Вынужденные соседи

Субин стоял перед входной дверью, сжимая лямку своей сумки так крепко, что костяшки пальцев побелели. Ветер гулял по пустынной улице, растрёпывая его тёмные волосы, но он не двигался. Всё внутри сопротивлялось этой ситуации. Жить у Ёнджуна? Он бы предпочёл ночевать в парке, на автобусной остановке или даже в каком-нибудь старом заброшенном здании. Только не здесь. Не в его доме. Он поднял взгляд на здание, от которого веяло холодом. Тёмный фасад, слегка приоткрытая занавеска на втором этаже, за которой мелькнула тень. "Наверное, он уже ждёт, чтобы позлорадствовать," — с раздражением подумал Субин. Он не мог назвать Ёнджуна своим братом. Сводный, формально — да. Но их всегда связывали только натянутые разговоры и бесконечные споры. Субин помнил каждое колкое слово, каждую насмешку. И вот теперь он должен жить здесь. Вынужденно. Без вариантов. Субин глубоко вдохнул, поднял руку и постучал. Дверь открылась почти сразу. — О, младший пожаловал, — Ёнджун усмехнулся, облокотившись о дверной косяк. — И где же твой энтузиазм? Ты должен радоваться, что будешь жить с таким замечательным человеком, как я. Субин раздражённо выдохнул: — Не смешно. Можно мне просто войти? Ёнджун лениво посторонился, пропуская его внутрь. — Ну давай, чувствуй себя как дома. Хотя... Нет, не чувствуй. Это мой дом, а ты просто временный квартирант. Субин закатил глаза, с силой захлопнул за собой дверь и направился вглубь квартиры. *** Как и ожидалось, жить с Ёнджуном оказалось адом. Субин не мог сделать шаг, не нарвавшись на саркастический комментарий. — Ты опять так рано встал? Я думал, ты ночная сова. О, или у тебя бессонница? Это из-за того, что тебе снятся кошмары, как я тебя снова побеждаю во всём? — Ты так долго стоишь перед холодильником, что у меня создаётся ощущение, будто ты пытаешься телепортировать оттуда что-то силой мысли. — Ого, ты готовишь? Это не опасно? Я думал, ты в жизни максимум умеешь открыть упаковку лапши. Субин скрипел зубами, но терпел. В ответ он тоже колол Ёнджуна, но тот только смеялся, как будто наслаждаясь этим. Однако спустя несколько дней Субин начал замечать странные вещи. Например, однажды он пришёл в гостиную и увидел на столе свою любимую выпечку. Ту самую, которую всегда покупал сам. "Наверное, случайность," — подумал он, но на следующий день заметил, что в холодильнике вдруг оказалось его любимое молоко. А однажды, вернувшись поздно вечером, он увидел, что на столе в его комнате лежит одеяло. Он точно не оставлял его там. И самое странное — Ёнджун больше не отпускал едкие комментарии о том, как Субин не может нормально засыпать. Он молча проходил мимо, иногда бросая взгляд. Как будто... волновался? *** Однажды ночью Субин проснулся от боли в горле. Жутко хотелось пить. Он спустился на кухню, но, открыв холодильник, понял, что забыл купить воду. Чёрт. — Что ты шаркаешь по дому среди ночи? — послышался голос с дивана. Субин вздрогнул. Ёнджун сидел в темноте, засунув руки в карманы худи. — Почему ты не спишь? — Я... просто, — Субин смущённо отвёл взгляд. — Хотел воды. Ёнджун встал, потянулся и молча прошёл на кухню. Через секунду он поставил перед Субином бутылку. — Вот. Субин моргнул, взял бутылку, сделал несколько глотков и, сам того не ожидая, тихо пробормотал: — Спасибо. Ёнджун усмехнулся: — Ого, ты умеешь быть вежливым. Субин фыркнул, но больше ничего не сказал. На следующий день, проснувшись, он обнаружил на кухонном столе ещё одну бутылку воды. Как будто кто-то специально оставил её для него. Как будто Ёнджун действительно заботится. Субин не знал, как к этому относиться. *** Субин проснулся посреди ночи от того, что не мог найти удобное положение, чтобы заснуть. Он ворочался в кровати, переворачивался на другой бок, но в голове всё равно не прекращались мысли, а тело не желало отдыхать. Было пусто. Тоска, которую он старался скрывать за занавесом раздражения и агрессии, снова пробивала преграды. Он поднялся, взглянув на часы. 3:14 ночи. В комнате было темно, и от окна лишь слабый свет луны проникал через занавески. Субин почувствовал, как напряжение нарастает. Он вытащил из-под кровати ноутбук, надеясь отвлечься фильмом. Но когда открыл дверцу гостевой комнаты, то столкнулся с неожиданным зрелищем. Ёнджун сидел на диване в полумраке, перед ним был включён телевизор, а он, кажется, тоже не спал. — Ты что, ещё не спишь? — удивлённо спросил Субин, стоя на пороге. Ёнджун оторвался от экрана и обернулся к нему. В его взгляде мелькнула тень усталости, но в голосе была небрежная и почти спокойная интонация: — А ты, что, думал, я как ты, зависну в постели и буду считать овец? — сказал Ёнджун с лёгким, но не лишённым интереса взглядом. Субин колебался, не зная, что ответить. Он действительно не мог уснуть и не знал, как объяснить это самому себе. Всё его тело было как на проводах — он чувствовал странную нервозность, которая не исчезала с каждым поворотом. — Не могу уснуть, — наконец признался он, сев на стул рядом. Ёнджун подвинулся, словно приглашая его подойти ближе. — Подойди сюда, — сказал он, не поднимаясь, а лишь чуть наклонив голову в сторону. Субин не понял, что именно в его голосе заставило его сдвинуться с места, но через пару секунд он оказался стоящим рядом с ним. Его сердце неожиданно забилось быстрее, но он не мог остановиться. Он подошёл чуть ближе и замер, не зная, что ожидать. Ёнджун ухмыльнулся и протянул руку. Субин не успел понять, что происходит, как Ёнджун схватил его за запястье и, не давая возможности вырваться, потянул его на себя. Всё случилось так быстро, что у Субина даже не было времени отреагировать. — Сиди, не дергайся, — приказал Ёнджун, и в следующий момент Субин оказался на его коленях. Субин пытался оттолкнуться, но не мог. Его мышцы расслабились в момент, когда его руки оказались обхвачены крепкими руками Ёнджуна. Всё это было так неожиданно и одновременно… странно знакомо. Не зная, что делать, он лишь молча сидел, не в силах произнести ни слова. — Ты что, против? — Ёнджун наклонился чуть ближе, и в его голосе не было той привычной насмешки. Теперь он был тихим, почти мягким, а взгляд был сосредоточен на Субине, как если бы он хотел понять, что происходит внутри. Субин почувствовал, как его лицо начинает краснеть. Он не знал, что делать с этой ситуацией. Молчание длилось секунды, но казалось, что оно растянулось на вечность. Внутри него возникало множество мыслей, путающихся и сталкивающихся друг с другом. Но в этот момент в его голове было только одно слово — неловко. — Почему ты так меня держишь? — наконец, с трудом выдохнул Субин, пытаясь освободить руку, но Ёнджун только крепче сжал его. — Потому что тебе это нужно, а ты сам этого не понимаешь, — ответил он спокойно. — Тебе не хватает этого, даже если ты не хочешь признаваться себе. Субин почувствовал, как его дыхание становится быстрее. Он не мог отделаться от странного чувства, которое смешивалось с каким-то уязвимым ощущением тепла. Это было не то, чего он ожидал. И уж точно не то, о чём он мечтал. Но в какой-то момент, несмотря на внутреннее сопротивление, он перестал пытаться вырваться, позволив себе просто сидеть рядом, ощущая его дыхание, его руку на своём теле. Субин почти не осознавал, как его тело постепенно расслабляется. Ёнджун не ослаблял хватку, но больше не держал его так крепко, будто зная, что сопротивления больше не будет. На удивление, рядом с ним было… тепло. Субин привык держать дистанцию, всегда был на стороже, особенно рядом с Ёнджуном. Но сейчас всё было иначе. Будто внутри него что-то щёлкнуло, сместив границы. Он не знал, что это было — усталость или тихое осознание, что он больше не хочет бороться с этим ощущением. В глазах начало мутнеть. Его голова медленно наклонилась вперёд, опираясь на плечо Ёнджуна. — Ты засыпаешь? — тихо спросил тот, но голос звучал не как насмешка, а скорее как констатация факта. — Ммм… — Субин не смог даже связно ответить, просто бормотнул что-то невнятное, почти уже проваливаясь в сон. Ёнджун тихо выдохнул, словно знал, что так и будет. Субин редко позволял себе чувствовать себя спокойно рядом с кем-то. Но сейчас, в этом моменте, когда всё казалось неподвижным, кроме их дыхания, он впервые за долгое время почувствовал… что не один. И, возможно, это пугало его даже больше, чем их ссоры. Ёнджун смотрел на него какое-то время, прежде чем тихо, почти невесомо наклонился ближе. Субин даже не шелохнулся, когда почувствовал, как тёплые губы коснулись его лба. Лёгкое прикосновение, почти призрачное. Неожиданное. Но, черт возьми, почему от этого внутри всё перевернулось? Субин почувствовал, как его веки тяжелеют, а тепло, исходящее от Ёнджуна, словно убаюкивает его. Он давно не засыпал так спокойно, без чувства тревоги и постоянного напряжения. Время медленно ускользало сквозь пальцы. Когда он открыл глаза, в комнате уже было светло. Первые лучи солнца пробивались сквозь шторы, мягко освещая гостиную. И только теперь до него дошло — он всё ещё сидел на коленях у Ёнджуна. Медленно моргнув, Субин поднял голову и наткнулся на его спокойный взгляд. Ёнджун не выглядел сонным, хотя, судя по всему, не спал всю ночь. Субин прочистил горло, голос был немного хриплым после сна. — Ты что, всю ночь так сидел? — спросил он тихо, не отводя взгляда. Ёнджун ухмыльнулся. — Сторожил твой сон, принцесса. Субин резко замер, чувствуя, как его уши начинают гореть. — Ты… — он даже не знал, что сказать. Слова застряли в горле. Ёнджун выглядел так, будто ему было абсолютно комфортно с этим положением вещей. — Что? — протянул он, с лёгкой усмешкой. — Ты так сладко спал, что я даже пошевелиться не хотел. Субин вздрогнул, осознавая, насколько близко он был к нему всю ночь. Его сердце отчаянно заколотилось в груди, и он резко отстранился, слезая с его колен. — Ты… ты дурак! — бросил он, отворачиваясь. Ёнджун только усмехнулся, наблюдая за ним. — Конечно, конечно, — сказал он, потягиваясь. — Но, если хочешь, можешь снова вернуться. Я не против. Субин бросил на него гневный взгляд, но почему-то внутри всё ещё ощущалось это странное, невыносимо тёплое чувство. *** Субин сидел в своей комнате, тупо глядя в стену. Весь день он пытался занять себя хоть чем-то — слушал музыку, прокручивал ленту в телефоне, даже взял книгу, но не смог сосредоточиться на ни одной строчке. Мысли постоянно возвращались к тому, что случилось прошлой ночью. Он не понимал, что именно его так тревожило. Было тепло. Было спокойно. Было… слишком хорошо. Слишком. Это его и пугало. Субин всегда воспринимал Ёнджуна как раздражающую, бесчувственную занозу, но вчера он был другим. Почему он так заботился? Почему держал его всю ночь, не шевелясь? И почему, чёрт возьми, ему это понравилось? Субин раздражённо взъерошил волосы. Он не мог понять. В этот момент раздался стук в дверь. — Субин, — голос Ёнджуна был расслабленным, но в нём чувствовалось что-то настойчивое. Субин не ответил. — Ты вообще сегодня выходить собираешься? Опять тишина. Ёнджун вздохнул. — Ты весь день ничего не ел. Субин моргнул. Он действительно не помнил, ел ли что-то сегодня. — Мне не хочется, — ответил он, наконец, всё ещё не двигаясь с места. За дверью раздался звук лёгкого постукивания. — Давай не будем устраивать драму, принцесса. Спускайся, я приготовил что-то съедобное. Субин закатил глаза, но почему-то почувствовал, как по телу разливается слабое тепло, но он так и не ответил. За дверью повисла тишина. Он уже подумал, что Ёнджун ушёл, но через несколько секунд снова услышал его голос: — Я не шучу, принцесса. Если ты не выйдешь, я тебя вынесу сам. Субин поморщился, раздражённо отбросил телефон в сторону и всё-таки поднялся. — Отвали, я сам спущусь, — проворчал он, открывая дверь. Ёнджун стоял, лениво опершись плечом о стену, руки в карманах, но в глазах читалась удовлетворённость. — Вот и молодец. А то я уже думал, что мне придётся нести тебя на руках. — Да пошёл ты, — буркнул Субин, проходя мимо него. Ёнджун хмыкнул и, не говоря больше ни слова, последовал за ним на кухню. На столе стояла тарелка с едой — ничего особенного, просто жареный рис с овощами и курицей. Но, судя по лёгкому запаху специй, Ёнджун явно постарался. Субин сел, взял ложку и задумчиво уставился в тарелку. Ёнджун сел напротив, наблюдая за ним. — Ты всегда так на еду смотришь? — Я просто думаю, вдруг ты меня отравил. — Если бы я хотел тебя отравить, то сделал бы это ещё в детстве. Субин поднял на него взгляд, но Ёнджун лишь ухмыльнулся. — Ладно, шучу. Просто ешь, принцесса. Субин поморщился. — Хватит так меня называть. — Неа, — спокойно ответил Ёнджун. Субин закатил глаза, но всё же сделал первый укус. И, к его удивлению, было вполне съедобно. Между ними повисло молчание, но оно не было неловким. Ёнджун просто сидел рядом, иногда постукивая пальцами по столу. Субин украдкой бросал на него взгляды, но быстро отводил глаза. Когда Субин доел, он молча отодвинул тарелку и поднял взгляд на Ёнджуна. — Ну что, доволен? Я поел. Ёнджун кивнул, криво усмехнувшись. — Очень. Принцесса сытa, значит, я свою миссию выполнил. Субин закатил глаза, но спорить уже не стал. Они молча убрали со стола: Субин сложил тарелки в раковину, а Ёнджун включил воду и начал их мыть. — Я сам, — буркнул Субин, потянувшись за губкой. Но Ёнджун просто лениво взглянул на него и продолжил. — Сиди. — Почему ты так заботишься? – вырвалось у Субина, прежде чем он успел осознать, что говорит вслух. Ёнджун не сразу ответил. Он просто сполоснул тарелку, поставил её на сушилку и только потом повернулся к нему. — А что, нельзя? Субин нахмурился. — Ты обычно только издеваешься надо мной. Ёнджун усмехнулся и, прислонившись к столешнице, сложил руки на груди. — Ну, принцесса, если я буду только издеваться, ты же вообще с ума сойдёшь. Субин фыркнул, но в глубине души понимал: что-то действительно изменилось. Ёнджун больше не выглядел как раздражающая заноза, которая только и делает, что насмехается над ним. Теперь он больше походил на кого-то… близкого? Нет, этого не может быть. — Ты странный, — пробормотал Субин, отворачиваясь. Ёнджун только усмехнулся, но ничего не сказал. А Субин в этот момент впервые поймал себя на мысли, что ему совсем не хочется, чтобы это чувство исчезало. *** Субин сидел в своей комнате, опершись спиной на подушки. В руках он вертел телефон, но так и не мог сосредоточиться на экране. Его мысли упрямо возвращались к недавнему разговору с Ёнджуном. Всё началось с той ночи, когда Субин уснул у него на коленях. Он не мог выбросить это из головы. Почему рядом с ним было так спокойно? Почему его руки не отпускали, а только крепче обнимали? Почему он так легко согласился на этот комфорт, хотя раньше бы ни за что не позволил себе такого? Субин хотел думать, что это просто жест заботы, но знал: в их случае всё не могло быть так просто. Ёнджун всегда дразнил его, раздражал, выводил на эмоции. Они спорили, ссорились, говорили друг другу гадости. Так почему теперь он вдруг начал заботиться? Почему готовил для него еду, следил, чтобы он не оставался голодным, и даже уговаривал выйти из комнаты? Субин поёрзал на кровати, машинально накручивая прядь волос на палец. Ему было не по себе. Не потому что это раздражало. А потому что… нравилось. Он слишком хорошо помнил, каково было засыпать, уткнувшись в его плечо. Как его тепло пронизывало каждую клетку тела. Как хотелось просто закрыть глаза и остаться там, не думая о завтрашнем дне. Но это ненормально. Он не должен так думать. И тем более не должен этого хотеть. В этот момент в дверь снова постучали. — Ты опять заперся в комнате? Субин вздрогнул от неожиданности, услышав голос Ёнджуна. — А тебе какое дело? — буркнул он, стараясь, чтобы голос звучал раздражённо, но вышло неубедительно. — Мне? Да вообще никакого. Просто ты ведёшь себя так, будто у тебя депрессия. Субин закатил глаза. — Отвали, мне просто лень что-то делать. Ёнджун хмыкнул. — Ну-ну. Он помолчал, а потом добавил: — Хочешь посмотреть что-нибудь? Субин нахмурился. — Что? — Фильм, сериал. Всё равно ты тут тухнешь. Можешь хотя бы притвориться, что у тебя есть желание жить. Субин сжал челюсть. — Зачем тебе это? Ёнджун снова замолчал, но Субину показалось, что он усмехнулся за дверью. — Ты слишком много думаешь, принцесса. Просто выходи. Субин выдохнул, закатив глаза. Он мог бы сказать "нет". Мог бы проигнорировать. Но уже через несколько минут сам себя не понял, когда вставал с кровати и открывал дверь. *** Субин не особо понимал, что за фильм выбрал Ёнджун. Это был какой-то триллер, но он был слишком погружён в собственные мысли, чтобы вникать в сюжет. Они сидели в гостиной, свет был приглушён. На столе стояла миска с попкорном, но Субин почти не ел. Ёнджун сидел рядом, вытянув ноги и закинув руку за спинку дивана. Он выглядел расслабленным, но Субин чувствовал на себе его редкие взгляды. — Ты даже не смотришь, — вдруг пробормотал Ёнджун, не отрывая глаз от экрана. Субин вздрогнул. — Что? — Фильм. Ты просто уставился в одну точку и завис. — Не твоё дело. — Значит, скучно? — Нет. Ёнджун чуть повернул голову в его сторону, и в темноте Субин мог разглядеть его тёмные глаза. — Тогда почему ты выглядишь так, будто у тебя в голове идёт война? Субин отвернулся, сцепив пальцы. — Я просто думаю. — О чём? Субин сжал губы. Ёнджун не отставал: — Обо мне? — Ты что, нарцисс? Ёнджун усмехнулся. — Ну не знаю. Ты со вчерашнего дня ходишь с таким видом, будто я украл у тебя все жизненные силы. Субин напрягся. Он хотел сказать что-то резкое, но не успел. Ёнджун вдруг протянул руку и легко заправил его прядь волос за ухо. Субин резко вздрогнул от прикосновения, его дыхание сбилось. — Что ты… — Тебе не идёт нервничать, принцесса, — тихо сказал Ёнджун, убирая руку. Субин уставился на него, ощущая, как внутри всё переворачивается. Что он делает? Почему он так говорит? Почему так смотрит? Ёнджун не отводил взгляда. В его глазах было что-то странное. Не привычное веселье или раздражение. Что-то… мягкое? Субин сглотнул, чувствуя, как сердце неестественно громко стучит в ушах. Темнота вокруг казалась гуще, тишина — ощутимее, а тепло, исходящее от Ёнджуна, было слишком реальным. — Ты странный, — наконец пробормотал он, пытаясь сохранить ровный голос. Ёнджун не ответил сразу. Он чуть склонил голову набок, наблюдая за ним, и в уголках его губ появилась едва заметная улыбка. — А ты — предсказуемый, — тихо отозвался он. Субин нахмурился. — В каком смысле? Ёнджун лениво опустил голову на спинку дивана, но продолжал смотреть прямо на него, не мигая. — В том смысле, что я знал, как ты отреагируешь. Сначала растерянность, потом раздражение, потом попытка отстраниться. Субин шумно выдохнул, скрестив руки на груди. — Опять твои анализы. — Привыкай, — мягко сказал Ёнджун, чуть подаваясь ближе. Теперь расстояние между ними сократилось настолько, что Субин почувствовал его дыхание. Оно было тёплым, лёгким, почти невесомым. — Я просто… — Субин замялся, не зная, что сказать. Он сам не понимал, что творится у него внутри. Ёнджун молчал, но не отводил взгляда. В его глазах всё ещё было что-то странное. Тепло? Спокойствие? Или, может… интерес? Может ли быть так, что всё это не просто игра? Фильм продолжал идти на экране, заливая комнату мягкими отблесками. Но Субин его больше не замечал. Всё, что сейчас существовало для него, — это Ёнджун, его тёплый взгляд и ощущение, что что-то важное между ними вот-вот изменится. Ёнджун тихо вздохнул, медленно двигаясь к Субину, словно каждое его движение было тщательно продумано. Он поднял руку и аккуратно коснулся плеча Субина, его пальцы были теплые, как и всё в этом моменте, наполняя пространство вокруг них напряжённой тишиной. — Я… — его голос был мягким, почти неслышным, но в нем звучала искренность. — Я давно в тебя влюблён, Субин. — Субин вздрогнул от этих слов, глаза расширились от удивления. Ёнджун продолжал, не отводя взгляда: — Это глупо, я знаю, но мне было страшно. Я дразнил тебя, потому что хотел, чтобы ты обращал на меня внимание. Чтобы ты замечал, что я рядом, что я здесь. Всё, что я делал — это просто способ заставить тебя задуматься о мне хоть немного чаще. Субин не знал, что сказать. В его голове бурей пронеслись мысли, сердце билось всё быстрее. Он чувствовал, как его ладонь неосознанно дрожит. Он даже не знал, что Ёнджун может чувствовать что-то такое к нему. Ёнджун чуть наклонился, словно пытаясь найти в его глазах ответ, но не спешил, давая Субину время осмыслить сказанное. — Когда я узнал, что ты будешь жить у меня, это стало шансом. Я не мог позволить себе его упустить. Я не знал, что делать, как подойти, как сказать, но я больше не мог молчать. Я не мог продолжать притворяться, что ничего не чувствую. Субин молчал, но внутри у него всё переворачивалось. Все эти годы, что он был рядом с Ёнджуном, он как будто не замечал того, что тот мог бы чувствовать. И вот теперь, когда он слушал эти слова, он осознавал, что всё это время было не просто игрой Ёнджун заглянул в его глаза и, не ожидая ответа, произнес: — Я не прошу тебя отвечать сразу. Просто хочу, чтобы ты знал. И если ты когда-нибудь почувствуешь то же, я буду ждать. Субин медленно встал и, не сказав ни слова, вышел из комнаты. Он почувствовал, как его ноги буквально вели его в сторону своей комнаты, но в голове был лишь один вопрос: что теперь? Как можно переварить всё, что только что сказал Ёнджун? Его слова звучали как нечто невообразимое, как будто он был в каком-то сне, но всё же это была реальность. Он заперся в своей комнате и некоторое время сидел на кровати, не в силах успокоиться. В голове всё перемешалось: ёмкие слова Ёнджуна, тепло его руки, его откровенность. Субин просто не мог уснуть. Мысли о признании роились в голове, а всё, что ему оставалось — это снова и снова прокручивать всё это в своей голове, пытаясь понять, что теперь. Но как только первые лучи солнца прорвались через шторы, Субин, наконец, устал от мыслей и попытался уснуть, хотя это было уже бесполезно. Когда утром Субин спустился на кухню, его глаза сразу же привлекли запахи — запах жареного, хлеба и чего-то ещё невероятно знакомого и тёплого. На столе стояла его любимая еда — омлет с овощами, мягкие блинчики и чашка горячего кофе. Он не мог не заметить, как аккуратно всё было подано, и как на стуле напротив сидел Ёнджун, с игривой улыбкой, как будто ничего не случилось. — Доброе утро, принцесса, — сказал Ёнджун с лёгким смехом, его глаза сияли. — Надеюсь, ты хорошо спал? Субин замер, снова ощущая странное тепло в груди. Он не знал, как реагировать. Он только кивнул и ссадил взгляд, но не мог скрыть лёгкую улыбку, которую на его губах не могло не вызвать это обращение. Ёнджун был всегда таким — уверенным, чутким и одновременно слегка дерзким. Ёнджун заметил, как Субин немного смутился, и его улыбка стала ещё более тёплой. Он с удовольствием наблюдал за тем, как Субин медленно садится за стол, явно пытаясь собраться с мыслями. Этого момента он ждал с нетерпением, хотя и знал, что будет нелегко. Но он был уверен в одном: он не уйдёт от своей цели. Он продолжит бороться, несмотря на все сомнения. — Я приготовил твой любимый завтрак, — продолжил Ёнджун, наливая себе чашку кофе и, несмотря на лёгкое напряжение в воздухе, снова улыбаясь. — Я помню, как ты всегда говорил, что утро должно начинаться с чего-то тёплого. Субин в ответ молча покачал головой, но на его лице появилась едва заметная улыбка, как будто в этот момент он начал понимать, что его жизнь может измениться. Он взял чашку с кофе и сделал медленный глоток, пытаясь успокоиться. Его внутренний мир всё ещё был в смятении, но присутствие Ёнджуна рядом как-то успокаивало. После паузы Ёнджун снова заговорил, теперь с чуть более серьёзным выражением на лице: — Я не собираюсь отступать, Субин, — его голос был тихим, но полным уверенности. — Ты можешь не отвечать сразу, можешь даже думать, что я сумасшедший, но я сделаю всё, чтобы ты обратил на меня внимание. Я не буду ждать, пока ты сам все осознаешь. Я буду рядом, пока не стану частью твоей жизни. Субин затаил дыхание. Эти слова звучали так сильно, так искренне, что ему трудно было найти ответ. Он чувствовал, как его сердце забилось быстрее, а мысли снова зашумели в голове. Что он вообще чувствует? Почему всё стало таким важным? Ёнджун продолжил, не давая ему времени отступить. — Мне не важно, как долго это займет. Я знаю, что ты не любишь, когда всё слишком быстро, но я готов ждать. Ты заслуживаешь того, чтобы кто-то хотел быть рядом с тобой, и я хочу быть этим человеком. Субин, немного отстранившись от всех мыслей, продолжил молчать, погружаясь в тёплую атмосферу кухни. Ему нравилось, как Ёнджун говорил, но он не знал, как отреагировать. Не знал, что ему делать с этим ощущением в груди, с тем, что происходило внутри. Он просто сидел, поглощая аромат пищи, и пытался понять, что теперь делать с этим признанием. Ёнджун не торопился. Он сидел рядом, спокойно попивая кофе, изредка поглядывая на Субина с той самой доброй улыбкой, которая заставляла его сердце биться быстрее. Он знал, что нужно быть терпеливым, что Субин не тот человек, который сразу открывается. Но он был готов подождать. Завтрак прошёл в тишине, которая, хотя и была немного напряжённой, не казалась неудобной. И вот, когда они оба закончили, Ёнджун встал и, подходя к Субину, мягко положил руку на его плечо. — Я буду рядом, — снова повторил он, но теперь его голос звучал немного по-другому. Меньше уверенности, больше мягкости, как будто он сам чувствовал, что Субин всё ещё обрабатывает всё происходящее. — Ты можешь не отвечать, можешь не сразу понять, но я не уйду. Я буду ждать, сколько бы времени это ни заняло. Субин почувствовал, как его плечо немного напряглось от прикосновения, но этого ему было достаточно, чтобы почувствовать, что Ёнджун действительно рядом. Он откинулся на стуле, оглядывая его. – Я уверен. И я понимаю, что ты не можешь сразу принять это. Всё не так просто, как кажется. Но я знаю, что ты не будешь игнорировать меня вечно. Субин заметил, как его слова, несмотря на их уверенность, звучали очень деликатно, как если бы он знал, что не должен торопить события. Это немного расслабило его. Он не знал, что будет дальше, но, наверное, было бы интересно посмотреть, куда это приведёт. ***