Button

      Пустая дорога, время уже за полночь, Чонгук, вытянув из окна левую руку с зажатой сигаретой между пальцев, не спеша катится по ночному городу за рулем своей новой иномарки. В голове крутятся разные мысли, начиная от текущих дел на работе, и, заканчивая: «Что я делаю со своей жизнью?».       Да, у него успешная работа, есть возможность менять транспорт каждый месяц, где он может совершенно бессовестно курить в салоне, не беспокоясь о едком запахе, который оседает на кожаных сидениях. Но какой ценой ему все досталось?       Ему сейчас 32, но свою жизнь после университета Чон помнит лишь фрагментами, лишь работа была его постоянной спутницей. Даже сейчас, возвращаясь в свои роскошные апартаменты в самом дорогом комплексе города, он не спешил. Потому что не к кому было спешить.       Чонгук на входе кивком поздоровался с полусонным консьержем. Мужчина догадывается, что в мыслях у этого старика. За всё время, как Чон стал жителем этого комплекса, он ещё ни разу не возвращался домой с кем-либо в паре. У Чонгука, естественно, были отношения и половая жизнь отличалась разнообразием, но всё это было мимолетно и без обязательств, и только тогда, когда он находил свободное время в своём плотном графике.       Чонгук был геем и не скрывал этого ни от кого, даже от подчиненных. Многие мужчины и молодые парни в его окружении пытались добиться его внимания, но Чон был неприступен. «На работе мы работаем», одной фразой он пресекал любые попытки флирта на рабочем месте. Чон был подтянут, имел чувство стиля, да и в общении он всегда был уважителен и добр, чем покорил ни одно сердце, не только геев, но и девушек, которые знали о предпочтениях их шефа, но всё равно надеялись на его снисхождение. Чонгук довольно открытый и раскрепощённый мужчина, но было и то, чем он никогда бы не поделился ни с кем из своих коллег.       Мужчина, добравшись до квартиры, приложил указательный палец на пластину. Датчик тут же узнал отпечаток хозяина и покорно открыл дверь. Снова оглушающая тишина и темнота встретили Чона. Он не спеша снял обувь, на ходу расстегнул рубашку и ремень брюк.       — Включить свет, — послышался приказ хозяина дома, и свет мгновенно включился. Чонгук с голым торсом прошёлся по огромной квартире, не желая раздеваться полностью. Подойдя к стеллажу с алкоголем, долго раздумывал над тем, чем же сегодня себя угостить. Выбор остановился на виски. Закинув в чистый стакан пару кусков льда, залив все это алкоголем, он неспешно устроился на кожаном диване перед огромным телевизором. Сделав пару жадных глотков, снова отдал приказ бесплотному управляющему дома.       — Открыть "Моё избранное", — экран телевизора вмиг загорелся синим и тут же открылся сайт со списком порнофильмов. Но есть один нюанс, даже два — все избранные ролики сняты в формате домашнего видео, и фигурирует там один и тот же парень.       Мужчина часто снимал напряжение просмотром порнофильмов, когда не было желания и сил куда-либо ехать и знакомиться с парнями. Пару месяцев назад, в один из таких же вечеров, когда Чон вернулся с работы за полночь, его вновь одолела тоска и одиночество. Взяв в руки пульт, стал прокручивать бесчисленные страницы с фильмами для взрослых. Неожиданно для себя, наткнулся на канал с домашним видео парня в маске, который называл себя Button.       Этот парень сразу зацепил Чона, несмотря на то, что на видео присутствовал ещё один парень, чьё лицо было заблюрено. Парень в маске то отсасывал своему партнёру стоя на коленях с завязанными позади руками, то стоял, прислонившись головой к стене, пока второй парень жёстко брал его сзади. Чонгук просто с ума сходил от вида стонущего и отсасывающего кудрявого парня с экрана. Он пересмотрел все его видео, подрочил на каждое из них минимум раз по пять, но ему всё равно было мало. Он так хотел оказаться на месте второго парня, подчинить себе загорелое, хрупкое тело. Чон часто представлял, какое лицо скрывается под этой чёртовой маской и что бы он сделал, встреть его в реальной жизни. Но интернет на то и интернет — ты не узнаешь, кто находится по ту сторону экрана, пока автор сам не откроет тебе своё лицо. Да и особенных примет, по которым Чонгук мог бы узнать парня в маске, оказалось немного: кудрявые, чуть длинные чёрные волосы, бронзовая кожа и татуировка на запястье в виде пуговицы.        Просмотрев список своих избранных, Чон остановил свой выбор на одном из первых видео парня. На этом видео он выступал соло, что очень нравилось Чонгуку. Пуговица на экране, всё в той же маске, натянутой на глаза, неспешно закрепил резиновый член на панорамное окно своей комнаты, также неспешно снял с себя одежду, оголяя свою загорелую и нежную кожу, и сладко улыбнулся на камеру, будто приглашая присоединиться к нему в этой шалости. Член Чонгука отзывался от одной этой ухмылки, а внизу живота сладко тянуло.       Чон, командой выключил свет и, снова отпив немного из стакана, погрузился в видео полностью. По мере того, как стоны из колонок становились всё громче, а парень на экране насаживался на резиновый член всё быстрей, Чонгук тоже набирал темп, водя рукой по своему твёрдому члену вверх-вниз. Мужчина смотрел это представление не первый, и не второй раз, поэтому знал, когда именно Пуговица придёт к финишу, и кончал с ним одновременно. Это его предпочтение было схоже с одержимостью, и Чонгук ловил себя на мысли, что это ненормально. Вместо того, чтобы искать новые знакомства и строить отношения с постоянным партнёром, он дрочил на парня с экрана, представляя себя на месте резинового члена.       Чонгук вытерся салфеткой, упаковка которой всегда находилась рядом с диваном, осушил стакан и потянулся к столику за электронной сигаретой. Откинув голову назад, сладко затянулся и выпустил в потолок безникотиновый дым. В салоне автомобиля он прощал себе слабость курить обычные сигареты, но не дома. Чон всё ещё не терял надежды, что в один прекрасный день, он разделит свою квартиру с кем-то ещё, было необходимо держать дом в чистоте и уюте.       — Выключить телевизор, — вымолвил Чонгук, выпуская очередное облачко дыма. — Спокойной ночи, Пуговица.       Экран погас, оставив мужчину наедине с тишиной. Чувство тоски и одиночества стало ещё сильней, чем до просмотра видео.       

*

      — Доброе утро, господин Чон.       — Доброе утро, директор.       Чонгук только успел переступить порог здания своей компании, как преданные подчинённые тут же выстроились в живой коридор, низко кланяясь. Несмотря на то, что Чон был их работодателем и выше их на пару статусов, он всегда кланялся в ответ, тем самым нарушая правило делового этикета. Но, по правде, ему на это было наплевать. Как директора его волновало лишь самочувствие его сотрудников и успех компании, а он всегда считал, что второе вытекает из первого.       Компания Чона славилась в городе как самое благоприятное и безопасное место для сотрудников. Свободные вакансии здесь появлялись редко, так как никто из нынешних сотрудников не хотел покидать такое выгодное место, а за пределами здания, выстраивалась очередь из желающих попасть сюда.       — Здорово, Чонгук, — к нему навстречу вышел его секретарь с кипой бумаг для подписи.       — Доброе утро, секретарь Мин, — сдержанно поприветствовал его Чон. — Что за «Здорово»? Я, конечно, понимаю, что мы с тобой друзья, но это сбивает с толку.       — Надо было поклониться до земли? — с усмешкой спросил мужчина, явно намекая на приветствие остальных подчинённых. — Завтра так и сделаю.       Чонгук лишь усмехнулся на эту фразу. Мин Юнги был первым сотрудником, которого он нанял после открытия своего дела, но уже тогда было ясно, что мужчина слишком умён и сообразителен для простой работы секретаря. Чонгук несколько раз предлагал ему перейти в партнёры или повысить хотя бы до руководителя, но тот всегда отшучивался и говорил, что любой другой секретарь не справится со своими обязанностями, так как всё время будет лизать жопу директора.       — Что у нас сегодня по плану? — Чонгук толкнул дверь своего кабинета, Юнги не отставал.       — Во-первых, подпиши все эти документы, — секретарь положил кипу на стол. – Во-вторых, ты уже неделю говоришь о каком-то бонусе для подчинённых, но так и не объяснил суть. Что ты хотел сделать?       — Да, точно, — Чонгук сел за рабочий стол, не отрываясь от бумаг, начал излагать свою идею. — Я тут понаблюдал за сотрудниками. Они не пьют кофе из аппаратов, которые мы поставили на каждом этаже.       — Откровенно говоря, кофе там отвратительный.       — А почему я не в курсе? — Чонгук поднял голову и сурово посмотрел на друга.       — Ты же не пьёшь кофе. Решил, что тебе это будет неинтересно.       Чонгук откинулся на спинку кресла, сложив руки, произнёс:       — Напомни мне первый пункт нашей корпоративной политики.       — «Сотрудники прежде всего», —ответил секретарь, закатывая глаза. — Я знаю наши ценности и твои принципы, но кофе – такая мелочь.       — Не соглашусь. Наши сотрудники не только не пьют кофе из аппарата, так ещё каждые два часа бегают в соседнее заведение за ним. Благо они додумались ходить туда по очереди и приносить напитки для всех.       — Это сколько времени они тратят каждый день? — возмущённо выпалил Юнги.       — Это не они тратят ресурсы компании, это мы не создали условий.       Юнги промолчал, закусив нижнюю губу, он и сам часто ходил за кофе, когда Чонгук был на деловых встречах.       — Будем брать бариста в компанию. Так мы и потерю рабочего времени сократим, и настроение в коллективе поднимем.       — Ты сейчас серьёзно? — искренне удивился секретарь. — Ребята просто с ума сойдут от такой новости!       — Похоже, ты сам сейчас сойдёшь, — Чонгук улыбнулся. Раз затея понравилась вечно ворчливому Юнги, значит и остальные будут только рады. — Найди самого лучшего в городе.       — Будет сделано, директор.              До конца рабочего дня секретарь Мин был занят поиском нового сотрудника. Чонгук доверял другу как себе, и в том, что он справится с задачей, не было никаких сомнений.       Рабочий день директора медленно перешёл в вечер, а дальше и в ночь. Погружённый в документы и контракты, Чонгук и не заметил наступления темноты за окном. Лампочки ярко освещали его кабинет, но даже их свет не мог развеять тени усталости, которые начали проявляться на его лице. Сотрудники давно покинули свои рабочие места, лишь ночные уборщики выполняли свои обязанности.       Встав со своего рабочего места, он медленно подошёл к окну, глядя на город, который светился множеством огней. Непередаваемое ощущение спокойствия окутывало его в эту тёмную пору ночи. Мужчина потянулся руками вверх, стараясь отогнать усталость, и в этот момент почувствовал, как напряжение постепенно покидает его тело.       Неожиданно, в дверь кабинета постучались. Звук нарушил атмосферу спокойствия.       — Директор Чон, — в кабинет вошёл высокий мужчина лет 25-ти, — вы ещё не ушли?       — Минсок? — Чонгук удивился, увидев подчинённого в столь поздний час. — Иди домой, рабочее время давно закончилось.       — Я знаю, господин Чон, — мужчина, одним движением, выключил свет и запер дверь кабинета. — В офисе кроме нас никого нет.       Чонгук встал спиной к окну, сложив руки на груди, и с лёгким недоумением смотрел на своего подчинённого, который, казалось, осознанно приближался к нему. Минсок, явно намереваясь соблазнить его, медленно шёл в сторону директора. Чонгук чувствовал, как его сердце бьется быстрее, а любопытство смешивалось с напряжением.       Под пристальным взглядом своего начальника мужчина начал снимать галстук, медленно продевая его из петель. С каждой секундой он приближался всё ближе, и Чонгук заметил, как Минсок расстёгивает верхнюю пуговицу своей рубашки, выставляя напоказ ухоженную грудь.       — Я знаю, что я в вашем вкусе, господин директор, видел вас в клубе пару раз. Вы всегда выбираете мальчиков с милым лицом и крепкой задницей. Чем же я не подхожу? — мужчина подошёл к Чонгуку вплотную, и влажно провёл языком по мочке уха. — Вы же сами говорите: «Сотрудники превыше всего». Так позаботьтесь обо мне.       Чон так и стоял со сложенными руками, равнодушно глядя на попытки сотрудника его соблазнить. На долю секунды его разум начал метаться между разумом и инстинктом, а границы между работой и личной жизнью стали замутнёнными.       — Минсок, сколько ты уже на меня работаешь? — Чонгук, собрав в кулак всё своё самообладание, оставил подчинённого возле окна и вернулся за рабочий стол.       — Восемь… Восемь лет, — от былой дерзости не осталось и следа, мужчина явно ожидал иную реакцию.       — И тебе дорого твоё место?       — Да, директор.       — Так какого чёрта, ты здесь делаешь Минсок? — Чон откинулся на спинку кресла, продолжая буравить побагровевшее лицо мужчины. — Ты действительно думал, что предложить себя вот так, как шлюху, самый верный вариант?       Минсок понял, что его неудачная попытка затащить директора в постель оказалась не только провальной, но и могла стоить ему работы. Но, на удивление Чона, он не стал его умолять забыть об этом инциденте, а наоборот встал на колени, продолжая снимать с себя рубашку, оголяя грудь и пресс.       — Директор Чон, вы не выходите у меня из головы с тех пор, как я увидел вас с другим мужчиной в клубе. Ваше накаченное тело, ваше хмурое лицо, когда вы думаете, ваши язвительные слова — всё в вас возбуждает меня. Даже сейчас, когда вы отчитываете меня, я лишь хочу, стоя на коленях, отсасывать вам, пока не сведёт скулы. Сжальтесь надо мной, всего лишь раз.       Чонгук смотрел на подчинённого в замешательстве. Неужели сексуальное влечение может быть настолько сильным, что может затмить любые доводы рассудка и гордости? Ему стало жаль мужчину. Выпрашивать секс у начальника, стоя на коленях, это было слишком унизительно.       Директор подошёл к мужчине, который умоляюще смотрел на него снизу вверх, учащённо дыша. Чонгук провёл по лицу подчинённого кончиками пальцев, нежно коснулся приоткрытых губ. Минсок подался вперёд, стараясь подольше задержать желанные пальцы на своих губах, но Чон уже переместился к волосам мужчины. Медленно их поглаживая, он произнёс:       — Выбирай, Минсок. Либо я трахаю тебя здесь и сейчас, но ты становишься безработным в ту же секунду, как я кончу. Либо, ты уходишь сейчас же, и я закрываю глаза на твою сегодняшнюю глупость. Минсок нахмурился, неравномерное дыхание выдавало его злость — ответ директора был далеко не тем, чего он хотел услышать. А хотел он лишь одного — отдаваться Чонгуку каждый раз, когда тот звал бы его в свой кабинет посередине рабочего дня или утра, или вечера. Иными словами, он хотел, принадлежать директору как верный подчинённый и постоянный любовник.       — Ну так что? — Чон так и смотрел сверху вниз, поглаживая голову мужчины. — Ты сам сказал, чтобы я сжалился над тобой хотя бы один раз.       Минсок отпихнув руку директора, встал с колен. Хмурое выражение не покидало лица мужчины, глаза выдавали злость и неудовлетворение.       — Ну уж нет. Один чёртов перепихон меня не устроит, — Минсок направился к двери, наспех надевая рубашку на голый торс. — Вы ещё пожалеете о своём отказе, директор Чон.       Дверь с грохотом закрылась, Чон облегчённо выдохнул. Он надеялся, что Минсок поведётся на его блеф и откажется от своей затеи. Даже в такой провокационной ситуации, мужчина не пожелал воспользоваться своим сотрудником, несмотря на его старания и желание.        Снова вернувшись к своим документам, Чонгук так и не смог с ними закончить. Сцена, произошедшая пару минут назад, не выходила из его головы. Минсок был прав, говоря, что он в его в вкусе: красивое тело, идеальное лицо привлекали Чонгука. Попытайся Минсок выразить свои чувства иначе, а не предлагать себя таким образом, возможно Чонгук отступил бы от своих правил и завёл роман с подчинённым. Но, Минсок выбрал путь совращения, и директор не хотел иметь с ним дело. Хотя, стоило отдать ему должное: в конечном итоге он выбрал работу вместо одноразового секса. Но и это не исключало его дальнейших попыток соблазнения.       Прерывая размышления Чонгука, телефон оповестил о приходе нового уведомления. Усталость мужчины исчезла в то же мгновение, на лице появилась счастливая улыбка, как только он взял телефон в руки. Чон понимал, что глупо радоваться лишь одному уведомлению о новом видео Пуговицы, но он ничего не мог поделать с собой.       Собрав вещи, директор стремительно покинул кабинет, надеясь, что Минсок не поджидает его где-нибудь за углом, и что он доберётся домой как можно быстрей.              На новом видео Пуговица снова был один. Парень в маске обновлял свой канал раз в неделю, но в последние месяцы партнёра не наблюдалось. Чонгук предполагал, что второй парень, возможно, был его возлюбленным и вне камер, и теперь они расстались. Эта догадка радовала его, хотя и не было никаких шансов встретиться в реальной жизни. Но Чон надеялся, не зная даже на что.       И вот снова одиночный оргазм, салфетка в руках и звенящая тишина в квартире. Чонгук выпускает дым, задирая подбородок к потолку, и снова мысли в голове: «Что я делаю со своей жизнью?». Но ответа нет.       

*

      — Чонгук, я нашёл нам бариста! — рабочее утро Чонгука началось с радостного возгласа Юнги, который вломился в кабинет без стука. — Он на первом этаже, уже принимает первые заказы!       — Прошли всего лишь сутки, а ты уже всё организовал, — Чонгук искренне восхищался работой секретаря. Он знал, что Юнги — талантливый специалист, но даже для него это казалось невероятным. — Хочешь премию выпишу?       — Самое сложное было переманить этого парня, — с гордостью объяснил Юнги, — он никак не хотел покидать прежнее место работы. А остальное — мелочи, — добавил он с довольной улыбкой. — Премию жду до обеда.       Чонгук, ответив ему искренней улыбкой, встал со своего рабочего места. У него была привычка, которая сложилась с тех самых пор, как компания стала расти, а штат расширяться. Он всегда лично знакомился с каждым новым сотрудником, и этот раз не стал исключением — всё это было важно для атмосферы в коллективе.       Пока Чон спускался на первый этаж, подчинённые провожали его поклоном. Директор чувствовал себя немного неловко под таким вниманием, но понимал, что сотрудники выражают своё уважение таким образом, а Юнги, в своей обычной манере, тихо хихикал у него за спиной.       Когда они наконец дошли до первого этажа, Чонгук заметил уютный уголок, где уже начали собираться люди, ждущие свой любимый кофе. За стойкой стоял молодой парень с кудрявыми волосами, поверх которых была завязана красная бандана, как ободок. Бариста не переставал улыбаться и непринуждённо общался с первыми клиентами. Он выглядел уверенно, притягивая внимание своим мастерством. Что-то в образе нового сотрудника показалось знакомым Чонгуку, но это чувство так же быстро исчезло, как и появилось.       — Вот это очередь! — воскликнул Чонгук, подходя ближе. — Привет! Я Чон Чонгук, директор компании. Рад тебя видеть в нашей команде.       Парень обернулся, и его лицо осветилось широкой улыбкой.       — Здравствуйте, директор Чон, — бариста слегка поклонился. — Я Ким Тэхен, рад работать с вами.       Чонгук продолжал улыбаться, глядя на довольных сотрудников и наслаждаясь ароматом кофе. Но больше всего его радовал вид молодого бариста: такой энергичный, жизнерадостный, складывалось ощущение, что не его напитки придают бодрость присутствующим, а его оптимизм и красота. Директор без стеснения наблюдал за работой парня, откровенно залипая на тонких пальцах, ловко держащих стаканчики. Юнги заметил такое поведение шефа и легонько толкнул того плечом.       — Я полагаю, в этот раз ты не откажешься от латте с кудрявой пенкой? — с хитрой улыбкой спросил секретарь.       — Да, я хотел бы попробовать, — с улыбкой ответил Чонгук, продолжая восхищаться грациозными движениями бариста. — Какая ещё кудрявая пенка? — он вдруг опомнился и возмутился. — Раз я не пью кофе, это не повод надо мной смеяться.       Юнги ничего не ответил, продолжая смотреть на директора довольным видом. Он и не подозревал, что, нанимая на работу Ким Тэхена, нарушил душевный покой своего начальника и друга по совместительству.       Наконец, очередь дошла и до директора с секретарём. Юнги, особо не заморачиваясь, заказал себе эспрессо и тут же удалился, забрав готовый заказ. А вот с Чонгуком всё было сложней — он никогда не пил кофе и не знал, на чём остановить свой выбор. Будь это его домашний бар с алкоголем, с выбором он определился бы быстрей.       — Я сделаю напиток, похожий на вас, — наблюдая, растерянный вид своего нового руководителя, бариста взял инициативу в свои руки.       — Похожий на меня? — тупо повторил Чонгук.       — Да, — Тэхен искренне улыбался, — глядя на вас, мне приходит на ум эспрессо, олицетворяющий уверенность, щепотка корицы — острота характера и горячее молоко, для мягкости.       Проговаривая рецепт вслух, парень умело смешивал ингредиенты и готовил напиток. Чонгук не сводил глаз с бариста, будто это представление было специально для него одного. Тэхен сразу же почувствовал пристальный взгляд директора на себе и не мог понять: он заинтересовался им или это любезность в адрес нового сотрудника? Парень хотел, чтобы первое предположение оказалось верным.       — Готово, — Тэхен закатал рукава рубашки и поставил перед директором кофейный напиток, положив сверху вишню для красоты. — Можете смело всем говорить, что в вашу честь назван напиток.       Чонгук потянулся за стаканчиком, но рука остановилась на половине пути, а взгляд упал на оголившееся запястье.       — Интересная у вас татуировка, — медленно проговорил мужчина. — Эта пуговица? — Чонгук буравил взглядом то татуировку, то самого бариста, ожидая ответа.       — Да, — улыбка бариста исчезла сразу же, как только изменилось выражение лица директора. — Бабушка в детстве называла меня Пуговицей, сделал в честь неё.       Чонгук понял, что за парень стоит перед ним, а Тэхен сообразил, что директор прекрасно узнаёт его татуировку. Лишь один вопрос теперь мучил его: уволит сейчас или найдёт какую-либо другую причину и уволит позже? В том, что директор такой солидной компании не станет держать в штате парня, снимающегося в порно в формате хоум-видео, он не сомневался.       — Превосходный напиток, — произнёс Чонгук, отпив немного кофе, но лицо по-прежнему оставалось серьёзным. — Добро пожаловать в команду.       Чон ушёл, не дожидаясь ответа бариста. Сдерживая себя, чтобы не обернуться назад и взглянуть на Тэхена ещё раз, он ускорил шаг в направлении кабинета. Ему нужно было обдумать увиденное и придумать план действий. Упускать такой подарок судьбы он не собирался ни в коем случае.