Свет или тьма?

      – Как такое может быть!? – кричала Каори. – Мы же совсем недавно победили в игре, почему нас снова сюда засунули?! – она приложила руки ко рту, создавая подобие рупора. – Мы отказываемся от игры, слышите? Отказываемся! – вдобавок она еще начала долбить по лифту, пытаясь не пойми до кого докричаться.       Я устало выдохнула, приложила руку ко лбу и спустилась по стенке на пол. Каори все еще продолжала кричать в разные углы и стучать по разным предметам, как будто нам это чем-то поможет.       За что нам все это? Почему неудачи должны случаться разом все? Неужели нельзя хотя бы по очереди?       Впервые за все время, что мы находимся в этом мире, ни одна полезная мысль не промелькнула в моей голове. У меня не было ни сил, ни желания анализировать ситуацию, придумывать какие-то планы, решения. Зачем? Если по итогу все равно все идет наперекосяк. Если по итогу все равно есть переменные, которые просто невозможно учесть. Если по итогу все твои планы рушатся, и ты оказываешься в ситуации, из которой нет выхода.       Хотя я понимала, что выход есть. Нужно всего лишь собрать остатки сил и победить. Всего лишь… Но какая мне в таком состоянии игра? Мне стоять дольше 10 минут сложно, а тут явно придется прикладывать большие усилия, чтобы выжить. Как же это нечестно. Почему создатели игр не учли такую мелкую деталь, что мы все обычные люди. А людям свойственно болеть или уставать. Почему визы продляются на такое небольшое количество времени? Почему можно случайно попасть в игру, даже не подозревая этого?       А может к черту эту игру? Сдамся сразу и не придется что-то придумывать. Каори сможет полностью сосредоточиться на себе, а я хотя бы отдохну перед смертью, вместо того чтобы носиться как сумасшедшая. И ради чего? Чтобы через пару дней снова оказаться в игре.       А сестра все продолжала орать, стучать и крушить все вокруг. Она снесла столик, разорвала рекламные объявления, разбила зеркало. Меня ее поведение начало выводить из себя. Но последней каплей стало, когда она взяла осколок зеркала, подошла к дивану и с криками: «Вы за все ответите!» начала его разрывать, а ведь у меня на него были определенные планы.       – Прекрати этот цирк немедленно! – крикнула я, о чем сразу же пожалела. Горло стало болеть просто невыносимо. – Сил моих больше нет терпеть твой ор, –тише, но также недовольно сказала я, укладываясь на диван, на который секунду назад покушалась сестра.       Наконец наступила долгожданная тишина, и я закрыла глаза, полностью отпуская ситуацию, отдаваясь во власть фортуне. Видимо сестра совсем не ожидала от меня таких слов, поэтому опешила. Но мне было все равно. Как же сильно она меня раздражала своим оптимизмом, верой в то, что не все потеряно, что еще можно что-то изменить. Я была рада тому, что у меня получилось ее успокоить. Однако, мой успех продлился всего несколько минут.       – И что, по-твоему, ты делаешь? – грубо спросила Каори, но я проигнорировала ее вопрос. – Это и есть твой план, лежать на диване и страдать? – вместо ответа я повернулась на другой бок, спиной к сестре. – Ты ведешь себя как маленький ребенок, честное слово! – раздался очень резкий и противный звук, который заставил меня вздрогнуть. Видимо она от злости бросила осколок зеркала на пол. Пусть психует сколько влезет, я уже для себя все решила.       Потом раздался звук удаляющихся шагов. Наконец-то она решила оставить меня в покое. Я позволила себе расслабится и прислушалась к своему телу. У меня все еще была повышенная температура, все еще болело горло, все еще была слабость и жар. Неудивительно, что меня так безжалостно клонит в сон. Я приняла сидячее положение, сняла толстовку Каори и снова легла. Я знала, что заслужила отдых, поэтому решила пойти на поводу организма и позволила себе уснуть.       Мне было не понятно, сколько прошло времени, получилось у меня поспать или нет, когда я снова услышала голос Каори рядом с собой:       – И долго ты собираешься вот так лежать? – она все еще была зла, а у меня все еще не было сил с ней спорить.       – Чего ты хочешь от меня? – устало спросила я, поворачиваясь к ней лицом.       – Чтобы ты прекратила страдать и начала делать что-нибудь!       – Что например? Орать и громить все вокруг как ты? – съязвила я. Мне так сильно хотелось, чтобы сестра от меня отстала, что я была готова сказать что угодно. Но мои слова больше не задевали Каори.       – Да я хотя бы что-то делаю, в отличие от тебя! – она разозлилась еще сильней. – А ты только и можешь что лежать и страдать!       – Если ты не заметила, я болею. У меня нет сил даже на споры с тобой, я уже молчу про игру.       – А ты думаешь у меня есть силы?! Ты думаешь у других игроков есть силы?! Ни у кого гребаных сил не осталось! Но несмотря на это, все продолжают бороться за свою жизнь! А ты ведешь себя как эгоистка и трусиха!       – Из нас двоих только ты ведешь себя как эгоистка, Каори, – мой голос был ровный и спокойный. – Ты не можешь принять мое решение, хотя оно лучшее из всех возможных вариантов. У меня нет шансов в этой игре, смирись. Если я буду в ней участвовать, то потяну и тебя на дно, так что лучше уж мне вообще не играть. Лучшее, что ты можешь сделать в этой ситуации – это в качестве исключения включить свой мозг и оставить меня наконец в тишине и покое! – повышая голос я поставила точку в наших спорах, снова отворачиваясь от Каори.       Но сестра не собиралась играть по моим правилам. Она села рядом со мной на диван и уже спокойней, но также недовольно начала:       – Ты думаешь, я не понимаю, чего ты добиваешься, Хина? Я знаю тебя лучше, чем кто-либо. Ты чувствуешь себя слабой, бесполезной, обузой. Переживаешь, что другие тоже это заметят, посчитают жалкой и перестанут любить и уважать. Думаешь, что в таком положении от тебя не будет пользы. Пытаешься убедить всех вокруг, что ты сдалась. Делаешь вид, что поступаешь так ради меня. Грубишь мне за мои попытки исправить наше положение. Убегаешь от проблемы, прикрывая это своей болезнью и усталостью. Ты можешь надурить других, Хина, но не меня, – она приблизила свое лицо ко мне, чтобы видеть мои эмоции. – Признай, что ты напугана до чертиков, поэтому ведешь себя как последняя идиотка.       Я резко приняла сидячее положение и возмущенно собиралась высказать сестре все, что я о ней думаю. Я так хотела съязвить, поставить ее на место, упрекнуть в том, что придумала обо мне небылиц. Но все слова застряли в горле, а вместо них на глаза навернулись слезы. Каори видела меня насквозь, каждое ее слово попало прямо в цель. Я почувствовала себя такой ошарашенной и уязвимой, совершенно не зная, что сказать. Тело меня не слушалось, я могла лишь открывать и закрывать рот, словно рыба, выброшенная на берег.       – Послушай, – Каори взяла меня за руки и усадила обратно на диван. – Ты не стала хуже, слабей, бесполезней только потому, что заболела. Это не твоя вина.       Сестра неотрывно смотрела мне в глаза, а я впервые в жизни не могла выдержать ее взгляд. Меня трясло от эмоций, которые вызывали во мне слова Каори. Но она не останавливалась и продолжала добивать меня.       – Близкие люди не станут к тебе хуже относиться только лишь из-за того, что ты не сможешь самая первая решить загадку.       Она говорила такие простые вещи, но они так метко попадали в мои переживания и страхи, что я ничего не могла делать, только удивленно смотреть и пытаться сдерживать слезы, которые без остановки текли из моих глаз.       – Ты не должна так глупо жертвовать собой из-за меня. В конце концов я уже взрослая дама и сама могу о себе позаботиться, – Каори мне подмигнула. – А в этот раз придется позаботиться не только о себе, – прошептала она, приблизившись ко мне и состроив страдальческую гримасу.       Меня это немного рассмешило, поэтому я не сдержалась и усмехнулась. По сестре было видно, что она довольна эффектом, который на меня производила.       – А по поводу страха вообще не переживай, – она махнула рукой. – Все боятся без исключений. Даже твой сдержанный черствый сухарь Чишия боится, хоть и профессионально это скрывает, поверь мне.       От упоминания Чишии я так сильно засмущалась, что почувствовала, как горят мои щеки. Что сегодня со мной делает Каори? Решила добить меня, чтобы не помогать во время игры? Давно я не испытывала таких эмоций, при упоминании другого человека. Я не сдержалась и прикрыла лицо руками, стараясь стереть слезы и охладить свои щеки, чтобы они перестали так пылать. Сестра от моих действий громко рассмеялась.       – Ну вот видишь, а ты помирать собралась, рано тебе, сестренка, рано, – она в шутку похлопала меня по плечу. – Вот когда замуж за него соберешься, вспомни про этот день, что я тебя спасла. И ему об этом обязательно расскажи! Будете мне должны за это как минимум машину! – она рассмеялась.       – Ну хватит, прекрати, – я неловко толкнула ее в плечо, все еще не придя в себя, чем только сильней позабавила сестру. Она смеялась так громко и так заразительно, что я не сдержалась и тоже заулыбалась ее фантазиям.       Я не выздоровела после нашего с Каори, температура никуда не делась, горло не перестало болеть, слабость волшебным образом не пропала. И все же, несмотря на все это чувствовала я себя гораздо лучше.       Когда я успокоилась и пришла в себя, то увидела Усаги, которая все это время тактично сидела на другом конце комнаты, упорно делая вид, что нас не замечает. Меня этот факт почему-то очень умилил. Было видно, что ей неловко и некомфортно, но все же она не влезала в наши разборки, не просила прекратить и вообще в целом никак не выдавала свое присутствие здесь. Я подумала о том, что Усаги должно быть очень хороший человек.       Меня испугал резкий звук открывающейся двери. Я повернулась на шум и увидела, что в здание вошла красивая девушка в кепке с длинными черными волосами. Ее одежда была сильно потрепана, даже больше, чем у нас. Взгляд ее был острый, цепляющий. Она выглядела не сильно старше нас, но создавалось впечатление, будто она уже много чего повидала. Скорей всего, в этом мире она находится уже довольно давно. В целом, от девушки веяло аурой «не подходи, а то убью», но кажется, только я это почувствовала.       – Привет, мы тебя уже заждались, – снова приторно дружелюбно начала Каори. Не думаю, что незнакомка это оценит.       – Что у вас тут случилось? – спросила она, обведя рукой пространство вокруг.       Вообще-то из-за психов моей сестры холл отеля действительно выглядел теперь потрепано. Повсюду валялись осколки, бумага и мебель в некоторых местах была испорчена.       – Когда мы пришли, все уже так и было, – ответила Каори, не желая выдавать себя с потрохами. Усаги метнула на сестру быстрый взгляд, но ничего не сказала.       – Как тебя зовут? – вместо этого спросила она.       – Камата, – ответила незнакомка и подошла к ресепшену. – Вы уже успели зарегистрироваться? – спросила она, поднимая телефон.       – Усаги да, а мы ждали последнего игрока, – уверенно обманывала Каори. – Вы уже играли в игру, в которой так мало участников? – ловко сменила тему сестренка.       – В каких только играх я не участвовала, – Камата задумалась на мгновение как-то невесело улыбаясь. Видимо я была права и опыта выживания у нее в этом мире больше, чем у нас.       – Кажется, ты многое успела повидать, – Каори тоже это заметила. – Может, поделишься какими-нибудь секретами?       – Послушайте, тот факт, что мы будем участвовать в одной игре, не делает нас подругами. Если понадобиться я готова с вами сотрудничать, но в целом вы мне безразличны, – жестокая и циничная. Она точно прекрасно понимает правила этого мира. Мне эта девушка определенно не нравилась, не хотела бы оказаться у нее на пути. Уверена, что ради победы она пойдет по головам, а мы с сестрой находимся в достаточно уязвимом положении.       Камата отвернулась от нас, заканчивая регистрацию. Я хотела как-то незаметно предупредить сестру об этой девушке, но не смогла поймать ее взгляд, поскольку Каори переглядывалась с Усаги. Очевидно, все и без меня догадались об опасности, которая может исходить от Каматы.       Наконец, когда мы с сестрой прошли регистрацию, прозвучал механический голос, сигнализирующий о начале игры.       

Добро пожаловать в игру «Время на высоте»!

Сложность – 2 «пики».

      Небольшая сложность игры меня очень порадовала. Возможно, у нас действительно появились шансы на победу. Вот только в играх «пики» мы ни разу не участвовали, что они могли значить?       

Правила игры: участникам дается 20 минут на то, чтобы успеть подняться на крышу здания. Победившими будут считаться те, кто уложится в отведенное время.

      После этих слов на наших телефонах начался обратный отсчет, и все побежали на лестницу. Хорошо, что мы проверили лифт, иначе потратили бы время игры на это.       Я старалась бежать вместе со всеми, но сильно отставала. Каори не уходила сильно далеко от меня.       Правила очень простые. Вот только мне казалось странным, что на эту игру дается так много времени. Повезло, что я обратила внимание на количество этажей в здании. Если их действительно 30, то успеть подняться на крышу можно и за 10 минут, даже с небольшими передышками, при условии, что ты не болеешь.       А что, если разработчики приняли во внимание тот факт, что есть больной среди участников и поэтому увеличили время? Очень смешно, Хина. Наверняка просто по пути нас будут ждать ловушки.       Я заметила, что лестница в этом здании жутко неудобная. Она была винтовая, но проблема в том, что у нее был слишком большой диаметр. Кроме того, она была достаточно крутая, без перил, так еще и открытого типа. То есть, если подниматься по ней и смотреть вниз, то можно увидеть все, что происходит под тобой. Все эти факторы усложняли прохождение этой игры, поскольку в какой-то момент у меня начала кружиться голова, но не было даже перил, на которые можно облокотиться и прийти в себя. Мне кажется, что с этой лестницы запросто можно упасть, даже без помощи противников.       Тем временем Камата убежала так далеко вперед, что ее уже даже не было видно. Усаги от нее не сильно отставала, но ее ярко-розовая майка все еще немного мельтешила наверху. Каори не сильно обгоняла меня, а я же в свою очередь потихоньку начинала терять силы.       Мы были примерно на 10 этаже, как вдруг я услышала крик и сильный грохот сверху. Мы с Каори испуганно переглянулись и ускорили шаг.       – Что у вас там происходит!? – крикнула сестра.       – Помоги мне! – это был голос Каматы. Неужели нашей Ларе Крофт понадобилась помощь простых смертных.       Когда мы поднялись на достаточную высоту, я посмотрела наверх и увидела ноги Каматы, которые болтались в невесомости, а сама она одной рукой держалась за остатки ступени, а второй – за свой бок, кровь из которого капала перед моими ногами. Если она сорвется, то по крайне мере точно переломает себе кости, поскольку расстояние до предыдущего лестничного пролета, на котором находилась я, было метра 4, не меньше.       Еще я заметила, что сломалась не только та ступенька, за которую сейчас цепляется Камата, но и несколько следующих. Как так получилось?       Поднявшись на нужную высоту, Каори хотела сорваться на помощь, но я успела схватить ее за руку.       – Может не будем этого делать? Не думаю, что она бы поступила так ради нас.       – Хина, не начинай, – раздраженно вырвала свою руку сестра. – Мы должны оставаться людьми и поступать правильно. К тому же, не думаю, что эта девушка настолько плоха, насколько хочет казаться.       Я успела лишь недовольно выдохнуть, а Каори уже начала вытаскивать Камату.       – Будь осторожна, она повредила бок, – это была Усаги, которая находилась по ту сторону лестницы. Я ее даже не сразу заметила. Тут явно произошло что-то странное.       – Как ты там оказалась? – спросила я, осматривая ее недоверчивым взглядом.       – Все случилось слишком быстро! – вставая с колен начала она. – Я немного отставала от Каматы, как вдруг ступени стали уходить у нее из-под ног. Я успела среагировать и допрыгнула до другой стороны, а Камата не смогла вовремя остановиться и полетела вниз. Благо, успела схватиться рукой, иначе точно все плохо бы закончилось. Я хотела перепрыгнуть к ней обратно, чтобы помочь, но побоялась что только доломаю ступеньку.       Усаги выглядела искренне переживающий, так что в ее рассказ можно было поверить. А еще она почему-то не побежала дальше, а осталась на месте. Она настолько хороший человек или просто боится теперь идти в одиночку? Я взглянула на время, прошло уже 10 минут. Нам срочно нужно было продолжить подниматься несмотря на то, что ступеньки могут обваливаться. Каори тем временем вытащила Камату и та перевязала себе живот кофтой.       – Ходить можешь? – спросила Усаги.       – Как будто у меня есть выбор, – недовольно буркнула Камата, перепрыгнула ступеньки и снова стала подниматься, правда в этот раз гораздо медленней.       – Всегда пожалуйста, – буркнула ей в след я вместо сестры.       Мы снова продолжили путь. В этот раз впереди была Усаги, а мы втроем шли примерно на одном уровне. Я очень старалась собрать все силы в кулак, чтобы выжить, но из-за этих ступеней у меня помимо прочего еще кружилась голова, хотя я и старалась не смотреть вниз. Камата демонстративно игнорировала нас, не пересекалась взглядами и старалась идти впереди, как будто мы чем-то провинились. Скорей всего, она из тех, кто не привык принимать помощь и не знает как на нее реагировать. Но мне было на это все равно, она каждым своим действием раздражала меня все сильней и сильней. В какой-то момент мне захотелось подойти к ней и треснуть по голове, вынудив поблагодарить мою сестру за помощь, но я держалась изо всех сил. И почему эта девчонка так сильно меня волнует?       – Здесь тупик, – послышался откуда-то сверху голос Усаги, когда до крыши нам оставалось буквально этажа четыре.       – Как это тупик?! – испуганно спросила Каори, обгоняя нас, чтобы убедиться во всем лично.       Когда я напряженно доковыляла, то увидела, что лестница была завалена всяким хламом. Мы могли бы расчистить путь дальше, но это заняло бы слишком много времени, которого у нас просто не было, ведь до конца игры оставалось 5 минут.       Я обратила внимание на Каори и Усаги, которые явно что-то задумали. Они открыли окно, которое было неподалеку, выглянули в него и что-то обсуждали.       – Мы сможем добраться до пожарной лестницы через это окно! – радостно сказала сестра, поймав мой взгляд.       Времени на обсуждение не было, поэтому мы сразу начали вылезать. Первой пошла Усаги. Она ловко запрыгнула на окно, выглянула из него и прыгнула куда-то в сторону. У меня от таких действий сердце в пятки ушло, ведь я до ужаса боялась высоты, но сейчас на это не было времени.       Следующей меня потащила Каори. Она помогла мне взобраться на окно, и я зачем-то взглянула вниз. Я никогда в жизни не была так высоко. Мои ладошки сразу вспотели, голова закружилась еще сильней, сердце забилось как сумасшедшее. Я не была уверена, что справлюсь.       – Не бойся, лестница совсем рядом, просто протяни руку, – поддерживала меня сестра, заметив мое состояние. Я все еще сомневалась. – У тебя получится.       И я прыгнула. Несмотря на то, что расстояние было совсем небольшое, около полутора метров, я была уверена, что сорвусь вниз. Я чувствовала сильный ветер, который терзал мои волосы, адреналин, который бушевал в моем теле, было тяжело дышать из-за большой высоты, и я содрала себе ладошки, когда вцепилась мертвой хваткой в ржавую старую лестницу. Но у меня получилось и я выдохнула с облегчением, когда снова почувствовала опору под своими ногами. Сверху меня поднималась Усаги, которая добралась уже практически до конца. Я решила тоже от нее не отставать и освободить место на лестнице для остальных.       Я поднялась примерно на этаж и посмотрела вниз, чтобы проверить как обстоят дела у Каори. Вот только я увидела Камату вместо нее. Ну конечно же моя сердобольная сестра сначала пустила раненого, вместо того чтобы ползти самой. Я закатила глаза и поползла дальше.       В тот момент, когда Каори запрыгнула на лестницу что-то пошло не так. Видимо, эта ржавая рухлядь не была готова к такому количеству человек, поэтому она медленно начала падать.       – О черт! –крикнула Камата. – Эй вы, сверху, ползите быстрей!       И я поползла. Поползла так быстро как только могла, потому что знала, что в самом конце нашей колонны находится не кто иной, как Каори.       Усаги добралась до крыши и стала протягивать руку мне. Я буквально бежала в вертикальном положении по этой лестнице, потому что знала, что от моих действий зависит жизнь сестры.       Достигла крыши я достаточно быстро, вот только лестница к тому времени была наклонена уже градусов на 30. Каори могла не успеть. От этих мыслей по моему телу снова прошел жар.       – Каори! Хватайся за ноги Каматы, мы вас вытащим! – в панике закричала я, когда Камата была уже совсем близко, а лестница стала падать еще быстрей.       Мы вместе с Усаги протягивали руки Камате. По лестнице уже было невозможно подниматься, поскольку она была слишком наклонена.       – Прыгай! – крикнула Усаги.       Каори успела схватиться за лодыжку Каматы в тот момент, когда она прыгнула. Мы смогли поймать ее, чуть не свалившись вниз. Вытащить двух девушек было безумно тяжело, но мы очень старались. Мне было все равно на усталость, на мокрые ладошки из которых выскальзывали чужие руки, все мое плохое состояние ушло на второй план. Адреналин полностью поглотил меня, и я не могла думать ни о чем, кроме своей сестры, которую я была обязана вытащить.        Наверное, при других обстоятельствах нам бы и удалось их вытащить. Вот только был один важный фактор, который был против нас.       Время.       

До конца игры осталось 10 секунд.

      Этот противный механический голос, доносящийся из наших телефонов, будет преследовать меня в кошмарах. 10 секунд, которые сломали мне жизнь.       А потом все произошло очень быстро. Как только Камата это услышала, она без раздумий начала действовать.       – Прости, – сказала она моей сестре, а после ударила ее несколько раз ногой по голове.       – Что ты делаешь?! – прокричала я, но было поздно.       Ее план сработал и Каори полетела вниз, а мы по инерции затащили Камату на крышу.       Я практически не застала момент падения моей единственной сестры. Я даже толком не рассмотрела ее родное лицо напоследок, зато я увидела ее глаза. В них одновременно отражались страх, непонимание и разочарование. А потом она пропала, растворяясь в густом тумане. А я ничего не могла сделать, чтобы предотвратить это.       Наступила тишина. Я не чувствовала ничего, в моей голове гулял ветер. Я сидела на краю крыши на коленях, смотрела вниз и чего-то ждала. На секунду мне показалось, что Каори возвращается на крышу, но это была лишь птица.       

Время игры вышло. Поздравляем победителей!

      Вообще я редко пью. Однако, один раз в своей жизни я напилась до такого состояния, что после этого наутро мало что помнила. Не было складной цепочки событий, лишь какие-то флешбэки, которые появлялись в моей голове.       Вот и сейчас я была словно пьяная, не осознавая, что делаю и что происходит.       Вспышка.       Пришла боль. Такая сильная, что меня скрутило пополам и я завыла, словно раненый волк. Я чувствовала, как половина меня отрывается и спрыгивает с крыши. Мне не хватало воздуха, чтобы вздохнуть, были только слезы и боль.       Мне теперь не с кем устраивать субботние посиделки, она больше никогда не будет подшучивать надо мной, по-особенному чесать голову. Никто и никогда так самоотверженно не будет ради меня что-то делать, никому и никогда я не буду так сильно доверять. Никто не будет знать меня всю жизнь и ни с кем у нас не будет такого количества общих воспоминаний. Она больше не пожалуется на свою работу, не расскажет безумных историй и не посмеется с моих. Никогда больше не поддержит меня и мои новые начинания. Она никогда не побывает на моей свадьбе, не увидит моих детей. Я больше никогда не смогу ее обнять, не увижу ее улыбки, не услышу ее голоса. Я навсегда останусь одна. Тот огромный кусок моего сердца, который занимала она, навсегда останется пустым. Навсегда.       Вспышка.       Кто-то коснулся моего плеча, но мне было все равно. Я лишь выла, била кулаками по крыше и что-то кричала.       Вспышка.       Меня посетила мысль тоже спрыгнуть, поскольку боль была такая сильная, что я была уверена, что не выдержу. Просто не смогу больше жить с этим.       Я встала на самый край. В последний момент меня схватили за руку. Я агрессивно развернулась, вырывая свою руку из захвата.       А потом я увидела ее. Камату. События последних минут вспыхнули в моей голове. Меня ударило страшное осознание: это она виновата.       – Вонючая неблагодарная свинья! Это ты ее убила!! – я набросилась на Камату, стараясь дотянуться до ее горла, чтобы задушить. Гнев и ненависть полностью накрыли меня с головой. – Как ты посмела это сделать?! Она спасала тебя, мразь!       Она сопротивлялась, но была ранена, поэтому мало что могла сделать. Я душила ее изо всех сил, всем сердцем желая, чтобы она сдохла.       Меня схватила в захват Усаги, а эта тварь пыталась скрыться. Я ей этого не позволю! Я достала охотничий нож из заднего кармана, не вспоминая о нем со времен первой игры. Начала угрожать им Усаги, и она меня отпустила. Я побежала за Каматой.       У нее не было шансов. С одной стороны я с ножом, с другой – край крыши. Любой из вариантов меня бы устроил. Я никогда в жизни не чувствовала в себе такой огромной силы и желания убивать.       – Она была лучшим человеком на свете, а ты посмела забрать ее у меня, – я не узнавала собственный голос. Он был больше похож на рычание.       – Хина одумайся! – крикнула Усаги, подходя ко мне ближе со спины. – Каори бы не хотела этого.       – Не смей произносить ее имя!! – я резко развернулась и приставила нож к ее горлу. – Убирайся!!       Она бросила взгляд мне за спину и отошла. Я снова стала подходить к Камате.       – Она была добра к тебе несмотря на то, что я предлагала бросить тебя, – я подошла вплотную. – Ты поплатишься за то, что сделала!! – и я толкнула ее в пропасть, ни секунды не колеблясь.       И… ничего. Я не почувствовала облегчения или злорадства, наблюдая как она напуганная летит вниз. В конце она даже не сопротивлялась, понимая, что у нее нет шансов. А мне ни на мгновение не стало лучше.       Вспышка.       Я снова рыдаю на крыше. Не могу поверить, что ее больше нет. Как я могла это допустить?       Мы с ней столько игр вместе прошли и всегда находили выход из любых ситуаций. А по итогу я потеряла единственного близкого мне человека в этом сумасшедшем мире в одной из самых простых игр. Это осознание разбило мне сердце окончательно.       Вспышка.       Я убегаю от этого здания не оглядываясь. Оно навсегда останется проклятым для меня. От физической постройки я могу убежать, но от своих эмоций, которые я в нем пережила – нет. И от этого осознания становится только хуже.       Вспышка.       Я лечу вниз по какому-то склону. Одежда перепачкана, я ушибла себе все тело, но это для меня не имеет никакого значения. Я снова реву, крича от боли.       Вспышка.       Кто-то трогает мое плечо. На улице уже посветлело. Я что провалялась здесь всю ночь? Поворачиваюсь. Чишия. Что он здесь делает?       – Ты… – шепчу я.       Я ему верила, также как и Каори Камате. И вот к чему это привело. Он тоже виноват в ее смерти, как и Усаги, и Камата, и я. Все виноваты в ее смерти.       – Оставь меня в покое! – я отбросила его руку со своего плеча. – Зачем ты пришел!? Ты хочешь предать меня, потому что знаешь, что я доверяю тебе!! Я вижу тебя насквозь, Чишия! – прошипела я.       Он игнорировал мои выпады и просто молчал. Его лицо не выражало никаких эмоций. Он был в той самой кофте, которую я ему дала. А потом он приложил руку к моему лбу. Я опешила от неожиданности.       – У тебя жар, – просто сказал он.       Как будто это имело значение. Как будто хоть что-то в этом мире имело значение. Мои глаза наполнились слезами. Во мне бушевало слишком много эмоций. И боль. Боль была просто невыносимая. А передо мной был Чишия, который непроизвольно вызывал во мне спокойствие. Я чувствовала, что если не выплесну все то, что находится внутри меня, то просто взорвусь.       Я не выдержала и бросилась ему в объятия. Его спина напряглась, скорей всего, он хотел оттолкнуть меня, но мне было все равно. Я захотела побыть эгоисткой и еще сильней прижалась к нему.       – Она… – я запнулась из-за того, что у меня пропал голос. – Каори, она… – произнести вслух это оказалось невозможным, на меня снова накатывала истерика.       – Я знаю, – сказал он, слегка прижимая меня к себе одной рукой. Это было последней каплей, и я перестала себя сдерживать, полностью отдаваясь во власть эмоциям.       Чишия молча выслушивал мои страдания, помогая справиться с горем. Он не отталкивал меня, наоборот, слегка поглаживал по спине и голове, а в особенно тяжелые моменты крепче прижимал к себе. Несмотря на то, что его прикосновения были совсем не похожи на прикосновения Каори, они принесли мне хоть немного утешения и я смогла выплеснуть все то, что накопилось у меня на душе.       Когда я более-менее успокоилась мне все еще не хотелось от него отстраняться, а Чишия вроде и не выгонял меня. Я позволила себе уткнуться носом в его ложбинку на шее. Его волосы щекотали мне щеку, а еще от него почему-то пахло больницей и таблетками.       Постепенно я стала засыпать, но он мне этого не позволил.       – Пойдем, нам нужно вылечить тебя, – сказал Чишия, отстраняясь от меня и помогая подняться.       Мне стало так холодно без его прикосновений, что мурашки пробежали по телу. А еще стало одиноко. Я никогда в жизни не была одна. А теперь мне придется быть одной всю оставшуюся жизнь. На моих глазах снова появились слезы.       – Не отставай, – бросил Чишия, разворачиваясь, чтобы уйти.       Я постаралась сделать шаг и поняла, что не могу. И не хочу. Жизнь потеряла всякий смысл, я чувствовала себя просто телом, которое больше ни на что не способно, кроме как испытывать боль. Мое тело было невыносимо слабым, ноги были ватными, как будто из них вытащили все кости. От бессилия я снова упала на землю. Этот звук заставил Чишию обернуться.       – Давай, ты не можешь остаться здесь, – сказал он, снова помогая мне встать. – Нам нужно идти, – он перекинул мою руку себе через шею, буквально заставляя меня пытаться делать шаги. У нас даже получилось немного продвинуться вперед. С поддержкой Чишии было легче, и я практически повисла на нем.       – Куда? – спросила я, хотя на самом деле это не имело никакого значения. Я снова почувствовала тепло его тела, и эта пугающе огромная боль немного поутихла.       – На Пляж.