Пуля для Паучка

Мрак ночи покрывал крышу на которой они стояли. Огни и вывески ночного Нью-Йорка не давал им достаточного уединения, однако это никак не сбивало настроя. По ощущениям они остались одни в целом мире, кровь глушила все посторонние звуки и даже Белый с Жёлтым затаили дыхание в голове Уэйда. Дэдпул держал пистолет и не мог понять, как допустил такое. Крошка Глория была приставлена к беззащитному горлу напротив, а тонкие, совсем мальчишеские, пальцы обхватывали с нечеловеческой силой запястье с Desert eagle. Белый там помер, наверное, от восторга, но что с Жёлтым, почему он то молчит? Уэйд вздохнул и снова попытался вырвать руку, но увы, в этой схватке ему не победить. Мальчишка хоть и выглядел стройным, хрупким существом, но при желании мог с лёгкостью поднять грузовик и швырнуть в Дэдпула. При этом даже не вспотев. Даже не напрячься. -Кажется в нашем тандеме мозги на твоей части, но сейчас по ощущениям всё совсем наоборот. Карамелька, я конечно всё понимаю, но может отдашь мне мою ненаглядную назад? С чего ты взял, что я хотел бы тебя пристрелить. Нет, я, конечно, много чего хочу, Белый будет в восторге от твоих мозгов, изображающих яркий фейерверк, но не нужно потакать этому социопату...- Пул не затыкался ни на минуту, ни на секунду, ни на мгновение. Обычно Паучок успевал вставлять свои шуточки или отвечать на его монологи, но сейчас было всё совсем иначе. Дэдпул заткнулся сам и снова повисла тяжёлая тишина, прерываемая лишь судорожным дыханием Паучка. Дэд был на удивление спокойным, хоть его и волновал немного резкий порыв его Зефирки выпилиться с помощью пушки. Он то точно знал, что не выстрелит, а вот Паучок с сомнением ещё стоял там и дрожал. Но хватку не отпускал, притягивая руку Уэйда к себе. Наконец, кажется поняв, что Уилсон хоть и наёмник, убивший кучу народу и тот ещё психопат, но не станет стрелять, Питер расслабился. С самого начала это было плохой идеей. Пучье чутьё всё ещё молчало, похороненное где-то глубоко. -Я не понимаю, ну почему? - Питер вымученно простонал, утыкаясь уже лбом в руку, сжимающую пистолет. Потёрся задумчиво щекой о пушку, оставшись в таком же задумчивом настроении. Он вообще чувствовал себя в такой безопасности, что становилось страшно. -Знаешь, я даже немного возбудился, но не думаю, что наш первый раз нужно начинать с пушки. Даже несмотря на то, что это дико заводит. - Наёмник громче чем хотелось сглотнул, покосившись на свою ширинку. Нужно было убедится не торчит ли что-то чего не должен увидеть его паучество. Но тот был настолько погружен в свои пиздострадания, что даже не замечал никакой проблемы. (ДА ЭТО ЖЕ ИЗДЕВАТЕЛЬСТВО ЧИСТОЙ ВОДЫ!) - а вот и проснулся Жёлтый. [Впервые я с ним согласен. Какого хера творит этот ребёнок?] - Белый был солидарен с ним, а Уэйд с ними двумя. На том и порешили. Паучок сошёл с ума, вот оно, коллективное решение! Надо было вытягивать бедного пацана из его мыслей и умозаключений. Иначе всё может кончится плохо, Уэйд не железный. Что именно охватит его в тот момент, возбуждение или жажда крови он не знал и знать не хотел. -Карамелька, всё норм? Ты хули вытворяешь? - весёлый настрой вернулся к наёмнику, как только понял, что тот, не серьёзно творит все эти, несомненно несуразные, вещи. Однако Питер его совсем не слышал, пытаясь что-то просчитать в своей миниатюрной головушке. Он тихо продолжал бурчать себе под нос, Дэдпулу на секунду даже показалось что он заразил мальца своим безумием. Безумие заразно же, да? Дэд в этом не сомневался, иначе как было объяснить то, что супергерой, которым он восхищался начал якшаться с таким как он. -А если.... - Паучок снова сжал руку Уилсона крепче, что тот аж ойкнул от неожиданности. Чуть отодвинулся и.... ([ЧЕГО БЛЯТЬ]) -Если ты хотел возбудить меня до потери сознания, то у тебя получилось. - хрипловато сказал наёмник чутка пошевелив ствол во рту у Спайди. Тот непонимающе нахмурился, что было видно даже через закатанную маску и слегка наклонил голову в бок, утыкаясь ещё больше щекой в ствол, оттягивая ту. Слюна скопилась пока они так стояли и пришлось сглатывать прямо так, губы чуть дернулись при этом действии, а зубы прошлись по холодному металлу. Неосознанно он провёл языком по стволу, пытаясь уместить тот поудобнее во рту. Сердце начало биться так сильно, что грозилось выпрыгнуть если не из горла, то из груди прямо как в тех мультиках. Но паучье чутьё всё равно молчало. Питер начал потихоньку понимать, как всё выглядит со стороны. Пятна смущения проступили по всей шее, уши начинали яростно гореть, и даже ночной холодный воздух не мог в достаточной степени охладить открытые участки кожи. -Уэйд...это..не то...- Питер начал нервно отодвигаться не зная куда деться. Руки резко опустились вниз, вместе со взглядом, когда он вытащил пистолет изо рта. Смущение потоком накрыло. Стало невыносимо жарко, хоть и была прохладная ночь. (Господикакойжеонмилый яготовсожратьего СОЖРИ ЭТУ БУЛКУ ПРЯМО СЕЙЧАС) – пищал на ультразвуке Жёлтый в голове у Уэйда. Наёмник даже поморщился от этого писка, заполонившего всю черепную коробку. [КХЫМ Держи себя в руках, пацан вечно как видит что-то интересное, так перестаёт замечать всё вокруг. Дайте ему объясниться и ХВАТИТ ПИЩАТЬ] – Да, Белый был рационален и холоден. А ещё и очень зануден, из-за чего Уэйд и Жёлтый иногда даже объявляли тому байкот. Голос Белого немного отрезвил Жёлтого и Уэйда, которые не сговариваясь визжали в унисон. -И что же это было мальчиш-паучиш? Если ты сейчас скажешь, что всё что было между нами было ошибкой, то разобьёшь моё неумираемое сердечко в дребезги! Уф это было так горячо, что я даже на секунду подумал будто снова вышиб свои мозги в ванной и сейчас вижу галюны. Не то чтобы я конечно каждый раз такое представляю, но пару тройку в день мне кажется нормально? Хотя, где я и нормальность. Да уж, даже я со своей фантазией не смог бы представить что-то настолько горячительное, спасибо, теперь буду дрочить на этот образ ещё пару недель? Лет? Тор всемогущий, надо сначала это переварить- -Да замолчи! Чёрт, Пул! Это всё из-за чутья! Всё из-за паучьего чутья! – Питер не выдержав взорвался, пунцовея пуще прежнего с каждым словом Уэйда. Чёртово смущение, казалось, затопило его полностью, особенно после слов, что Дэдпул не мог себе такого представить даже в мечтах. Он закрыл руками лицо и с тихим стоном сел на корточки прямо перед наёмником. Яйца Уэйда готовы были уже взорваться от такого зрелища. -Кхм, а при чем здесь паучье чутьё и то, что ты засунул в рот мою милую Глорию? Хоть я и предпочел бы, конечно, чтоб ты засунул кое-что получше в свой сладкий ротик, но выбрать ты мне даже не дал. Снизу послышался ещё более протяжный истерический стон, заглушаемый руками. Питеру было всё равно как он немужественно выглядел при этом. Просидев так ещё минутку, делая глубокие вдохи и выдохи, он наконец восстановил мало мальское дыхание так, чтобы не задыхаться от смущения и более-менее перестать так отчетливо ощущать стучащее о рёбра сердце. Наконец, Паучок, совладав с собой, отнял руки от лица и взглянул снизу вверх на наёмника. Член Уэйда заинтересованно дёрнулся от такого прелестного зрелища. Смущающийся Паучок прямо напротив его ширинки, разгоряченный и такой мягкий, податливый, такой сладкий... -Я пытался понять, как далеко можно зайти с тобой. – Слова, выходящие из этого миленького ротика так и норовили пробить дыру в любящем сердце наёмника. Все они понимали, что тот явно что-то не то сказал, но помечтать то можно, можно же да? [Не ну это точно издевательство] – Даже вон Белого проняло. (Что, перестал строить из себя адвоката дьявола? Да этот оленёнок сам просится в наши загребущие щупальца страсти!) – Жёлтый вволю отдался фантазии, посылая Уэйду одну картинку откровеннее другой. -А ну заткнулись оба! Прости, Паучок, я не тебе. Ну ка давай подробнее, пока я тебя прям тут от твоих двусмысленностей не разложил. Крыша такое себе место для этого, повторюсь. – Уэйд не был джентльменом, но со Спайди, с его зефирной карамелькой он не давал себе потеряться в фантазиях, чтобы там не посылал в его разум Жёлтый. Это попросту разбило бы ему сердце, ведь тот понимал, что такая сладкая фантазия закончится, оставив после себя лишь отвращение к самому себе, да мозги на кафеле в ванной. (Особенно для нашего первого раза! Всё должно быть романтично: ужин, вино, мягкая постель и LanaDelRey в колонках!) – Жёлтый всё продолжал фантазировать, он был безнадёжным романтиком в отличии от них с Белым. [И вы ещё говорите, что я старый] - да, те частенько его называли старым брюзгой. Белый появился ещё задолго до Жёлтого и эксперимента Х. В какой-то степени он даже заменил родительскую фигуру Уэйду, именно так он в ну очень далёком детстве и представлял себе заботившегося о нём взрослого. Время прошло, взрослый ему уже давно был не нужен, но Белый почему-то до сих пор оставался с ними. Возможно, чтобы периодически одёргивать мечтательного Жёлтого. -Ну, моё паучье чутьё совсем перестало на тебя реагировать. Это так странно, ведь оно даже на Старка иногда реагирует, а на тебя прям совсем глухо. Мне показалось это так странно, что я решил попробовать..ну..может выбесить тебя чуть-чуть, чтоб ты со мной подрался там. Потом я понял, что не хочу с тобой по серьёзному драться и тут идея появилась, может если я направлю твой пистолет на себя я хоть что-то почувствую. Черт, говоря это сейчас вслух теперь понимаю какая отстойная идея была... но это действительно так странно...- скороговоркой проговаривал парень, с каждым словом он становился всё неувереннее, а реплики всё тише. Уилсон так же тараторил, особенно когда нервничал, заметил про себя Паркер. -Стой, стой, тайм аут. А нахуя ты его сосать то начал? - Дэд в непонимании уставился, глаза на его маске комично расширенные смотрели сверху вниз на этого представителя паукообразных. Интересно, а под маской Паучок тоже весь красный или это только особенность его шеи? Может он смущается только шеей и ушками? Те явно были такими миленькими, что тут же захотелось покусать за их мочки. Паучок с пушкой во рту явно вызвал не те ощущения у Дэдпула, на которые рассчитывал. (Признайтесь, все представили, что мы говорим не о пушке вовсе) – гоготал истерично Жёлтый. -Ну... к горлу приставил и глухняк. Подумал может надо ещё ближе как-то и психанул немного...- Питер снова опустил голову вниз, но на этот раз больше от того, что устал пялиться вверх на Уэйда. Вид у наёмника открывался наишикарнейший. Тяжело дышащий Паучок, нервно трущий спандекс на пальцах, неловко оттягивающий самые кончики. Он перекатывался немного с пятки на носок слегка подпрыгивая, не мог усидеть на месте, энергия так и норовилась хоть как-то выплеснуться из тела. Дэдпул знал, что ни жизнь за маской, ни ночные патрули в достаточной степени не могли остановить этот маленький вечный двигатель. (Ох, если бы он только позволил, мы могли бы вытрахать из него всё до последней капли. Он почувствовал бы наконец, как это лежать и не иметь возможность даже шевельнуть пальцем ноги) – мечтательно вздохнул Жёлтый. [Почему же сразу трахать, изврат. Мы могли бы просто пустить пулю в его рот, и он точно так же не смог бы пошевелить никакой конечностью. Навсегда.] – Белый не любил паучка и при каждой возможности пытался подкинуть мысли об убийстве того. -Мы не будем пускать никаких пуль, ни в какой рот, Белый! С ума сошёл? Это же наша Паутинка! – как можно тише пытался шикнуть Уэйд. Питер его конечно же услышал, но решил не подавать вида. Он уже привык что Белый его недолюбливает, рациональный голос Дэдпула. Зато Жёлтый вроде на его стороне. Когда стало таким важным чтобы хоть какая-то часть Дэдпула была на стороне Питера, он не знал. Не задумывался до этого. Окончательно отогнав смущение, Питер заметил кое-что странное. Поза, в которой он сидел показалась ему неудобной, и он со вздохом присел на бетон. Когда схлынули яркие эмоции он вновь задумался почему паучье чутьё игнорировало Уэйда. Он даже в рот сунул пушку, но всё молчало. Думая чуть глубже об ощущениях, парень начал вспоминать что чувствовал. А чувствовал он вкус металла, смазку для оружия и порох. Металл приятно холодил язык. Адреналин от того, что Дэд в любой момент может выстрелить разогрел кожу изнутри. Питер как можно незаметнее попытался подтянуть коленки к подбородку. А вот и то, что показалось странноватым. Какого... -Ты недавно стрелял? – спросил он прежде, чем успел себя остановить. Уэйд перестал пререкаться с голосами в голове и наконец обратил внимание на Питера. Когда тот успел поменять позу он не заметил, но не стал садиться рядом, продолжая стоять и смотреть сверху вниз на это чудо. Чудо, от слова чудовище, ни как иначе. Возбудим и не дадим ну-ну. Он сводил сума даже больше, чем Уэйд сам себя. Своими разговорами о морали, запретами на убийства и всякой такой дрянью. -А ты уже забыл, как я попал по тому грабителю сегодня в начале патруля? В ногу между прочим! Я его не убил! И он даже сможет ходить! Через пару месяцев правда, но так ли это важно. Жив же! – Уэйд гордо выпрямился и упёр руки в бока. Он старался ради его Паучка, правда старался. Даже если его Карамелька никогда не просил об этом. По крайней мере, когда они были вместе, он держал себя в железных тисках, от чего голоса в голове потешались над ним. Как бы волк ни пытался натянуть овечью шкуру и есть траву, он оставался хищником. -Ты на пёсика сейчас похож, который похвалу выпрашивает – парень снова поднял взгляд, теперь ухмыляясь отчего линзы на маске немного сузились. Его проблема почти спала, пока Дэд не сделал кое-что неожиданное... -Для тебя я буду кем угодно, конфетка. Но мог бы и похвалить. Хотя с моего ракурса это ты скорее выглядишь как щеночек, так и хочется потрепать тебя за ушком. И не только за ушком. – Уэйд шкоднически улыбнулся и чуть наклонившись, таки погладил Питера по голове, как собачку. От Паркера раздался неожиданный для них двоих нечленораздельный звук. (Опачки) – Жёлтый довольно присвистнул. Как такие звуки он мог генерировать в мозгу Уэйда, оставалось загадкой. [Да ну нет] – Белый почти потерял дар речи. Почти. (А, по-моему, да) – Жёлтый уже планировал свадьбу. [Не верю!] – Крик отчаяния Белого бил набатом по мозгам. (Кажется кому-то явно понравилось) – Жёлтый был в экстазе. [Предлагаю закончить его и наши мучения просто всадив ему пулю в лоб] – Белый начал уже составлять план как укрыться от Старка в случае удачи. (Или просто всадив...) – Жёлтый точно не даст плану Белого произойти, как и Уэйд. [Или прострелив башку нам...] – а вот это уже было похоже на более реализуемый план. Пока голоса разрабатывали каждый свой план, Уэйд и Питер молчали. Руку наёмник так и не убрал, а Паучок затаил дыхание. Даже через два костюма он ощущал жар от руки. Приятный жар. Щёки снова стали пунцовыми, а проблема снова начала подниматься. Дэд хоть и был довольно эксцентричной личностью, [Это ты ещё мягко очень завуалировал, монстрюга] но тупым не был. Как бы там со стороны не казалось. И как бы он себя не выставлял таким. Рука прошлась от макушки, задевая приоткрытую мочку уха и остановилась на нежном не закрытом подбородке невесомо очерчивая его большим пальцем. Такая незатейливая ласка была как-то чужда им обоим. Уэйд ждал, когда Паучок его уже наконец оттолкнёт, как придёт в себя. А у Питера тем временем была в голове пустота, он не смел пошевелиться. Было, на удивление, приятно. Не встретив сопротивления, наёмник, немного осмелев направил свой большой палец к губам парня. Он как завороженный едва касаясь погладил нижнюю губу и чуть повернув ладонь провёл указательным пальцем по его щеке. Даже сквозь костюм он понимал какая нежная кожа у пацана. Наверное, ещё и сладкая пресладкая. Такая же вкусная как сахарная вата. Задумавшись, он продолжал лёгкие поглаживания на автомате. Как же хотелось впиться в эту гладкую щёчку и втянуть, покусывая. Питер сам от себя такого не ожидавший сильнее прильнул к ладони. Было так приятно и легко. С Дэдпулом всегда было легко. Питер в какой-то степени завидовал тому, с какой непосредственностью Дэд мог говорить о том, о чем думал или чувствовал. По крайней мере так всегда казалось со стороны. Ответственность, в которую он сам себя загонял, всегда давила на Питера. Начиная от школы, где он обязан был быть лучшим в учёбе, быть хорошим мальчиком перед тётей Мэй, до всего этого супергеройства. Когда же появился Пул и начал за ним гоняться, помогая с патрулированием, ему стало чуточку легче. Приятно было от того, что он мог помочь большему количеству людей, чем когда был один. Приятно было после патрулирования поесть на крыше разную мексиканскую всячину и поболтать о пустяках. Приятно от того, что от тебя по сути ничего не требуют. От того, что можно отпустить себя, хоть и ненадолго. Приятно ощущать невесомые прикосновения этой горячей руки. Ощущать Уэйда рядом. Вероятно, из-за этого его чутьё и перестало реагировать на наёмника. Да, он всё ещё оставался наёмником, да, он всё ещё был старше него на сколько? На 10 лет? И нет, Питер не будет переделывать или сам как-то подстраиваться под этого ненормального. Он это давно для себя решил, хоть периодически и бурчал на Пула. Потому что ему он нравится таким, неидеальным, пиздецки пошлым, невероятно веселым, ебанутым и совершенно лёгким. Да, кто бы мог подумать, что он действительно нравится ему. Осознание этого немного привело в себя. Но совсем ненадолго, потому что следующее действие Пула оставило розовый кисель вместо мозга. С блёсточками, как и любит Дэдпул. Несмотря на то, что поцелуй был лёгким, он всё равно ощутил жар дыхания через маску Уэйда. -Ты слишком долго молчал, и я решил сделать тебе искусственное дыхание, вдруг помер - совсем тихо забормотал Дэдпул не отрываясь от губ напротив. -Ну вот надо было испортить такой момент а! - Питер со всего размаху стукнул своим лбом лоб Уэйда. ([ДЕБИЛ]) -Ауч! -Иди сюда, идиот. - Паучок, не давая ни себе, ни ему на раздумья время, подхватил края маски, закатал аккуратно её до носа и без капли сомнений впился в губы. Они были сухими, потрескавшимися, с глубокими рубцами. И такие черт возьми горячие, что стало невыносимо жарко. Он не углублял поцелуй, лишь слегка помял своими губами. Он много раз видел эту часть лица Уэйда, когда они ели. То, что мужчина стеснялся своего тела и лица давно не было новостью. Но то, что тот застыл как бетонная стена было даже как-то обидно. Эй, это не Питер постоянно пытался ухватится за его жопу и вечно отпуская пошлые шутеечки, так чего тот сейчас встал как вкопанный?! Сказать, что Уэйд был в ахуе, ничего не сказать. Представить, что его сладкая карамелька ответит взаимностью. Да он даже думать себе запрещал о таком кощунстве. А уж о том, что тот сам его поцелует вообще можно молчать. Так вот, Уэйд был в ахуе. -Уэээйд? – от того, что наёмник никак не отвечал стало страшновато. Не мог же Питер всё понять неправильно? Тот же всегда носился за ним отвешивая кучу комплиментов его заднице и называя тонной милых прозвищ. Да и этот поцелуй с маской. Питер начал немного впадать в панику от бездействия этого идиота. -Дай обработать инфу, подожди, а то я щас расплачусь от счастья. Жёлтый уже, кстати, разревелся. А вот Белый настойчиво просит пойти домой и наконец застрелиться, чтобы не обнадёживать себя. Скажи, Паучок, милый, я могу себя обнадёживать или всё же не стоит? Я совсем запутался. То, что не он один сомневался в реальности происходящего даже как-то придало смелости и обрадовало. Совсем ошалев от страха, что Уэйд его оттолкнёт и всё-таки решит уйти застрелиться к себе домой, Питер с силой схватил того за загривок и подтащил к себе для более треботельного поцелуя. Он и раньше целовался, но с девчонками. То были неловкие поцелуйчики подростков. Жутко мокрые и не сказать, что приятные. Из-за блеска для губ даже жирные и липкие. Тут же всё было совсем по-другому, как бы тупо не звучало. Здесь вёл тот, у кого явно был опыт побольше. Питер обрадовался, что Дэдпул наконец отмер. Если бы Спайди не сидел, то точно упал бы, ибо ноги подтряхивало от нервов. Поцелуй был не спешный, чувственный. Небыло лишних слюней, был лишь изучающий его рот язык, сильные руки на спине и тихие вздохи в перерывах, которые вновь затыкались губами друг друга. -Малыш, если мы так продолжим, я за себя не ручаюсь. - Хриплый голос Уэйда раздался прямо рядом с ухом. Тяжелое дыхание смешивалось и было единым на двоих. Питер тихо заскулил от понимания что крыша действительно не самое лучшее место. Да и как-бы он небыл готов к чему-то такому. От понимания, что придётся прийти в себя и по-взрослому нормально поговорить, выяснять что черт возьми происходит с ними, стало тоскливо. Ну почему в его жизни не может быть всё так же просто как у Уэйда. Захотел – съел тако, захотел – отвесил комплимент, захотел – вышиб себе мозги, захотел – поцеловал... Без всяких этих взрослых выяснений. -Давай так, сейчас мы немного переведём дыхание, развернёмся и попляшем каждый в свою кроватку. Переспим, увы не друг с другом, а с мыслями и на трезвую голову решим лучше забыть обо всём и продолжать нашу дружбу, или готовится к чему-то серьёзному. Меня устроят оба варианта так-то. Карамелька, ты всё понял? Кивни если согласен с таким планом.- Питер заторможенно кивнул. Честно сказать это его даже немного расстроило, ведь Уэйд никогда не был рациональнее него. - Чёрт, быть взрослым это отстой, конечно же мне хочется тебя потискать и мне абсолютно всё равно где, как и при каких обстоятельствах, но я тебя уважаю, мой юный падаван. Так что именно тут мы и поступим как взрослые люди. Да, так будет правильно. Для тебя. – Уэйд был слишком серьёзен, обычно эту роль играл Питер в их тандеме, но именно сейчас захотелось и правда переложить все тяготы на партнёра. Мозги всё ещё плавились и думать совершенно не хотелось, как и отпускать мужчину. Но так действительно правильно. Он боялся, что сам передумает. Что возбуждение уйдёт и мозги встанут на место. Что это всё подростковые гормоны говорят в нём. Что Уэйд его оттолкнёт чуть позже. Но он вроде что-то сказал, про то, что его устроит любой вариант. А какой же вариант устроит самого Питера? Они сидели, обнявшись на холодном бетоне ещё некоторое время. Питер уже пришёл в себя, как и Уэйд, но отпускать друг друга было так неправильно. С Пулом было тепло и уютно. Иногда пугающе уютно. -Пообещай, что сегодня не будешь вышибать себе мозги и завтра не исчезнешь. Знаю я эту твою тягу к избеганию. – Питер сжал кулак на ножнах, где начиналась рукоятка Беа. Было ли это предупреждением, что Дэдпулу пиздец, если он нарушит обещание, Дэд не знал. Но на всякий случай испугался. Совсем чуть-чуть, на пол шишечки. Хоть его мальчик и был добрячком, но вынести мозги мог только так. -Оки доки, всё для тебя, Золотко. Торжественно клянусь, что не исчезну и мы завтра проведём разбор полётов. Руку даю на отсечение! – Пул прижал левую руку к сердцу, а правую возвёл ладонью вверх. Торжественность этого обещания была прервана тихим смехом Питера. -Она же у тебя отрастёт, если отрезать, такие клятвы на тебе не работают. – Паучок белозубо улыбался, смотря со смехом на всё это. -А если скажу, что зуб даю? А, ну да, там та же проблема. Мамой клянусь? Тоже не пойдёт, её нет уже давно. Черт, Паутинка, ты мне мозг ломаешь. – Дэд пустился в долгие раздумья. Сидя по-турецки и выбрав явно какую-то позу мыслителя, положив голову на кисть руки. Да, с ним было легко и как-то свободно, как при падении с высотки. Так стремительно, что начиналась гипервентиляция, так много, что начинаешь задыхаться, а голова кружиться. -Ладно, давай расходится. Завтра встретимся на 5-ой авеню? Немного попатрулируем для начала, потом поедим тако из Тако Бэлл, только оттуда, самые лучшие тако на свете и поговорим на сытый желудок. – Дэдпул быстро протараторил, словно боялся, что Спайди откажет в любую секунду, отвесит ему пощечину и они больше никогда не встретятся. Как в лучших традициях всех романов и сериалов. -Да, давай так и поступим. – Питер со вздохом поднялся и неловко провёл по маске, явно в нервном жесте, будто поправлял волосы. Дурацкая привычка. – Спокойной ночи что-ли.... -Сладких снов, Зефирка. – и скрылся, давая пацану время. Паркер постоял ещё с минуту, посмотрел на ночной город, тяжко вздохнул и рухнул вниз. Почти у самой земли выпустил паутину и умчался домой. Предстояло действительно много дел, ведь завтра контрольная по физике, нужно обязательно подготовится. Помочь тёте Мэй с пересадкой её любимого фикуса. С Недом и Эмджей нужно будет после уроков сходить в кафе, он обещал уже неделю, ведь предстояло выстроить план что они будут делать на выпускном и с кем пойдут. После этого обязательный патруль. И теперь ещё предстоял тяжелый разговор с Уэйдом. Кажется, Питер для себя всё решил, но вот Уэйд... Этот идиот накрутит себя за это время так, что придётся выпутывать того из этой паутины мыслей, как бы сейчас смешно это не звучало. Ещё и Белый с Жёлтым сто процентов начнут наседать на его напарника, говоря всякие разные гадости. Уж он то знает уже, как они могут довести Пула. Да, предстояло ещё много-много времени и разговоров. И уговоров. И поцелуев, чем черт не шутит. Надо бы прошерстить сегодня великий могучий интернет на всю эту тему. С девушками всё было интуитивно понятно, но вот про парней до Уэйда он даже как-то и не задумывался так далеко. Щёки Питера вновь вспыхнули под маской. Да, он со всем разберётся, ведь мозги в этом тандеме только у него. А у Уэйда опыт. Так всё будет в порядке. Определённо. Не зря же они так хорошо понимали друг друга, ведь так?