White tombstone

Лука сидел за столом, не спеша ковыряя завтрак, механически перемешивая ложкой овсянку. Шум голосов, звон посуды, шелест газет – все это сливалось в единый фон, на котором выделялся лишь человек напротив. Он не заметил, как вновь задал глупый вопрос. Между глотками теплого чая, между паузами в беседе, словно между делом, спросил, что тот любит есть. Не ожидая особенного ответа, не вкладывая в слова никакого смысла, просто, чтобы заполнить тишину. Врач, кажется, удивился, но ответил. Лука отметил это как нечто незначительное, запомнил, без особого интереса. Прошло какое-то время, ложка вновь заскребла по пустой тарелке, и уже ему самому был задан такой же вопрос. Он не знал, лишь пожал плечами, вернувшись к еде. После игры в карты, время текло, значительно быстро. — К сведению, — начал доктор, шагая по длинному коридору. — я задумывался над вашим состоянием, и сделал выводы что психологического портрета мне будет недостаточно. Вам бы было пора выполнить диагностические процедуры, то бишь анализы, будет достаточно сдать кровь, и будет очень славно сделать это сегодняшним вечером, надеюсь вы не против. Решил предупредить заранее, поскольку позже, этой возможности может не стать. До вечера Бальза, у вас будет время подготовиться морально, — напоследок сказал Альва, закрывая дверь перед чужим лицом. — Но.. — Лука поднял руку желая возразить такой ошеломительной новости, которая заставила содрогнуться, задуматься, устрашиться в одно время. Его поставили перед фактом! Бальза некоторое время удивленно хлопал глазами, пытаясь переубедить себя в реальности всех этих событий, в конце концов, зачем ему понадобились его анализы? Осталось с трепетом и страхом ожидать вечера, что теперь было задачей слишком сложной, он глядел на часы, как они медленно тикают, кажется что выбора у него и нет. Однако с этим звуком, тикающих часов, становилось все не комфортнее. Лука помотал головой закрывая уши, почему нельзя сломать все что раздражает? Кажется это привычка осталась ещё с прошлой жизни. Но какая же была, это прошлая жизнь? Бальза нахмурился, решив воссоздать свой план, точнее большой домик из карт уно. Пришлось помять некоторые, дабы те держались крепко, да и запастись терпением, что было очень сложно в случае Луки, но в конце концов, потеряв несколько часов, он смог построить надежный и высокий, почти в пол его роста, домик. Он был как нельзя доволен собой, даже позабыв о том, что его вскоре ждет. Но вспомнил об этом сразу же, как его потревожил Альва. — Смотрите что сделал! — первым же делом похвастался парень, получив похвалу. А уж после послушно направился в процедурную. Теперь волнение пришло вновь, заставив Луку боязливо оглядываться по сторонам, бесконечно сглатывать омерзительный ком в горле и пытаться унять свои нервы. Было страшно. Особенно при виде прохладного кабинета, интересно сколько тут иго и всяких неприятных приборов? — Это будет быстро? Будете брать с вены? — Быстро-быстро, не беспокойтесь. Я возьму с вены и на этом вы будете свободны, — заверил блондин, вновь одевая неприятные резиновые перчатки. Место для введения иглы, врач обработал заранее, смочив влажной ваткой. А затем, и достал сам шприц. Чужая рука, лягла в собственной, быть точней Лоренц держал того за запястье чтобы в случае чего, Бальза не вздрогнул. — Не смотрите, — строго сказал врач. Тонким концом шприц входя в вену, с особой осторожностью дабы юноша даже не почувствовал неприятной боли, которая пришла лишь после того как он закончил, и ёмкость была набрана алой кровью. — Видите все не так страшно, потребовалось всего пару секунд, — добавил врач, став к пациенту спиной, осторожно переливая жидкость в колбу, для дальнейшей ее диагностики. Младший же, все ещё слабо жмурился, очнувшись только от чужих слов, неужели и правда все? А ведь он к этому очень долго готовился! Выходит вот как оно бывает... Бальза поправляет рукав, наблюдая за врачом, когда же будут результаты? И для чего конкретно у него взяли кровь? Пациент хотел бы поинтересоваться, но в голове, почему то, мелькал совершенно иной, бессмысленный вопрос, прерывающий эту занудную тишину. — А у вас в жизни бывает так же, как в той книге? Ну, может вы и не любите свою жену, но неужели нет совсем ничего.. такого? Не пытайтесь оправдаться работой, — Лука заинтересованно глядит на него, почему же возникла эта мысль? Наверное сложно поверить в то, что Лоренц способен на нечто такое. Хотя представить себе можно. — совру если скажу что не представлял, но почему-то никак не получается. А вы бы хотели себе детей? Альва на несколько секунд замер, анализируя сказанное. Складывалось ощущение что у Луки был талант. Талант посыпать вопросами и задавать их максимально прямолинейно. — Представляли.. что? — первым чем озадачился Лоренц взглянув на собеседника через плечо, но осознав суть слов, тут же отбросил вопрос как риторический. — В таком случае совру, если попытаюсь оправдаться работой. Как правильно понимаю, вам интересно был ли у меня опыт? — психиатр отложил колбу, повернувшись к Луке лицом к лицу. Встретив на себе стойкий взгляд, ему правда было интересно. — Был, но не как в книге, и очень очень давно. Я не стремлюсь заводить семью и детей том числе, ведь уже пытался найти в этом гармонию, но по итогу, столкнулся с множеством ответственности и рисков, с учётом того, что моя работа это один сплошной огромный риск, — Альва увел взгляд, повторно задумавшись над речью пациента. — И что именно, у вас "никак не получается"? Хотите сказать, представляли меня в сфере романтики? Интересно что же у вас вышло. И какие эмоции возникали после подобных мыслей? — старший облокотился о стол, сложа руки у груди. Любознательность брала свое, несмотря насколько прямо звучал вопрос, однако по большей части в этом интересе крылся очевидный анализ, врач хотел анализировать чужие эмоции, сделать личные выводы. Бальза неловко улыбается, смущения вся ситуация не вызывала, разве что чужие слова, Альва не воспринял вопрос всерьез. Он задумался, все так же сидя на койке, наблюдая за врачом. Какие эмоции у него вызывали такие мысли.. сложно подобрать ответ, слишком сложно. — И ещё. Что насчёт вас? Возможно память не позволит вам вспомнить такие моменты, но, формально, хотели бы узнать какого это? — Альва хитро сощурил глаза, решив ради баланса поставить собеседника в неловкое положение. — Конечно же хотел бы. Ну, вряд ли у меня получится что-то такое здесь, но чисто из любопытства.. Раз опыт у вас был очень очень давно, то сможете его описать? Раз он больше не повторялся, то значит вам не понравилось? — Лука стучит ногой, Лоренца было сложно представить в отношениях, а самого него так там более! — Как бы вам сказать, — произнес он мягким, и чуть насмешливым тоном. — Опыт был хорошим, совру, если скажу что не понравилось. Однако я отдал должное карьере, иначе говоря не тратил время, занимаясь тем, что мне нравилось сильнее. Да и в целом любовные отношения это нечто гораздо большее, чем подарки и поцелуи. Это тайна, которую каждый открывает по-своему, поэтому, я не могу в точности описать те чувства и эмоции. Вы поймёте их в том случае если испытаете на себе, — Лоренц склонил голову набок, понимая что рассказывать те подробности, уж тем более Бальзе, будет неправильно, по крайней мере неловко. — Так что насчёт эмоций? Лука отвёл глаза, хмурясь, ответ был слишком ожидаемый и скучный! Но все же, это никак не уняло его порыв интереса. — Эмоции у меня разные. Знаете, вы довольно заботливый человек, по крайней мере по отношению ко мне, думаю вы бы были довольно надёжным, но не могу представить себе, чтобы вы.. физически контактировали с кем то. У меня в голове выстраивается только невинная картинка, понимаете? — Понимаю. Рад что вы хорошего мнения обо мне. А так званная "невинная картинка" вполне обоснованна, уж лучше у вас останутся такие мысли, нежели другие. Пациент задумчиво скрещивает руки на груди, все же встав с места, ничего больше ведь не нужно на сегодня? Теперь хотелось капнуть глубже в этой теме, но чисто ради изучения! — Раз понравилось, то наверное зря забросили. Неужели работа для вас так важна? Или просто не умеете успевать и там и там? Этого я понять не могу, я то не работаю.. но наверное будь вы в отношениях, то на меня не было бы времени, верно? Наверное это даже хорошо, — парень усмехается, убедившись в том, что рука цела, да и кровь не идет. Альва томно вздохнул, уже выражая свое нежелание продолжать разговор на подобную тему. Не то чтобы ему сильно не нравилось обсуждать нечто такое, просто... складывалось ощущение что в нем бесцеремонно роются, игнорируя то, что он уже выразил свою позицию. — Важна, ведь я вложил в нее всю свою жизнь. И не сомневайтесь в моем времени, я способен без проблем распределить его правильно, или же как посчитаю нужным. — Вот как. В любом случае, наверное, рано или поздно я додумаюсь до другой картины, как только узнаю вас поближе. Возможно вы слишком серьезный для такого. Но знаете, по сравнению с Джеком.. не то чтобы я и его представлял, но по сравнению с ним вы будете лучше. К сожалению пациентов я должным образом оценить не могу.. Кстати о тайне, вы ее разгадали? Неужели из за этого не хотите вступать в отношения? Старший в недоумении увел взгляд, не зная как ему следует ответить. — Очень рад что вы своеобразным способом анализируете окружающих вас людей, но будьте добры, не впутывайте меня туда же. Мне приятна мысль что среди остальных ваше внимание в частности сфокусировано на мне, однако давайте не переходить грани, — врач плотно закрыл колбочку, оставив ее в кармане халата. Беседа с Лукой чем-то напоминала прошлое, когда будучи на стажировке, он также использовал свою разговорчивость, и корректные вопросы которыми и узнавал информацию. Его черты никуда не делись, он все тот же Лука. — Всё-таки, я старше вас на тринадцать лет, — внезапно заявил Альва. Жаль что упоминание о возрасте его никак не смутило, разве это не было очевидным? Пациент улыбается, махнув рукой, медленно шагая к дверям. — Ну и что с того? Подумаешь, скоро пенсию получать, не повод для того, чтобы ставить себе ограничения. Или вы хотите сказать что уже не способны.. на отношения? — Лука хихикает, хитро глядя на врача, почему же ему не нравилось? — да и потом, вас я знаю больше всех, или мне стоит думать о Джеке? Не имею ни малейшего желания.. И никакие границы я не перехожу, хотя если честно мне это совсем неважно, да и какие именно границы? Неужели не хотите со мной дружить? Я вполне хороший друг, может и в отношениях неплохой, — Бальза гордо поднимает голову, дожидаясь того, как врач наконец выпустит его, сопроводив до палаты. Но он, казалось, не совсем собирался. Доктор удивлённо вскинул брови, стоило пациенту вовсе перевернуть аргумент с возрастом, в собственную шутку, да ещё и двухсмысленую. — Извините что.. нет же, я способен, не присваивайте мне то, до чего ещё возраст не дошел, — настороженно сказал психиатр, аналогично направляясь к двери. — И с чего вы взяли что я не хочу иметь такого друга как вы? Если не заметили то я к этому и стремлюсь. По крайней мере, только к этому, — с утонченным акцентом подметил Лоренц, скрыто твердя о своей преднамеренности остаться друзьями, хотя бы такими, какими они были, правда тот пылкий характер Луки, настораживал почти точно также, как и тогда. Старший вывел юношу наружу, сопровождая в палату. Чувства оказались смешанными, он не ожидал столь откровенных вопросов и уточнений, однако с этого можно сделать вывод, что у кого-то было больно хорошее настроение, и излишняя смелость. Лука же, по дороге придумывал лишь все больше вопросов, быть может когда нибудь его попросят заткнуться? Вполне вероятно, но доводить до такого не хотелось. По крайней мере специально он это делать не будет, разве что случайно. — Что ж, позволите мне уйти, или вы желаете книгу на ночь? Сегодня я не на дежурстве, но у меня предостаточно времени чтобы немного задержаться. — Если вы не против, то прочитайте немного, — больной заходит внутрь комнату, наблюдая за печальной картиной. Карточки рассыпались, вероятно подвела одна из них, от чего другие тоже упали следом, образовав сплошной бардак в палате. Бальза вздыхает, собирая все карты в одну сторону, уберется уже завтра, уж будет чем заняться, — а чем вы занимаетесь на дежурстве? Вам за это платят лишние деньги? А сколько вы вообще зарабатываете тут, не похоже что это очень богатая больница. Полагаю ответ будет "хватает на одного себя"? — Нет, не совсем. — отозвался он. — На дежурстве я чаще всего занимаюсь документами, иногда проверяю пациентов, мне не платят за это дополнительно ведь дежурство и является частью всей работы. И правильно полагаете, мне многого и не нужно, — доктор взял знакомую книгу, ища в ней помеченную страницу. — И все? Иногда вы очень скучный, видимо возраст дает о себе знать. — Скучный? — психиатр, привыкший сохранять невозмутимое выражение даже в самых неожиданных ситуациях, на мгновение приподнял бровь, словно на долю секунды поддался лёгкому удивлению. Но уже в следующий миг выражение вновь стало сдержанным, с ноткой доброжелательности. — Возможно, — тихо произнес он, не сводя глаз с текста. — Но разве скука не дает нам возможность лучше узнать самих себя? Иногда в тишине и монотонности мы обретаем те мысли, которые наводят на новые идеи, а может и какие-то открытия. Да и возраст не причем, человек может казаться скучным даже с ранних лет, правда само понятие скуки очень растяжимое. Почему я вас кажусь таким? Даже если иногда. — Да ну. Открытия можно сделать и по другому. Я не говорю про тишину и покой, уж у меня то его предостаточно в вашем отсутствии, просто.. Вы будто пластиковый, может я и видел как вы пару раз выходили из себя из-за меня, но эмоции у вас редко появляются. В словах вы тоже не выдаете никаких чувств, вы порой зануда, — Бальза избавляется от простой обуви, забираясь на кровать ногами, в скором времени уместившись уже лежа, — Вы просто черствый. Или хотите таким казаться, либо же не умеете проявлять эмоции. Да и разговариваете вы.. Ну, возможно это из-за того что я ваш пациент, но из-за этой вашей дистанции разговаривать с вами иногда скучно и очень предсказуемо. Но будь я вашим близким другом, или последователем? Общались бы иначе? Альва временно отложил книгу на колени, не торопясь с ответом, то бишь подбирая не просто правильные слова, но и правильную интонацию. — Возможно, вы правы, — наконец произнес он, с долей пауз, между следующими предложениями. — Моя задача, быть для вас не развлекательным собеседником, а тем, кто поможет справиться с психологическими проблемами. Я сознательно держу дистанцию, как это задано в законе, — блондин чуть наклонился вперед. — И ещё, — продолжил Альва, с непоколебимым спокойствием в голосе. — Почему мои эмоции для вас так важны? Вероятно, это не я должен измениться, а вы должны разобраться, что именно вызывает у вас раздражение от моей "черствости" и "сухости". Может быть, в этом кроется нечто большее, чем банальные чувства. Может, вы устали от недостатка собственных эмоций требуя их от меня? Чего вы хотите? Луке не понравилось. Все звучало слишком за мудрено, скучно и непонятно, он это на ходу придумывает? Бальза лишь задумался над последним вопросом, прижимая колени к себе, почему же это его волнует? — Меня это волнует, потому что кроме вас я ни с кем не разговариваю. Да, хочу видеть в вас больше эмоций, ведь если у вас будет скучная реакция и речь, то и мой день пройдет скучно! Сдержанности вашей я завидовать не стану, надеюсь не стану таким же.. серым к вашим годам, — Бальза сворачивается в своеобразный клубок, спрятав глаза от чужого взгляда. Даже в положении лежа заставлял сбегать от пронзительных глаз, — не соблюдайте дистанцию, с такими однотипными днями я сойду с ума. По крайней мере, больше чем сейчас. — Хорошо. Учту, — после всего что было сказано, тихо ответил он, позволив легкой паузе зависнуть в воздухе, а затем неспеша продолжил. — Быть запертым действительно тяжело. Мне жаль что вы вынужденны это проживать, да и если я могу быть не самым ярким собеседником, Лука, то постараюсь найти способ сделать ваши дни немного менее однообразными, хорошо? Извините, что давил на вас терминами, я постараюсь быть проще и, по ситуации эмоциональней. Закончил доктор, всё-таки переведя взор на книгу. Текст в которой начинался с найденного детективами убийства. И по всей видимости сюжетного поворота. Однако интересовало совсем не это. Для Луки такие извинения звучали... очень непривычно, Бальза будто не ожидал их услышать, ровно так же, как и свое имя, Лоренц впервые произнес его. То мелькнуло быстро между слов, но впечаталось в памяти, заставив его удивленно покоситься на Альву, что уже перевёл взгляд на книгу. Бальза накрывается одеялом, похлопывая глазами, неловкая получилась ситуация.. получается в этом споре выиграл он? Как неожиданно.. — Принесёте как-нибудь свою любимую книгу? Похоже что читаете вы очень много. И.. Можете принести завтра новые листочки, я где-то потерял старые, мне нужно все это записать.. — Лука глядит на врача некоторое время, вскоре прикрыв глава, выслушивая чужой голос. В книге происходило невесть что, но его будто не беспокоило ничего из этого, сегодня был.. довольно насыщенный и разговорный день.