щит. Облик нарядных улиц, кажется, тоже под ливнем по швам трещит — Зонт открывает душу даже того, что иметь её не должно, Только меня скрывает. Люди меня сторонятся уже давно. Я научился видеть, слышать и чувствовать мир, как никто другой, Словно его хранитель, словно шагнул в зазеркалье одной ногой. Слишком большое бремя. Чувствую, не осилю подобный путь, И всё молю ночами: «Хватит! Спасите, пожалуйста, кто-нибудь…»