Часть 1
4 февраля 2025 г., 12:12
Примечания:
RSAC & Мильковский - так себе обмен
Он не знал, что страшнее - когда выбор делают за тебя или уже кладут на плечи дамоклов меч готового решения. Что хуже - умереть или увидеть смерть?
Время неумолимо шло вперёд, вымеряло свой шаг, чеканило постуть мгновениями, секундами. Эти секунды казались вечностью и ничем. Пустотой, вспышкой.
Щелчком пальцев.
- Ну же, Леви. Позвольте мне покрасоваться напоследок.
А улыбка привычная, безумная, хищная, счастливая. И огонь в глазах - тот самый, живой и трепещущий, словно пробудилась от долгого сна и вновь заперлась в своей лаборатории. Прикипела к склянкам на столе, загоняла Моблита до смерти, заболталась на всю ночь, взорвав к чертям мозг и терпение.
Словно как в тот день, когда впервые их увидела.
Леви мешкается. Он ставит на весы против одного человека весь мир. И хочется слать к чертям все условности, приказы и совесть. Хочется быть эгоистом, взять за плечи, встряхнуть хорошенько дуру, а после прижать к себе, чтобы даже мысли не допускала.
Но делает свой личный выбор.
- Посвяти свое сердце.
Смех тихий, но такой радостный. Будто не на смерть, будто не в никуда. А так, в рай, в вечность, в приятный сон. Без боли и крови, без криков, без беготни и осуждения, без заговоров и прежательств, без судорожный планов и идей на коленке. Без чувств.
Занавески тонкие, прозрачные и лёгкие колышет сквозной ветер из окна. На улице слышен смех ребятни и отголоски разговоров прохожих.
Три года.
Остатки сто четвертого расселились кто где, постепенно забывая о горестях войны - от боли, от потерь избавившись. Спрятав все куда-то на задворках сознания и вспоминая раз в год, а то и меньше.
Все пережили.
Не он.
Слез уже практически нет. Остались только сны. С каждым, кто не вернулся. С каждым, кто ушёл. Изо дня в день они бередят старые раны, открывают с любовью новые, а слезы? Их уже нечем вытирать.
Лишь только вот так лежать или в коляске сидеть, смотря вдаль. А что бы видели они? А она?
И ведь правда, любого заменят. Каждый пост не будет пустовать. Она была права.
И пока закат окрашивает стены спальни в ярко-оранжевый, а ветер приносит голоса с улицы, остаётся только спрятаться и умирать внутри, не видя ничего вокруг.
- Эрвин ошибся, Ханджи. Ты была права.
