Серый мотылëк

Кромешная тьма. Впереди практически ничего не видно, лишь деревья и мрак, угнетающий мрак… Сегодня туман был гуще обычного и разглядеть хоть что-то можно было не дальше собственного носа. Бесшумно Раймонд ступал по мягкому мху, пробираясь по ночному лесу всë дальше и дальше, пока сзади продолжали раздаваться другие шаги и чьи-то тихие голоса, боящиеся нарушить покой юноши. Влажная трава была тоже ещë тем удовольствием, из-за которого обувь теряла свою сухость в первые же минуты. Чëртов вечерний дождь… Чëртов туман!.. Чëртов…! Шаг и юноша опустил взгляд, чувствуя зловонный, но такой знакомый запах, бьющий в нос. Поморщившись, он наклонился, чтобы разглядеть получше труп, что лежал у его ног, не отрываясь от него своими пустыми глазницами, из которых шли дорожки из уже засохших следов когда-то кровавых слëз. Тихий рык сорвался с губ Раймонда похожий на рычание тигра в бешенстве, который сдерживался чтобы не напасть на первого попавшегося, а серые, но почему-то такие яркие глаза блеснули двумя огнями. Его бешенство было очевидно. — Еë здесь больше нет… Поздно… — Не оборачиваясь, он рявкнул своим людям, что стояли за его спиной: — Обыскать и найти все улики, которые она могла оставить! Живо! Не переча группа людей тут же разошлась в разные стороны, не сговариваясь и начав осматривать каждый кустик и травинку неподалëку от трупа. Величественно выпрямившись Раймонд поднял подбородок повыше, поправил свою осанку, провëл рукой по белым, как снег, волосам и поправил пиджак. Его невзрачные, серые глаза прошлись по округе. Все занимались делом. Вот и славно. Облокотившись о ближайшее дерево, он с благоговением, достал свой пистолет из кобуры и с особой нежностью начал натирать еë специальным для того платком, что-то параллельно насвистывая себе под нос. Наконец-то можно отдохнуть… Прикрыв глаза, он уже представлял как вернëтся обратно домой, как займëтся любимым делом, а потом немного поиздевается над новенькими, насладиться крепким чаем и спать, чтобы завтра снова пойти на обычную, уже приевшуюся миссию. Эх, красота! Но не успел он дойти мыслями до нового дня, как вдруг услышал шаги в свою сторону. — Господин, я нашёл кое-что. Открыв глаза, Раймонд взглянул на своего подчинëнного, нехотя положил свой пистолет обратно на положенное ему место и взял у мужчины небольшой мешочек без особого энтузиазма. — Ищите дальше, пока не будете уверенны, что обыскали всë трижды. Кивнув, тот снова скрылся из виду средь кустов и деревьев, а юноша, слегка наклонив голову, стал рассматривать мешочек из достаточно плотной ткани. Подобные ему не единожды посчастливилось находить, обчищая трупы богатеньких глупцов, которые кому-то перешли дорогу и в итоге оказались в особом списке, куда не пожелаешь попасть никому. Открыв мешочек, он заглянул внутрь, надеясь, что там будет хотя бы пару монет, но в итоге на его ладонь упали два глазных яблока и небольшая записка, испачканная в крови от глаз, что лежали вместе с ней, да и написанная кое-как, но Раймонд уже привык к такому почерку, который вновь и вновь вызывал у него улыбку, какая бывает у азартных игроков, которым выпадает шанс вновь сыграть на деньги и проиграть всë до последнего цента. «Уже 15-й из вас. Полуюбилей, а вы всë никак не сдвинетесь с места в своих поисках. Я надеялась, что вы не будете настолько глупы, но видимо слухи о вас ложны. Что ж, очень жаль. Я думала наша игра будет повеселее.» А в конце, словно насмешка стояла скобочка, символизируя ту самую хитрую улыбочку, которую он всегда себе воображал, но Раймонд прекрасно знал, что это просто издëвка. Сложив небольшое послание, он огляделся и, пока никто не видел, положил еë в карман, довольно улыбаясь, словно над ним сейчас не посмеялись из-за его глупости, а наоборот похвалили. Но как бы сильно ему не нравилась эта игра, еë уже нужно было заканчивать. Уж слишком долго этот «супергерой» играл с ним в кошки-мышки. Пора уже показать, на что он действительно способен. Равнодушно положив пару глаз обратно в мешочек, он так крепко затянул его, что даже показалось будто плотная ткань может порваться под его натиском, но Раймонд прекрасно знал свою силу, мог управлять ей и уже готов был продемонстрировать свои навыки на деле.